Измена. Пленница Дракона

- Не помешаю? - спрашиваю я. Девочка оглядывается на меня без особого интереса и снова поворачивает голову к воде.

- Нет.

- Ну и что случилось? - я подхожу ближе.

- Мы с мамой поругались.

- Я тоже часто с родителями ссорился, но сбегать из дома начал лет в двенадцать, ты опережаешь сроки детских ошибок, - я улыбаюсь, но что-то ей невесело.

Обычно дети впадают в истерику, плачут, а она стоит едва шевелясь, будто под тяжестью огромного груза. Совсем как взрослая.

Я бы мог её обнять, и если бы она была мне родственницей, точно сделал бы это. Но не могу, не имею права ни по этикету, ни по законам.

Становлюсь рядом и также бесцельно смотрю за темной водой, ночью, кажущейся совсем черной. Хоуп отходит от моста. Я плетусь за ней.

- Последний раз я общался с кем-то твоего возраста лет пятнадцать назад, и это был мой брат. Так что, можешь учить меня общению с детьми, - пытаюсь наладить я разговор. - Я должен привести тебя домой, Хоуп.

- Я не хочу.

- А чего ты хочешь?

Она пожимает плечами.

- Не знаю. Правды, может. И свободы.

Я хмыкаю.

Мы идем под мост, к берегу. Малышка подходит к водной глади и садится на камень.

- Прекрасные желания. У меня были такие же когда я был постарше. В твоем возрасте мне хотелось залезть на дерево повыше, - говорю я.

Не понимаю, какая боль может быть настолько сильной чтобы ребёнок выглядел таким, по-взрослому печальным. Ванесса явно хорошая мать. Может дело в Альфреде? Он мог её обидеть?

Родной отец? Это невозможно. Хотя, мало ли что у него в голове. Если бы у меня были дети, я бы сделал всё, чтобы они были счастливы.

- Ты вообще очень быстро растешь, Хоуп. Дети часто быстро становятся взрослыми от недетской боли. А есть взрослые, кто остался ребёнком, потому что боли было слишком мало. Не говорю, что боль это хорошо, но она делает тебя лучше. Вынужденно. Поделись своей болью, тебе станет легче.

- Мама скрывает от меня тайну, - выдыхает девочка.

- Родители скрывают от нас много тайн. И мы от родителей. Делаем это из одной цели - чтобы облегчить дни друг другу. Чтобы лишить волнений.

- Я уже достаточно взрослая, чтобы... чтобы понимать. И принимать решения, - отвечает она.

- Я могу помочь? - спрашиваю я. - Понимаю, мама против. Но она и против того, чтобы ты убегала из дому. Так что... Мне кажется, хуже уже не будет.

Я усмехаюсь, но Хоуп поворачивается на меня. Молча поднимает руку и чуть приподнимает рукав платья. Сначала, мне кажется что на ней рана, но она светится будто изнутри темно-красным цветом. Даже в темноте на белой коже, будто на листке бумаги я отчетливо вижу двухглавого алого дракона.

- Вы ведь знаете что это? Вы же сам Дракон? - спрашивает она с надеждой.

- Прости, я впервые вижу такое. Но я знаю того, кто знает, кто любой символ расшифрует и разберет. Все будет хорошо.

Я говорю о Райлане, своем начальнике но пытаюс и вызвать Дракона. Он как назло не является.

Хоуп грустно опускает голову.

- Как давно он появился? - спрашиваю я.

- Сегодня, на балу.

Когда я её коснулся, значит?

Символ может быть связан со мной, появиться из-за меня! Поэтому Ванесса так злится, не хотела, чтобы я знал.

Но это точно не Истинность.

От одной мысли становится как-то дурно и неприятно. Хоуп снова отворачивается к воде, понуро опустив голову.

Нет, какой бы мой Дракон не был злым, соединить меня с дочерью Ванессы это уже перебор даже для него. Тем более никто не подбирает Истинных настолько заранее.

Дракон мелькает в моей голове на одно мгновение, задать мне один вопрос. Почему я так испугался одной мысли о том, что это может быть метка Истинности?

Ответ лежит на поверхности, и я пожимаю плечами, пытаясь пояснить Зверю простые вещи. Потому что она могла бы быть моей дочерью. Её могла бы родить от меня Ванесса. Она дочь моей бывшей женщины. Даже возраст подходящий.

