Зеркальные швы. Книга 5. Правила Чёрного дракона

— Бумага честнее, — сказала Лиза. — Сразу признаёт, что ей не доверяют.

Лиза придвинула стул. Её профиль сохранял имя и фотографию, но между разделами стояли белые разрывы. После Контрольной суммы система так и не смогла собрать её в непрерывную биографию.

— Я не прошу признать всю мою жизнь, — сказала она. — Мне нужно право видеть человека до входа и после выхода.

— Портал требует непрерывность самого свидетеля, — ответила Ратникова.

— Почему?

— Чтобы суд понимал, чьё показание принимает.

— Суд принимает формулировку. Сегодня Галерея это показала.

Ратникова попросила сотрудницу выйти. Женщина забрала кружку, но оставила печенье. Лиза подвинула тарелку к себе.

— Временное изъятие. Независимость источника не подтверждена.

Ратникова закрыла профиль.

— Я могу внести вас вручную.

— Тогда почему не вносите?

— Мандат запрещает менять статус участника расследования без решения комиссии. Если я обойду запрет, ваше показание отменят вместе с моим распоряжением.

— Зато дверь откроется.

— На один день.

Лиза ожидала требования ждать заседания. Вместо этого Ратникова повернула экран к ней.

— Найдите законный путь без ручной правки.

— Уже нашла. Система его не любит.

— Это не редкость.

Портал требовал заполнить раздел «Полное подтверждение личности». Ответов было два: подтвердить или оспорить. Первый восстанавливал профиль по идеальной версии. Второй передавал запись суду и запрещал участие в переходах.

Лиза достала старый ключ контура отказа. Небольшая металлическая пластина осталась после Контрольной суммы. Тогда она не позволяла системе завершить действие за человека, который не дал ясного согласия.

— Вы собираетесь вмешаться в портал? — спросила Ратникова.

— Нет. Не дам ему ответ, которого у меня нет.

— Разница для технического отдела будет неочевидна.

— Им полезно развиваться.

Она вставила пластину в боковой разъём. Портал открыл служебное поле:

«Пользователь вправе отказаться от подтверждения при невозможности ответственного выбора».

— Контур применялся к согласию на действие, — сказал Виктор. — Не к статусу личности.

— Сегодня получит вторую работу.

— Отказ не подтвердит вас свидетелем, — предупредила Ратникова.

— Мне не нужно подтверждение всей меня. Я хочу сказать, что не знаю, полна ли запись, и всё равно отвечаю за увиденное у порога.

Ратникова проверила инструкцию. Запрета не было. Разрешения тоже.

— Портал может закрыть вам доступ к городским оповещениям, — сказала она.

Лиза перестала улыбаться. Через этот канал Дом получал первые сообщения о зеркальных сбоях. После остановки переходов оповещения оставались единственным способом вовремя поставить наблюдателей.

— На какой срок?

— Пока комиссия не решит, допустим ли отказ как статус.

— То есть неизвестно.

— Да.

Виктор положил ладонь на спинку её стула.

— Можно подать заявление и дождаться решения.

— Через семьдесят два часа Дом ограничат. Рынок уже продаёт готовых свидетелей. Ждать удобно только системе.

Ратникова включила локальную запись и назвала дату.

— Ваш выбор будет зафиксирован. Я обязана предупредить о последствиях.

— Предупредили.

— Вы согласны продолжить?

Лиза посмотрела на поле. Галерея оставляла уверенность и выбрасывала сомнение. Здесь происходило то же самое, только вежливее.

— Да.

Она ввела: «Не знаю, является ли моя запись полной. Подтверждаю готовность отвечать за собственное наблюдение».

Портал потребовал заменить ответ. Лиза нажала пластину контура. Рядом появилась строка «оставить незаполненным».

— Последний шанс передумать, — сказал Виктор.

— Ты говоришь это потому, что согласен или хочешь потом иметь доказательство разумности?

— Хочу сохранить право сказать, что предупреждал.

— Свидетель растёт на глазах.

Лиза оставила поле пустым.

Терминал завис. Остановился курсор, погасли часы. Портал продолжал показывать её имя, но не мог присвоить роль. В разделе свидетеля появилась белая строка.

Из коридора донёсся звон. Рядом с пунктом комиссии находился малый музейный шов. После вчерашнего решения его держали закрытым, однако стеклянная дверь сейчас приоткрылась на ладонь.

Сотрудница комиссии вернулась без стука.

— Портал не отвечает. Оповещения ушли в ожидание.

Она увидела пластину в терминале.

— Вы остановили регистрацию?

— Одну запись, — сказала Лиза.

— На ней весь узел.

— Очень плохая архитектура.

Ратникова подошла к стеклянной двери. За ней была обычная подсобка, но отражение показывало длинный коридор Зеркального Хабаровска. На панели у входа мигало:

«Назначение ответственного невозможно».

— Закрыть вручную, — распорядилась Ратникова.

Сотрудница приложила служебный ключ. Шов не закрылся. Он ждал человека, которого портал мог назначить свидетелем вместо Лизы.

На терминале появилась строка:

«Выберите замещающий профиль».

Портал предложил Виктора, но отметил музейную зависимость. Затем показал Ратникову и снял её из-за надзорного конфликта. Третьим возник архивный профиль без имени.

— Вот автоматическая подмена, — сказала Лиза. — Если соглашусь на полный статус, он назначит другого ответственного.

— А сейчас оставляет шов открытым, — ответила сотрудница.

— Потому что не может сделать вид, что решение принято.

Ратникова вернулась к терминалу.

— Восстановите профиль и выберите свидетеля.

— Нет.

— Через дверь может выйти человек.

— Тогда встретим его живыми людьми, а не случайным профилем.

— У вас нет зарегистрированного свидетеля.