Тьма в отражении души

Поскольку я до конца еще не выздоровела и плохо себя чувствовала, на поездку в метро была физически не способна. Отправилась к Лизе домой на такси, но, к сожалению, проделала неблизкий путь впустую. Дверь мне никто не открыл, а ключей от ее квартиры у меня нет. Я хотела спросить у соседей, когда они в последний раз видели Лизу, но и там дверь мне никто не открыл. По дороге домой я написала парочке наших общих знакомых, но никто из них не в курсе, где находится Лиза. У меня нет номера телефона Виталика, и мне пришлось приложить усилия, чтобы найти его страницу в соцсети. В личном сообщении я поинтересовалась, не с ним ли Лиза. Сначала Виталик просто просмотрел мое сообщение, и я уже было подумала, что он его проигнорирует, но спустя четыре чертовых часа кобель коротко ответил: «Нет». Сукину сыну понадобилось четыре часа, чтобы напечатать три буквы. Я была очень на него зла и вслух самой себе, не стесняясь в выражениях, высказала все, что думаю по этому поводу. Когда Лиза объявится, я уж точно не стану молчать! Откровенно говоря, мне уже хотелось отправиться в полицию и написать заявление об исчезновении человека, но было уже довольно поздно, и я не знала, куда обращаться с таким вопросом. Если бы этот тугодум ответил мне раньше, то я бы подсуетилась. После холостой поездки по Москве я была выжата как лимон и решила подождать с действиями до утра, но морально это был мой максимальный предел терпения. Если к утру Лиза не даст о себе знать, я пойду в полицию, и пусть они подумают, что я поднимаю панику, но по-другому не могу.

Ночью спалось мне крайне неспокойно. Болезнь вроде как отступила, а эмоционально стало ощутимо тяжелее. Душе моей не было покоя. Мне снились какие-то темные коридоры с закрытыми дверями. Во сне я пыталась оторвать от стены тяжелую цепь. А еще я помню незнакомого мужчину, который склонился надо мной и вдыхал аромат моих волос, и от этого действа в моих жилах стыла кровь.

Я проснулась в холодном поту, когда не было еще и пяти утра. Обычно так рано я не встаю, но сегодня все не как обычно. Что-то не так, и даже боюсь думать, что именно не так. Я как могла старалась успокоить своего внутреннего паникера, но получалось с большим трудом. Когда я пила кофе, меня посетила довольно странная идея. Положа руку на сердце, мне очень не хотелось этого делать, но это единственный способ узнать хоть что-то о Лизе. Я перерыла нижний ящик стола и нашла старый смартфон. Как только он немного зарядился и наконец включился, я полезла в список контактов. К тому моменту, когда я нашла его номер, сердце мое уже спешило дать о себе знать. Господи, столько лет прошло, а я волнуюсь, словно расстались вчера. Нет, это не про чувства, это уже что-то другое.

Не думаю, что он сменил номер. Звонить, естественно, еще рано, но мне уж сильно невтерпеж. Я сойду с ума, если не проясню ситуацию в ближайшее время. В целом, я уже была готова идти в полицию. Это последний пункт, который стоит предпринять, прежде чем обратиться в правоохранительные органы, и я больше ничего ждать не буду.

Глава 3

Для меня этот звонок — величайший шаг, и, клянусь, когда Лиза вернется, она мне ответит за то, что мне пришлось сделать. Гудок, два, три… Пожалуйста, ответь мне. Умоляю, Господи, пусть он возьмет трубку.

— Кхм, слушаю, — сонный голос даровал надежду.

Не помню, когда в последний раз так сильно волновалась. Неуверенно замямлила:

— Вадим, привет. Извини, что звоню так рано. Ты, наверное, меня не узнал…

— Я узнал тебя, Майя.

Вот это поворот. А ведь я сказала только пару предложений. У меня что, такой запоминающийся голос?

— Что-то случилось?

— Да. Лиза не выходит на связь уже несколько дней.

— Вы что, поссорились?

— Нет… Не совсем. Вадим, она не ведет социальные сети и пропустила фотосессию в студии. Никто из наших общих знакомых не знает, где она. Я ездила к ней домой, но у меня нет ключей.

— У меня есть ключи от ее квартиры.

— Мы можем к ней съездить? Пожалуйста. Я очень волнуюсь.

— Конечно. Где ты сейчас живешь?

— Там же.

— Я заеду за тобой, но не раньше чем через час.

— Договорились.

Завершив разговор, я шумно вздохнула. К чему мне такие стрессы? От волнения я даже вспотела. Мне срочно нужно принять душ.

Пока я собиралась, сама не заметила, как мысленно улетела в прошлое и растворилась в воспоминаниях.

Мы познакомились с Лизой на первом курсе. Как-то сразу подружились. Садились на всех парах вместе, да и ездить нам было по пути. Не так уж и часто в жизни удается встретить человека, с которым с первых мгновений легко и интересно общаться. У нас с Лизой ни разу не возникало повода для конфликта. Нам нравилось проводить время вместе. Мы всегда поддерживали друг друга и в учебе, и в обычной жизни. И между нами никогда не было зависти или конкуренции.

У Лизы были напряженные отношения с матерью и отчимом, поэтому она часто бывала у меня дома и иногда оставалась ночевать. Тогда мы с мамой жили вдвоем. Мой папа ушел от нас, когда мне едва исполнилось шестнадцать. Он женился на девушке младше его на четырнадцать лет, и вскоре после свадьбы у них появилась дочь. Немногим позже они купили двухэтажный дом в Подмосковье, а через некоторое время у них еще родился сын. У меня с отцом достаточно прохладные отношения. После развода родителей между нами образовалась пропасть, которую с годами мы так и не смогли преодолеть. В настоящем времени у нас эпизодическое и весьма поверхностное общение: мы поздравляем друг друга с праздниками. С братом и сестрой я тоже практически не общаюсь, хотя подарки на их дни рождения и Новый год даже из Парижа им отправляла. Мы с мамой жили вместе вплоть до моего двадцатидвухлетия, а потом она вышла замуж во второй раз и переехала к своему супругу. Я же стала жить самостоятельно. На последнем курсе университета Лиза перебралась ко мне, и мы целый год прожили вместе. Потом она сняла себе квартиру ближе к работе.

У Лизы дела семейные обстояли иначе. У нее есть старший единокровный брат — Вадим. Когда Вадиму было семь лет, его отец ушел из семьи и женился на матери Лизы. Несмотря на развод, мужчина продолжал регулярно общаться с сыном от первого брака. Вадим был свидетелем рождения Лизы, часто проводил в новой семье отца выходные и каникулы. Именно поэтому у Лизы и Вадима сложились хорошие и доверительные отношения, невзирая на то, что у них разные матери. Настолько хорошие, что Вадим помогал Лизе материально, пока она была студенткой. Отец Лизы умер, когда ей было пятнадцать, и эта трагедия навсегда расколола дружную семью. Вскоре после смерти мужа мать Лизы вышла замуж за мужчину с довольно непростым, в какой-то степени даже деспотичным характером. Лиза все чаще чувствовала себя в своем доме лишней. Отчим постоянно придирался к ней, был груб в общении, повышал голос, а порой унизительно обзывал. Лиза побаивалась его и старалась не оставаться с ним наедине. Мать Лизы дама довольно своеобразная (и это еще мягко сказано), эмоционально холодная и в семейных конфликтах всегда занимала сторону второго мужа, а не дочери. Лиза не чувствовала поддержки от матери. После смерти отца Вадим стал для Лизы настоящей моральной опорой, а уже позже в ее жизни появилась и я.

