Профессор из столицы, или Как (не) влюбиться в коллегу

Ну... доля правды в его словах была. Лика действительно отчаянно не любила обращаться к целителям и тянула всегда до последнего.

Она со стоном опустила голову обратно на подушку, понимая, что спорить с Лимером в его же королевстве — абсолютно бесполезно. Ей оставалось только покорно лежать, смотреть на капли дождя, шумно барабанящие по стеклу, и ждать, когда её навестит её бдительный столичный «напарник».

В палате было тихо. Эту тишину нарушало лишь недовольное, обиженное пыхтение Аделики — её теперь даже кормили с ложечки! Лика была настолько слаба, что действительно не могла удержать ложку в дрожащей руке, не пролив суп на больничную простыню, и эта беспомощность её жутко раздражала.

Вдруг за дверью послышались взволнованные голоса: кто-то спорил на повышенных тонах. В следующий миг дверь в палату с шумом распахнулась, и на пороге возникла Каталина — взъерошенная, запыхавшаяся и явно недовольная тем, что её так упорно не хотели пускать к пациентке.

— Ты вообще в своём уме?! — она с порога уставилась на Аделику, грозно нахмурив брови. — Как ты умудрилась довести себя до такого состояния? Ещё и экзамен, небось, упрямо продолжила вести, я в этом просто уверена!

Каталина перевела дух и требовательно посмотрела на сиделку, которая как раз заносила очередную ложку:

— Можно я сама её покормлю? — уже гораздо спокойнее попросила она.

— Не положено, — недовольно буркнула в ответ сиделка, крепче перехватив тарелку.

— Пожалуйста, мы просто спокойно поговорим, и она уйдёт, — вмешалась Аделика, состроив самые жалобные, просящие глаза, на какие только была способна. — Разрешите, под мою ответственность. Если профессор Лимер узнает, скажите, что это полностью наша инициатива. Пусть ворчит на нас, а Вас не трогает.

Сиделка колебалась секунду, переводя взгляд с одной упрямой преподавательницы на другую, но в итоге сдалась:

— Ну хорошо, только недолго. До закрытия лекарского корпуса для посещений осталось всего ничего, так что успевайте.

Она аккуратно передала тарелку с недоеденным супом Каталине и поспешно вышла за дверь. У неё и без того дел было по горло, а если сделать их пораньше, то и домой можно будет уйти пораньше.

— Ну, рассказывай, — Каталина решительно устроилась на стуле у кровати и зачерпнула ложкой суп. — Только уговор: сначала еда, потом подробности! Открывай рот.

Время для посещений давно закончилось. Каталина ушла, и Аделика, оставшись в абсолютной темноте палаты, безуспешно пыталась уснуть. Это была та самая зыбкая грань между сном и явью, когда сознание плывёт, а в углах комнаты начинает мерещиться всякое.

И вот сквозь полудрёму Лика внезапно увидела силуэт, отделившийся от стены. Он казался знакомым и незнакомым одновременно. Фигура бесшумно подошла ближе к кровати, и в блёклом свете луны, пробивающемся сквозь тучи, Аделика наконец поняла — это Альдо.

— Сальви, ты как? — едва слышно, почти одними губами спросил он.

— Как ты сюда попал? — так же тихо ответила она, моргая и пытаясь прогнать остатки навязчивого сна. — Сюда же никого уже не пускают… Корпус закрыт.

— У меня свои методы, — он на мгновение коротко усмехнулся, но тут же снова стал предельно серьёзным. — Так как ты себя чувствуешь? Меня не пускали к тебе днём.

— Отпоили какими-то настойками, дали кучу лекарств и велели восстанавливаться, — принялась перечислять Лика, кривясь от одного воспоминания о горьком вкусе целительских снадобий. — И кормили с ложечки! — недовольно и обиженно добавила она.

— Я бы на это посмотрел, — Альдо снова тихо прыснул, изо всех сил сдерживая смех.

Поймав на себе её возмущённый, уничтожающий взгляд, он закусил губу — рассмеяться захотелось ещё сильнее. Но было нельзя: никто в Академии не должен прознать, что он сидит в ночной палате у куратора защиты.

— Ладно. Я проверил твой накопитель, — сменил он тему, и его голос сразу стал тяжёлым.

