Гагатовая особа

Алевтина перешла в другую фирму. Должность ее стала еще выше. Она выглядела круто. Разработки ей удавались, начальство было довольно. Зарплату ей порой устанавливали с коэффициентом два. Но молодость. То ли любовь, то ли страсть губительны для сотрудничества. Она влюбилась. Он погиб. Но с ней работали еще завлаб. С ним любви не было, но после ее ухода он умер, как только вышел из фирмы… Был еще начальник КБ, который порвал три ее заявления на увольнение, но и он умер, подписав ей заявление.

Короче, пришла Алевтина на новое место работы. Понимаете, сколько новых воздушных связей образовалось? Без любви, просто от общения. На десятилетия. Она ушла через десять лет, сами понимаете, ее начальников больше нет…

Нет, Алевтина не черная вдова. У нее не черная энергетика, а светлая. Нет, у нее не было любви в общем понимании с начальниками. А, что было? Была совместна очень ответственная работа, и пока она рядом работала мужчины не болели, а когда она уходила, их косили обычные болезни, которые соответствовали их возрасту. Еще у них были ревнивые жены, которые не понимали, что Алевтина не любовница, а сотрудница, что она держала на плаву их мужей, что она снабжала их энергией жизни. А удаленной работы тогда еще не придумали.

Дед Мороз легким движением пальцев набросал на стекла маленьких птичек в огромном количестве. От морозных узоров веяло Рождеством. Настроение пассажиров автобуса медленно примерзало к стеклам. Они невольно отметили взглядом зимнюю сказку на стеклах автобуса. Все без исключения, но в разное время люди посмотрели на табло. На электронном табло по светодиодам бежала цифра 27 со знаком минус. Пассажиры сидели пристукнутые массой собственной одежды, нахохленные, с воротниками свитеров у ртов. От них веяло холодом больше, чем от деда Мороза. Алевтина выбежала из салона автобуса и нырнула в поток людей, шедших в открытом пространстве доступном космическому холоду.

"Какой мороз", — подумала она и увидела на электронном уличном табло минус двадцать семь градусов. Взгляд невольно опустился под ноги. Местами был виден асфальт, по которому можно было перемещаться без страха. Рядом с асфальтом лежала полоса снега с проблесками льда. "В таких местах нос лучше не задирать", — подумала она, быстрым шагом пройдя мимо деревьев и мимо людей. Уличные торговцы перекочевали в фойе зданий со своими рождественскими товарами. Новогодние товары хорошо было видно сквозь большие стекла.

Вечером по ТВ показали ужасы провинциального городка.

Алевтина, лежа на диване, глаз не отводила от экрана. Нет, она не тащилась от ужасов. Она с содроганием понимала, что знает продолжение телевизионной истории. Передачу оставили незавершенной, назвав ее первой серией. Тем более была возможность ей самой передачу завершить, независимо от того, что покажут в следующий раз.

С героями провинциальных ужасов Алевтина познакомилась совсем недавно. Ей надо было подточить собственную фигуру. Ручной массаж ей был страшно необходим перед Рождественским корпоративным вечером. Она обмолвилась об этом в дамском салоне. И чудо! Ее услышали. Женщина средних лет, предложила ей свои услуги по общему массажу. Она сказала, что делает массаж с детских лет, что ее еще бабушка учила массажу.

Уменьшаясь под умелыми и сильными руками массажистки, небольшая любительница пирожков и булочек насыщалась историями из ее жизни. Истории без криминала особого впечатления не производили, кроме одного момента, которому она не очень предавала значения до криминальной ТВ передачи. История простая. Массажистка, которая некоторое время работала инженером, решила заняться торговым бизнесом. Она взяла огромный кредит, закупила товар и обанкротилась в пух и прах.

Долг ее для нее был космическим. Сын массажистки, Глеб, решил уехать учиться в столицу, где заработки по провинциальным слухам были такими, что с ними легко можно было бы погасить долг. Мать сына одного в столицу не отпустила, поэтому они поехали втроем вместе с отцом. На троих сняли квартиру на окраине города в отдаленном районе. Работали тоже втроем, но все деньги забирала мать семейства. Мужчинам она выдавала деньги на проезд в общественном транспорте и на пару пирожков.