Я познакомилась с Вадимом в день рождения Лизы — на ее девятнадцатилетние. Она отмечала его у себя дома, пока мать с отчимом отдыхали в санатории. В тот день я немного опаздывала к застолью — задержалась, выбирая для подруги цветы. Когда я уже подходила к дому Лизы, заморосил дождь, и я ускорила шаг. Не хотелось промокнуть и испортить красивую укладку. Дверь в подъезд открыл мужчина, в руках которого была картонная коробка (как позже выяснилось, с ноутбуком). Он неспешно входил, когда я выкрикнула:

— Ой, подождите, пожалуйста! Не закрывайте дверь.

Незнакомец придержал дверь подъезда и обернулся. Наши взгляды встретились, и уголки его губ приподнялись в легкой улыбке. Мое сердце тут же забилось быстрее. Как это возможно, понятия не имею, но он мне сразу понравился, и с годами мои чувства к нему лишь усиливались. Пока мы ехали в лифте, он со мной заговорил:

— Красивый букет.

— Да, мне тоже нравится.

— Ухажер подарил? — многозначительно улыбнулся.

— У меня нет ухажера. Цветы для подруги.

— Наверное, хорошая подруга, раз такие красивые цветы?

Я гордо заявила:

— Самая лучшая!

Каково же было мое удивление, когда мы вышли из лифта и он направился к той же двери, что и я. Сначала я удивилась, а потом меня постигло разочарование. Приятный незнакомец оказался братом Лизы, и я точно знала, что он несвободен — недавно женился, и у него скоро появится сын. Его жена не присутствовала на дне рождения, потому что лежала на сохранении. Все студенческие годы я смотрела на Вадима как на запретный плод. Так как я была самой близкой подругой его сестры, мы периодически встречались, и он все сильнее привлекал меня. Когда Лиза отмечала свои дни рождения, Вадим приезжал ее поздравить со своей женой. Вероника — ровесница Вадима, весьма ухоженная особа и большая любительница ювелирных украшений. Видимо, супруг для нее не скупился, поскольку она всегда была увешана побрякушками, словно новогодняя елка. Я украдкой смотрела на их пару и тихо ревновала. Мне даже не хватало смелости признаться Лизе, что я влюбилась в ее брата. Вадим, высокий, широкоплечий мужчина, с годами становился еще интереснее, да и супруга его была ему под стать. Ничего не скажешь, пара из них вышла красивая. А вот между Вероникой и Лизой всегда сквозил ощутимый холодок, хотя они и вынуждены были общаться. Иногда Лиза жаловалась мне на Веронику, рьяно утверждала: «Поверь мне на слово, она та еще жадная и хитрожопая стерва. Ума не дам, как Вадим мог так вляпаться. Уверена, если бы она не залетела, он бы никогда на ней не женился. Терпение у него адское — я бы уже давно придушила ее подушкой». На общих застольях я избегала общения с Вероникой, да и она меня в упор не замечала. При всей ее приятной наружности интуитивно считывались паршивый характер и тяжелая энергетика. Да и Лиза порой делилась выходками Вероники, что лишь подтверждало мое невысокое мнение о данной особе. Глядя на Вадима и Веронику, я бы ни за что на свете не сказала, что он поистине счастлив в браке с этой женщиной. Во всяком случае, он таким не выглядел.

После окончания университета мы с Лизой довольно быстро нашли работу по специальности. И хотя мы работали в разных местах, регулярно перезванивались и встречались по выходным. Осенью Лиза сообщила мне, что Вадим подал на развод:

— Наконец-то до него дошло, с кем он живет. Годы ушли, чтобы он прозрел. Но да ладно, лучше поздно, чем никогда.

Спустя пару месяцев она предложила отмечать Новый год в компании Вадима:

— Он развелся, и ему сейчас нужна поддержка. Соберемся в его новой квартире, заодно и стены обмоем. Майя, ты бы видела эти хоромы. Там такой потрясающий вид!

