Курсовая феи Эбигейл

Глава первая. Ох уж эти феи

Замок, прозванный Крыло Ворона, готовился встретить своё трёхсотлетие. С тех пор, как последние его хозяева перебрались в столицу, и до недавнего времени, его единственными обитателями являлись вороны, благодаря которым замок и получил имя, и их Хранитель, по совместительству и хранитель всего здания.

Жители городка Гринстоун, в который постепенно превратилось поселение около Крыла Ворона, были уверены, что птицы те самые, завезённые первыми в новенький замок. Ведь вороны, здесь ударение на первом слоге, в отличие от ворон — ударение на втором — живут очень долго.

Наиболее суеверные утверждали то же самое и о Хранителе. Разумеется, это не соответствовало действительности. Однако сам вид почтенного старца, аскетичного, с крючковатым носом, кустистыми бровями, пронзительно-чёрными глазами, в неизменных чёрных одеждах, эти утверждения поддерживал.

Хранитель изредка появлялся в городке, заказывая провизию для своих питомцев — громадных чёрных птиц, не покидавших пределы внутреннего двора замка. Им даже крылья подрезать не приходилось. Мудрые птицы быстро сообразили, зачем куда-то лететь, если их и здесь хорошо кормят.

Возвращаясь обратно, старец неизменно грозил посохом в сторону Гринстоунской Академии, соседствующей с замком. Хранитель считал, что шумные адепты нарушают покой птиц. Знал бы он, что вскоре подобные соседи покажутся меньшим из зол.

Обо всём этом думала леди Каролина Торин, новоиспечённый ректор Академии Фей, по неизвестной причине переведённой из столицы в замок Крыло Ворона. Прежний ректор сразу же подал в отставку, а леди Каролину убедил занять эту должность брат — Глава Палаты Лордов. Вот уже три месяца леди корила себя за то, что расслабилась и забыла о подставах любимого братца в детстве.

Даже столько времени ей хватило осознать, что из всех книг она больше всего не переносит сказки о нежных, милых, добрых и, главное, послушных феях.

Подъезжая к воротам замка в экипаже, запряжённом парой лошадей, а ректор возвращалась после законного выходного, она услышала крепкую забористую ругань. Работники замка тщетно пытались убрать с герба на воротах розовую краску, поминая при этом фейскую мать и демонских девчонок.

Увидев ректора, они тут же рассыпались в извинениях, однако видно было, что извиняются работники лишь за то, что выражались при даме, но никак не за суть ругательств.

Леди Каролина склонила голову, охотно принимая извинения. По большому счёту она была согласна с работниками. Только добавила бы ещё: талантливые негодяйки. Даже с её воздействием, краска оттёрлась с трудом.

Феи, крайне огорчившиеся переездом из столицы, старались украсить замок, казавшийся им мрачным, по своему разумению. Не помогали ни внушения самой леди Каролины, ни вопли кастеляна, ни ворчание Хранителя. Каждое утро преподаватели и обслуживающий персонал рисковали, проснувшись, обнаружить какой-нибудь сюрприз. Розу вместо ворона на флюгерах, оранжевую крышу или, как сегодня, выкрашенный герб на воротах.

Подойдя к кабинету, леди Каролина поняла, что сюрпризы на сегодня не закончились. В приёмной её ожидал Хранитель. Бедная секретарь, старца побаивающаяся, жалась в уголке, за своим столом. Леди Каролина её стыдила, а вот сейчас поняла, уж очень разгневанным выглядел Хранитель, что-то прячущий под полой накидки.

Старец встал, поклонился леди Каролине и кивнул на дверь её кабинета, показывая, что хочет поговорить наедине. Секретарь, лицо которой засветилось от облегчения, подбежала к леди Каролине и помогла снять той дорожную накидку, затем распахнула дверь в кабинет.

Ректор и Хранитель вошли туда. Старец плотно прикрыл дверь и, вместо слов достал из под полы абсолютно жёлтого ворона. Усадив птицу на спинку одного из стульев, Хранитель присел на соседний.

— Кто постарался? — устало спросила леди Каролина, прикидывая в уме возможные варианты «награды для героя».

Хранителя заметно перекосило, в глазах мелькнул красный огонёк, а из под губы на мгновение показались острые клыки. Леди ректор моргнула, нет, показалось, а то уж сама поверила слухам, что в предках Хранителя отметились вампиры.

В их мире давно проживали три расы: люди, феи и эльфы. Остальные исчезли в глубине веков, оставив после себя легенды, да редкие подарки дальним потомкам в виде необычной магии или характерных черт во внешности.

Хранитель, посмотрев на нахохлившегося на стуле ворона, произнёс:

— Сколько раз я просил этих… — он запнулся, видимо сдерживая ругательство, затем продолжил: — фей держаться подальше от воронов! Нет же. Подходит такая: уси-пуси, мои цыплятки. Щёлк пальцами и Одди — жёлтый. И, главное, ушла довольная собой. А Одди теперь остальные птицы в стаю не принимают.

— Ну, пусть у меня живёт, — решила леди Каролина, проникнувшись судьбой бедной птицы, и спросила: — Вы не сказали, кто это сделал?

— Адептка Эбигейл Лесли, — выдал Хранитель.

— Нет, как учиться, так у неё сил нет, дар, видите ли, слабоват! — воскликнула леди Каролина. — Зато на вечеринки, проказы и прочее всегда готова. Как же меня раздражает эта избалованная девица! И ничего не сделаешь, дальняя родственница короля. Дайте Боги здоровья его Величеству.

Спохватившись, что слишком много сказала, леди Каролина пристально посмотрела на Хранителя…. Тот понимающе улыбнулся и произнёс:

— Давно подозревал, что девчонка не из простых, уж очень наглая. Попробую ей объяснить, что она своей глупой проделкой навредила Одди. Животных и птиц она, кажется, любит.

Хранитель вышел, а леди Каролина взялась за бумаги, принесённые на подпись. Она изучала их и разговаривала с пострадавшим вороном, найдя в нём самого внимательного и молчаливого собеседника из всех, с кем ей доводилось общаться. К обеду Одди освоился и позволял себя погладить по жёлтым перьям. Ворон даже сделал попытку сесть леди ректору на плечо, но его спугнула ворвавшаяся в кабинет заведующая кафедрой исполнения желаний.

— Это невероятно, просто невероятно! — воскликнула она и только потом спохватилась: — Ох, простите, доброго дня, леди Каролина. А…

Тут заведующая заметила Одди и уставилась на него.

— Очередная проделка адептки Лесли, — пояснила леди Каролина и добавила: — Вернуть окраску не получилось. Придётся ждать, пока действие чар закончится. Так о чём вы, леди Брант?

— Случилось невероятное! Две девушки, из нашего мира и из параллельного мира Земля одновременно высказали вслух свои желания. По сути, они хотели бы оказаться в роли своего двойника. Редкостная удача! Это же шикарная тема для курсовой работы. Жаль, что выпускники уже свои задания получили. Такой лакомый кусочек, сама бы взялась. Трудно невероятно, но как интересно! Вот список адепток четвёртого курса, которые ещё не определились в выборе. Ради справедливости занесла в список всех, даже Эбигейл Лесли. Не могу сама выбрать. Леди Каролина, прошу, помогите определить достойнейшую.

— Хорошо, я до завтра подумаю, — произнесла леди ректор, проглядывая список. Фамилия Лесли предсказуемо стояла в самом конце.

— Да, да, доверяю вашему выбору! — воскликнула леди Брант и вышла.

— Ты слышал, Одди? Нам нужно до завтра сделать выбор, — обратилась леди Каролина к ворону. — Мне нужно отлучиться, буду проводить лекцию по магическому праву. Не скучай.

Распорядившись, чтобы секретарь покормила ворона и поставила ему воды, леди ректор отправилась проводить лекцию.

Четвёртый курс, а именно им лекция предназначалась, вёл себя обычно, по-фейски. Очаровательные девушки, а всех фей природа наградила красивой внешностью, слушали внимательно, изредка отвлекаясь на полировку ногтей, осмотр себя в зеркало и передачу друг дружке последних новостей.

Леди Каролина научилась не обращать на подобные мелочи внимание. Ведь если сделать замечание, начнутся слёзы, обиды, искреннее недоумение. Проще сделать вид, что ничего особенного не происходит. Хотя нет, на этот раз происходило. Эбигейл Лесли сидела тихая и задумчивая. Похоже, Хранитель беседу с ней провёл.

«Интересно, во что выльется эта задумчивость?» — машинально подумала леди Каролина.

Ответ на свой вопрос она получила на следующее утро, когда поднялась из покоев в кабинет. Одди ехал у неё на плече, его брали с собой, чтобы «бедный мальчик» не скучал в одиночестве.

— Леди Каролина, смотрите! Смотрите! — возгласом встретила её секретарь, указывая в окно.

Во дворе замка, на своей площадке расхаживали полтора десятка одинаково жёлтых воронов. Появившийся в приёмной Хранитель выглядел растерянным. Оказалось, Эбигейл Лесли, проникнувшаяся положением Одди, решила восстановить справедливость.

С воплем: «Значит, не таких, как все, вы отвергаете? Так побудьте же в перьях того, кого изгнали», она щёлкнула пальцами, окрашивая перья воронов в жёлтый цвет. После чего отправилась в лечебницу, восстанавливать силы. Разумеется, пропустив занятия.

— Ты можешь возвращаться к собратьям, Одди, — обратился к ворону Хранитель.

Но тот игнорировал протянутую к нему руку, оставаясь на плече леди Каролины. Одди выбрал себе хозяйку, что случалось среди воронов не так часто.

— Пусть остаётся у меня, он замечательный собеседник, — рассеянно сказала леди Каролина, стараясь ухватить за хвост мелькнувшую в голове мысль. И ей это удалось!

Леди Каролина поняла, кому отдаст тему для курсовой работы. Мысль загрузить Эбигейл Лесли показалась безумно привлекательной. Во-первых, никто не сможет упрекнуть её, ректора, в предвзятости. Она отдаст родственнице короля лучшую из тем. Во-вторых, неуёмная девица направит энергию в нужное русло.

Сомнения в исходе дела ректор откинула, она искренне не представляла, как можно напортачить при исполнении желаний. Приняв решение, леди Каролина дала поручение секретарю пригласить к ней в кабинет адептку Лесли, леди Брант и лекаря. Последнего, чтобы оказать помощь леди Брант, после того, как та узнает имя счастливицы, получившей тему для курсовой.

Глава вторая. Удар, ещё удар

Удар, ещё удар. Саша закончила колотить боксёрскую грушу, придержав рукой. Свою квартиру-студию, приобретённую на призовые, она переоборудовала, отведя угол под спортзал: беговую дорожку, ещё несколько тренажёров и грушу.

Скинув перчатки, она размотала бинты на запястьях и вытерла пот со лба. Сегодня её тренировка затянулась. Обычно в таких случаях соседка слева стучала по батарее. Тут Саша вспомнила, что та уехала в отпуск.

— Вот и увлеклась, — сказала Саша сама себе, разминая кисти рук. — Кажется, помогло. Нужно было с самого начала загрузить себя по полной.

Дело в том, что в течение последних двух-трёх недель девушку донимал голос в голове. Кто-то занудно рассказывал о непонятном мире, его обычаях и порядках, какую-то ерунду о феях и зловредных ректорах. Голос явно девичий с капризно-истеричными нотками раздражал владелицу головы, в которой он звучал, ничуть не меньше, чем само его наличие.

Саша никому об этом не рассказывала. Нет, врач из их тренерского штаба не поднял бы её на смех и, возможно, даже не сдал бы психиатрам, но он, в данный момент, находился в отпуске. Его заместителю Саша особо не доверяла. Слишком молод, слишком самонадеян, да ещё куча всяких разных «слишком». Хотя, товарки по команде на него заглядывались.

На ходу стягивая пропитанную потом майку, Саша направилась в душ. Вышла она оттуда в хорошем расположении духа. Голоса, обычно появлявшегося каждый день примерно в это время, не было.

Высушив волосы перед зеркалом, Саша, перед тем, как собрать их в привычный хвостик, посмотрела на своё отражение. Вполне себе симпатичная девушка боксёр лёгкого веса. И тут её озарило: голос начал звучать после того, как она, собираясь на встречу с Киром, произнесла вслух, передразнивая сводного братца:

— Тебе пора становиться более женственной, Сашка. — После чего ответила невидимому собеседнику: — Нет, конечно, иногда хочется стать такой, как например, Золушка. Балы, принц и всё такое. Тем более что протектор груди из экипировки один в один корсет для бального платья.

