Воин Мары

Аспид сразу же приметил на стенах такие же рисунки, что и на боге давно забытого народа. Все те же огромные существа с хоботом и бивнями соседствовали с невероятных размеров кошками и турами. Людям же на них отводилась ничтожная роль жалких букашек с копьями и палками, копошащихся где-то в самом углу стены.

– Аспид, сюда идут!

Два человека, совершенно не обращая ни что внимания куда-то бежали, держа в руках внушительных размеров кувшины. Аспид и Людота в это время скрывались за углом одного из проходов.

– Это они зелье Мала несут. Надо подождать немного, пока они все там не упьются до беспамятства. Как же хорошо, что мы не убили этих двоих!

– Идем по следам, они нас приведут куда надо.

Но идти по следам оказалось не так просто. Тусклый свет факелов не позволял хорошо разглядеть тропинку в пещере, поэтому шли они, по сути, наугад. У поворота Аспид заметил закрытый лосиной шкурой вход в помещение. Сквозь дыры в шкуре проступал свет от горящего внутри огня. Переглянувшись с Людотой, который на всякий случай уже держал топор наготове, он аккуратно отодвинул шкуру.

У огня сидела женщина с длинными русыми волосами и большими сережками-лунницами в ушах. При виде гостя, ее красивое и немного грустное лицо украсила маска удивления.

– Ты не из ватаги Мала!

Аспид, не опуская меч, зашел за шкуру, Людота показался следом.

– Об одном прошу. – Воин Мары застыл на месте. – Только не кричи!

Женщина схватила со стола нож и направила на пришельцев.

– Ты этим собираешься двух здоровых мужей убить? Ха, храбрости тебе не занимать! – Людота еле сдержался, чтобы не рассмеяться на всю пещеру своим богатырским смехом.

– Этим я убью себя, если сделаете еще один шаг. Судя по тому, сколько на вас крови, душегубы вы знатные.

Одежда Аспида и Людоты действительно была вся запачкана кровью убитого у входа в пещеру разбойника. Выглядели они оба поистине жутко.

– Пусть мать Макошь обрежет наконец нить моей судьбы, довольно я страдала в этой жизни.

– А сил хватит? – Аспид сделал шаг вперед, женщина тут же прислонила кончик ножа к горлу, да с такой силой, что по лезвию тут же потекла струйка багряной крови. В ее больших серых глазах не было страха, казалось, будто она сама внутренне желала, чтобы этот страшный незнакомец сделал еще один шаг.

– Вижу. – Он опустил меч и отступил назад. – Не стоит этого делать, мы не враги и не причиним тебе зла. Мне нужен Ставр по прозвищу Сила Тура, ты знаешь, где он?

– Ставр… он там же где и все, в большой пещере. Сейчас они пьют дурман Мала, а затем начнется кормежка чудовищ.

– Я же говорил тебе, что в кувшинах это зелье дурманящее! – Взгляд Людоты переместился на женщину. – А про тебя я слышал еще в Полесье; ты пленница Мала и его наложница.

– Меня зовут Рогнеда. – Она с ненавистью посмотрела на кузнеца.

– Не гневись, красна девица, я за что купил, за то и продаю. Ты лучше скажи, как нам в эту большую пещеру попасть? Да так, чтобы незаметнее.

Она еще раз осмотрела неожиданно появившихся гостей. Да, похоже, они вполне могут закончить весь этот кошмар, устроенный жестоким Малом и его кровавыми сподручными. Как же долго она ждала этого мгновения, сколько бессонных ночей молилась великой прядильщице судеб, Макоши.

– Есть два пути. Один напрямик, но там вы можете нарваться на кого-нибудь; сражаться там неудобно, очень узкий проход. Но есть еще один, отсюда. – Она отодвинула щит, неприметно стоящий в углу, за ним показался тоннель. – Он ведет к яме, от нее до большой пещеры рукой подать, и не ходит там никто.

Аспид попытался разглядеть хоть что-то в темноте, но это было бесполезно.

– Там недалеко ползти, не собьетесь даже в такой темноте. Только когда вылезете на той стороне, не свалитесь в яму, иначе сожрут вас чудовища, людям с ними не совладать.

– Это мы еще посмотрим! – Аспид, пригнувшись, нырнул в проход, Людота последовал за ним.

В туннеле оказалось настолько тесно, что пришлось даже пару раз садиться на корточки. Благо, он был не очень длинный.