В просторной квартире Вадима встречать Новый год собрались его двоюродный брат по матери, близкий друг с женой, Лиза со своим новым бойфрендом и я, как бесплатное, но обязательное приложение к его любимой сестре.

Все уже разместились за накрытым столом и стали провожать старый год, когда кто-то вспомнил, что мы забыли порезать хлеб.

— Я порежу, сидите.

Я быстро встала из-за стола и пошла на кухню. Хотя я и знакома с Вадимом уже давно, все равно чувствовала себя неловко на его территории. Лиза долго меня уговаривала, чтобы я согласилась приехать сюда.

Я уже выходила из гостиной, когда услышала голос Вадима:

— Я помогу.

Не оборачиваясь, я поспешила на кухню. Вадим взял инициативу в свои руки — резал хлеб, а я аккуратно укладывала его в плетеную корзинку.

— Ты сегодня такая тихая? Что-то не так?

Я пожала плечами:

— Нет. А что, обычно я громкая? — я смутилась, слегка улыбнулась.

Насколько себя знаю, никогда не занимала все внимание гостей своей персоной, а в присутствии Вадима я и вовсе робела. Он не ответил, посмотрел мне в глаза и дорезал буханку:

— Ну все, теперь без хлеба не останемся.

— Тогда идем.

Я уже было хотела взять корзинку, чтобы отнести ее к праздничному столу, как Вадим притянул меня к себе. Наши взгляды встретились, и мое сердце понеслось вскачь. Сама я бы в жизни не проявила инициативу, а тут такой подарок с небес.

— Ты же будешь не против, если я тебя поцелую? — он аккуратно заправил локон моих волос мне за ухо.

Прошептала:

— Буду не против.

Вадим накрыл мои губы страстным поцелуем. Обвив его шею руками, я растворилась в долгожданном поцелуе, который нам вскоре пришлось прервать: встречу Нового года ведь никто не отменял.

Наши отношения развивались стремительно. Не передать словами, как была рада Лиза, когда узнала, что ее любимый брат и лучшая подруга теперь пара. Наши чувства были неподдельными, и у нас действительно были яркие и гармоничные отношения, и лишь его навязчивая бывшая супруга порой прилично портила мне нервы. Вероника часто названивала Вадиму по поводу и без, и ее не интересовало, который сейчас час. То ей одно нужно, то другое. А когда она все-таки узнала, что Вадим встречается со мной, стала настраивать сына против меня. Но я была уверена, что все это временные трудности, верила, что однажды Вероника встретит другого мужчину и успокоится. Как же сильно я ошибалась.

Глава 4

Когда мы вошли в квартиру Лизы, нас встретила гробовая тишина. В коридоре на полочке лежали три небольшие, еще не вскрытые коробки — предполагаю, что с косметикой. Лизе часто присылают на обзор или в подарок косметику. Эти коробки вскрыть она, видимо, не успела. Кровать — заправлена. На диване брошено кое-что из одежды — явный признак того, что Лиза не могла выбрать, что ей надеть. На кухонном столе стояла ваза с завядшими цветами. В букете — карточка от Виталика: «Каждый день думаю о тебе». Боже! Ну надо же, какая оригинальность. Вот же засранец! И ведь не поленился дорогой веник прислать. Чего только не сделаешь, лишь бы залезть в трусы к приличной девушке! Я не пойму — все эскортницы улетели в Дубай? Или Виталику захотелось отдохнуть без лишних трат и риска для мужского здоровья? И почему я его на дух не выношу? Ну, наверное, потому что от него одни проблемы. Клянусь, если он замешан в исчезновении Лизы — я его в порошок сотру. В жизни не благословлю их союз!