Да, точно, с этого момента и появился голос. Хотя, скорее всего, после того, как Надюха её сильно приложила на тренировке. Намеренно приложила, приревновала, бестолочь, к заместителю старшего врача. Надюху Саша поняла и простила, а вот недодоктора стала недолюбливать ещё больше.

Звук на грани слышимости заставил насторожиться, затем пришло узнавание: вибрация смартфона, поставленного на беззвучный режим. Саша забыла, что отключила звук. Охнув, она кинулась к входной двери. Там, на тумбочке стоял на зарядке смартфон.

Ответить не успела и озадачено посмотрела на число пропущенных звонков.

Саша давно хотела избавиться от привычки разговаривать вслух, но вновь не удержалась.

— Так, папа, его жена, — называть супругу отца мачехой язык не поднимался, — Кир. Так, вот ему нужно перезвонить.

Семья у Саши была, как она сама выразилась, сборная. После того, как маман, оставив их с отцом, усвистала за границу, папа долго не страдал. Женился на женщине с двумя детьми: сыном, ровесником Саши и дочкой на два года младше. Со сводной сестрой сложились отношения условно-мирные, а вот с её матерью и Киром Саша сдружилась. Сводный брат всегда поддерживал её начинания. Он единственный в семье одобрил решение сводной сестры заниматься профессионально женским боксом. Хотя сам из спорта признавал только шахматы.

Отец, скрепя сердце, отпустил тогда двенадцатилетнюю дочь к знаменитому в их области тренеру. Но поставил условие: хорошо окончить школу и поступить в университет. «Да не вопрос», — ответила тогда Саша, а слово своё она с детства держать привыкла. Как выразился Кир, перефразировав известное изречение: «Сашок сказал, Сашок сделал». И сделала.

Правда, в её поступлении, да и учёбе на первом-втором курсе, преимущественно заслуга Кира, поступившего вместе с ней. И, откровенно говоря, делавшего часть работ в двойном экземпляре. Большинство преподавателей обо всём знало, но смотрело сквозь пальцы, ведь Саша успела добиться в спорте неплохих результатов.

С первых призовых она накупила подарков родным, не обделив даже вредную сестрицу. А вот после довольно быстро скопила себе на квартиру. Но в последнее время Саша стала задумываться о перерыве в карьере. Сменился тренер. Прежнего «ушли», очень неудобным он был для спортивных чиновников, зато для спортсменов — отец родной. Две девушки ушли из команды вслед за ним, Саша, поколебавшись, осталась.

За своими мыслями Саша перезвонить Киру не успела, братец опередил. Он напомнил о юбилее своей мамы.

— Я зайду за тобой, вместе пойдём выбирать подарок, — предупредил Кир. — Сашок, может, наденешь платье?

Буркнув:

— Ладно, — Саша отправилась доставать из шкафа не самый любимый предмет гардероба.

Натянув платье, Саша, со вздохом, достала босоножки. Когда, склонившись, застёгивала их, почувствовала, как на плечо опустилась чья-то рука.

Дальше Саша действовала на инстинктах, она вывернулась из под руки и нанесла наугад свой коронный удар левой. Удар, очень неприятный для соперниц, особенно раньше с ней не встречавшихся и не знавших, что она владеет обеими руками одинаково.

Только после этого она увидела девушку, отлетевшую от удара к соседней стене. Хорошенькая блондинка в пышном платье сидела, закрыв руками правый глаз и тихонько подскуливая.

— Ты как здесь очутилась? — спросила Саша.

— Познакомиться пришла, — ответила девушка, пару раз всхлипнула и добавила: — Говорила мне леди Брант, что это плохая идея.

Пропустив мимо ушей слова о какой-то там леди, Саша протянула руку, помогла потерпевшей встать и усадила на тумбочку, где раньше лежал смартфон.

— Извини, это я от неожиданности. Сейчас лёд принесу, приложишь, чтобы фингала не было, — сказала она смущённо. Подумала: «Наверное, это новая соседка. Девчонка познакомиться пришла, а я её приложила. Неудобно получилось».

— Не нужно, у фей быстро всё заживает, — возразила «соседка».

— Так это у фей, а у нас они не живут. Так что, сиди, сейчас лечить тебя будем, — сказала Саша, подумав, что у всех свои тараканы. У некоторых, как у новой соседки, в виде феечек.

Она направилась к холодильнику. Лёд там имелся в достаточном количестве и в удобных пакетах. Обернувшись, обнаружила, что странная соседка исчезла. Скорее всего, вышла, захлопнув дверь. Саша пожала плечами и сунула пакет со льдом обратно. Она не удивилась тому, что незнакомка смогла войти. Ведь уже несколько раз умудрялась оставить дверь открытой, не защёлкнув замок до конца.

Когда появился сводный брат, Саша, неожиданно для себя, выпалила:

— Кирилл, мне нужно тебе кое о чём рассказать!

Кир сразу насторожился, Саша редко называла его полным именем. Он проследовал за сестрой в обеденную зону. Сел за стол, приготовившись слушать.

Саша, не глядя на Кира, быстро рассказала про странный голос в голове и не менее странную соседку.

— Я бы подумала, девчонка, называющая себя феей — галлюцинация. Но она была вполне реальной, как и синяк, наливающийся под её глазом. Правда, какая-то смешная ерунда творится?

Закончив речь, Саша подняла глаза и чуть не вздрогнула, увидев сосредоточенный, серьёзный взгляд. Киру явно смешно не было. Саша словно увидела сводного брата со стороны. Довольно привлекательный, несмотря на небольшую полноту, молодой человек. Очки в красивой оправе — её, кстати, подарок — делали слетло-карие глаза выразительнее и подчёркивали светящийся в них ум.

Неожиданно подумалось, а ведь Кир с удовольствием бы перевёл их отношения из дружеских в романтические. Пока он делал лёгкие намёки. Поначалу Саша эти намёки реально не понимала, позже притворялась, что не понимает. Терять такого замечательного друга не хотелось, ведь как мужчину Саша Кира не могла воспринять. Это трудно по отношению к тому, с кем больше десятка лет делил место в одной семье. А ещё Саша чувствовала, стань она хоть чуточку женственнее, слабее, Кир стал бы куда решительнее в своих намерениях её завоевать.

— Сашок, — произнёс Кир после недолгого молчания, — помнишь, ты говорила, что хочешь взять тайм аут? Может, с этого момента и возьмёшь? Отдохнёшь от своего бокса с полгодика. Если хочешь, академ тебе в универе оформим.

— Думаешь, всё так серьёзно? Всё сложно? — спросила Саша.

Кир кивнул и добавил:

— Родителям про голоса в твоей голове говорить не будем. Скажем, переутомилась. Врачи порекомендовали отдых.

— Ага-ага, — вскинулась Саша. — Папа меня тут же в какой-нибудь санаторий запихнёт. Буду там с бабульками и дедульками на процедуры ходить. Ладно, ладно, — добавила она в ответ на укоризненный взгляд. — Санаторий, так санаторий. Вот завтра проведу бой на первенстве региона, и уйду.

— Саша, давай без этого боя? — попросил Кир.

— Так у меня поединок-реванш. Мне край нужно доказать, что та победа была не случайной. Кир, надо.

— Умеешь ты уговорить, Сашка, — сказал Кир и покачал головой. — Но учти, я тебя встречу после поединка и пойдём академ оформлять.

— Да не вопрос, — отозвалась Саша. Она давно готовилась к решению на время оставить бокс, потому так легко согласилась. А академический отпуск шёл приятным таким бонусом. — Ну а сейчас пойдём твоей матушке подарок выбирать. Чего сидим? Кого ждём?

Саша с удовольствием посмотрела на возмущённого брата и направилась на выход.

Первенство региона проходило в их городе. Перед поединками тренер сорвался на девушек, заявив:

— Если что не нравится, уходите!

В другое время Сашу бы оскорбило подобное заявление, но вот именно сейчас играло ей на руку. Она решила поговорить с тренером после боя, предвкушая, насколько неприятным окажется для того её сюрприз.

Странное предчувствие кольнуло, но тут же ушло, когда она под аплодисменты и раскатистое:

— Александр-р-р-ра Смир-р-рнова! — ринг-анонсера, вышла на ринг.