Даже возраст...

Мелькает безумная идея. Совершенно дикая.

Нет, Ванесса бы так не поступила. Совершенно нет. Да, между нами полно разногласии, но она не прятала бы от меня моё дитя.

- Хоуп, а когда у тебя день рождения? Вдруг, я буду ещё здесь и без подарка, - спрашиваю я. Подозрение, что бьет колоколом по голове надо поскорее успокоить.

Этого просто не может быть.

- Нескоро, осенью в начале сентября, - говорит девочка.

Ванесса сбежала из моего окна в мае. Она могла зачать Хоуп от меня.

И никак не моглазачать от Альфреда.

Я резко подрываюсь.

Нет!

Нет, это невозможно.

Я не мог.

Я не могу быть отцом взрослой девочки.

Голова стучит так, что болят виски. Нет ни одной рациональной причины почему Ванесса не могла сбежать будучи уже беременной.

Ни одной кроме того, я не хочу в это верить.

Я оглядываюсь на Хоуп, удивленно смотрящую на меня.

- Что-то случилось?

Не знаю, что сказать ей.

Мы похожи. Только сейчас понимаю, она вообще не похожа на своего отца, зато похожа на Ванессу.

И на меня. Может мне кажется?

Может, пытаюсь себя убедить? Надеюсь. Или боюсь?

Что больше?

Ошибся?

- Я покажу фокус, - говорю я и являю немного драконьего пламени которое окружает нас, создавая вокруг сияние, будто солнечного света, Хоуп смотрит на меня зачарованно и встает.

- Красота какая! - говорит она.

Я жестом приглашаю её встать рядом и смотрю на водную гладь. Свет огня позволяет воде отразить наши лица.

Мы смотрим на отражение несколько долгих секунд.

- Мы похожи? - спрашивает Хоуп.

Трудно не заметить. Я смотрю в отражение её глаз и понимаю, что они настолько мои, что заглядывая в них, я будто смотрю в собственные. Только чистые.

Сколько ещё будешь прятаться, Эдгар? Вспомни испуг Ванессы, когда ты впервые увидел дитя. Вспомни холодного Альфреда. Вспомни, как Дракон стихает рядом с ребёнком.

Ты. Её. Отец.

Она. Твоя. Дочь.

Дочь.

Какой-то миг, когда кажется, будто понимаешь всё и сразу. Понимаешь про своих родителей, про любовниц, про детей. Понимаешь про будущее, про прошлое. Про богов и демонов. Будто весь мир превращается в раскрытую книгу и ты наконец-то разгадал её главную тайну.

Вот она, главная тайна мира, самое лучшее что может быть. Твоё дитя.

Как видишь чистоту и невинность в твоих же глазах и хочешь сохранить это.

Сберечь, то, что не сберег в себе.

Так я и стою, пока не замечаю чего-то очень странного. Глаза отражения Хоуп меняются. Левый становится тёмно-красным, цвета вина и цвета её метки.

Мой Дракон приходит на это как на зов. И теперь мой правый глаз также стал не человеческим. Мы смотрим в водную гладь вчетвером.

Я, Хоуп, мой Зверь и Дракон внутри моей дочери.

Зверь знал. С самого начала, как увидел её, почувствовал. И её тоже. Но дал мне время понять самому. Самому осознать и принять это.

Она. Моя. Дочь.

Она. Дракон.

Её зверь поступил также, не говорил сам.

Теперь Хоуп мелко трясет осознания, я понимаю что он шепчет ей сейчас.

Раскрывает правду. И она как всегда бьет в самое сердце. Мне больно видеть боль Хоуп. Хочется забрать её, самому испытать хоть в сто крат больше, но чтобы защитить её. Но не могу.

Так давно не чувствовал себя беспомощным. Но одновременно всемогущим.

Я не знаю, что ей сказать.Самого обуревают чувства, но они не важны, это всё посредственно по сравнению с тем, что бьется ураганом в душе этого ребёнка. Моего ребёнка.

Утешить, обрадовать? Что она чувствует? Потеряла отца. Приобрела. Злится на ложь. Жалеет. Любит мать, ненавидит, прощает? Все сразу?

Что я чувствую? Злюсь на Ванессу, радуюсь дочери, ненавижу. Люблю, готов убить и радостно кричать что я бессмертен, потому что продолжился.

