Замуж за босса

Это просто еще не до конца укладывалось у меня в голове.

Двенадцать месяцев казались долгим сроком, но на самом деле год пролетит незаметно. Каждый раз, когда наступал Новый год, я не могла поверить, что так быстро...

В дверь постучали. Решив, что это, скорее всего, соседка Юля, я аккуратно положила платье на кровать, и пошла открывать дверь.

По привычке я посмотрела в глазок, и напряжение захлестнуло меня. Что он тут делает? И как узнал, где я живу?

Олег снова постучал, свободной рукой поправляя галстук.

Я отступила назад и провела рукой по волосам. Я не могла даже предположить, что могло привести его сюда, и не была уверена, что хочу это знать.

Я отперла дверь и встала в проёме.

— Привет, Ник, — улыбнувшись выдал он.

— