«Клинамен Акт I Отклонение»

— Значит, я последовательный.

— Патч говорит, последовательность — это когда система заранее знает, какую глупость ты сделаешь.

Налл поднял взгляд.

— Патч много говорит.

— Ты мало.

— Вместе получается нормально.

Кири улыбнулась. Потом быстро спрятала улыбку, словно она могла повредить серьёзности разговора.

Налл взял квадрокоптер.

— Иди домой.

— Бабушка спит.

— Тем более.

— Ты точно не забудешь?

Он поднял аппарат так, чтобы она видела.

— Теперь он у меня.

Кири встала и обняла его прежде, чем он успел отступить.

На секунду Налл остался неподвижным. Потом положил ладонь ей на спину. Осторожно, как на незнакомый механизм, который нельзя чинить силой.

— Спать, — сказал он.

— Ты командуешь хуже бабушки.

— Зато короче.

Она убежала вверх по лестнице.

Налл ещё несколько секунд стоял с квадрокоптером в руке.

Позже, уже в квартире, он положил аппарат на рабочий стол рядом с инструментами. Снял куртку, проверил сообщение от Патча и не ответил.

На старой базе Патч как раз возвращался к терминалам. Новый заказ появился без сигнала входящего сообщения. Окно просто открылось поверх остальных.

Без имени заказчика. Без обычной цепочки посредников. Сумма стояла внизу и была настолько большой, что Патч сначала проверил формат числа.

Потом проверил ещё раз.

К заказу прилагались координаты сектора в Пустошах, изображение ромбовидного контейнера и строка, которой не могло существовать в гражданской системе:

ВРЕМЕННОЕ ИСКЛЮЧЕНИЕ ИЗ КОНТУРА НАБЛЮДЕНИЯ.

Патч перестал улыбаться.

ГЛАВА 3

СЛЕПОЙ КОРИДОР

На базе уже ждал заказ, который стоил дороже мастерской вместе со всем её содержимым.

Налл вошёл с квадрокоптером Кири в рюкзаке. Снаружи город ещё стекал водой после ночного дождя; на нижних уровнях лужи собирались вокруг старых кабельных шахт.

Патч сидел за столом без верхней куртки, в чёрной футболке. Перед ним висело окно нового заказа. Кофе рядом был свежим, что само по себе означало чрезвычайное положение.

— Ты не спал, — сказал Налл.

— Спал. Между второй и третьей проверкой цифровой подписи.

— Сколько?

Патч развернул экран.

Ŧ 2 400 000.

Налл посмотрел на сумму.

— Ошибка.

— Я надеялся. Ошибки обычно дешевле.

Он увеличил схему сектора за Стеной. Официальная карта показывала пустую область, лишённую дорог и зарегистрированных объектов. Поверх неё лежала вторая карта, собранная из старых военных архивов.

На ней существовал транспортный тоннель.

— Корабль упал здесь, — сказал Патч. — Или кто-то хочет, чтобы мы так думали. Он почти полностью под песком. Спутники его не видят.

— А заказчик видит.

— Заказчик знает примерный сектор и резонансную сигнатуру. Нам передали алгоритм для низкочастотного сканера. Сигнал должен проявляться как вибрация через металл.

— Контейнер?

Патч вывел изображение. Ромбовидный корпус, гладкие грани, никаких ручек и замков.

— Забрать из грузового отсека. Не вскрывать. Не подключать. Не пытаться анализировать содержимое.

— Очень убедительная просьба попробовать всё сразу.

— Я уже попробовал анализ изображения. Метаданных нет. Сам снимок старше формата, в котором его прислали.

Налл приблизил схему тоннеля.

— Проход под Стеной закрыт.

— Официально его не существует. Неофициально заказчик знает координаты входа и коды первых двух шлюзов.

— Кто дал исключение?

Патч открыл служебную подпись. Несколько уровней шифрования были сняты, под ними оставался сертификат «Вектора».

— Вот это мне особенно не нравится.

На экране появилась женщина.

Светлые волосы, строгая одежда, лицо без видимых имплантов. Изображение было слишком чистым для обычного канала и слишком нейтральным для человека, который предлагал два миллиона четыреста тысяч тактов.

— Господа, — сказала она. — У вас ограниченное время.

Патч откинулся в кресле.

— У нас обычно сначала спрашивают, согласны ли мы.

— Согласие уже зарегистрировано.

— Тогда вам достались очень разговорчивые копии нас.

Женщина не улыбнулась.

— Операция требует полевого исполнителя и оператора систем. Налл покидает городской контур. Вы обеспечиваете сопровождение.

— Почему он?

— Его опыт соответствует условиям.

— В городе тысячи людей с военным опытом.

— Не с его профилем.

Налл заметил короткую паузу перед последним словом.

— Что в контейнере? — спросил он.

— Объект, принадлежащий заказчику.

— Кто заказчик?

— Информация не требуется для выполнения.

— Тогда и выполнение не требуется.

Женщина посмотрела прямо на него.

— Оплата останется прежней. Слепой коридор будет открыт через восемь часов и закроется через тринадцать. После закрытия все перемещения вне утверждённого маршрута будут считаться нарушением режима Стены.

— То есть нас сначала выпускают, потом объявляют нарушителями, если мы задержимся, — сказал Патч.

— Вы правильно поняли временное окно.

Экран погас.

Патч несколько секунд смотрел на собственное отражение.

— Я её уже не люблю.

— Ты любишь только системы, которые можно сломать.

— Системы честнее. Они хотя бы не притворяются людьми.

Подготовка заняла семь часов.

Нелегальная машина стояла в нижнем боксе старой базы. Её собрали из довоенного российского шасси, тяжёлых деталей нескольких списанных грузовиков и узлов, которые официально никогда не продавались гражданским.

Ещё недавно наружу смотрел коричневый каркас. Теперь его закрывали чёрные модульные бронепанели, заранее подогнанные Патчем и поставленные за последние семь часов. На стыках оставались свежие сварные швы, а на двух створках краска ещё не успела окончательно высохнуть.