Я продолжился в ней и потом продолжусь в её детях. Я бессмертен, и всё остальное больше не играет никакой роли.

Лучшее и главное что я сделал, это она. Целого (о боги!), человека.

Душу.

Я понимаю, только то, что всё что могу сделать это обнять малышку, слушая её истерическое рыдание. Прижать сильнее, и поцеловать в висок и так и стоять.

Я угрожал Альфреду, что если кто-то помешает мне в поисках ребёнка то я убью мешающего. Я врал. но сейчас, если кто-то вздумает вытащить Хоуп из моих рук, я точно прикончу любого.

Кроме Ванессы, которая и сделала это. Я не смогу поднять на неё руку.

- Она ответит. Она за всё ответит, - шепчу я, не зная, понимает ли меня Хоуп.

Теперь я понимаю, почему Дракон так был зол на неё.

Теперь я всё понимаю.

Она так хотела, чтобы я уехал.

Ну что же, желания исполняются.

Я тебя продал

Я хожу как зверь в клетке. Хотя почему "как?"

Брожу-брожу из угла в угол, едва сдерживая водопад слёз, льющийся из глаз. Моя маленькая девочка где-то там, в большом городе. Она сбежала. Это её явно заставил сделать её Зверь.

И что делать мне? Как мне его подчинить? Как мне подружиться с ним? С чудовищем в голове и душе моей дочери? Ведь это тоже она. Её неприятная, тёмная, злая сторона. Но это также мой ребёнок.

Просто падаю на колени взывая к богам, шепчу молитвы которые едва помню. Никогда у них ничего не просила, как бы ни было тяжело. Я готова на всё, пусть заберут мою жизнь, но пусть моя малышка придет домой невредимой.

Мне больше ничего не надо!

Слышу какой-то шум. Резко встаю, услышав как открывается моя дверь. За ней стражник и Альфред. Они ничего не говорят, а за ними я вижу медленно плетущуюся Хоуп.

Вне себя, отталкиваю стражника и бегу к дочери. Сжимаю её в объятьях, вдыхаю запах её волос, слёзы меняются. Теперь они от счастья. Я даже говорить не могу, горло спирает от спазмов, но мой ребёнок неожиданно отстраняется от меня, будто ей неприятно.

Стоит, глядя бесцельным взглядом себе под ноги.

- Хоуп? Что-то случилось? - спрашиваю я.

Боги, её кто-то обидел? Напугал? Боги, что могли сделать с маленькой девочкой в ночном городе?

- Мама, я спать хочу, - бросает Хоуп едва шевеля губами.

Она не выглядит так, будто ей навредили, не видно ни ран, ни синяков. Одежда чистая и целая. Может она так устала?

Я слежу за тем, как моя малышка уходит. Ладно, главное она здесь. Жива и невредима. Это главное. В коридоре позади Альфреда вижу Эдгара. Надо сказать ему пару слов.

- Эдгар, я безумно благодарна тебя за то, что ты нашёл Хоуп, - говорю я, и не вру ни в одном слове. Эдгар же дарит мне злой взгляд тёмных глаз. Я слегка отстраняюсь, поняв, что передо мной Дракон

Он подлетает на своей сверхскорости, хватает запястья, сжимая их пальцами. Такое чувство, будто он готов продавить мне кожу и сломать кости.

Я вскрикиваю от боли.

- Хватит, мне больно! - кричу я Зверю. Тот оскалится и поворачивает голову вбок.

- Мне было сегодня больнее, когда я узнал, что скрывала моего ребёнка.

Сердце проваливается в пятки. Стены все-таки сжимаются и потолок падает на меня. Всё. Это конец.

Я уже не так чувствую боль в руках, как животный ужас от его слов.

- Я хотел просто увезти её этой же ночью, и запретить тебе покидать Турапс под страхом смерти. Чтобы никогда не увидела своего ребёнка, - шепчет чудовище. - Но Эдгар спорил, кричал на меня, сопротивлялся. Впервые за эти годы он мне перечил. Говорил, это слишком жестоко. И что Хоуп нужна её мать. Ладно. Но я придумаю тебе наказание, тварь. И оно будет долгим и на глазах Хоуп, чтобы она знала, как поступать с предателями. А теперь, ложись спать, Ваше Величество. И пусть эта ночь подарит тебе кошмары от мыслей о будущем.