— И что там? — сон с Лики сняло как рукой.

Аделика порывисто попыталась приподняться на постели, но Альдо мягко, но настойчиво удержал её за плечо, заставляя лечь обратно.

— Не поднимайся, тебе нужно восстанавливать каналы. Проверил, да. Эта вещь никогда не была полноценным накопителем. Точнее, была, но очень слабым, чисто для отвода глаз. Этот артефакт… он блокировал твою магию.

— Как блокировал? — опешила она, непонимающе нахмурившись. — Я же пользовалась им так долго! Он всегда был со мной.

— А ты использовала его в прошлых, обычных испытаниях? Или обходилась собственной силой?

— Использовала! — Лика ухватилась за эту мысль, лихорадочно вспоминая прошлые вступительные.

— Он блокировал только большие, пиковые всплески магии и незаметно высасывал остатки, — принялся объяснять Альдо, глядя на неё сверху вниз. — То есть, пока ты использовала немного силы — например, когда удары по твоим щитам были слабыми, — он послушно играл роль накопителя. Но стоило тебе выставить крепкий щит высшего ранга или попытаться экстренно усилить контур, как прибор активировал обратную полярность. Он просто забирал твою силу и высасывал тебя досуха. Выкачанную энергию можно было получить обратно, но только зная скрытый магомеханический код. Тот, кто создавал эту игрушку, явно знал своё дело. Он мастер. Кто подарил её тебе?

Альдо пристально и очень серьёзно посмотрел Аделике прямо в глаза.

— Друг семьи, — потерянно и тихо проговорила она. — Точнее… друг ранее существовавшей семьи.

Аделика поспешно отвела взгляд в сторону окна, чувствуя, как в груди болезненно сжалось сердце. Она почти не помнила своих родителей — слишком рано её, совсем крошечную, оставили на пороге пансиона для брошенных детей.

— Отдыхай, — Альдо заметил, как резко изменилось её лицо.

Не став продолжать этот тяжёлый допрос, он поднялся со стула и поправил край её одеяла.

— Тебе скоро снова преподавать, нужно набраться сил и поскорее выписываться. Иначе я лично приду сюда днём и буду кормить тебя с ложечки, — шутливо пригрозил он, и в его стальных глазах снова мелькнули тёплые искры. — Спокойных снов, Сальви.

— Только не это, — тихо рассмеялась она, представив эту картину. — Спокойной ночи, Сартори.

Он бесшумно, словно растворяясь в ночных тенях, направился к двери. Лика, обессиленная долгим разговором, прикрыла глаза и начала стремительно проваливаться в глубокий, целительный сон. И уже на самой грани беспамятства ей вдруг показалось, будто чьи-то тёплые пальцы нежно провели по её голове, бережно убирая за непослушную прядь волос за ухо. Показалось?

ГЛАВА 5

— Выписываю, радуйтесь, профессор Сальви! — с благосклонной улыбкой объявил наконец профессор Лимер, ставя размашистую подпись на министерском бланке. — Но смотрите у меня, следите за своей магией и не перенапрягайте каналы! Иначе мы опять заберём вас в наш корпус, и всё начнётся заново.

Глава лекарского крыла шутливо, но строго погрозил ей указательным пальцем поверх очков.

— Хорошо-хорошо, буду обязательно и очень строго соблюдать все ваши рекомендации! — скороговоркой, едва сдерживая счастливую улыбку, проторила Аделика. — Всё, профессор, я могу идти?

— Да идите уже, — притворно-обречённо отмахнулся он, забирая документы. — Всё равно вас здесь силой не удержать. Стоило только врачам вставать разрешить, как вы давай плетения прямо на больничной койке практиковать! — уже отворачиваясь к шкафам с зельями, привычно заворчал он себе под нос.

— Спасибо, хорошего вам дня! — весело крикнула ему в спину Лика и, не теряя ни секунды, практически побежала на выход, пока главный целитель не передумал.

Правда, на самом выходе из корпуса её порыв изрядно поутих. Ноги всё ещё казались немного ватными, а в груди глухо отозвалась пустота — резерв хоть и восстановился до безопасного уровня, но до прежней пиковой формы было ещё далеко. Вот уж действительно, настолько слабой и беспомощной Аделика себя очень давно не чувствовала.