Глеб, молодой человек привлекательной наружности, понравился своей начальнице. Она ему давала огромные суммы денег на внешность и на жизнь. Но все его деньги под корень забирала мать и выдавала на два пирожка. Начальница, заплатив молодому человеку кучу денег, ждала от него небольших вложений в нужном месте, в нужный час. Но Глеб был постоянно без денег и за ее кофе заплатить не мог, он и за свой кофе с трудом мог расплатиться.

Ублажать даму он не стал, это в его мораль не укладывалось. Так он был воспитан матерью. Его уволили с денежной работы по продаже ковров уникальной работы мастериц, которые вплетали в ковры самоцветы в тон рисунку. И он покатился под гору с одной работы на другую, а мать забирала у него все деньги. У Алевтины на вечер был назначен сеанс массажа, но после того, как в ее голове сложились воедино две истории, телевизионная и массажистки, она побоялась идти на массаж. Она знала, что массажистка выплатила кредит с помощью сына и могла вернуться в родной город, в свою квартиру, расположенную в том районе, где произошла серия убийств, о которых говорили по ТВ.

Алевтина не пошла на массаж, но пошла в спортивный клуб. Ее дорога проходила мимо лесополосы. В этом месте она всегда ускоряла шаг, если рядом не было людей. Она заметила свернутый ковер, лежащий в десяти метрах от дороги в лесополосе. Он был похож на большой пирожок с начинкой. Ей стала страшно. Людей вокруг не было. За лесополосой стоял дом, где семейка массажистки снимала квартиру. Она ускорила шаг, потом побежала и упала, не заметив коварную леску, протянутую между деревьями.

Парень быстро закрутил Алевтину в ковер и отволок ко второму ковровому пирожку. Он подвинул один ковер к другому и ушел быстрым шагом. Массажистка, увидев из своего ковра, что рядом с ней лежит Алевтина, а Глеб ушел, заговорила:

— Я не знаю, что с Глебом случилась. Озверел. Деньги мне больше не дает, сказал, что из меня пирожок сделает. Вот и закатал нас, как два пирожка, на которые я ему год деньги давала. — Ее голос шипел, нос сопел. Звуки постепенно исчезли в ковре.

Алевтина попыталась высвободиться из ковра. Она стала крутиться и выкручиваться. Сжиматься и разжиматься. Движения давались с трудом. Она попыталась покатиться вместе с ковром ближе к дороге, тогда прохожие бы ее точно заметили. Темнело быстро. Прохожих не было. Стало холодно. Алевтина вспомнила, что в квартире массажистки было два хозяйских ковра. Она чихнула. Потом расчихалась не на шутку.

В порыве отчаянья Алевтина заорала диким голосом:

— А! А! А! Спасите, помогите!

Ее голос услышал тренер, шедший через лес на тренировку. Он свернул к двум скатанным коврам.

— Але, живые есть? Вижу, что есть. Держитесь. Я вас сейчас раскручу. Какие же вы тяжелые, — приговаривал тренер, раскатывая ковер среди деревьев.

Алевтина почувствовала свободу. Она оторвала свои руки от боков, оперлась о коряги и поднялась. Тренер в это время раскручивал второй ковер, из которого звуки не доносились. Ковер казался намного тяжелее, чем с Алевтиной. Он освободил женщину из плена, но она не шевелилась. Алевтина попыталась с массажисткой заговорить. Ответа не было.

Тренер пытался уловить пульс одной рукой. Второй рукой он доставал сотовый из кармана. Пульс исчезал. Он вызвал скорую помощь и стал делать прямой массаж сердца массажистке. Тренер пытался растормошить закоченевшую женщину и согреть до прибытия машины. Врач приехала довольно быстро. Потерпевшую увезли. Алевтина пошла с тренером в спортивный комплекс, где можно было позаниматься на тренажерах и погреться в сауне.

Глеб приехал к матери в больницу и забрал ее домой. Матери он объяснил, за что он ее в ковер закатал. За то, что она лишала его денег и свободы. Он сказал, что он их бы все равно освободил бы через час, но не учел похолодание и немного задержался в поисках денег дома в отсутствии матери. Массажистка за собой вины не видела. Она считала нормально, что мужчины отдавали ей заработанные деньги до последней копейки. Обида матери была так велика, что она уехала в родной провинциальный город, где ее ждала отличная квартира, которую она на время столичной жизни даже не сдавала. Без долгов и на пенсию она могла вполне прожить.