Зверь выпускает меня из рук. И я отстраняюсь. Заливаюсь слезами. И молча ухожу, глядя на лицо Эдгара. Дракон так и не позволяет человеку занять тело и поговорить со мной. Может быть, он бы мог понять меня.

Может быть.

***

Жестокая идея Дракона была абсолютно верной. Я не сплю всю ночь, плача о своей судьбе, о Хоуп. Она единственное ради чего я живу. И Дракон будет пытаться превратить её в тоже чдовище что и он.

А Эдгар, будет зол на меня и снова не захочет сопротивляться, позволив превратить мою малышку в существо немногим лучше Эллы.

Нас могут спасти законы Турапса, я все ещё королева, а Хоуп все ещё принцесса. Но вчера Эдгар получил документ, дающий ему полное право в нашем царстве.

Защититься можно было только войной, но мы в ней проиграем. Ещё и люди пострадают. Нет. Невозможно.

В безрадостных мыслях я дожидаюсь рассвета. Дожидаюсь как ко мне приходит служанка, разбудив с утра.

- Леди Ванесса, - она кланяется мне. - Мне приказано собрать ваши вещи.

Голос дрожит. Что-то не то.

- Приказал кто? - спрашиваю я.

- Король Альфред.

Только сейчас я понимаю, что она назвала меня "леди". А ведь я для неё королева.

Понимая, что от неё ответов не дождешься, я накидываю сорочку быстро перевязав поясом, спускаюсь по лестнице и нахожу кабинет Альфреда. Дверь оказывается открытой, он сидит ко мне спиной а впереди развалившись восседает Эдгар.

В той же одежде что и ночью, а глаза его показывают что сейчас Дракон и человек в единений.

- Что происходит? - спрашиваю я.

Альфред будто не шевелится. Сначала мелькает жуткая мысль, что он мертв, но я вижу как вздымается тело вдыхая воздух.

Также молча он хватается за стол и делает то, что меня шокирует.

Он медленно поднимается с кресла. Видно что ему сложно, но все же, он умудряется встать, и даже не опираясь на стол, он оборачивается на меня, стоя на двух ногах.

Я от неожиданности закрываю рот рукой.

- Альфред, это... это же чудесно! Я поздравляю тебя!

Он улыбается на мгновение, и резко улыбка сходит с его лица, будто он сбрасывает её. Он не может смотреть мне в глаза, будто виниться передо мной.

- Что случилось? - спрашиваю я.

- Извини меня, Ванесса. Я тебя продал.

Даже не "предал", "продал". Я сдерживаю слёзы, но они катятся по щекам непослушно.

- Что ты сделал?

Эдгар же перебирает стопку бумаг на столе.

- Милая, бывшая королева Турапса, - говорит он про один лист бумаги, затем берет второй и перечисляет их. - Это документ о твоем разводе с мужем, а это документ о его отказе от Хоуп. Это документ о том, что Хоуп теперь моя дочь и моя наследница. А этот низводит тебя в положение рабыни. А этот - о том, что Альфред продал рабыню тебя мне. За один талер, в долг, - смеется Дракон. - Недорого же ты стоишь.

Я снова смотрю на Альфреда, тот отворачивает от меня лицо, только пылающие щеки показывают его чувства.

- Ноги этого стоили? - спрашиваю я, пытаясь поймать его взгляд.

- Не только ноги, милая моя. Я дал ему столько жизненной силы Дракона, что он помолодел лет на десять. Сможет найти себе нормальную жену и продолжить род. А иначе я бы все равно вас забрал, просто незаконно. И Турапс упал бы в бездну гражданских войн за власть. Так что, Альфред получил здоровье, семейное счастье, и спас государство. Он истинный герой Турапса, и потомки будут слагать о нем легенды. Кстати, Ванесса. Тебе не положено носить золото.

Дракон явно издевается. Я молчу, Альфред тоже. Я снимаю обручальное кольцо с пальца онемевшими пальцами выпускаю его из рук. Оно падает на пол слишком громко.

- Поднимешь сам, теперь ты можешь, - бросаю я Альфреду.

Эдгар встает.

- Я приказал служанкам, они будят вас и собирают вещи твои и Хоуп.

- И куда мы едем? - спрашиваю, я прекрасно зная ответ.

- Домой, Ванесса. Мы едем домой.