– Эка девица! С такой можно и железо ковать и на охоту пойти. Взял бы ее в жены?

Но Аспид не ответил на добрую шутку кузнеца, он уже вышел из тоннеля и усматривался по сторонам.

– Уххх, ну и вонь! – Людота, вылезая, от отвращения закрыл нос. – Ну вот мы и пришли к яме зверобогов. Ни за какие блага в одиночку сюда бы не сунулся!

В довольно просторной пещере в центре зияла черная дыра. Что там находилось внизу, разглядеть было невозможно, но Аспид чувствовал исходившую оттуда опасность. Какой-то приглушенный рык пару раз доносился до его чуткого слуха. Определенно, там внизу любое живое существо ждала только смерть. У ямы лежало несколько сложенных в ряд тел: мужчины, женщины; кто-то помоложе, кто-то постарше. Одежды на них не было, видимо разбойники даже такую мелочь присваивали себе.

– У тварей намечается знатный пир. А этих бедолаг побили на дороге еще накануне. Страшно все это, страшно... – Людота потупил глаза в землю.

Аспид же бросал взгляд то на яму, то на тела. Воин Мары уж точно не отличался жалостливостью, но даже его поразила эта сцена своей мерзостью и какой-то бессмысленной жестокостью. Кого же они там кормят? Что за нечисть эти зверобоги? А может и Мал уже не совсем человек?

– Эй, а вы кто такие? – Из прилегающего тоннеля неожиданно выскочил по торс голый пузатый разбойник. В руке он держал небольшой топорик, судя по всему, для разделки мяса. Для Аспида и Людоты это была очень неприятная встреча, если этот рубщик сейчас развернется и побежит к своим, то у них будут очень серьезные проблемы. Но толстяк, похоже, слишком уж поверил в себя, или просто был уже под действием дурманящего зелья.

– Пища для моих господ. Мммм, свежая! – Он кинулся на Людоту, предполагая, что кузнец станет легкой добычей. Взмах топором — мимо! Затем еще один и еще… Людота в ответ послал ему точный удар кулаком в нос, который вывел мясника из равновесия. Затем он быстро выхватил из-за пояса боевой топор и поразил им его прямо в шею. Мясник застонал и опустился на колени, держась за горло.

– Добивай! – грозным голосом приказал Аспид.

– Пусть помучается перед смертью. – Людота с довольным видом вернул топор за пояс.

Это было ошибкой. Разбойник, хоть уже и был на пути в царство мертвых, нашел в себе кое-какие силы. С нечеловеческим криком он вскочил на ноги, и, как петух, которому не до конца дорубили шею, бросился на Аспида. Тот даже сразу и не понял, как оказался в объятиях этого полумертвеца. Несколько шагов — и вот уже Аспид вместе с ним летит в черную мглу ямы.

– Н-е-е-т! Аспид, ты живой?! Держись, я сейчас, – Людота старался говорить не слишком громко, – в пещере у Рогнеды должна быть веревка! Только не умирай, прошу!

Глава 4

Для Аспида падение в яму выдалось удачным. Он практически не получил никаких повреждений, в отличии от толстого разбойника, который при ударе о землю сломал шею. Легко отделался!

Проклятая темнота. Свет факелов практически не проникал сюда, поэтому воину Мары приходилось пробираться на ощупь. Что это за звук? Аспид почувствовал хруст под ногой, а затем еще, и еще… Кости, они валялись буквально повсюду. Какие-то уже подгнили, а другие были совсем свежие.

Где-то рядом раздалось громкое шуршание. Судя по всему, зверобоги поняли, что настало время кормления.

Аспид прижался к стене и застыл. Пару раз он мысленно побранил Людоту за безалаберность; если бы кузнец сразу добил лиходея, а не устроил эту ненужную браваду, то он бы не оказался в столь затруднительном положении. Впрочем, чего сейчас причитать? Впереди воина Мары ждет тяжелая битва, и неизвестно, выйдет ли он из нее победителем.

Шуршание становилось все громче и отчетливей. Аспид старался дышать как можно тише. Он на мгновение закрыл глаза, а когда открыл, то вдруг понял, что способен видеть в темноте. Конечно не так четко, как днем, но все же. То ли повелительница смерти захотела помочь своему воину в трудную минуту, то ли чувство опасности породило в нем новые, доселе скрытые способности. Неважно!