Муж через несколько дней к ней присоединился. Глеб домой не вернулся. Не все учла Алевтина, за что ее и закатал Глеб в ковер. Она свою версию о причастности Глеба к серийным убийствам в провинциальном городке успела рассказать массажистке, а та Глебу. Глеб рассердился и наказал Алевтину, которая так и не посмотрела продолжение передачи о маньяке, но было ясно, что это не Глеб.

Дальнейшие события вновь переместились на экран ТВ. Глеб, дабы не снимать квартиру, прошел кастинг и попал на телевизионное шоу "Гостиница". С первого своего прихода он заявил о себе, как об активном человеке. Алевтина через недельку могла наблюдать за мастером, умеющим делать пирожки из ковров. Глеб сразу выбрал себе красивую девушку в пару. Она оказалось изощренно избалованной дамочкой. Она требовала денег и подарков, а сама сидела, как истукан.

Девушка постоянно ругала Глеба, выла, кусалась, дралась. Она обливала его водой и кипятком, дабы он одевал ее с ног до головы в новые вещи. Вот такая несовременная девушка оказалась истинным наказанием для Глеба, у которого никогда за душой гроша ломаного не было благодаря эгоистичной маме.

Вопрос: "Где взять деньги?" стучался в его висках с новой силой. Как-то его девушка, совсем потеряв совесть, кричала на него в прямом эфире с такой силой, что он перестал думать о деньгах, а стал думать о мести. Месть дешевле денег. Глеб обладал мощной растительностью на лице, по этой причине он брился станком с обычным лезвием. Он задумчиво смотрел на лезвие. Новогодние праздники сопровождались застольями, которые устраивали разные люди по разному поводу.

Свою проблему Глеб решил просто. Если его девушка унизила его своим визгливым голосом, то наказывать надо ее голос. Он случайно поставил сковороду с мясом в духовку под стеклянной крышкой. Крышка рассыпалась. Мясо он пожалел выкинуть. Острую приправу с мясом и подал в тарелке девушке. Результат превзошел все ожидания.

Маленькие стекла повредили и голосовые связки, горло, пищевод.

Девушка попала в больницу в тяжелом состоянии. Глеб оказался благородным человеком, он ухаживал за ней. Ему помогали все. В этот период жизни в деньгах он не нуждался, а они на него сыпались со всех сторон. Глеб стал героям. Наказывали поваров... Алевтина с первой минуты, как только узнала о проблеме со здоровьем девушки, поняла, что это дело рук Глеба. Но кто бы ее услышал. Она вспомнила про тренера, спасшего ее из ковра, и подумала, что спортивный клуб после праздников уже открыли.

Алевтина пошла в спортивный клуб. Мороз крепчал. Она натянула на лицо воротник свитера, но при этом внимательно смотрела на дорогу и махала вперед сумкой на тот случай, если опять натянут леску. Тренер Надежд не оправдал. Он был занят. Она осталась одна со своими мыслями и очень жалела, что недосмотрела первую передачу о преступлениях в родном городе Глеба. Ей теперь еще больше казалось, что и в тех преступлениях виновен он. Очень хотелось поговорить с массажисткой, но ее не было в городе.

Вечером, перед сном Алевтина лежала на любимом диване и переключала каналы. В местных новостях показали портрет ее тренера в черной рамке. Она вздрогнула. Это уж совсем ни к чему. Глеба в телешоу "Гостиница" последние дни не показывали. Ведущий передачи сказал, что он в больнице ухаживает за больной девушкой.

Морозы стояли трескучие. Барометр показывал 18 единиц. Алевтина смотрела в Интернете клиники с омолаживающими и прочими процедурами. В одну из них она закинула свои данные. Ей стали звонить и предлагать разные курсы лечения. Она приехала в клинику и там случайно услышала новость, что тренеру именно здесь проводили очистительные процедуры крови, а умер он от сердечного приступа. Резкое изменение атмосферного давления не выдержала вычищенная кровь.

