Сапсан, или Прерванный полет 2.1

Глава 13. ЧЕЛНЫ – ЭТО БРЕЖНЕВ

Сосед-хулиган.

Тот факт, что куда не плюнь в нашем «белом доме» – попадешь в какого-нибудь начальника, позже привел еще к одной ситуации. Ночь, а этажом выше гужбан, музон, топот и пьяные песнопения, а у нас двое маленьких детей не могут уснуть (двух и четырех лет). Я поднялся на пятый этаж, «деликатно и культурно» выключил на электрощитке автомат (в подъезде) и удалился. В квартире соседа свет погас, музон утих. В известной песне «Подмосковные вечера» так поется про подобные ситуации: «Не слышны в саду даже шорохи, все здесь замерло до утра…» Но не до утра – минут за пять соседи сообразили, что к чему, и включили автомат. Все пошло по новой. Пришлось еще раз прогуляться наверх, однако на этот раз они управились быстрее. Мои прозрачные намеки оказались не поняты, гужбан продолжается в полный рост – время за полночь, наши дети плачут, а мне к 8 утра на работу. Пришлось подняться, позвонить в дверь и попросить хозяина квартиры прекратить безобразие. В ответ я был послан на три буквы, а хозяин тут же получил удар в челюсть. После чего он картинно отлетел и упал на пол, прямо как в голливудском фильме.

Я поинтересовался: может, еще кто желает меня послать кудани-будь, гости в немалом количестве онемели, никто не ожидал такого разворота событий. Данное рукоприкладство происходило-то в «белом доме», где подобного никто ожидать не мог. На следующий день в

«офицерской столовой»

(столовой для руковод-Афтепати не будет!

ства), а я уже работал начальником отдела и питался вместе с начсоставом завода, произошел диалог. Зам.секретаря парткома завода по идеологии Несытова Елена Михайловна негромко поинтересовалась у меня, все не можете успокоиться? Она намекала, что двумя годами раньше коммунист Зиннуров уже был замечен в рукоприкладстве, тогда меня хотели исключить из партии, но ограничились строгим выговором с занесением. Это происшествие стоило мне еще и должности начальника отдела, документы были уже на подписи – но, увы... В ответ я поинтересовался, как ее угораздило попасть в такую дурную компанию, которая пьянствует, нарушает покой граждан и где грязно матерятся в присутствии женщин – Несытова прикусила язык. Последствий с ее стороны не было, хотя Елена Михайловна была вредной дамой – ее побаивались все, вплоть до директора завода. Ну а с соседом мы потом поладили, я принес извинения и бутылку коньяка – и то и другое было принято.

«Несет меня течение».

Говорят, татарин должен родиться в деревне, окончить школу в райцентре, сделать карьеру в Челнах, продолжить ее в Казани, завершить ее в Москве и там же умереть с сознанием выполненного долга. Примерно так в реальности все и происходит, я знаю считанное количество людей, вошедших в противоход с этой формулой – я оказался одним из них. Порой я просыпался, глаза в потолок и думал: ну что я делаю в этих Челнах, мой родной город – Казань, и там мое место. Но сначала учеба жены в Елабуге, потом малые дети и успешная карьера на Камазе, да и Казань в те годы была в разрухе. Словом, все было, как в известной песне Юрия Антонова: «Несет меня течение сквозь запахи осенние». В итоге мои два месяца, на которые я прибыл в Челны, растянулись на 29 лет...

Челны – это Брежнев.

Интересная история с названием Челнов. Дословный перевод на русский язык названия мизерного городка «Яр Чаллы», на месте которого было принято решение построить Камаз и город – «Поселение на берегу». Ну что это за название – это что-то такое же непритязательное, как Нью-Йорк (Новый город). Власти решили, что нам это не подходит, и придумали очень красивое словосочетание – Набережные Челны. Хотя и про Нью-Йорк не забыли, большую часть города народ так и называет до сих пор – Нью-Йорк (тьфу на язык, Новый город). В фильме «Бриллиантовая рука» персонаж говорит:

