Любовь на острие ножа пленница Борза

-Отойдите, - я отступила к стене, но пространство лифта не оставляло шансов.

-Ну что вы, не надо бояться меня , я безобидный и очень послушный мальчик , почти ручной!

Он протянул руку, пытаясь коснуться моего плеча.

Я не выдержала и резко ударила его по руке:

-

Слушай, мальчик с перегаром, оставь меня в покое!

В этот момент лифт дёрнулся и остановился. Послышался неприятный скрежет, а затем тишина. Свет мигнул и погас, погружая нас в кромешную тьму.

Паника накрыла меня волной. Клаустрофобия, дремлющая где‑то глубоко внутри, вырвалась наружу, сдавила горло.

-Чёрт, - пробормотал мужчина рядом. — Только этого не хватало…

стояла, прижавшись к стене лифта, и пыталась выровнять дыхание. Но вдруг услышала странный звук — не мой, а его. Тот самый красавец, что ещё минуту назад нагло ко мне приставал, вдруг замер, побледнел и судорожно сглотнул.

Его поведение вмиг изменилось. Никакой игривости только животный страх в глазах. Он резко повернулся ко мне и вцепился в мою руку так, что я невольно вскрикнула.

- Я за вас подержусь, хрипло произнёс он, голос дрожал.

- Мужчина, что вы делаете? Отпустите мою руку! - я попыталась вырваться, но хватка оказалась неожиданно крепкой.

-Не‑не‑не, у меня приступ паники, у меня клаустрофобия! - почти простонал он, его пальцы судорожно сжимали моё запястье.

Я возмутилась:

-И что же вас всех в маньяки поиграть тянет?! У самого приступ паники, а он туда же - пристаёт к порядочной девушке!

-Помолчите, воздуха может не хватить из‑за ваших истерик!

рявкнул он на меня.

-Значит, это у меня истерика?!

я уже готова была взорваться от негодования.

-Нет, бляха, у меня! возмутился он в ответ, ещё сильнее сжимая мою руку.

Я уже набрала в грудь воздуха, чтобы выдать ему всё, что думаю, но вдруг заметила, как его лицо стало ещё бледнее, губы посинели, а глаза закатились. Он застонал, покачнулся и начал терять равновесие. Инстинкт взял верх. Я успела подхватить его, и мы оба аккуратно опустились на пол лифта.

- Эй!

Резко ударила его по щеке.

- Дышите со мной: вдох… и выдох… Вдох… и выдох…

Он слабо кивнул, пытаясь сосредоточиться на дыхании. Я продолжала вести его:

-Глубокий вдох… задержите дыхание… теперь медленный выдох. Ещё раз. Вдох… задержка… выдох.

Постепенно его хватка на моей руке ослабла. Дыхание стало ровнее, дрожь прошла. Он тяжело дышал, но постепенно приходил в себя, дрожь утихала, цвет лица понемногу выравнивался.

-Ну что, герой‑любовник, может, теперь объясните, что это было?

Он медленно поднял на меня глаза

-Поужинаем вместе??

Я невольно закатила глаза:

-Опять начинаете? Только что на ногах не стояли, а уже за старое?

-А что поделать?!

он попытался принять более уверенную позу, опираясь на стенку лифта. - Красота — она, знаете ли, лечит. Особенно когда исходит от такой девушки, как вы.

-Прекратите, - я отпустила его руку и поднялась на ноги. - И давайте без этих дешёвых комплиментов.

Он тоже начал подниматься, всё ещё слегка пошатываясь.

-Дешёвых? Да я всю жизнь оттачивал искусство обольщения! И поверьте, оно никогда меня не подводило… до сегодняшнего дня.

В этот момент лифт резко дёрнулся, загудел, и свет снова загорелся в полную силу. Кабина плавно пришла в движение, а через несколько секунд двери с тихим звоном открылись на нужном этаже.

На площадке стояли двое сотрудников отеля с тревожными лицами. За ними виднелись ещё несколько человек — видимо, техперсонал. И личная охрана .

-Всё в порядке?

спросил один из администраторов, делая шаг вперёд.

- Мы получили сигнал о застревании. Вы не пострадали?

Красавчик выпрямился во весь рост, отряхнул пиджак и небрежно бросил:

-Пострадали мои нервы, любезный. И репутация. Разве не вы отвечаете за исправность оборудования?

Лица администраторов побелели. Один из них сглотнул, глаза расширились от ужаса.