Лиза — большая любительница суши и роллов (в отличие от меня) и довольно часто их заказывает. В мусорном ведре покоилось несколько контейнеров от еды, шкурки от бананов и авокадо. Все окна в квартире были закрыты, и запашок на кухне стоял еще тот. Застоявшаяся вода в вазе и полное мусорное ведро источали жуткую вонь. У меня обоняние как у парфюмера — я очень восприимчива к запахам.

— Вадим, открой окно, пожалуйста. Иначе мы тут задохнемся.

Вадим приоткрыл окно в режиме проветривания и сел на кухонный стул. В очередной раз попробовал позвонить сестре. Тяжело вздохнув, посмотрел на меня. В его молчании считывалась тревога. Вадим сильный мужчина — умеет контролировать эмоции, но я хорошо его знаю и прекрасно понимаю, что он чувствует. Более того, в данной ситуации мы чувствуем одно и то же.

Я поспешила выкинуть цветы и завязать мусорный пакет. Вылила вонючую воду в раковину и вымыла вазу. Развернувшись к Вадиму лицом, поймала на себе его пристальный взгляд. Он тихо произнес:

— Нужно обратиться в полицию.

Я не смогла сдержать навернувшихся слез.

— Эй, ну ты что, не плачь.

Вадим, встал со стула и подошел ко мне, обнял:

— Все будет хорошо.

Промямлила:

— Ты так не думаешь.

— Я на это очень надеюсь.

После посещения полиции Вадим отвез меня домой. В пути мы почти не говорили. Каждый думал о своем, и никто не решался озвучить свои опасения.

Следующие три дня я прожила словно в густом тумане. Пришлось отказаться от заказа по работе — я была не в состоянии выходить в люди и публиковать что-то в социальных сетях. Бассейн я тоже пропустила. Ничто не могло отвлечь меня от негативных мыслей. Я понимала, что как бы этого ни страшилась, исчезновение Лизы — история с печальным концом. Но надежда, как говорится, умирает последней, и каждый день, проснувшись утром, я первым делом хватала телефон, чтобы зайти в мессенджер и соцсети Лизы. Я ждала ее эффектного возвращения, но знала, что не дождусь.

Чем дольше я сидела на допросе, тем сильнее мне казалось, что внимание правоохранительных органов уходит явно в ложном направлении.

— Зачем вы выкинули мусор из квартиры вашей подруги?

— В смысле? Из мешка воняло.

— Карточка от цветов тоже воняла?

— Я машинально выкинула ее вместе с букетом. Не знала, что она может представлять какую-то ценность.

— Очень опрометчиво с вашей стороны было выкидывать полный мусорный пакет. Вы могли бы его просто завязать и оставить в квартире.

Я посмотрела на следователя недоумевающим взглядом. М-да, а мне ведь даже в голову не пришло плодить опарышей в квартире Лизы.

— Есть вероятность, что вы собственноручно уничтожили важные улики.

Тут меня бросило в жар. Господи, ну за что мне все это? Следователь сосредоточил на мне пристальный взгляд, как-то официально откашлялся и морально меня добил:

— Полагаю, вы в курсе, что у вашей подруги было завещание?

У меня волосы на голове зашевелись:

— Лизе нет и тридцати. Зачем ей завещание?

— Почему бы и нет. У вашей подруги в собственности автомобиль, двухкомнатная квартира и на счету имеются сбережения.

Я вздохнула:

— Я не знала, что у Лизы есть завещание. Когда она его оформила? Давно?

— Осенью. Вам это о чем-то говорит?

— Кажется, да.

— Поделитесь своими умозаключениями.

Я явно не нравилась этому лысоватому следователю. Он сверлил меня маленькими серыми глазками и задавал странные вопросы. Мы толклись на месте. Больше всего на свете я хотела, чтобы он оторвал свой зад от стула и отправился на поиски Лизы. Но ему по душе обложиться бумажками и разводить дискуссии.

— Осенью Лиза попала в аварию. За рулем был мужчина, с которым она тогда встречалась — Виталик. Тот самый, который прислал ей цветы и хотел с ней увидеться. Мы с вами уже говорили о нем. Кстати, вы проверили его? У него есть алиби?