Я хочу быть рядом

Мы разделяемся в пути на три кареты. Элла отдельно, с вещами и слугами. Также отдельно Ванесса, и я с дочерью в другой карете.

Дракон позволяет мне общаться с ней наедине, но говорить мне не о чем, и это пугает. Я действительно не подозреваю как мне быть отцом десятилетней девочки.

Хоуп тоже явно в раздрае. Смотрит в окно блуждающим взглядом. Ей, наверняка тяжелее чем мне.

- Послушай, - я облизываю пересохшие губы, понимая, что мне безумно сложно говорить с ней. - Я знаю, что ты напугана и тебе грустно. Но мы со всем справимся. Всё будет хорошо. Ты принцесса больше не захудалого Турапса. Ты наследница моего королевства, а я, и мой повелитель держим в подчинений всех остальных. Твоя власть имеет очень мало ограничений, выше тебя будут только дети Райлана...

- Мама, - говорит девочка и заглядывает мне в глаза.

Я не понимаю. Переспрашиваю.

- Что "мама"?

- Что у вас с ней? Дракон много говорит, но я много не понимаю. Я хочу быть с мамой.

- Маленькая моя, мама будет рядом, - киваю я, одаривая девочку улыбкой.

- Но в другой карете? Среди вещей, будто она вещь, ведь так?

Я вздыхаю. Дети умудряются быть очень прозорливыми с одной стороны, и ничего не понимающими с другой.

- Твоя мама забрала тебя у меня. Она подумала, что имела право забрать моего ребёнка, что имела права, лишить меня моего продолжения. Имела право соврать тебе о отце, о твоей сущности...

- Я по ней скучаю, - вдруг говорит Хоуп, меня перебиваю. - Сильно скучаю.

Я удивленно приподнимаю брови.

- Мы около часа, и ты знаешь, что она недалеко. Вон в той карете.

- Но я хочу быть рядом. Я люблю её.

- Не бойся, с ней всё в порядке. Она просто в другой карете, - повторяю я.

- Я хочу быть рядом, - повторяет малышка, глаза на мокром месте и губы сжаты.

Я кривлю губы. Делаю знак кучеру. Мы останавливаемся но я не могу решить, как поступить. Отправить Хоуп в карету к Ванессе. Та её настроит против меня. Тем более, учитывая такую сильную между ними связь.

Получается, есть только один путь.

- Ванессу сюда приведите, будет с нами ехать.

Наблюдаю из окна, как её, будто бесцветную, ослабевшую вытаскивают из её кареты и ведут к нам. Сердце колит от неприятных чувств.

Здесь всё, и вина, и ощущение что я жесток с ней. Я, а не Дракон. Сочувствие, боль. Но и гнев, злость на то, что она забрала Хоуп. Что не сказала, о своей беременности. Что бы не было между нами она не имела ни малейшего права лишать меня семьи.

Сжимаю кулаки. Как же это было глупо. Мы ругались из-за постельных дел. Из-за того, что Зверю нужна была другая женщина, готовая на то, чего бы я не предложил Ванессе. И из-за этого я лишен дитя. Как это глупо и мерзко с её стороны.

И отнятые годы она никогда мне не вернет. Я никогда не увижу, как Хоуп делала первые шаги, как засыпала маленьким клубочком под колыбельные матери, как училась чтению и радовалась впервые, что смогла прочесть слово.

От этого во мне столько злости, что я готов крушить. А в Драконе ещё больше. Но он, в отличие от меня, чётко знает, куда направить гнев. Он хочет мести. Жесткой, скорее даже несоизмеримо жесткой с преступлением Ванессы.

Я вижу его фантазии, вижу его идеи. Я не смогу так поступить ни с Ванессой, ни с кем-либо ещё. Он и раньше был жесток в своих идеях, но теперь... это переходит все черты.

Ванесса садится в карету, и сразу же сжимает в объятьях дочь, которая расплывается в счастливой улыбке.

- Всего на час её забрал, а ты уже будто потеряла рвение к жизни, Ванесса, - говорю я. - А как мне? Я то был без неё девять лет.

- Давай не при ней, пожалуйста, - говорит она.

- Я взрослая, мама. Я - Дракон! - возмущенно заявляет Хоуп и её звонкий и гордый голос, звучит так мило, что я несдержанно улыбаюсь, Ванесса реагирует также и в её взгляде мелькает капля радости и материнского счастья. Я ловлю этот взгляд и она, заметив мой, опускает голову.