—

Т‑Тимурхан Асланович?.. — заикаясь, произнёс старший администратор. — Мы не знали, что это вы в лифте… Мы немедленно проведём полную проверку системы!

«Тимурхан?» — мысленно повторила

Мужчина лишь усмехнулся, но в его взгляде мелькнуло что‑то вроде удовлетворения от их реакции.

-Разумеется, проведёте, - холодно отчеканил он. - И лично отчитаетесь мне завтра утром. И вы тоже какого хрена в машине сидели ?? Меня убьют в лифте , а вы и не заметите. Всё пошли вон, все. Оставьте нас.

Сотрудники поспешно закивали и отступили назад, почти пятясь. Младший администратор едва не споткнулся, торопясь убраться подальше. Охрана исчезли первыми, видимо опасаясь всерьёз гнева своего хозяина.

Он повернулся ко мне, и его лицо вмиг изменилось: снова эта игривая улыбка.

-Видели бы вы их лица, София! Как будто привидение встретили.

-Так вы хозяин отеля?

- Поужинаем?

-Боюсь, ваше приглашение потеряло привлекательность ещё в лифте. Вы слишком самоуверенный и очень наглый

Сухо ответила я.

Он рассмеялся:

-Наглый , но очаровательный. И очень настойчивый. Так что, ужин? Или, может, кофе прямо сейчас? В лобби‑баре?

Я вздохнула, понимая, что просто так он не отступит:

-Спокойной ночи, Тимурхан Асланович, — твёрдо сказала я и направилась к своему номеру, не оборачиваясь.

-Мы ещё встретимся, София!

донеслось мне вслед.

- Обещаю.

Глава 4

София

Я зашла в номер, плотно закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Всё произошедшее казалось каким‑то мукошмарным сном: застрявший лифт, приступ у незнакомца, его внезапная самоуверенность.

Скинув туфли, я прошла вглубь комнаты и первым делом распахнула балконную дверь. Свежий горный воздух тут же ворвался внутрь сладкий, насыщенный ароматами хвои и полевых трав, с лёгкой примесью прохладной влаги. Я глубоко вдохнула, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает.

На балконе я опустилась в мягкое кресло, откинулась на спинку и подняла взгляд к небу. Оно было невероятно звёздным — тёмное, глубокое, усыпанное мириадами ярких точек, словно кто‑то рассыпал бриллианты по бархату. Вдалеке высились силуэты гор, их вершины едва угадывались в ночной темноте, но я чувствовала их мощь и величие. В долине мерцали редкие огоньки — то ли далёкие домики, то ли светлячки, заблудившиеся среди травы. Где‑то внизу шумел ручей, его мерный гул смешивался с шелестом листвы и создавал успокаивающую мелодию.

Я закрыла глаза, наслаждаясь покоем, но вдруг уловила какое‑то движение сбоку. Резко повернувшись, я увидела его. Он перегнулся через перила своего балкона, который оказался буквально в паре метров от моего, и улыбался.

-Признайтесь, вы меня преследуете!

Он погрозил мне пальцем.

Я только закатила глаза:

-Скорее это вы меня преследуете. Тимурхан, вы специально заселились в номер рядом со мной? Специально попросили, чтобы вас сюда поселили?

Он самодовольно улыбнулся:

-Да! Но никого просить не пришлось. Это же мой отель, куда хочу, туда и заселяюсь! Ладно

он внезапно стал чуть серьёзнее, хотя улыбка всё ещё играла на губах

-Предлагаю перемирие. И прогулку. По ночному городу.

-Спасибо, но я откажусь, - ответила я, стараясь говорить твёрдо.

-Бросьте, вы обязаны согласиться, - настаивал он.

-Да вы что! И почему это? - я приподняла бровь, изображая возмущение.

-Вы прилетели сюда отдыхать, верно? Смотреть на Кавказ. Так вот, только я покажу вам запретный Кавказ: такой, какой никогда никто вам не покажет.

Я помедлила, глядя на него.

-Ну хорошо. Но только потому, что я действительно хочу увидеть настоящий Кавказ. Не из‑за вас.

Тимурхан рассмеялся, его глаза засветились триумфом:

-Конечно, София. Конечно, не из‑за меня. Тогда через десять минут у входа?

Я кивнула, чувствуя, как внутри разливается странное, волнующее предвкушение.

-Договорились.

Он отступил от перил, подмигнул мне напоследок и скрылся в номере.

Тимурхан уверенно вёл машину по ночным улицам, ловко лавируя между редкими автомобилями. Город постепенно оживал даже в это позднее время: где‑то звучала музыка, в окнах домов мелькали огни, а воздух был наполнен ароматами специй и свежеиспечённого хлеба.