Следовать проигнорировал мои вопросы:

— Так что с завещанием?

Я недовольно вздохнула. Если к концу допроса я не пошлю его на три буквы, это будет большой подвиг с моей стороны. По правде говоря, следователь сильно меня нервировал. Хотя, справедливости ради, стоит упомянуть, что с исчезновением Лизы моя психика откровенно сдает. С каждым днем я все заметнее превращаюсь в тревожный комок.

— После аварии Лиза стала бояться смерти. Она часто поднимала эту тему. Философствовала о смысле жизни. Несмотря на то что за рулем был Виталик, с тех пор Лиза перестала водить машину. Ее автомобиль стоит на парковке у дома с осени, и она собиралась его продавать. Я отговаривала ее, просила сделать над собой усилие, предлагала покататься вместе или сходить на консультацию к психологу, но все было бесполезно. Страх глубоко засел — она боялась сесть за руль.

— И именно поэтому она решила подписать все свое имущество на вас?

Я застыла на месте:

— В каком смысле?

— В самом прямом.

— А Вадим?

— Завещание составлено на ваше имя.

То, что в завещании Лизы нет ее матери, вполне логично. У них уже давно безнадежно испорчены отношения. Последние пару лет Лиза практически не общалась с матерью. Но Вадима-то там почему нет? Несомненно, Вадим ни в чем не нуждается — он весьма обеспеченный мужчина, и с каждым годом его доходы стабильно растут (об этом я знаю со слов Лизы). Но все же он брат — родственник, а я всего лишь подруга, хотя и самая близкая. Я отстранилась от своих мыслей, вернув внимание следователю:

— Еще раз уточню, вы хотите сказать, что Лиза подписала абсолютно все на меня?

— Именно. И сейчас она исчезла.

До меня стал доходить тонкий намек представителя власти. Тоже мне Лейтенант Коломбо собственной персоной. Возмущение вырвалось на свободу:

— Вы предполагаете, что я убила свою лучшую подругу, чтобы завладеть ее имуществом?

— Это ваше высказывание. Я пока что просто собираю информацию. В процессе обыска квартиры было обнаружено завещание, поэтому мы его с вами и обсуждаем. Вы заинтересованное лицо, хотите вы этого или нет.

— Что вы вообще себе позволяете? У меня есть своя трехкомнатная квартира, и в деньгах я не нуждаюсь — вы можете проверить мои банковские счета. И поверьте, когда я соберусь сесть за руль — сама куплю себе машину. Именно я начала искать Лизу, пришла в полицию, а вы говорите, что я ее убила…

— Успокойтесь, пожалуйста. Я не говорил, что вы ее убили.

— Вы размахиваете этим завещанием, словно оно имеет какое-то отношение к ее исчезновению.

— Мы не можем этого исключить…

Перебила:

— Можете! Я понятия не имела, что у Лизы есть завещание. У меня нет материальной нужды, поэтому версия с моим участием в исчезновении подруги отпадает автоматически. Проверяйте других людей! Не топчитесь на месте. И так кучу времени уже потеряли. Вы проверили Виталика? Опросили ее соседей? Поговорили с ее клиентами? Были в фитнес-клубе, который посещала Лиза? Получили доступ к ее переписке и истории звонков? Раз оба ее паспорта дома, значит, она не могла никуда уехать…

Следователь подпер рукой подбородок и молча выслушивал мою тираду.

Я вышла после допроса нервная. На ходу застегнула пальто и быстро зашагала сквозь парковку. Обалдеть не встать — я главный подозреваемый! Неожиданно меня кто-то схватил за руку и развернул к себе лицом:

— Майя, какого черта ты вытворяешь?

— Отпусти! — я одернула руку.

Придурок так меня напугал, что у меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло.

