Тьма в отражении души

Он сел в машину, но не посмотрел на меня — смотрел в лобовое стекло и молчал. На нем не было лица. Я никогда не видела его таким отрешенным. В этот момент внутри меня словно что-то оборвалось. Вложив в слова остатки надежды, я прошептала:

— Это не она, верно? Не она?

Он посмотрел мне в глаза, но не ответил.

— Вадим, почему ты молчишь?

По моим щекам побежали слезы. Я повысила голос, настаивая:

— Это не она! Там другая девушка, да?

На его лице дрогнули мускулы. Он прошептал:

— Мне жаль.

Я повысила голос:

— Ты ошибся!

— Майя, это была Лиза, — он стукнул по рулю и с надрывом произнес: — В этом чертовом морге лежит моя сестра!

— Этого не может быть! Нет! — я уже не могла себя контролировать. — Я не верю тебе!

Вадим наклонился и прижал меня к себе.

— Отпусти! Отпусти меня! — я пыталась его оттолкнуть. Меня всю трясло. Я впала в истерику — не могла справиться с эмоциями.

Он не выпускал из объятий:

— Мне жаль, Майя. Мне чертовски жаль, — его голос дрогнул.

Я уткнулась в его грудь и зарыдала. Не знаю, сколько мы так просидели, — я долго не могла успокоиться. Даже говорить была не в состоянии.

В какой-то момент Вадим отстранился от меня и молча завел машину. Я не спрашивала его ни о чем — не могла произнести ни слова. За окном замелькала Москва, и я закрыла глаза, полные слез. Когда-то, еще совсем недавно, разные мелочи мне казались проблемой, а теперь я снова потеряла близкого человека — самого дорого для меня человека. С тех пор как умерла мама и я развелась, у меня никого не осталось ближе Лизы, а теперь и ее нет. Не верилось, что все это происходит со мной.

Когда мы подъехали к дому Вадима, я прошептала:

— Отвези меня домой.

— Позже, — он въехал на охраняемую территорию.

Мы поднимались на лифте молча. В просторном коридоре ничего особо не изменилось. Когда-то я была счастлива в этой квартире. Мне нравилось проводить тут как дни, так и ночи. И я была уверена, что наступит день, когда я сюда перееду, но судьба распорядилась иначе.

Вадим помог мне снять пальто:

— Проходи.

Я прошла в гостиную и села на диван. На глаза снова навернулись слезы, но я должна была спросить:

— Как она умерла? Смерть насильственная? — голос задрожал.

Вадим не ответил. Открыл бар и налил в низкий стакан с толстым дном виски. Я была уверена, что для себя, но он принес его мне:

— Выпей.

— Я не могу пить такие крепкие напитки.

Я от вина-то улетаю на вертолетах, а тут вискарь. Где меня потом искать?

— Тебе сейчас надо снять стресс. Пей.

— А тебе не надо?

— Мне нельзя — за руль еще садиться. Тебя нужно будет отвезти, да и мать Лизы не знает. Я не могу сказать ей такое по телефону. Придется съездить к ней, — он вложил в мою ладонь стакан. — Выпей.

— Вадим, не хочу я пить.

Двумя пальцами он приподнял дно стакана в сторону моего рта, как бы указывая направление, и я послушалась его — коснулась губами обжигающей жидкости.

— Лучше залпом, — он придержал стакан, чтобы я выпила до конца.

К моему удивлению, виски не выжег мне горло, а оставил после себя пряное послевкусие с нотками сухофруктов. Если честно, я не почувствовала высокую крепость напитка, хотя, несомненно, в нем не меньше сорока градусов.

— Еще выпьешь?

— Ты хочешь меня напоить?

— Ты мне потом за это спасибо скажешь.

— Не думаю, что наше горе можно утопить в стакане.

Вадим снял пиджак и бросил его в кресло. Подошел к бару и повторил.