Подойдя к своей комнате, Лика дождалась, пока защитные артефакты на двери признают хозяйку. Наскоро проверив целостность охранного контура, она зашла внутрь — и тут же почувствовала упоительный, сладкий запах свежей выпечки.

— Ну, Каталина… — невольно улыбнувшись, вздохнула она.

На кухонном столе действительно обнаружился большой, ещё горячий ягодный пирог. Он был заботливо накрыт прозрачной крышкой с активированным артефактом сохранения тепла.

А сверху красовалась записка, написанная размашистым почерком подруги:

«Свежая выпечка всегда способствует быстрому выздоровлению!

Лина».

Они настроили плетения допуска к жилым комнатам друг друга ещё тогда, когда только-только устроились в Академию преподавателями. Всю жизнь они, по сути, провели вместе: сначала делили одну кровать в пансионе, потом — скромную комнату в общежитии во время учёбы. Теперь у каждой было своё отдельное жильё, и общей оставалась лишь тонкая стена между ними. Но магический доступ в гости к подруге оставался открытым всегда.

Аделика мельком взглянула на настенные часы и поняла, что ещё вполне успевает спокойно позавтракать и насладиться приготовленным подругой пирогом. Она как раз заваривала чай, когда в дверь вежливо, но настойчиво постучали.

На пороге стоял Альдо.

— Сартори? Что ты тут делаешь? — недоуменно спросила Лика, застыв с заварочным чайником в руках.

Он бегло огляделся по сторонам и быстро произнес:

— Ты точно хочешь говорить прямо на пороге? Или всё-таки пригласишь в комнату? Я отсюда чувствую умопомрачительный запах свежей выпечки, — он улыбнулся непривычной, немного мальчишеской улыбкой.

— Проходи, — закатив глаза, вздохнула она.

Отойдя в сторону и дав ему пройти, Аделика привычным, отточенным движением заново активировала защитные контуры на двери. Она краем глаза заметила, как Альдо внимательно наблюдает за каждым мимолётным пассом её пальцев.

— Что? — повернулась к нему Лика. — Никогда не видел работу магов защиты?

— Просто стало интересно, как это делаешь именно ты, — хмыкнул он, проходя вглубь комнаты. — Так что там насчёт пирога?

Уже через пару минут они сидели за небольшим столом с чашками, наполненными ароматным горячим чаем. Альдо неторопливо залез в карман форменного сюртука и достал оттуда уже знакомый Лике кулон — свой собственный сильный артефакт.

— Я хочу, чтобы он пока побудет у тебя, — он аккуратно положил тёплый накопитель на деревянную столешницу и пододвинул ближе к ней. — Пусть поддерживает твои каналы, пока ты полностью не восстановишься.

— Но меня уже выписали, и я могу спокойно проводить занятия! — запротестовала Лика.

— Тебя выписали, — он насмешливо посмотрел на неё поверх чашки, — только потому, что ты очень вредная пациентка, которая замучила Лимера, а не потому, что ты выздоровела до конца. Тем более нам ещё вести совместные занятия. Не хотелось бы тащить твою тушку в лазарет ещё раз.

Сартори преспокойно потянулся рукой к самому большому куску ягодного пирога.

— Стоять, — Лика легонько хлопнула его по ладони. — А руки ты мыл? И что вообще значит «тащить в лазарет»? Так это был ты?!

Она прищурилась, пристально глядя на напарника. Альдо со вздохом поднялся со стула и послушно подошел к крошечной раковине в углу кухонной зоны.

— Ну да, я нёс тебя в лазарет, — смывая мыльную пену, непринужденно отозвался он. — А кому ещё мне было доверить твоё бессознательное тело? Просить Лимера?

Он вытер руки пушистым полотенцем, висевшим у раковины, и шутливо продемонстрировал ей чистые ладони:

— Смотри, теперь сверкают чистотой. Поделишься наконец со своим спасителем куском пирога?

— Хорошо, садись, — с улыбкой сдалась Лика. — И ладно, я возьму твой накопитель. Но только до тех пор, пока резерв полностью не придет в норму.

Спор спором, а личная безопасность и впрямь была в приоритете, спорить с очевидным Аделика не любила. С этим кулоном ей действительно будет гораздо спокойнее.