«Легким движением руки брюки превращаются...» В нашем случае таким же «легким движением» слово «чаллы» (поселение) превратилось в Челны. Какие Челны, при чем здесь Челны, откуда взялись Челны – неважно, главное – получилось красиво. Но на этом история не заканчивается. Помните мой рассказ про город Киров, в котором растлитель секретарш Сергей Миронович Киров (он же Костриков) никогда не был. Как говорил немецкий философ Гегель: «История повторяется дважды – сначала как трагедия, потом в виде фарса». Так и произошло, сначала трагедия – после убийства Кирова произошел большой сталинский террор, и появился город Киров (переименовали Вятку). А потом история повторилась как фарс: когда умер «дорогой Леонид Ильич», появился город Брежнев (переименовали Челны). «Мудрые» люди в ЦК КПСС подумали, подумали и всех насмешили. Эти престарелые и выжившие из ума члены Политбюро приняли решение увековечить дорогого Леонида в названии города автостроителей, в котором он никогда не был.

Все хорошо в меру.

Брежнев, в отличие от Кострикова, безусловно, заслуживает почтения и благодарности за развитие автомобилизации страны – и за ВАЗ, и за Камаз. Назвали бы его именем главный проспект или площадь в Челнах, поставили бы красивый памятник, напомнив населению про вклад Леонида Ильича, никто бы и не пикнул. И до сих пор хранили бы память о человеке, благодаря которому и появился Камаз. А если бы еще и Алексея Косыгина, великого премьермини-стра СССР и соратника Брежнева, тоже увековечили в Челнах, совсем было бы красиво и справедливо. В итоге только всех насмешили. Еле-еле шевелящий губами Бровман (кличка Брежнева на закате его дней) уже и так был предметом огромного количества баек и анекдотов. И вдруг его именем в 1982 году называют (переименовывают) город с молодым, динамичным и ироничным населением – это было и смешно, и грустно...

Вот анекдот, наглядно показывающий, что произошло после смерти Брежнева, а именно: деяния Горбачева и Ельцина по развалу страны. Не скажу за всех, но жители Челнов и работники Камаза, думаю, должны быть благодарны Брежневу за сам факт существования города и автозавода. «Брежнев просит членов Политбюро ЦК КПСС: "Когда умру, похороните меня задницей кверху?" – "Почему, Леонид Ильич?" – "Для того чтобы народ, видя, что вы после моей смерти натворили, приходил и мог ее без труда целовать!"»

Ижевск – это Устинов.

В СССР последовала череда смертей «кремлевских старцев» (членов Политбюро), получившая в народе название – «гонка на лафетах». И пошли переименования городов: в 1984 году город Ижевск переименовали в Устинов (министр обороны, член Политбюро), в том же году Рыбинск превратился в Андропов (генсек ЦК КПСС, бывший начальник КГБ), в 1985 году именем Черненко (генсек ЦК КПСС) назвали город в Красноярском крае. В общем, безумие среди кремлевских достигло предела. Появились анекдоты: «На между-городном переговорном пункте – "Алло, алло, это Брежнев? Звонит Андропов"». Вот написал и подумал – никто не поймет. Уже и переговорных пунктов нет – ушли в прошлое, и Брежнева мало кто помнит, а уж Андропова и подавно. Жалко, правда, что Косыгина забыли, как будто и не было человека – между тем это был один из толковых и здравомыслящих руководителей советской эпохи!

Глава 14. «БЫСТРЫЙ И МЕРТВЫЙ»

Павлу Корчагину такое не снилось.

Сейчас трудно в это поверить, но запуск Завода двигателей велся так же, как это происходило во время ВОВ. Тогда за считанные дни перевозили и в чистом поле запускали заводы, эвакуируемые из зоны военных действий. Когда я в 1974 году приехал, была построена только треть завода, а одной стены у заводского корпуса не было вовсе. Эту стену заменяла двухслойная штора из полиэтиленовой пленки длиной полкилометра. А на улице суровая зима. По мере монтажа новых пролетов эта штора переносилась, а на построенной части здания велся монтаж оборудования, и даже начиналось производство деталей в пусконаладочном режиме. После Камаза я построил и запустил 20 современных автоцентров. Когда на строительных штабах строителям и своим менеджерам я рассказывал про то, как велось строительство Камаза, никто не верил, что это возможно.

Украли сапоги.