— Вадим, это уже будет лишним. Ты не ответил на мой вопрос…

Он протянул мне стакан и холодно произнес:

— Пей, Майя, — сел рядом со мной на диван.

Я забрала из его рук стакан и сделала два глотка — больше не лезло. Отставила стакан на журнальный столик и посмотрела в печальные глаза Вадима.

Он тихо проговорил:

— Ее изнасиловали и задушили.

Слезы хлынули из глаз:

— Боже мой!

Если до этого последние минут тридцать я еще хоть как-то держала себя в руках, то узнав обстоятельства смерти Лизы, сил сдерживаться не осталось.

Вадим обнял меня и стал гладить по волосам и спине — утешал. Успокоиться — нетривиальная задача. Сложно сказать, сколько я проплакала, но Вадиму можно памятник поставить за терпение. Кроме всего прочего, не стоит сбрасывать со счетов то, что ему больно не меньше, чем мне. У Лизы были хорошие отношения с Вадимом. Да, они дали трещину после того, как он предал меня. Лиза разозлилась на него и даже на какое-то время прервала с ним общение, но позже они снова сблизились. Они были открыты для общения друг с другом — много чем делились. После смерти их отца Вадим в какой-то степени частично взял на себя его обязанности — он поддерживал Лизу, и до тех пор, пока она не стала сама зарабатывать, помогал ей материально. Ведь мать Лизы — та еще кукушка.

Я сама не заметила, как слезы стихли. Вадим провел теплой ладонью по моей щеке. Приблизил свое лицо к моему, нежно коснулся моих губ, но не ограничился коротким поцелуем, а притянул меня к себе. Я толком не поняла, как ответила ему. Затем он покрыл поцелуями мою шею и прошептал:

— Майя, ты даже не представляешь, как сильно я по тебе соскучился.

Прошлое напомнило о себе и в груди заныло. Нет, я больше не хочу погружаться в эту пережитую историю. Красный флаг — стоп!

Вадим снова накрыл мои губы своими, но я прервала поцелуй и поспешила отстраниться. Он не сразу меня понял, ведь еще несколько секунд назад я отвечала ему взаимностью.

— Прекрати, — пришлось повысить голос: — Вадим, перестань!

Сквозь сбитое дыхание произнес:

— Майя, почему? — тут же поднял ладони в останавливающем жесте, показывая, что он меня понял. — Понимаю, сейчас не время…

Я поспешила расставить все точки над i:

— Дело не в том, что сейчас не время, а дело в том, что наше время давно ушло. Все осталось в прошлом.

Он все еще был полон надежды:

— Ты ответила на поцелуй…

— Но это не значит, что я готова с тобой переспать. Я просто растерялась.

Спокойно поинтересовался:

— Будешь утверждать, что не испытываешь ко мне никаких чувств?

Я тяжело вздохнула:

— Вадим, ты навсегда останешься в моем сердце, но я больше не испытываю по отношению к тебе того, что раньше.

Да, когда-то я искренне любила Вадима и даже хотела выйти за него замуж, но злодейка-судьба нас разлучила. Боль выжгла все мои чувства, а время залечило душевные раны. Вадим — хороший человек, приятный внешне мужчина, успешный бизнесмен, но нам с ним не по пути.

— Я тебе противен? Повел себя как идиот. Сестра умерла, а я…

— Перестань. Ты мне не противен, — я взяла его за руку. — Но я не смогу ответить тебе взаимностью.

Не отводя от меня взгляда, прошептал:

— Я готов ждать, сколько потребуется.

Я покачала головой:

— Не стоит тратить на меня свое время, — я заправила прядь волос за ухо. — Наша с тобой история уже давно закончилась.

— Мы могли бы попробовать…

Я не позволила ему договорить:

— Пожалуйста, не надо… Вадим, сейчас невероятно тяжело, — глаза устали от слез, но они предательски подкатывали.

— Прости. Я понимаю, — обнял меня, но больше не пытался склонить к близости.