Главное, что теперь он видит своего врага, вот он, прямо перед ним. Существо не было большим (чуть выше человеческого роста), но имело довольно плотное, покрытое шерстью, человекоподобное тело; на ногах и руках росли длинные когти, а вместо головы из шеи торчала клыкастая волчья морда. Чудовище медленно подбиралось к мертвому разбойнику, как будто чего-то опасаясь. Осмотревшись по сторонам, оно принялось с аппетитом кусать внезапно появившеюся еду.

Волкодлак… Аспид кое-что о них слышал. К западу от Киева и за правым берегом реки Славутич эти твари были довольно известны. Человек, зараженный укусом от волкодлака, через какое-то время сам ночью обращался в страшное чудовище, а днем возвращался в свою человеческую форму. Но не всегда, некоторые окончательно принимали свою звериную сущность и больше никогда не становились людьми. Скитаясь по самым темным лесам, они высматривали своими горящими глазами незадачливых путников, а иногда и наведывались в людские жилища, оставляя от их обитателей только обглоданные кости. Но все же, самыми опасными и непредсказуемыми волкодлаками считались те, что превращались обратно в людей. Вычислить их было крайне тяжело, к тому же, вину еще надо было доказать. Просто посидеть рядом и понаблюдать не всегда помогало; звериная сущность очень хорошо чуяла опасность и могла ночью не пробудиться. Зато потом, как все подозрения затихали, зверь вновь просыпался и утолял свой голод с особой яростью. В землях полян и тиверцев5 существовала даже целая наука о том, как распознать и убить волкодлака.

Поглощая тело разбойника, волкодлак даже не заметил прижавшегося к стене незваного гостя. Аспид решил этим воспользоваться. Как можно тише он начал отходить в сторону в надежде укрыться за гигантский валун, покоившийся практически в самом центре ямы.

Шаг, еще один… казалось все идет удачно, как вдруг воздух прорезал рык чудовища. Аспид вздрогнул; сжав покрепче меч, он уже был готов к битве. Но рык был обращен не к нему, нет. Из темного угла вдруг показался второй волкодлак, гораздо крупнее того, который лакомился телом разбойника. Ударом лапы он оттолкнул в сторону молодого зверя. Тот жалобно заскулил и послушно сел на четвереньки.

Затем откуда-то выпрыгнул третий волкодлак, дело начало принимать скверный оборот. Два здоровых чудовища начали с яростью рвать тело разбойника, а самый молодой, пуская слюни, с завистью посматривал в их сторону.

Вдруг один из волкодлаков оторвался от своей жуткой трапезы, похоже, его нос все же учуял присутствие здесь человеческого духа. Оскалив клыки, он начал на четырех лапах медленно обходить свои владения.

К этому моменту Аспид уже успел спрятаться за валуном. Он прекрасно понимал, что с тремя зверями ему не справиться, но если вывести хотя бы одного из игры, то у него появится небольшой шанс. Скрытность и внезапность сейчас — его единственные союзники.

По мере приближения к валуну, человеческий запах становился все сильнее. Волкодлак даже не рассматривал возможность какого-то сопротивления со стороны будущей жертвы. У него в сознании все было просто: все, что кидают сверху — это еда. Еда не опасна, с едой можно играть, еду можно дразнить, но главное — с едой не нужно спешить, она все равно никуда не денется.

Запрыгнув на валун, зверь выставил морду вперед. Он даже не смотрел вниз на свою добычу, для него это было своеобразным началом игры. Сперва немножко подзадорить, дать надежду на шанс, которого нет, а затем просто разорвать на части. Из пасти на Аспида брызнула слюна, а следом за ней пошло облако зловонного дыхания.

Что ж пора! Сейчас или никогда! Одной рукой Аспид схватил чудовище за шерсть на шее, а второй послал меч прямо под подбородок. Лезвие проникло в пасть, разрывая язык, ушло прямо в недра волчьей головы. Все произошло так быстро, что волкодлак успел только издать жалобный щенячий писк. Даже его мощные лапы в один миг отказались слушаться! Тело немного подалось вперед и рухнуло к ногам Аспида, едва не придавив последнего.

Второй крупный зверобог услышав жалобный писк брата отвлекся от еды и бросился к нему на помощь. Их взгляды пересеклись: Аспида, стоявшего над поверженным врагом, и волкодлака, оскалившего морду в злобной гримасе. Противостояние взглядов продлилось недолго. Волкодлак практически сразу бросился на опасного пришельца, звериная ярость в нем била ключом. Нет, такого дерзкого оскорбления от какого-то человечишки он точно снести не мог!