Основной обувью горожан в Челнах были резиновые сапоги. Город строился так же, как и Камаз, все делалось параллельно. Это в полной мере касалось и строительства дорог, которых в этот период практически не было, поэтому резиновые сапоги и были у челнинцев безальтернативной обувью. Но никто не роптал, жители города были молоды и веселы. Резиновые сапоги у всех стояли на лестничной площадке, в квартиру их заносить было немыслимо из-за налипшей грязи. Разувались на площадке и вымытые сапоги потом выставляли туда же, под дверь. Как-то в гости из Казани приехала моя теща Ираида Николаевна и удивилась коммунизму насчет сапог. Она сказала, чтобы я их убрал, украдут же – чем у нас с женой вызвала смех. Но самое смешное было утром, выхожу из квартиры – сапог нет. Я похвалил тещу за чувство юмора и попросил отдать сапоги, но оказалось, что их на самом деле украли. До и после этого события резиновые сапоги всех членов семьи годами стояли на лестничной площадке, и никто их не трогал, ирония судьбы...

«Арины Родионовны».

Работой жизнь не ограничивается, есть и частная жизнь. Вне работы была острая проблема с детскими яслями-садиками. Размер выделяемой квартиры зависел от количества детей, ну и народ в полный рост старался делать новых людей. У группы Сплин на эту тему есть песня «Новые люди» с такими словами: «Люди кричат, задыхаясь от счастья, и стонут так сладко, и дышат так часто, что хочется двигаться с каждой секундой быстрей – делая, делая, делая новых людей». Соответственно, очередь за местами в яслиса-ды была как от Челнов до Казани. Деваться некуда – я работаю, жена учится, надо двух детей куда-то девать. Выход был, молодые и сидящие с детьми мамаши организовывали на своей квартире минипри-юты для малышей (утром отдал, вечером забрал). Это было дополнительной нагрузкой на семейный бюджет, который и так трещал по швам, однако что делать – пришлось прибегнуть к услугам таких нянь. Как-то получилось, что с работы я приехал в обед и пошел забирать детей раньше времени. Мои дети сидели на полу в луже экскрементов и облизывали свои пальцы, а няня и ее мать бухали.

Ситуация с нянями была тяжелой. Почему-то все они были примерно одного пошиба и приходилось быстро находить вместо одной безответственной няни другую, которая в итоге оказывалась не лучше предыдущей. Мои старшие дети это все не помнят, а когда я им рассказываю про период с нянями, почему-то у них встает образ доброй Арины Родионовны (няня Пушкина). Как мы помним, она рассказывала Саше сказки, позже им литературно обработанные и нам всем известные. Но нет, это были не «Арины Родионовны» – это были другие няни, очень плохие няни...

Ох уж эти няни!

Удар ногой.

Учебу, ввиду переезда в Челны, я продолжил вечерне, на общетехническом факультете КИСИ (Казанский инженерно-строитель-ный институт). Это было единственное высшее учебное заведение в Челнах, но там было всего три курса. Поскольку первый курс я уже закончил (в Казани), меня зачислили на второй. После этих трех курсов надо было определяться: куда «двигать ноги» дальше, что и было сделано. Заканчивал получение высшего образование я уже в Ульяновском политехе (УПИ), заочно в 1978 году. В общем-то, непонятно, как мне со всем этим удавалось справляться: Камаз, учеба в КИСИ, двое малышей, жена – студентка на очном факультете и в другом городе (Елабуге). Да и все это в отрыве от живущих в Казани бабушек-дедушек, и родни рядом нет – помочь некому! При этом огромное количество времени «съедала» еще и дорога, до Завода двигателей приходилось добираться – утром час и вечером домой – опять час (трамвай-автобус). Во времена СССР автомобилей практически ни у кого не было, а посему в общественном транспорте ехали как «кильки в банке». Упасть в трамваях-автобусах было невозможно, только если всем вместе одновременно согнуть ноги, и то не факт.

Однако был такой случай: мы с женой Ириной ехали в трамвае, и вдруг она закричала на какого-то мужичка. Оказалось, что этот прохиндей щупал ее за ягодицы. Естественно, я вмешался. И вот тут, в битком набитом людьми трамвае, этот хлипкий мужичок, намного ниже меня ростом, умудрился молниеносно нанести удар ногой в мою голову и сразу выскочить на остановке. Скорее всего, он недавно «откинулся», таких в Челнах было много – однако я был потрясен

«красотой игры». Видимо, он в тюряге время даром не терял и к этой встрече со мной подготовился (шутка).