По пути домой я смотрела в окно. Говорить о чем-то не имело никакого смысла, да и моральных сил на разговоры не было. Лиза умерла. Эту потерю мне еще предстоит осознать, а боль — пережить. Вдобавок ко всему старая рана сегодня отчетливо дала о себе знать. Да, я вроде как уже давно отпустила прошлое по ветру, а нет, что-то в душе еще осталось и четко откликается. Зачем только Вадим меня поцеловал?!

Вспомнилось, как мы расстались. После развода Вероника не теряла надежды вернуть мужа, хотя явно этого и не афишировала. Вадим, в свою очередь, как порядочный отец регулярно виделся с сыном и материально помогал бывшей жене. Он понимал, что мне неприятны навязчивые действия Вероники, и старательно меня от нее ограждал. Чувствовал, наверное, опасность, но все-таки недооценил свою бывшую супругу.

В тот роковой вечер я вышла с работы и направилась в сторону метро. Услышала, как меня окликнули. Обернувшись, увидела, как Вероника вышла из своей машины и поспешила меня догнать:

— Майя, привет. Мы можем поговорить?

Я растерялась, напряглась. Ее визит ничего хорошего не предвещал.

— Это не займет много времени. Просто нужно кое-что прояснить.

Она встала напротив меня. Как всегда, вся при параде. Так наряжаться еще надо уметь, ну, честное слово. С таким количеством золота она бы в цыганском таборе за свою сошла.

— Уверена, Вадим не рассказал тебе последние новости.

Я не понимала, о чем речь.

— Ты ведь, скорее всего, не в курсе, что два месяца назад, когда болел сын, Вадим оставался у меня на ночь.

Мурашки пробежали по телу. Вот уж о чем не знала, о том не знала. Но ее не интересовал мой ответ, она продолжила говорить:

— Ну, конечно, какой мужчина о таком расскажет.

Точка моего закипания была уже близка, но я стойко ждала, что же Вероника скажет дальше.

— В ту ночь мы занимались сексом.

Господи, как же больно! Умоляю, пусть это будет ложью.

— Я тебе не верю!

Я уже было хотела развернуться и уйти, как она поставила жирную точку в наших с Вадимом отношениях:

— Майя, в ту ночь я забеременела от него. У меня срок уже восемь недель.

Внутри все затряслось, а в грудную клетку словно осиновый кол воткнули. К глазам подступили слезы, но я упорно держала себя в руках. Большая честь для этой суки увидеть мои слезы. Я надменно выдавила:

— Ты все сказала?

И тут она изменилась в лице и зашипела, как гремучая змея:

— Запомни, девочка, что я тебе скажу. Даже если после его измены вы останетесь вместе, я не дам вам покоя. Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы вас разлучить. У нас скоро появится второй ребенок, и станет гораздо больше поводов для встреч и разговоров по телефону. Майя, ты же не думаешь, что сможешь долгими годами держать оборону? У тебя нет шансов со мной конкурировать. Вадим — мой! И поверь мне, он еще не раз со мной переспит.

— Ну и сука же ты!

Я развернулась и зашагала в сторону метро. Из глаз хлынули слезы, и я уже не могла их сдержать. Еще по пути домой мне позвонил Вадим, но я не ответила. Он прислал сообщение, которое я не стала читать. Как только я попала в квартиру и разулась, он позвонил в домофон. Я не собиралась ему открывать, но кто-то впустил его в подъезд, и он стал мучить мой дверной звонок и говорить под дверью. Только шоу для любопытных соседей не хватало:

— Майя, открой дверь! Я знаю, что ты дома — у тебя горит свет. Нам нужно поговорить. Вероника позвонила и рассказала мне, что вы виделись.

Как, однако, он назвал нашу токсичную встречу — «виделись»!

Я распахнула дверь и выпалила:

— Как ты мог?!

— Майя, я все объясню. Я не знаю, что тебе наговорила Вероника…, — вошел в квартиру и закрыл за собой дверь.