— Что ты наплела про меня ментам? Меня уже второй раз вызывают, — у Виталика разве что пар из ушей не валил от злости.

— Ничего я не плела. Рассказала все как есть. И не ори на меня! И без тебя тошно…

Он резко прижал меня к черной машине, навис, приблизил свое гладковыбритое лицо к моему и зло заговорил:

— Если у меня из-за тебя будут проблемы, то…

Я была в не себя от бушующих эмоций. Плевать я хотела на его угрозы — у меня подруга пропала. Заорала на крупного мужика:

— То что? Что ты сделаешь со мной? Убьешь меня, как Лизу?

— Я не убивал ее!

Мимо проходил поджарый мужчина в форме, все-таки как никак отделение полиции рядом.

— У вас все в порядке?

Я со всей силы оттолкнула Виталика, и зло выпалила:

— Не в порядке. Этот тип мне угрожает.

Развернулась и зашагала прочь.

Мужчина окликнул меня:

— Девушка, подождите…

Не оборачиваясь, буркнула:

— Я все сказала.

Понятие не имею, что ждет Виталика дальше. Мне все равно, даже если его завтра не станет. Я заплакала и поспешила в сторону метро. Меня всю трясло. Почему в неосознанном порыве я выкрикнула: «Убьешь меня, как Лизу»? Ведь она все еще может быть живой. Как только я пришла домой, позвонила Вадиму. Сразу же затараторила:

— Привет. Мне нужна твоя помощь. У тебя же много знакомых. Мне нужен толковый частный детектив.

Вадим тихо произнес:

— Привет, Майя. Давай обсудим все при встрече.

— Так ты поможешь мне найти частного детектива?

— Майя, полиция занимается поисками Лизы, давай подождем…

Эмоционально я была размотана до такой степени, что не могла конструктивно разговаривать, поспешила поставить ультиматум:

— Если ты не поможешь мне, я сама…

Он повысил голос, хотя обычно такое не практикует:

— Майя, успокойся! Хочешь детектива, будет тебе детектив! Я наберу тебе позже.

Детективу было сильно за сорок. Мы встретились в кафе. Вадим изъявил желание присутствовать при нашей первой встрече и в результате не позволил мне оплатить услуги детектива. Откровенно говоря, этот тип не внушал мне особого доверия, но выбора у меня не было. Как я поняла, каждый его шаг будет оплачиваться отдельно, и пока что он взял только предоплату.

Глава 5

Мы ехали в сторону моего дома, когда Вадиму позвонили. В лесу в Подмосковье обнаружен труп девушки. Вадима попросили приехать в морг на опознание.

Я осталась ждать его в машине на парковке около морга. Чтобы не свихнуться в ожидании, я сидела и чистила галерею в телефоне. В какой-то момент эта деятельность мне осточертела, и я убрала телефон в сумочку. От жуткого напряжения казалось, что меня вот-вот морально разорвет. Мысленно я все еще старалась убедить себя, что найденная девушка не Лиза, хотя мой внутренний оракул утверждал, что надежды мои пустые.

Вадим вышел из морга в компании незнакомого мужчины. Остановившись у дверей, он взял из рук мужчины сигарету. Они закурили. Я была уверена, что Вадим давно бросил это вонючую привычку (во всяком случае, при мне он не курил), но, видимо, все же нет. Вадим стоял ко мне спиной, а я гипнотизировала его взглядом. Я тут себе места не нахожу, а он стоит и курит с посторонним мужиком. Выкинув окурок в металлическую урну, он зашагал к машине. Я пыталась поймать его взгляд, но он не смотрел на меня. Сердце забилось быстрее. Что-то явно не так. Вадим не курит! За все время нашего общения Вадим не выкурил ни одной сигареты, и эту сигарету он стрельнул у незнакомца. А все мы знаем, когда бывший курильщик сильно нервничает, то может и снова закурить.