Когти зверя взмыли в воздух и обрушились на Аспида, пройдя в опасной близости от лица. К счастью, человек успел пригнуться, и они со скрежетом прошли по шлему, не причинив никаких повреждений. Затем волкодлак прыгнул вперед, думая, что дело сделано и противник серьезно ранен. Этот прыжок стал самым настоящим подарком для Аспида, который ударом меча по морде сразу остудил его разыгравшийся пыл. При этом удар выдался крайне удачным и лишил зверя одного глаза. Волкодлак отступил назад. Он не выл, не корчился от боли и даже не пытался что-то осознать своим крохотным мозгом. Он просто готовился ко второму прыжку. Прыжку, от которого невозможно было увернуться или защититься. В нем была собрана вся ярость, злоба и обида зверобога на этого жалкого человека, посмевшего бросить ему вызов.

Мощным толчком он свалил Аспида на землю и прижал лапами к земле. Меч предательски отлетел в сторону, оставив воина Мары с голыми руками наедине с чудовищем. От такой удачи волкодлак победоносно поднял голову вверх уподобляясь повадкам своих волчьих родственников. Выть он, судя по всему, не умел, но очень хотел. Окровавленная волчья морда устремилась прямо к горлу Аспида. Зверь собирался разорвать его лицо на части, а потом вдоволь насытиться еще теплой плотью. Но вдруг на полпути свет во втором глазу погас, оставив только сплошную кромешную тьму.

Сжимая в руке кость, Аспид, не переставая, тыкал ей по морде зверобога. И хотя пробиться глубже глаза у него не получилось, он сделал главное — ослепил опасного врага. Волкодлак взвыл и отпрыгнул назад, хватаясь лапами за окровавленную морду. Напрасно он пытался вернуть господствующее положение. В кромешной тьме, кроме как метаться из стороны в сторону, ему ничего больше не оставалось.

Тем временем Аспид схватил меч и принялся рубить своего, еще недавно, грозного противника. В этом не было ничего сложного: нанес удар — отошел, еще удар — пригнулся. Лишенное зрения чудовище лишь беспомощно махало лапами, пока силы совсем его не оставили. Тогда воин Мары завершил свое дело тремя точными ударами отделив волчью голову от тела. Но это был еще не конец… оставался последний волкодлак — тот самый, что с такой жадностью первым начать пожирать мертвого разбойника, пока его не откинули в сторону старшие братья.

Впрочем, сейчас он занимался тем же самым, как будто битва его совершенно не касалось. Обгладывая кость, он все же приметил приближающегося Аспида.

– Спокойно.

Волкодлак зарычал. Только сейчас Аспид увидел, насколько он был тощий по сравнению с братьями.

– Ты голоден?

Зверь как будто понимал, что обращались к нему и больше не скалился.

– Я знаю место, где много еды. Тебе только нужно будет пойти со мной…

– Аспид! – сверху раздался голос Людоты, – Аспид, ты живой? Я нашел веревку!

– Кидай!

– Слава богам! Ты жив! ну правду говорят, что Морана хранит своих последователей.

Сзади послышался звук падающей на землю веревки.

– Только я поднимусь не один. Силы хватит двоих вытащить?

– А то ж не хватит-то! Тут камень из земли торчит, как копье. Вокруг него оберну и вытяну хоть четверых!

Обвязав веревку вокруг туловища волкодлака, Аспид одной рукой ухватил его за шерсть на загривке, а вторую с мечом направил тому точно в бок. Зверь недовольно зарычал.

– Я не причиню тебе боли, если не будешь брыкаться. – Он понимал, что волкодлак слишком уж непредсказуемое в своей ярости существо, чтобы давать ему хотя бы малейшую волю.

– Ну и тяжелый же твой друг! Как его не сожрали? – Людоте страсть как хотелось узнать, что произошло в яме, но все вопросы потом. Сперва нужно было вызволить соратника из этого царства мрака.

Неожиданно из темноты ямы показалась волчья голова, а затем и уже знакомый шлем Аспида. Людота ахнул и уже хотел было бросить веревку, но грозный взгляд воина Мары его остановил.

– Не делай больше опрометчивых поступков. Один раз из-за тебя я уже оказался там на дне, второй раз не хочу. Тяни!