Теперь я для неё монстр. Хотя мы родители одного дитя.

- Знаешь, почему ты рабыня, Ванесса? - спрашиваю я, через некоторое время, когда мы уже едем несколько часов, а Хоуп заснула на коленях матери.

- Потому что, ты хотел меня унизить, - отвечает она.

- Нет, всё куда прозаичнее. О том кто ты, и в каком положении будут знать все. И ты не сможешь сбежать. Любой доложит мне о тебе и вернет, ведь ты моя вещь. И помочь тебе сбежать, будет словно своровать у меня. Так что это не унижение, милая, это просто замок на твоей клетке.

Твоё единственное спасение - это я

- Постой здесь, - говорю я Хоуп, и веду Ванессу под руку в свой дом. За последние десять лет он изменился. Постарел, стены облупились, обои подтерлись. В полу дыры.

Ванесса удивленно разглядывает его.

- Что случилось? - говорит она.

- Я хотел отремонтировать его, но никак не было сил и желания, на самом деле. Дракону это не нужно, Элле тоже. Уильям пытался что-то делать, но в результате обновил только свои покои, - бормочу я.

- Разве тебе самому, не дурно здесь жить?

- Мне плевать, - я пожимаю плечами. - Дракон хочет запереть тебя в клетке, посадить на цепь как собаку. Но нет, ты будешь жить в покоях рядом с Хоуп. Будешь прикреплена к ней, как нянька.

- Я не нянька, я её мать! - Ванесса вырывается из моей хватки и смотрит на меня злым зверьком.

Дракон резко пробуждается. Я не успеваю его остановить и он занимает моё тело. Я же просто наблюдаю моими глазами за тем, что он делает моим телом. Будто во сне.

- Ванесса, - шипит он, и она понимает, что перед ней не я, а Зверь. - Радуйся тому, что место подле моей дочери свободно, ей нужна мать и она у неё будет. А вот позволю ли я тебе быть ею? Я не знаю.

- Ты не можешь мне позволить это или нет. Она взрослая, она знает и любит меня, и никакая твоя шлюха не может занять моё место!

Дракона это злит ещё больше. Он хватает Ванессу за горло, сжимает и я чувствую её нежную кожу в своих пальцах, бешеный ритм её сердца.

- Хватит, не трогай её. Она мать Хоуп, - говорю я Зверю, но существо меня будто не слышит. - Ты действительно этого не изменишь.

Дракону плевать. Он сжимает горло Ванессе, держа её над землей. Я знаю, что он не убьет её, только наслаждается её страданиями.

- Черти. Отпусти её! Немедленно!

Я пытаюсь занять своё тело, но Дракон вышвыривает меня из моего разума. Я делаю ещё одну попытку. Ещё.

Давно я ему не сопротивлялся, кажется, последний раз это был до побега Ванессы. Я слишком слаб, не умею этого делать.

Обычно мы с Драконом относительно согласны друг с другом, даже с тем. как он угрожает другим. Но сейчас, он переходит черту. Явно переходит.

Слышу, как он слегка шипит от боли, от нашего сражения, которое не видит Ванесса. Он отпускает её горло, сосредоточившись на мне и с силой, будто запирает меня в клетке моего разума. Я прекращаю чувствовать самого себя, только смотрю за тем, что он делает, постепенно собирая осколки своей личности.

- По поводу моих шлюх, Ванесса. Хоуп, действительно взрослая девушка и ей не так нужна мамочка, как тебе бы хотелось. И потому, это более твоя нужда в ней, чем её в тебе. А значит, тебе придется сильно просить меня о том, чтобы я позволил тебе видеться с ней, - он усмехается. Взглядом останавливается на том месте в её платье, где видна слегка ложбинка её груди. Он предвкушает как будет играться с этим телом. И ему даже нравится то, что она подчинена, значит, не будет сопротивляться никаким его фантазиям. - Очень хорошо и старательно меня просить, Ванесса, и заслуживать моё довольство тобой. Элла может научить тебя тому, что мне нравится.

- Прекрати! - снова кричу я, Дракон чуть щурится. Ему больно от моего крика. - Хватит. Она мать Хоуп. Она не просто какая-то девка, слышишь? Мы... я её любил. Она родила нам ребёнка. Дракона. Имей уважение, Зверь!