-Приготовьтесь, София. Сейчас вы увидите то, что мало кто из туристов видит.

Он припарковался у подножия небольшого холма, и мы вышли из машины. Перед нами возвышалась старинная сторожевая башня древнее сооружение из грубо обтёсанного камня, увенчанное черепичной крышей. В лунном свете она выглядела величественно и немного загадочно, словно страж, охраняющий покой этих мест.

-Это одна из немногих сохранившихся башен времён Великого Шёлкового пути

( пояснил Тимурхан, заметив мой восхищённый взгляд.)

- Ей больше пятисот лет. По легенде, здесь останавливались караваны, а местные жители встречали путников хлебом‑солью и добрым словом.

Я подошла ближе, провела рукой по шершавой поверхности камня, ощущая его древнюю энергию.

-Удивительно. Она как будто живая

Тимурхан встал рядом, почти касаясь моего плеча:

-Нравится?

-Очень. Спасибо, что показали.

-Это только начало. А теперь ужин. И не простой, а в самом сердце кавказского гостеприимства.

Мы вернулись в машину и через несколько минут оказались у ресторана. Он был выстроен в традиционном кавказском стиле: деревянные балки, резные узоры на стенах, тяжёлые кованые фонари, отбрасывающие тёплый золотистый свет. Над входом висела вывеска с названием на двух языках: местном и русском, выполненная старинным шрифтом.

Внутри царила атмосфера уюта и праздника: низкие столики, покрытые расшитыми скатертями, мягкие подушки вдоль стен, на полу: ковры с традиционными орнаментами. В углу играл музыкант, наигрывая что‑то мелодичное на зурне, а в воздухе витали ароматы шашлыка, свежей выпечки и пряных трав.

Едва мы вошли, к нам поспешил хозяин - крепкий мужчина с широкой улыбкой и добрыми глазами.

-Брат, ты с гостьей сегодня?

он обнял Тимурхана за плечи, похлопал по спине. Было видно, что они друзья, причём очень хорошие.

— Рад видеть! Проходите, проходите, лучшие места уже ждут вас!

Нас провели к столику у окна, откуда открывался вид на освещённую площадь. Хозяин лично принял заказ, подмигнув мне:

-Сегодня всё будет самое лучшее, не сомневайтесь!

Вскоре перед нами появились блюда:

Шашлык из барашка золотистый, с аппетитной корочкой, нанизанный на шампуры с кольцами лука и кусочками сладкого перца. Аромат был настолько соблазнительным, что у меня потекли слюнки.

Хычины с сыром и зеленью — тонкие, румяные, источающие запах свежего теста и пряных трав. Когда я надкусила один, внутри оказался расплавленный сыр с нотками укропа и кинзы.

Графин с домашним вином тёмно‑рубинового цвета, с лёгким ягодным ароматом. Хозяин налил нам по бокалу, подмигнул.

Я осторожно попробовала вино — оно оказалось удивительно мягким, с долгим послевкусием. Затем взяла кусочек шашлыка… и закрыла глаза от удовольствия. Мясо таяло во рту, было идеально замариновано и прожарено ровно настолько, насколько нужно.

-Ну как? - Тимурхан наблюдал за мной с улыбкой.

-Это… это лучшее, что я когда‑либо пробовала! призналась я.

-Я же говорил, что покажу вам настоящий Кавказ, - он поднял бокал. - За знакомство, София. И за то, чтобы таких вечеров было больше.

Он шутил, рассказывал забавные истории из жизни отеля, подливал вино, предлагал попробовать то одно, то другое блюдо. Его флирт был настолько явным, что игнорировать его стало невозможно.

-Вы что, пытаетесь меня соблазнить?

не выдержала я, когда он в очередной раз склонился ко мне, чтобы что‑то прошептать.

-Так заметно? — он сделал вид, что удивлён, но глаза смеялись.

-Естественно!

-И как? Вы уже поняли, что от меня не сбежать? Я вас уже очаровал? - он приподнял бровь, глядя на меня с игривым вызовом.

-Нет! — рассмеялась я, но сердце почему‑то забилось чуть быстрее.

-Тогда простите меня, но дальше будет ещё хуже!

он драматично прижал руку к груди.

- Я вам сейчас петь буду!

-А может, лучше не надо? я сделала вид, что испугалась.

-Тогда лезгинку! Танцевать, - он встал, протянул мне руку. - Ну же, София, один танец! Обещаю, я не наступлю вам на ноги.