Алевтина отказалась от процедур, но отметила, что в смерти тренера Глеб не виновен. Она подумала, что самое правильное в морозы не чистить организм, а заполнять его едой из мяса, сала и хлеба. В морозы надо сытно питаться, чтобы сердцу было легче качать кровь по организму. Ей стало неприятно от всех скорбных мыслей, хотелось приятных новостей. Постоянно угнетала мысль о недосмотренной передаче из провинциального города. Завертывание в ковер надорвало ее психику. Обвинять Глеба во всех грехах даже мысленно, она боялась.

Алевтина пошла в дамский салон. Первой, кого она увидела — была массажистка, которая вернулась из своего города и вновь устроилась на работу после того, как Глеба стали показывать в передаче "Гостиница". Алевтина тут же пошла к ней на массаж, дабы выведать провинциальные тайны из первых уст. Она не ошиблась. Массажистка привезла новости от соседок по дому. Соседки рассказали ей о серийных убийствах в их районе, целью которых было ограбление. Они и сами думали, что в убийствах виновен Глеб.

Дед Мороз продолжал морозить.

Алевтина вышла на мороз из дамского салона и столкнулась нос к носу с Глебом...

—Ты, почему за мной следишь? Что я такого сделал?! Не успела мать вернуться, а ты уже здесь! Опять тебя в ковер закатать? Или так деньги отдашь!? Если ты ходишь в этот салон, то у тебя есть деньги! — кричал молодой человек.

Алевтина отступила на шаг в сторону и попыталась убежать. Глеб подставил ножку. Она упала в снег. Он прижал ее ногой к снегу, взял ее сумку, достал кошелек и положил в свой карман. Но в это момент, какой—то человек, а это был Глеб, скрутил ему руки. Позже Алевтина узнала, что за Глебом следили, но против него улик не было. В милицию поступили сведения о коврах с начинкой. Глебу дали возможность пройти на телевизионный проект, там все под контролем и под телекамерами. Никто не заметил лезвий в тарелке, но нашли обломок лезвия в корзине в комнате Глеба на телешоу. За ним шли по пятам и взяли у салона при очередном нападенье на женщину.

Словно почуяв опасность, из салона выскочила массажистка. Она попыталась вырвать Глеба из рук полиции, но ее усилия были тщетны. Она не знала, что Глеб после общения с полицией стал в ней работать, но не совсем в ней. А рядом.

Зимние каникулы кончились. Фирменные двери из пластиковых стеклопакетов приветливо встречали сотрудников фирмы, которые подносили пропуска к электронным датчикам, расположенным в кабинах вахтеров, и проходили внутрь помещения. Никакой фантастики. Сплошная современность. Скоростной лифт. И Алевтина вошла в свой офис.

Окна офиса лучились от солнечных лучей, проникающих в помещение сквозь забавные морозные узоры. Она посмотрела сквозь узоры вниз, машин на стоянке явно поубавилось, не все машины завелись при таком морозе. Вот и Алевтина воспользовалась услугами автобусов с электронными кондукторами. Не жизнь — сплошная электроника.

Алевтина жила в самом продвинутом городе. Что такое продвинутый город? Представьте, едет лыжник классическим ходом, сгибая ноги в коленях под девяносто градусов, а продвинутый лыжник сгибает ногу под сто двадцать градусов и скорость у него от этого возрастает. Так и в продвинутом городе скорость жизни выше, чем в любом другом месте страны. Здесь и Интернет в каждом доме появился лет на семь раньше, чем во всей стране. В ее городе снесли пятиэтажки тогда, когда в других местах они гордо возвышались над остальными строениями.

Вечером позвонила массажистка и сказала:

— Глеба выпустили. Его проверили на группу крови, взяли отпечатки пальцев и сказали, что свободен. За твой пустой кошелек его в милиции не оставили.

Алевтина вспомнила, что ее кошелек после салона точно был пустой, зря он у нее его отбирал.

— Как чувствует его девушка с проекта "Гостиница"?

— Выздоравливает. У них скоро будет свадьба.

— А лезвие, которое она проглотила на новогоднем вечере?

— Невеста Глеба лезвия не глотала. У нее ангина.

— Облом, — сказала Алевтина. — А то, что он нас в ковры закатал, преступлением не считается?

— Предложили Глебу выплатить нам с тобой материальную компенсацию за моральный ущерб.