Бой с Майклом Тайсоном.

На тему драк есть интересный анекдот: «Майк Тайсон приезжает в Россию на бой с самым сильным боксером. Но в последний момент выясняется: тому стало страшно, и он на ринг не выйдет. Что делать? Публика ждет, нужен соперник. Вспомнили про грузчика Серегу, который одним ударом может свалить с ног быка. Сереге предлагают: "Отстоишь один раунд, получишь 1000 долларов". Тот согласился. Начинается бой. Тайсон бьет с правой, апперкот и т.д. Однако Серега держится весь раунд, но под глазом фингал, и видок уже не очень. Все в шоке, выстоял против самого Тайсона целый раунд. Ему говорят: "Выстоишь еще раунд, гонорар – 5000 долларов..." Серега отстоял, но бровь рассечена, скула разбита, лицо в синяках, сочится кровь. Ему предлагают: "Отстоишь еще один раунд – 10 000 баксов". Серега: "Нет, не согласен" – "Подумай, целых десять тысяч долларов!" – "Больше не могу, сейчас я его бить буду!!!"»

«Быстрый и мертвый».

Фильм «Быстрый и мертвый» был снят Сэмом Рейми в 1995 году. В главной роли Ди Каприо, главная сюжетная линия – ковбойские дуэли на диком Западе. Как обычно в фильмах Голливуда: идет борьба добра со злом, гора трупов – в итоге добро в роли Ди Каприо побеждает. Все дуэли зависят от скорости – кольт в кобуре, кто первый по сигналу его выхватит и сделает выстрел, тот и живой. Ну а его оппонент – мертвый. Такую же молниеносную реакцию я однажды увидел своими глазами. На одной из челнинских баз отдыха был организован минизоопарк, и вот там один товарищ пытался привлечь внимание лисенка, сидевшего к нему спиной и ни на что не реагировавшего. Но как только бедолага просунул через сетку палец, он был молниеносно откушен. Причем это было сделано именно молниеносно, движение лисенка даже глаз поймать не мог бы. Как поет Лариса Мондрус в песне «Снежинка» про бренность бытия: «Вот она была и нету, вот она была и нету».

Только что палец был – и вот его нет, а лисенок как сидел, так и сидит в той же безучастной позе. Ни один следак не уличил бы его в совершенном преступлении. Это было наглядной демонстрацией того, как звери выживают в дикой природе, и чему их научили миллионы лет эволюции. Тюрьма – та же «дикая природа», только в ней выживают не животные, а люди. Тот тип из трамвая, судя по всему, был таким же, как и этот лисенок – продуктом джунглей. То есть все как в сцене дуэли из вышеуказанного фильма-вестерна.

«Партийные дамы».

В институте (КИСИ) у меня завязались дружеские отношения с Толей Шумилиным. Толя был старостой нашей вечерней группы – лет на десять старше меня. Он работал простым водителем, однако был интеллектуально развит и женат на третьем секретаре горкома партии Челнов (по-нынешнему это наподобие заместителя мэра). Соответственно, мы с Толей ходили друг к другу в гости и как-то проводили вместе новый год. На всю большую компанию, человек в восемь, выставили всего 2 бутылки шампанского. Сказали: это чисто символически – Новый год все же, а так алкоголь – это фи. И вели себя все присутствующие фифы, подруги Толиной жены и сотрудницы городской администрации, как великосветские дамы. Все разговоры у них были о духовном, высоком. Думаю, «куда я попал и где мои вещи», однако смотрю – время от времени они куда-то уходят и возвращаются порозовевшими-повеселевшими. Оказалось, у партийных фиф был спирт, который они тайком глушили в ванной. Вот они двойные стандарты, причем – не на загнивающем Западе, а в набирающих разбег Челнах.