— Отлично! — Альдо довольно хлопнул в ладоши и уселся обратно. — А теперь пора поесть, а затем я буду присутствовать на твоём занятии.

Не дав Лике опомниться, Сартори быстро цапнул с тарелки самый красивый и сочный кусок пирога и принялся аппетитно жевать. Счастливо вздохнув от вкуса домашней выпечки, он с совершенно невинным видом посмотрел на ошарашенное лицо коллеги.

— Что?! — Аделика от неожиданности резко вздёрнула бровь, едва не пролив горячий чай на стол.

— Доброе утро, адепты, — Аделика, стараясь смотреть исключительно под ноги, зашла в просторную аудиторию с внушительной кипой бумаг в руках.

Поднявшись на возвышение кафедры, она попыталась как можно более аккуратно водрузить документы на стол, но стопка всё же коварно поехала в сторону. Лика разочарованно вздохнула, поправила бланки и наконец перевела взгляд на притихших студентов.

— Меня зовут Аделика Сальви, вы можете обращаться ко мне «профессор Сальви». Вы все уже поверхностно знакомы с основами моего предмета — не будем забывать про ваши вступительные испытания, где вы показали себя с лучшей стороны. Теперь же мы будем развивать и углублять эти навыки. Чтобы действительно понимать магию защиты, необходимо чётко осознавать, как в целом разные виды магии взаимодействуют друг с другом в нашем мире. Кто-то хочет поделиться своими мыслями на этот счёт?

Говоря это, Аделика отчаянно старалась сохранять невозмутимый вид и не отвлекаться на то, как Альдо быстро, бесшумно и практически незаметно для остальных проскользнул в кабинет вслед за ней, заняв свободное место в самой дальней, затенённой части аудитории.

— Да, говорите, — указала Лика на одну из поднятых рук.

С места поднялся высокий, уверенный в себе первокурсник с эмблемой боевого факультета на манжете. На его губах играла легкая, слегка заносчивая улыбка — типичный молодой «боевик», привыкший полагаться на чистую атакующую силу.

— Профессор Сальви, но ведь всё довольно просто, — звучно начал он. — Защитная магия — это, по сути, возведение стены. Нам на вводных лекциях говорили: чем больше силы ты вбухал в щит, тем он крепче. Сильный боевой маг всегда сомнёт слабую защиту, а если резервы равны, удар просто поглотится контуром. Разве нет?

По аудитории прошел согласный гул. Студенты-первокурсники закивали — книжная истина казалась им незыблемой.

Аделика не удержалась и бросила мимолетный взгляд на задний ряд. Альдо больше не писал. Он пристально, не мигая, смотрел на неё из полумрака. Его пальцы, лежащие на колене, едва заметно зашевелились, сплетая в воздухе тончайшие, скрытые от глаз студентов нити боевого заклинания. Лика мазнула взглядом по этим всполохам и поняла: Сартори на взводе. Он помнил, в каком состоянии её нашли, и был готов в любую секунду перехватить чужую атаку. Его волнение выдавал этот слишком прямой, гипнотизирующий взгляд.

«Не надо, я сама», — мысленно упрямо ответила ему Лика, гордо вскинув подбородок.

— Прекрасный пример, адепт… — Лика выжидательно выгнула бровь.

— Тёрнер, мем.

— Адепт Тёрнер. Что ж, раз теория кажется вам такой простой, давайте проверим её на практике. Вызовите простейшую огненную искру и направьте её в кусок мела в моей руке, — Лика подняла перед собой совсем новую палочку белого мела. — Прямо сейчас. Не бойтесь, я поставлю тот самый «глухой» щит, о котором вы говорите.

Парень хмыкнул, явно обрадованный возможностью порисоваться. Он вскинул руку, на его пальцах соткался небольшой, но плотный огненный сгусток, который с негромким хлопком полетел к столу.

В этот же миг на заднем ряду Альдо резко подобрался. Скрытое плетение на его пальцах вспыхнуло ярче — он едва не сорвался с места, чтобы закрыть её собой.

Но Аделика сработала безупречно. Она мгновенно возвела перед собой абсолютно жесткий, непроницаемый силовой щит. Чистую энергию защиты.