Я колебалась всего секунду, потом рассмеялась и вложила свою ладонь в его:

-Ладно, но только один! И если вы всё‑таки наступите…

- То я закажу вам ещё один хычин!

закончил он, увлекая меня к небольшому свободному пространству у сцены.

Музыка зазвучала громче, Тимурхан уверенно повёл меня в танце…

Музыка зазвучала резче, быстрее настоящий ритм лезгинки. Тимурхан уверенно взял меня за руку, чуть отступил назад, приглашая следовать за ним.

-Просто повторяйте за мной, Шаг вперёд, поворот, лёгкий прыжок…

Я попыталась скопировать его движения, но получилось неуклюже. Ноги путались, я чуть не споткнулась, но Тимурхан ловко подхватил меня под локоть.

-Не так быстро, - рассмеялся он. - Смотрите на мои ноги. Вот так: раз - шаг вперёд, два - поворот, три — небольшой прыжок на месте.

Он показывал медленно, терпеливо, а я старалась уловить ритм. Постепенно движения стали получаться — не идеально, но уже не так беспомощно. Мы кружились по залу, и я всё больше втягивалась в танец: шаги становились увереннее, а смех — звонче.

Тимурхан улыбался, его глаза блестели в свете ламп. Он ловко вёл меня, иногда слегка приподнимая в прыжке, и я чувствовала, как напряжение последних дней тает, растворяется в музыке, в тепле его рук, в этом удивительном вечере.

Но вдруг мир слегка покачнулся. Голова закружилась — то ли от хмельного вина, то ли от быстрого танца, то ли от всего сразу. Я потеряла равновесие и, не успев среагировать, упала прямо в руки Тимурхана.

Он мгновенно подхватил меня, крепко придержал за талию, не давая упасть. Наши лица оказались совсем близко. Между нами словно пробежала искра — ощущение чего‑то мощного, почти магнитного. Воздух вокруг сгустился, время замедлилось. Тимурхан подался вперёд, его взгляд стал серьёзнее, а я, вопреки всякой логике, поддалась ему навстречу…

И тут у самого моего уха раздался смешок — резкий, неприятный, разрушающий всю магию момента.

-София? - голос Борза прозвучал с издёвкой. - Что ты здесь делаешь? Да ещё и в компании этого… Тимурхана?

Я резко обернулась. Борз. Собственной персоной. Его глаза скользили по мне с пренебрежением, а губы кривились в насмешке.

-А какое ваше дело? ответила я твёрдо.

- Идёшь куда подальше и не мешаешь нам. Мы отлично проводим время вместе.

Борз на мгновение опешил от моей резкости, но быстро пришёл в себя.

-Отлично? С ним? - он скривился. - Ты хоть понимаешь, с кем связалась?

- С мужчиной. С настоящим мужчиной , не то что некоторые

Тимурхан рядом со мной усмехнулся, но промолчал, давая мне возможность самой разобраться.

-Ты пожалеешь, что так со мной разговариваешь, - прошипел Борз, сжимая кулаки.

-О, я уже жалею, что вообще тебя увидела. Уходи, пока мы не попросили охрану тебя вывести.

Лицо Борза исказилось от злости. Он резко шагнул вперёд - молниеносное движение, и прежде чем я успела отреагировать, он грубо схватил меня, перекинул через плечо, словно мешок с картошкой.

-Отпусти меня сейчас же! - закричала я, молотя его по спине кулаками.

- Немедленно поставь меня на место!

Но Борз даже не дрогнул. Как варвар, как дикое животное, он зашагал к выходу, не обращая внимания на мои визги, на попытки вырваться, на удары по его спине.

Глава пятая

Я задыхалась от ярости, колотила Борза по спине, но всё было бесполезно — его хватка не ослабевала. Мы уже оказались у выхода из зала, музыка и голоса гостей стихли, сменившись гулом уличного шума.

-Отпусти меня немедленно! - выкрикнула я, пытаясь извернуться. - Ты что, с ума сошёл?!

Борз резко поставил меня на ноги, но не отпустил, вцепился в плечи, встряхнул. Его глаза горели гневом, лицо исказилось от злости.

-Ты хоть понимаешь, что творишь? Ведёшь себя так, будто тебе двадцать лет и ты не отвечаешь за свои поступки! Это неприлично, София! Вульгарно! Ты позоришь и себя, и меня, и своего брата!

Я рассмеялась: резко, горько.