Выявив такую заподлянку, мы с женой удалились – более с этими

«мэрскими» фифами я не встречался. Но когда вспоминаю – смешно. Это была самая неудачная встреча Нового года в моей жизни, зато познакомился с провинциальными дурочками, что-то такое о себе придумавшими. А первоначально-то я был обманут возвышенным

«штилем» их поведения. Толя был в курсе всех мировых и советских новостей, читал газеты, запоем смотрел новостные программы по телевизору (это в период застоя!). Тогда это меня удивляло – ну что в новостях может быть интересного, а сейчас сам такой же. Правда, наше динамичное время (2024 год) застоем никак не назовешь!

Автор в компании «мэрских» фиф.

Анекдот в тему.

Вспомнив о «мэрских» фифах, приведу анекдот, исчерпывающе отражающий их сущность: «"Роза Марковна, вы что пукнули?" – "Да. А вы что, думали, я все время так пахну?!"»

ЗНАНИЕ – СИЛА

Товарищи ученые, доценты с кандидатами! Замучились вы с иксами, запутались в нулях, Сидите там, разлагаете молекулы на атомы, Забыв, что разлагается картофель на полях.

.....

Товарищи ученые, кончайте поножовщину, Бросайте ваши опыты, гидрид и ангидрид: Садитесь, вон, в полуторки, валяйте к нам в Тамбовщину,

А гамма-излучение денёк повременит.

Высоцкий В.С.

Глава 15. ЗНАНИЕ – СИЛА

Ульяновская гопота.

После третьего курса я перешел на учебу в Ульяновск (на заочное отделение) и там чуть было не простился с жизнью. Учебные корпуса УПИ (Ульяновский политех) находились недалеко друг от друга, но проходить надо было через какие-то глухие дворы. И как-то в один из дней 1977 года иду через такой двор, а там гопота – человека четыре, сидят на корточках, пьют пиво и курят. Окликнули – я не реагирую, и вдруг один шагнул навстречу – в руке нож. Далее – как в замедленном кадре, как в фильмах, когда якобы вся жизнь проходит перед глазами за доли секунды. Эффект замедленного кино на самом деле был, однако в нужный момент оцепенение спало – я сделал шаг вперед и резко ударил гопнику в челюсть. Гопник упал, выронив нож. Я этот нож сразу поднял и, сделав замах, нагнулся над ним. Внезапно этот гад запросил пощады, остальные же замерли – такого развития событий они не ожидали. Далее испытывать судьбу я не стал, нож бросил и неторопливым шагом исчез за углом.

В этот раз все обошлось, но могло быть и хуже. И на эту тему анекдот. «Что бы ни случилось, Рабинович имел обыкновение говорить: "Это еще ничего, могло быть и хуже!" Однажды приятели решили рассказать Рабиновичу такое, что не позволило бы ему произнести эту фразу: "Рабинович, вы слышали, какой кошмар случился у Шварцмана?" – "Нет, а шо такое?" – "Сегодня он пришел с работы раньше на час и застал свою жену в постели с Хаймовичем. Так он застрелил их обоих насмерть, а потом застрелился сам!" – "Какое горе! Но это еще ничего, могло быть и хуже!" – "Как? Что могло быть хуже?!" – "Если бы он пришел раньше не на час, а на два, то застрелил бы меня…"»

Также подобный случай описан в смешном анекдоте про каратиста. «Приехал каратист в деревню, мужики к нему подходят и начинают докапываться, типа: "Покажи приемчик". Каратист в отказ – мол, отдыхать приехал, а не драться. Деревенские не сдаются, а он не соглашается. Идут мужики к самому сильному и драчливому – кузнецу Ивану. Зовут его, чтобы каратиста на драку вывести. Приходит Иван к каратисту, начинает на него с кулаками кидаться. А каратист – раз и вырубил Ивана. Мужики к Ване подбегают, бьют его по щекам, водой поливают. Иван открывает один глаз спрашивает: "Каратист ушел?" Мужики: "Нет, вон рядом стоит." Иван: "Сейчас уйдет, я вам всем вломлю!"»

Знание – сила.