Глава 5

Мал восседал на деревянном стуле и с возвышенности взирал на свою паству. В черной рубахе, опоясанный ремнем с серебряными заклепками он напоминал богатого византийского купца, заехавшего по торговым делам в земли славян.

Почесав бороду, в которой уже начала прослеживаться седина, он дал указание разливать зелье. Зелье… это магическое варево Востока делало его в глазах этой жалкой разбойничьей шайки полубогом! Эта пещера, утыканная факелами, была его храмом, в котором происходило сие великое таинство. Он добрый полубог, он дает своим последователям те блаженства, о которых они в своей никчемной жизни не могли и мечтать. И это только начало! Скоро о великом Мале узнают везде: от Киева и Новгорода до Царьграда и порушенного варварами Вечного Города. Скоро придет его время!

«Ну, кто сильнее? Я, или князь новгородский, или басилевс ромейский? Чего стоит их власть, если они даже уснуть не могут без страха! – Самодовольно раздумывал над своим положением Мал. – Завтра они проснутся, а к полудню опальный воевода вонзит одному кинжал в сердце, а другому, охочий до власти родственник подсыплет яду в вино. Вот и вся их жизнь! А я же могу спать и пить без опаски. Мне же никто даже в мыслях не допустит сделать худо! Значит, я сильнее. Пока зелье льется рекой, мои рабы будут беспрекословно выполнять все мои желания. Эта власть… она моя, и только моя! Пейте же, вливайте его в свои ненасытные глотки».

Начался разлив зелья. Каждый разбойник выпивал из кружки, а затем сразу же валился с ног. Кто-то находил в себе силы сесть на землю, кто-то падал, расшибая лоб. Но все их объединяло одно — чувство неземного блаженства, перед которым меркли все остальные человеческие радости.

Один из еще сохранивших остатки разума разбойников вдруг услышал странные шаркающие звуки, исходившие со стороны примыкающего тоннеля. Сперва он не обратил на это никакого внимания, но затем они начали становиться все сильнее. Пошатываясь, он подошел поближе, а затем раздраженно крикнул в темноту:

– Вы чего там? Щепка, это ты вернулся? Опять в прятки играешь?

Душегуб нехотя сделал шаг в темноту и тут же застыл на месте, как вкопанный. Из мрака на него смотрела пара налившихся кровью светящихся глаз. Он даже не успел раскрыть рот перед тем, как острые клыки волкодлака впились ему в горло. Через миг несчастный испустил дух.

Большинство разбойников уже находилось под властью зелья, поэтому они плохо понимали, что сейчас произошло. Но были и те, кого дурман еще не взял до конца. Эти сразу же бросились к стойке со сложенным оружием, у которой их уже ждали Аспид и Людота…

Волкодлак же тем временем начал кровавое пиршество. Прыгая от одной жертвы к другой, он клыками и когтями рвал всех, кто попадался на пути, не оставляя людишкам ни единого шанса. Наконец-то он сможет насытиться вдоволь, а не довольствоваться теми жалкими обглоданными костями, что обычно оставляли ему его братья.

Мал, взирая на резню, будто прирос к своему трону. Еще мгновение назад он представлял себя чуть ли не властелином мира, а теперь на его глазах все его планы рушились. Правда, было у разбойничьего пророка одно тайное оружие.

– Ставр! – сперва негромко позвал Мал. – Ставр!!! – в крике уже послышались оттенки отчаяния.

Из темноты вышел гигант чуть меньше трех аршин росту. Он был облачен в простую серую рубаху, которая едва сходилась у него на груди. Могучие руки, в которых чувствовалась сила, не меньше, чем в руках Людоты, сжимали двуручный топор. Вот только если у Людоты руки напоминали натянутые канаты, то руки Ставра походили на два дуба-великана. С первого взгляда становилось понятно, что прозвище Сила Тура он получил не просто так. Этот разбойник действительно был схож с быком.

Наточенный двуручный топор блеснул в свете факелов. Аспид сразу же узнал этот блеск.

– Стравр… – Его взгляд устремился в сторону великана. В голове тут всплыл образ из прошлого — могучий разбойник, с улыбкой на лице, начинает рубить охрану купеческого обоза, затем залпом выпивает чарку хмельного меда и возвращается в битву. Аспид вдруг вспомнил, с каким восхищением тогда смотрел на этого опьяненного угаром сражения бойца. Теперь же Ставр вызывал у него только отвращение. Это больше не был тот кровавый весельчак, его лицо как будто исказили. Глаза больше не блестели, а покрылись каким-то туманом; из полуоткрытого рта капала слюна, которая застревала с растрепанной козлиной бородке. Зелье ли Мала превратило его в такое существо или сам он уже давно помутился рассудком? Неизвестно.