-Позорю? Чем же? Тем, что танцую с мужчиной? Или тем, что не позволяю тебе указывать, как мне себя вести? Мне тридцать два года, Борз. Я взрослая женщина, врач, самостоятельная личность. И я не обязана оглядываться на какие‑то древние законы, которые ты тут мне навязываешь!

Он сжал челюсти, пальцы на моих плечах сжались сильнее.

-Здесь свои правила, София! Если женщина едет в ресторан с мужчиной одна её посчитают…

-Проституткой? - перебила я, глядя ему прямо в глаза.

- Да, я знаю, что ты хотел сказать. Но знаешь что? Мне всё равно. Моя репутация настолько кристально чистая, что к тридцати двум годам не мешало бы её немного испачкать!

Борз побледнел. На секунду он замер, словно не веря своим ушам, а потом его лицо исказила гримаса ярости.

-Твоя репутация? — выдохнул он. - Ты позоришь себя, София. Ты моя гостья, и ты ведёшь себя так, будто у тебя нет ни чести, ни достоинства!

-У меня есть и честь, и достоинство. И они не зависят от того, с кем я танцую или куда иду. Я свободная женщина. Одинокая. И имею право делать то, что хочу.

Он резко шагнул ко мне, почти вплотную. Его дыхание обжигало кожу, голос звучал глухо, с хрипотцой:

-Если так хочется использовать на ком‑то свои чары, - прошипел Борз, - то пусть они будут на мне! Попробуй их на мне, София. Прямо сейчас. Посмотрим, насколько ты «свободна» и «независима».

Я замерла. Воздух между нами накалился до предела. Я чувствовала его гнев, его вызов, и что‑то ещё, что скрывалось за этой яростью. Что‑то, от чего по спине пробежали мурашки.

-Ты не имеешь права так со мной разговаривать, - прошептала я, но голос дрогнул.

-А ты не имеешь права так себя вести, - отрезал он. - Но раз уж ты выбрала этот путь…

Он не договорил. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на губах. Я почувствовала, как сердце забилось чаще.

-Борз…

начала я, но он перебил:

-Молчи. Просто… молчи.

Его руки скользнули с моих плеч выше, к шее. Он не сжимал скорее удерживал, не давая отстраниться. Я могла бы вырваться, но… не стала.

Борз склонился надо мной так близко, что я чувствовала жар его кожи, уловила едва заметный аромат древесного парфюма, смешанный с запахом гнева. Его глаза сверкали в полумраке у входа в ресторан, тёмные, непроницаемые, почти пугающие. На секунду мне показалось, что он вот‑вот…

Но вдруг он резко оттолкнул меня. Я едва устояла на ногах только и успела поймать равновесие, как его рука мёртвой хваткой стиснула моё запястье. Боль пронзила до самого локтя.

-Пошли, - бросил он глухо, не глядя мне в глаза.

-Что ты делаешь?! - закричала я, пытаясь вырваться. - Отпусти! Я никуда с тобой не пойду!

Но он не слушал. Ни слова объяснений, только этот жёсткий захват, этот холодный взгляд. Борз рывком повёл меня к выходу, а у дверей уже ждали двое его людей.

-Затащите её в машину, - приказал он коротко. - Везите к брату. И смотрите, чтобы не сбежала.

-Нет! - я забилась в руках охранников, но они держали крепко. - Борз, остановись! Ты не имеешь права так со мной обращаться!

Он даже не обернулся. Просто стоял и смотрел, как меня уводят, лицо каменное, взгляд ледяной. А потом развернулся и пошёл обратно в ресторан, к Тимурхану.

Особняк брата встретил меня тишиной и приглушённым светом. Я вырвалась из рук сопровождающих, как только мы вошли, и тут же начала кричать громко, яростно, выплескивая всю злость, всю досаду.

-Да что это вообще было?! - голос звенел на весь холл. - Кто он такой, чтобы так со мной обращаться?! Дикарь! Варвар!

Брат появился на лестнице с кружкой чая в руке. Он смотрел на меня с недоумением, потом рассмеялся:

-Соня, что случилось? Ты выглядишь так, будто тебя из плена спасли.

-Меня не спасли, меня похитили! - я топнула ногой. - Этот… этот твой Борз! Он схватил меня, как какую‑то девчонку, отдал приказ, будто я вещь.

Брат поднял брови, сделал глоток чая.

-Успокойся. Может, он просто… может, ты ему нравишься?

Я замерла.

-Что?

-Ну а что? ( он пожал плечами.)