До института я полагал, что высшее образование получаю для галочки. За плечами техникум, служба связистом в армии и на ледоколе, работа технологом и мастером на заводе – ну чему еще такого кренделя можно научить? Только в ходе учебы я понял выражение Сократа: «Чем больше я знаю, тем больше понимаю, что ничего не знаю». Все мое самомнение опиралось на то обстоятельство, что круг моих знаний был невелик. По мере же расширения этого круга приходило понимание, что высшее образование существует не для проформы. Однако другие мои одногруппники-заушники (есть такой термин про заочников) ничего не знали и знать не хотели. На учебу им было плевать, а диплом – нужен исключительно для карьеры. Смешно, но мой приятель из Альметьевска Виктор Николаев на защиту диплома вынес главный ватманский лист с поворотным столом для рольганга, при этом поворотный стол был приварен к станине. Экзаменационная комиссия похохотала, но трояк поставила.

На тему важности знаний имеется немало анекдотов. Вот некоторые из них:

«Незнание закона не избавляет от ответственности. Зато знание – запросто».

«Вовочка не знал, что Петров Саша – чемпион школы по боксу, и банально побил его. Незнание – сила!»

«В подземном переходе состоялась встреча выпускников, купивших здесь дипломы 5 лет назад...»

«На зачете по философии студент доказал преподавателю, что никаких лекций не было, да и науки такой не существует».

«Отчисленный студент Петров каждый день пишет своему декану из армии, что он попал в спецназ, и его там учат убивать».

«Генерал вразвалочку идет по мосту, смотрит вокруг ленивым взором и надо ж было, ему на глаза попался солдат. Солдат, как обычно, в самоволке и хочет проскочить мимо, делая вид, что не замечает генерала. Генерал: "Солдат, мать вашу, это что такое?! Почему честь не отдали?!" Солдат: "Согласно 147 пункту устава честь на мосту не отдается!" Генерал растерялся, козырнул и сразу домой, пришел, полистал устав, нашел нужный пункт и читает: "п.147. Солдат должен быть находчив и смел"».

Научный коммунизм.

В советские времена был такой предмет – Научный коммунизм, который котировался наравне с защитой дипломного проекта. Трудно в это поверить, но любой получающий в СССР высшее образование человек сдавал госэкзамен по научному коммунизму. Данный экзамен принимала аж целая комиссия из трех человек, если не сдашь – диплом не получишь. В УПИ я три курса прошел за 2 года (экстерном). Времени на подготовку к экзамену по «коммунизму» не было, и на этом экзамене я прибегнул к шпаргалкам (редчайший для меня случай). Это касалось знания ленинских работ: «Шаг вперед, два шага назад», «Материализм и эмпириокритицизм» и тому подобное (ориентировочно 26 работ!). Понятно, что мне эти заумные работы Ленина сто лет не нужны – подозреваю, что не только мне. Возможно, они не были нужны никому и никогда. Допускаю, что, кроме самого Ленина, эти работы никто и не читал.

У друга Николаева имелся специальный пиджак для сдачи экзаменов с нашитыми внутренними карманами, и я решил им воспользоваться для сдачи «коммунизма». Но в запарке мы не учли, что Николаев на 10 см выше меня – соответственно, и пиджак был под его рост. Это обнаружилось в день сдачи госэкзамена, но было поздно что-либо менять – я засучил (закатал) рукава и в бой, пиджак на мне больше походил на летнее пальто. Все с николаевским пиджаком прошло гладко, наверное, институтские преподы и не таких клоунов видали на экзаменах. Ленинскую работу я успешно списал, ну а с остальным проблем не было. По другим вопросам я пел как соловей: про Брестский мир, иудушку Троцкого и тому подобное – все, как учила коммунистическая пропаганда.

Когда объявляли результаты, я немного очковал, все же на кону красный диплом и облажаться на последних шагах было бы обидно. Руководитель госкомиссии прошел весь список, и оценки всех, кто сдавал вместе со мной, огласил – всех, кроме меня. У меня екнуло, подумал – засекли гады как списывал, их же в комиссии было трое на десятерых студентов, все мне конец. Но тут, звучат фанфары и барабанная дробь. Главный препод говорит: "А студенту Зиннурову комиссия присудила оценку – 6 баллов (по пятибалльной шкале), однако, ввиду отсутствия таковой в системе – вынужденно ставим пятерку!"

Сдал экзамен «спустя рукава».

Глава 16. «ГОРА С ПЛЕЧ»