— Какая уже разница… Ты спал с ней!

— Да, но вначале я был уверен, что занимаюсь сексом с тобой. Выслушай меня, прошу тебя.

Я лишь вздохнула. До сих пор не верилось, что между нами все закончилось. Потребуется немало времени, чтобы до конца это осознать. Я никогда не смогу простить ему измену. А ушлая Вероника просто не допустит, чтобы я забыла о ее существовании. Она всегда будет отравлять ядом наш союз.

— Вероника позвонила поздно вечером и попросила привезти лекарства. У меня был безумно напряженный рабочий день, но я не мог отказать. У сына поднялась высокая температура, а у нее не было жаропонижающих. Когда я приехал, сын капризничал, просил почитать ему, а потом стал умолять, чтобы я остаться у них на ночь. Вероника постелила мне на диване в зале. За день я так вымотался, что почти сразу уснул. Вероника пришла ко мне ночью. В комнате было темно. Спросонья я даже не понимал, что нахожусь не дома и в моей постели не ты. Позже понял…

— Но не остановился?

— Нет.

— Захотелось кончить? Или так сильно по ней соскучился?

— Майя, пожалуйста. Я знаю, как подло это выглядит…

Я прошептала:

— Ты даже не представляешь себе насколько.

— Малыш, прошу тебя, прости. Я люблю тебя…

Я замотала головой:

— Не хочу это слышать! Если бы ты любил, то не залез бы к своей бывшей в трусы.

Вадим закипел:

— На ней не было трусов! Она была голой! Черт! Майя, я спал, когда она забралась ко мне в постель и сразу же стала делать минет, а потом буквально оседлала меня полусонного. Я уже был близок к разрядке, когда до меня дошло, что это не ты...

— Вадим, оставь подробности вашего интима при себе. Она беременна! У вас скоро появится еще один ребенок.

— Это не помешает нам с тобой быть вместе…

Я отчаянно усмехнулась:

— Твоя жена обещала мне, что никогда не оставит нас в покое.

— У меня нет жены! Есть бывшая жена! Я поговорю с ней…

— Это ничего не изменит!

Я понимала, что морально просто не вывезу наши отношения, точно не выдержу такого накала.

Даже сейчас, спустя годы, вспоминать все это как минимум неприятно, хотя и прошло уже немало времени. Мысленно стряхнув тяжелые воспоминания, я вздохнула и посмотрела на Вадима. Он был сосредоточен на дороге, но, почувствовав мой взгляд, повернулся ко мне. Я никогда не видела его таким напряженным. Хотя он старался держать себя в руках, я знала, что боль разъедает его душу. Вадим с самого детства опекал Лизу. Они дружили. У них были очень хорошие отношения. Я не смогла выдержать его грустный взгляд — отвернулась к окну.

Лиза рассказывала, что Вадим вернулся в семью после того, как узнал, что я вышла замуж. Пробовал восстановить отношения с бывшей супругой, но не прожил с ней и года. Вадим признавался Лизе, что сделал это только ради детей, уверял, что больше не может почувствовать эмоциональную привязанность к жене и с его стороны нет никаких чувств. Их совместная жизнь была похожа на эрзац-реальность1, и в конце концов он не выдержал и ушел. В настоящем времени, со слов Лизы, он продолжает поддерживать отношения с сыновьями и помогает материально, но с Вероникой долгих бесед не ведет.

Все эти годы, проведенные порознь, Вадим регулярно интересовался у Лизы, как я живу (она часто мне об этом говорила). Я же, все эти годы старалась как можно меньше спрашивать у Лизы про Вадима. После того как я развелась и вернулась в Россию, Лиза стала гораздо чаще упоминать в разговорах Вадима. Интуитивно я понимала: подруга все еще надеется, что мы с ним снова будем вместе. Жаль было ее разочаровывать…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Эрзац — (от нем. Ersatz) — заменитель, подделка или суррогат.