Саша после объявления рефери о начале боя уверенной походкой двинулась на соперницу. Неожиданно мир вокруг завертелся бешеной круговертью, свет померк, и Саша полетела куда-то в непонятную темноту.

Глава третья. Обиды

Преподаватель по эльфийскому языку произнёс:

— Адептка Алисия Стейл, ваш проверочный тест оставляет желать лучшего. Сдадите ещё раз. Жду через неделю.

Алисия смотрела на преподавателя, не отрываясь, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. Ну, вот как так? Она была уверенна, что её работа немногим хуже, чем, например, у сводного брата. Однако ему пересдачу не назначили. От обиды слёзы заструились по щекам, Алисия судорожно всхлипнула.

Преподаватель закатил глаза к небу и протянул страдалице носовой платок, обшитый кружевами. После чего пробормотал что-то себе под нос по эльфийски, забавно подёргивая длинным ухом. Он не только преподавал язык, но и являлся его носителем, а именно — эльфом. Молодым и девичьими истериками ещё не закалённым.

Особо продвинутые адепты смогли даже кое-что понять из бормотания, типа: «Ведь зарекался ничего ей не говорить. Демонская привычка говорить правду, поставил бы тройку».

Вслух же сказал другое:

— Успокоились? Ничего страшного не случилось. Подготовитесь получше и сдадите.

После чего преподаватель попрощался и быстро покинул аудиторию.

— Прекращай лить слёзы. Всего лишь какой-то тест, — сказал Алисии Рич, её сводный брат.

Две их однокурсницы, хвостом ходящие за красавчиком Ричардом, улыбнулись Алисии. Она подумала, что улыбки ехидные, но, как обычно, ошиблась. Кто же будет задевать сестру понравившегося парня?

— Хорошо тебе говорить, у тебя-то пересдачи нет? — укоризненно высказала Алисия. — Пойду к лекарям, возьму освобождение от физры, какие после расстройства нагрузки.

— Что, опять? Зверь и так на тебя волком смотрит. Уже какое занятие прогуляешь? — возмутился Рич.

Преподаватель дисциплины физическая культура с основами магической самообороны носил давно и прочно прилепившееся к нему прозвище «Зверь». Во-первых, в его внешности проявились черты давно исчезнувших оборотней: избыточная волосатость по телу и кисточки на кончиках ушей, во-вторых, фамилия была говорящей: Вольф, в-третьих, характер Зверь имел крутой.

— Не прогуляю, а пропущу по уважительной причине, — робко возразила Алисия.

Рич хмыкнул и сказал:

— Делай, как знаешь, но, думаю, Зверь будет недоволен.

А вот в этом Рич ошибся. Преподаватель, крутой и неустрашимый, как огня боялся Алисию. Он не переносил женских слёз, а адептка Стейл поплакать любила. Причём, причиной слёз оказывались самые незначительные ссадины и ушибы, без которых на занятиях не обойтись. Потому-то Зверь и закрывал глаза на многочисленные справки и даже подговорил старичка лекаря выдавать Алисии освобождения без расспросов. Дни, когда излишне эмоциональная адептка отсутствовала, Зверь считал удачными.

Побывав у лекаря, который без слов выдал справку и посоветовал попить успокаивающие травки, Алисия направилась к выходу с территории академии. На совет она немного обиделась, тихонько бормоча:

— Пусть сам пьёт свои травки. Не так часто я и плачу.

Пройдя мимо привратника, Алисия вышла на дорогу мощеную камнями, стершимися от времени до идеальной гладкости. Взгляд Алисии помимо воли устремился на холм, где располагался замок Крыло Ворона, в который недавно переехала Академия Фей. Поговаривали, фей выслали из столицы за неудачно исполненное желание кого-то из королевской семьи. С их появлением жизнь в Гринстоуне оживилась, хотя феи в город выходили не часто. В учебные дни, они постоянно жили в замке, а на выходные разъезжались по домам.

Но местным хватило и самого факта их наличия, чтобы вдоволь рассуждать на тему фей и всего, что с ними связано. Почему-то жители города решили, раз феи поселились рядом, значит, и желания будут исполняться чаще.

Алисия, вспомнив об этом, зажмурилась и от души пожелала:

— Хочу уметь за себя постоять! Отвечать обидчикам сразу, а не после придумывать остроумные реплики и фразы. Вот.