Вскрикнуть никто не успел. Стоило огненной искре «боевика» врезаться в невидимую стену, как пламя, не способное пробить преграду, зажало в тиски. Воздух между щитом и столом от дикой температуры мгновенно расширился. Раздался оглушительный термический хлопок. Волна давления с грохотом швырнула съехавшую стопку бумаг Аделики прямо в воздух. Листы белыми птицами разлетелись по кафедре, а самого адепта Тёрнера обдало волной горячего воздуха, заставив испуганно отшатнуться и закашляться.

В аудитории воцарилась гробовая, звенящая тишина.

Альдо на заднем ряду медленно, с явным облегчением опустил руку, и его скрытое боевое плетение растаяло. Но взгляд остался прежним — горячим и встревоженным.

— Как видите, при тупом столкновении двух сил энергия никуда не исчезает, — спокойно и ровно произнесла Аделика, даже не вздрогнув, хотя её собственное сердце болезненно ёкнуло от отзвука взрыва. — Она трансформируется. В данном случае — в избыточное давление и кинетическую волну. Если бы на моем месте стоял реальный противник и удар был бы высшего ранга, эта взрывная волна сломала бы вам ребра прямо внутри вашей «надежной стены». А отдача от поглощения выжгла бы ваши собственные магические каналы досуха.

Студенты сидели с открытыми ртами, глядя на кружащиеся в воздухе листы бумаги. Заносчивость с лица Тёрнера смыло начисто.

— Истинная защита — это не глухая стена, — Лика обвела аудиторию строгим взглядом. — Защита — это искусство динамического перенаправления. Это умение мгновенно просчитать и встроиться в чужую структуру магии, изменить её вектор и заставить чужой огонь течь мимо вас, не задевая контур. Вы должны думать головой и просчитывать баланс сил, а не слепо копировать параграфы из старых учебников. А теперь поднимите, будьте добры, мои бумаги и раздайте однокурсникам.

Тёрнер, всё ещё бледный, бросился собирать разлетевшиеся листы.

Лика проводила его взглядом и снова наткнулась на Альдо. На этот раз в его темных глазах помимо остатков волнения читалось кое-что еще. Опасное, хищное уважение. Он признал в ней равную.

Лика сглотнула вставший в горле комок, заставляя себя отвернуться от Сартори.

— На сегодня это всё, адепты. Тема следующего занятия — «Векторы смещения энергетических потоков». Заберите у однокурсника листы и подготовьте к следующему разу конспект по первым трём пунктам.

Аудитория мгновенно наполнилась шуршанием сумок, скрипом отодвигаемых скамей и негромким гулом голосов — первокурсники торопливо собирались, то и дело бросая боязненные взгляды на кафедру. Тёрнер быстро раздал выданные ему бумаги и поспешил скрыться за дверью вместе с остальными.

Когда адепты наконец полностью освободили помещение, Аделика неторопливо спустилась с возвышения и подошла к дальней парте, за которой сидел Альдо.

Ещё во время лекции Аделика заметила, как один маг, не особо походивший на остальных адептов-первогодок, что-то очень сосредоточенно строчит в своём блокноте. Приглядываясь к нему на протяжении всей пары, она подметила, что Сартори делает какие-то пометки каждый раз вслед за отвечающими студентами.

И вот, когда адепты наконец освободили аудиторию, Лика подошла к его парте.

— Вряд ли ты внезапно решил повторить материал моего предмета. Что ты писал всё занятие? — полюбопытствовала Аделика.

Она слегка вытянула шею, пытаясь рассмотреть его записи через стол, но Альдо поспешно захлопнул блокнот и извиняюще улыбнулся:

— Извини, это закрытые отчёты для ректора. Пока не могу показать, данные ещё слишком сырые. Скажем так... я немного конспектирую и перенимаю твой стиль преподавания.

— Но это моё занятие, и, возможно, я могла бы тебе что-то подсказать или скорректировать? — Аделика упрямо сложила руки на груди, наклонив голову набок.

— Извини, Сальви, действительно не могу показать, — он твёрдо покачал головой, пряча блокнот во внутренний карман форменного сюртука.

— Ну да, — она разочарованно опустила взгляд. — Хорошо.

Аделика круто развернулась и направилась обратно к кафедре, спиной чувствуя внимательный взгляд Альдо.

— Помочь тебе донести бумаги до преподавательской? — крикнул он ей вслед, поскольку она успела уйти достаточно далеко по проходу между рядами.