— Нет, мне платить не надо! — воскликнула Алевтина, она точно знала, что денег у Глеба нет. Месть дороже денег.

Одно к одному.

Как просто стать вторым олигархом, уму непостижимо до чего просто стать обладателем огромного количества недвижимости в том случае, если у главного олигарха есть жена. Глеб даже не предполагал, что станет олигархом. Он затрапезный молодой человек, но беспредельно любящий детей, стал нянем в богатой семье. У женщины Надежды было трое детей, когда к ней пришел Глеб работать воспитателем при ее младшем. Глеб, обладатель трех пядей во лбу и с огромными плечами, умудрился окончить институт по педагогической ориентации. Его примитивный облик не насторожил Господина, он согласился взять Глеба на работу.

А Глеб, он везде Глеб. В хорошей семье он приобрел лоск и ухоженный вид, поэтому, что вполне естественно, приглянулся матери воспитанника. Да Глеб Надежде ей давно приглянулся. И они разработали план развода. Мужу подсунули девочку, подружку Глеба, и застукали их. И Надежда стала обладательницей половины состояния Господина. Следовательно, Глеб автоматически становился олигархом и отчимом детей бывшего Господина.

Быстро сказка сказывается, да не быстро дело делается. Любить женщину с несколькими детьми — это все равно, что любить воина, прошедшего войну. Нервная система того типа людей весьма раскрученная, выдерживать их не просто. Жить в супружестве трудно, а быть женой богатого человека огромное счастье и крупное наказание одновременно. В какой—то момент времени неизбежен нервный срыв с любой стороны, он не обязательно выражается примитивным криком, каждый человек нервные напряжения лечит по—своему.

Жить жизнью мужа нельзя! Чтобы жить в браке и не роптать на партнера по постели и финансам, надо жить своей жизнью. Абсурд? Но другого варианта нет. Роскошь жизни затягивает в свой омут, у женщины олигарха есть все кроме элементарной свободы на перемещения в пространстве. А еще дети, много детей... Естественно жена в своих бедах обвиняла мужа. Кого еще обвинять? Только его. Житья ей бедной не дает! У детей есть няни, воспитатели и прочие люди для их обслуживания! Но ведь и этими людьми надо управлять! Это работа.

А если посмотреть на жизнь со стороны мужа? Он крепкий мужчина без вредных привычек, кроме одной: хорошо развитой способности притягивать к себе капитал. Он финансовый магнат или магнит, что роли не меняет. В его многочисленных домах, дворцах и усадьбах всегда можно жить без жены и детей. Скрыться в тиши от них он может, а чего он не может? Он не имеет право.

Да, на все он имеет право! Тут важен момент, кто его жену против него настраивает, а настраивает кто—то из тех, кто рядом с ней находиться. Его увлечение на стороне не первое и не последнее, это его жизнь. Ему необходима женщина для представительства. Он не голубой, а жена при детях. Кто с ним будет совершать поездки, посещать зрелища? Жена такой нагрузки не выдержит. Кто виновен в этой ситуации? Устаревшие законы на супружество людей подобного уровня. Люди всегда правы.

Меньше всего жена хотела развестись с мужем, их связывали дети, а о его бессметных сокровищах и акциях она старалась не думать. О сокровищах хозяев думал Глеб, должен ведь о чем—то думать, он и думал. Подопечный малыш его заколебал, этот маленький олигарх знал свое место в жизни с рождения и держал Глеба в постоянном подчинении. Отношения между ними были вполне сносными, тут лишь бы терпения хватило у няня. Нет, он не был усатым, это было оговорено в контракте. Он был чисто выбрит, отлично подстрижен и благоухал как все в этом престижном доме. И ходил в том, что ему предлагали.

Однажды он заметил, что связан по рукам и ногам, но не веревками, а догмами дома из высшего света. Глеб напряг мышцы, изобразил перед зеркалом Геракла, разрывающего цепи, чем вызвал восторг малыша. Он вздохнул, представил себя клоуном и стал смешить ребенка, тот скептически взирал на няня. Тогда Глеб кинул малышу мяч, который только, что прокусила собака. Мяч быстро сдувался, но сдутый, он стал более покладистым. Глеб стал бросать этот мяч малышу, тому понравилась новая игрушка. Так они и играли, пока дворецкий не заметил, что они играют спущенным наполовину мячом. На этом их счастливые броски прекратились.