Но все же, несмотря на явное безумие, это все еще был жестокий, сильный и очень опасный убийца.

Увидев Ставра, волкодлак тут же отвлекся от очередного лакомства. Сейчас он видел перед собой большой и очень жирный окорок свежего мяса. Как тут удержаться? Пренебрегая какой-либо осторожностью, зверь бросился к Ставру. Оскалив пасть, он прыгнул вперед, в надежде повалить и разорвать его в клочья. Но прыжку не суждено было завершиться.

Взмахом топора Ставр впечатал волкодлака в землю, затем последовал удар, который буквально перерубил его на две части. Все кончено, последний зверобог прекратил свое существование.

Людота от увиденного открыл рот.

– Вот это зверь! Не тот, что лежит. – Он показал рукой на Ставра. – Вот зверь!

Но Аспид только ухмыльнулся:

– На каждого волка найдется свой волкодав. Ты лучше займись оставшимися разбойниками, а это наше с ним дело.

Кузнец сразу же понял намек и отошел в сторону. Убеждать его не было никакой необходимости.

Тем временем Ставр, держа в руках топор, медленно приближался к воину Мары. Казалось, что он даже узнал его, по крайней мере изо рта гиганта начало доноситься непонятное бормотание, чем-то напоминающее приветствие старому другу. Впрочем, эта любезность продлилась недолго. Он кинулся вперед и тут же попытался разрубить Аспида ударом сверху. Но ловкости воину Мары было не занимать, он отпрыгнул в сторону, а затем быстрым выпадом порезал великану предплечье. Странно, но эта довольно неприятная рана совершенно не побеспокоила гиганта. Тот даже не изменился в своем безумном лице.

Удары топором не прекращались, Аспид только и успевал, что уворачиваться. Он прекрасно понимал, что все попытки отбить топор закончатся вывернутой кистью, или и того хуже. Иногда Ставр попадал по стенам пещеры, отчего искры летели во все стороны. Затуманенный разум гиганта не способен был придумать какую-либо тактику, поэтому в ход шла самая простая и беспощадная рубка.

Осознав, что идти в открытое противостояние не имеет никакого смысла, Аспид решил опробовать самые простые воинские уловки. Отбежав к тоннелю, он скрылся в темноте и принялся наблюдать. Ожидания, что Ставр сорвет со стены факел или хотя бы проявит какую-то осторожность не оправдались. Великан пер напролом, размахивая топором в кромешной темноте. Да, похоже он действительно не в себе!

Колющий удар мечом — и лезвие вошло точно в бок гиганта. На этот раз Ставр все же закряхтел, но боевого запала совершенно не потерял. Он шел на Аспида с таким напором будто для него в жизни больше ничего не существовало.

Эта беспечная боевая ярость дала воину Мары возможность совершить новую атаку. Прижавшись к стене, он схватил факел и пригнулся. Спустя мгновение, факел отправился в окровавленный бок гиганта. Тот взвыл от боли и выронил топор. Аспид, не теряя времени, ударил мечом в плечо.

Ставр сперва замычал что-то непонятное, а затем бросился на противника с голыми руками. Еще удар — и клинок уже в животе разбойника. Упав на колени, он в предсмертной агонии пробормотал что-то похожее на похвалу: «Силен, силен…». После этого рухнул на живот и больше не поднялся. Наконец-то этот кровавый лиходей обрел желанный покой.

И тут случилось невероятное. Вокруг Аспида вдруг появилось синеватое свечение, которое полностью окутало и придавало сил. Он и сам не понимал, что это. Но в один миг все усталости битв будто рукой сняло. Затем оно исчезло, оставив только приятную бодрость.

На него выпучив глаза смотрел ошарашенный Людота.

– Чудеса, ох чудеса! Неужто на тебя снизошло благословение самой владычицы смерти?

Аспид мог только пожать плечами. Ответ и ему самому был неведом.

– Эй, смотри-ка, кого я словил! – Людота вытолкнул вперед перепуганного Мала. Судя по кровавым пятнам на лице, приложился он по нему знатно. – Удрать хотел, соколик.