- Раз так грубо себя ведёт, так отчаянно заботится о твоей чести, может, это потому, что ты ему небезразлична?

Я расхохоталась, но смех получился горьким.

- Он обращался со мной, как с непослушным ребёнком! Унизил, оскорбил, выставил дурой перед всеми! И ты говоришь: «нравишься»?!

-Женщины часто не видят очевидного, - брат подошёл ближе, положил руку мне на плечо. Я сбросила его руку.

- Плевать , главное он мне не нравится. Он ненормальный. Только высокомерие. Только власть. И никакого уважения.

Боорз

Проклятая девка не идёт у меня из головы. Уже который час, она везде: в мыслях, в памяти, перед глазами стоит её дерзкий взгляд, этот вызов в глазах. София…

Ещё в самолёте она мне понравилась. Там в, кабинке стоило ей своими глазами поймать мой взгляд, как в них тут же вспыхнул этот огонёк насмешливый, дерзкий, своенравный. И всё, с той секунды я не мог её забыть. А тут подарочек от самого Всевышнего: оказывается, она сестра моего компаньона. Судьба, что ли, так шутит?

Дикая кошка. Нет, ведьма. Точно ведьма. Околдовала меня, что ли? Как иначе объяснить, что я, взрослый мужчина, успешный, привыкший держать себя в руках, вдруг теряю голову из‑за какой‑то строптивой докторши?

Я уже было решил напрячь знакомого из отеля, пусть найдёт мне какую‑нибудь дамочку на вечер. Развлечься, отвлечься. А потом вспомнил её эту Софию с её дерзкими репликами, с её упрямым подбородком, с этой манерой смотреть так, будто она видит меня насквозь. И понял, что не хочу никого другого. Только её.

Но что со мной творится? Я злюсь, раздражаюсь, сжимаю кулаки от одной мысли о ней, и в то же время не могу перестать думать. Она играет на моих нервах, как на струнах: то улыбнётся невзначай, то бросит колкость, то посмотрит так, что внутри всё переворачивается.

Телефон завибрировал в кармане. Я достал его, хмуро глянул на экран. Звонил человек, которому я поручил присмотреть за Софией чисто из осторожности, чтобы с ней ничего не случилось в незнакомом городе.

-Борз, твоя докторша сейчас ужинает с… Тимурханом.

Мир на секунду потемнел перед глазами. Тимурхан. Враг. Человек, из‑за которого погибли мой брат и отец. Тот, кто годами отравлял мне жизнь, кто стоял за многими ударами в спину. И теперь он сидит с ней? Трогает её?

Кровь закипела. Я бросил короткое «Буду» и рванул к машине.

Ресторан Алика встретил меня гулом музыки и смехом гостей. Я шёл между столиками, сканируя взглядом зал, пока не увидел их. София и Тимурхан. Танцуют. Слишком близко. Его рука лежит на её талии, его губы шепчут что‑то ей на ухо, а она… она смеётся. Смеётся, глядя ему в глаза!

У меня буквально слетела крыша. Всё, что копилось внутри злость, ревность, боль, память о погибших взорвалось в один миг. Я шагнул к ним, схватил Софию за руку и рывком выдернул из объятий Тимурхана.

-Ты что творишь?! - вскрикнула она, но я не слушал.

-Пошли, - бросил я глухо, почти прошипел.

Она начала сопротивляться, колотить меня по спине, кричать, чтобы я отпустил. Но я уже не мог остановиться. Внутри бушевала такая буря, что разум почти отключился. Я вынес её из ресторана буквально вынес на себе, перекинув через плечо, не обращая внимания на её удары, на крики, на возмущённые взгляды прохожих.

-Отпусти меня сейчас же! - визжала она. - Борз, остановись!

Но я молчал. Злость жгла изнутри, смешиваясь с чем‑то ещё с болью, с отчаянием, с тем необъяснимым, что заставляло меня так реагировать на эту женщину.

У выхода уже ждали мои люди.

-

Затащите её в машину, и везите к брату. И смотрите, чтобы не сбежала.

София продолжала вырываться, кричать что‑то вслед, но я не обернулся. Просто стоял и смотрел, как её уводят. Внутри всё горело. Я понимал, что перегнул. Что повёл себя как дикарь. Но иначе не мог.

Развернувшись, я пошёл обратно в ресторан к Тимурхану. Нужно было закончить разговор. Жёстко. Окончательно. Но где‑то в глубине души, за всей этой яростью, билась одна мысль: Почему она так на меня действует? Почему я не могу просто отпустить её?

Глава 6