— Не нужно, я хочу поработать здесь. В общей преподавательской сейчас слишком шумно, — Аделика демонстративно села за свой стол и выжидательно посмотрела на мужчину. — У тебя разве нет своего занятия?

Альдо не ушёл. Вместо этого он неторопливо подошёл к кафедре и пристально посмотрел на неё сверху вниз:

— Ты расстроилась, что я не показал тебе записи?

— Немного, да, — честно качнула она головой, решив не лукавить. — Но, по правде говоря, это не моё дело, так что в обиде нет никакого смысла. Всё хорошо, — Лика натянуто улыбнулась. — Но мне правда нужно работать, Сартори. Спасибо, что подстраховал, я видела твоё плетение, — искренне добавила она.

Альдо на секунду замер, удивлённый её проницательностью, но быстро вернул себе привычное самообладание.

— Обращайся, Сальви, — он мягко усмехнулся и развернулся к выходу.

Он шёл неторопливо, но уже почти у самой двери остановился и вновь взглянул на Аделику через плечо. На этот раз без капли иронии.

— И не шути так больше. Я волновался.

Дверь за ним тихо захлопнулась, оставив Лику в звенящей тишине опустевшей аудитории.

ГЛАВА 6

Спокойный сон в этом учебном заведении ей, видимо, вообще не грозил.

Аделика резко распахнула глаза, садясь на кровати. Сон как рукой сняло: всю комнату заливал тревожный алый свет, а по коридорам разносился оглушительный, пронзительный вой сирены защитного контура. В саму дверь при этом кто-то отчаянно и громко барабанил.

— Что это?.. — пробормотала Лика, бросив быстрый взгляд на часы.

Она вскочила, на ходу накинула халат и подбежала к двери. За ней стояла Каталина — на редкость серьёзная, растрёпанная и бледная.

— Собирайся, у нас тревога и общее собрание! — выдохнула она вместо приветствия.

Аделика метнулась обратно в спальню, за пару минут натянула подготовленную на утро одежду и выбежала вслед за подругой из общежития преподавателей. На улице уже вовсю суетились люди, в окнах корпусов зажигались огни.

— Что-то горит? — спросила Аделика на бегу, тяжело дыша от резкого старта.

— Нет, повреждён внешний защитный контур, — ответила подруга, прибавляя ход. — Посмотри магическим зрением!

Лика на ходу сосредоточилась и переключила восприятие. Привычный мир поблёк, уступая место сияющим нитям заклинаний. Прямо над одним из дальних корпусов в некогда идеальной энергетической сети Академии зияла рваная, сочащаяся искрами прореха.

— Туда! — Лика указала рукой направление, и они скорректировали курс, срезая путь через парк. — Погоди, это же жилой корпус мужского общежития!

Внезапно в кармане Каталины громко и требовательно зазвонил кристалл связи. Она выдернула его, активируя на ходу. Из кристалла раздался хриплый, взволнованный, но пытающийся звучать уверенно голос ректора:

— Внимание всем преподавателям. Опасность найдена и ликвидирована, контур стабилизируют. Пожалуйста, успокойте адептов и отправьте их по комнатам, не допускайте паники. После этого — общий сбор преподавателей в главном зале.

Связь оборвалась. Подруги затормозили у развилки между жилыми корпусами, тяжело переводя дух.

— Фух... Давай остановимся и разделимся, — предложила Аделика, прижимая ладонь к колющему боку. — Ты берёшь общежитие алхимиков, я — своих защитников.

— Встречаемся тут же, — согласно кивнула Каталина и сразу припустила по дорожке к корпусу своих адептов.

Спустя некоторое время две подруги уже шли по тихим и мрачным коридорам академии. Они успели успокоить перепуганных адептов и отправить их по комнатам, но выяснить хоть что-то о взломе защитного контура времени не было. Из звуков вокруг слышались только их собственное торопливое перешёптывание и редкие голоса других преподавателей, которые тоже спешили на экстренное собрание.

Наконец они добрались до массивных дубовых дверей главного зала. Внутри уже толпились взволнованные, но сосредоточенные профессора. Профессор Кларкел, наспех завязав строгий пучок, что-то тихо и озабоченно выговаривала лекарю Лимеру.