Мальчик больше всех игрушек любил человечков — пауков и других героев мультфильмов или компьютерных игр. Так что Глебу приходилось выполнять перестановку дисков в компьютере. Спокойствие наступало, когда малыша уводили гулять или заниматься с учительницей. В такие минуты Глеб впадал в мечтательное состояние. Родителей малыша он практически не видел, круг людей вокруг него был резко ограничен. Он вспоминал однокурсницу, вздыхал и приводил себя в порядок для очередной встречи с малышом.

Алевтина больше не видела массажистку и ее сына. И жизнь вернулась в свою колею, массаж она и сама себе может сделать. Неприлично? Напротив – отлично. Фигура Алевтины была в норме.

Совсем рядом события разворачивались в другом ключе.

Алевтина уже попадала в неприятную историю…

Теплое марево опустилось на землю, сжало тело своим теплом, ватной ленью. Ватное состояние души и тела, особенно мозга, трудно переносится. «Надо срочно сменить направление деятельности», — промелькнуло в мозгу Сюзанны. Дело в том, что она продолжала то ли отдыхать, то ли набирать информацию. Она взяла газету и стала смотреть объявления о продаже щенят, ей захотелось купить породистую собачку. Ничего подходящего она не нашла, но ее нашли.

Сюзанна решила сменить имидж и зашла в парикмахерскую. Вскоре появилась соседка по подъезду, обладающая громким, пронзительным голосом. Женщину звали Алевтина, она кому-то рассказывала о своих щенках. Сюзанна прислушалась: разговор шел о щенках, словно специально для нее. С красивой прической Сюзанна подошла к Алевтине найдя ее по голосу. Они вместе поехали смотреть щенков.

Три породистых щенка с острыми ушками смотрели влажными глазами. Один щенок Сюзанне понравился, она взяла его на руки. Щенок состоял из тонких косточек и скользкой шкурки. Он выпрыгнул из ее рук. Хозяйка взвизгнула от негодования, стала смотреть его лапки на целостность.

Сюзанна загрустила и сказала, что сутки подумает, да и щенок стоил приличных денег, с собой такую сумму она не носила. По дороге домой Сюзанна приобрела сумку для переноски щенка, корм и еще некоторые щенячьи принадлежности и задумалась: а нужен ли ей щенок? Дома Сюзанну ждала относительная неприятность. У соседей по лестничной площадке произошел ряд событий весьма трагических. Молодой сосед по имени Серафим был крупным, улыбчивым, с небольшой лысиной. Он в этот день недосчитался заднего левого колеса на автомобиле, которое не сняли с машины, а подожгли.

Отец Серафима, Сергей Прокопьевич, вышел из подъезда, когда машина задымилась, он бросился за водой, и... Дело в том, что пожилой мужчина шел на перевязку после операции; у него от резких движений шов разошелся, дикая боль пронзила его бренное тело. Машина, на которой его должен был отвезти сын, дымилась.

Мать Серафима, Елена Григорьевна, посмотрела в окно. Она увидела, что горит их машина, что ее муж лежит на асфальте, схватившись рукой за рану после операции. Пожилая дама потеряла подвижность. У нее уже был один инсульт. Муж ее буквально выходил в больнице, а теперь сам лежал и не двигался на асфальте.

Серафим ходил в магазин, а когда вернулся, то увидел горящую машину и лежащего на асфальте отца. Он бросился домой, чтобы позвонить пожарникам, но дома обнаружил лежащую мать. Серафим вылетел из своей квартиры с двумя ведрами воды и окатил водой из ведер соседку Сюзанну, открывающую свою дверь с огромными пакетами в руках. Поднятые парикмахером волосы на ее голове на должную высоту быстро опустились под ведерным запасом воды, превратившись в мокрые сосульки.

Сюзанна не видела, что произошло на улице, так как она вошла в подъезд, когда на улице все было нормально, ее задержала другая соседка - Алевтина, показывая результат своего ремонта квартиры. Вечером у Сюзанны намечалось романтическое свидание, а теперь она была в мокрых сосульках волос...

— Серафим, что ты себе позволяешь! — закричала она истошным голосом.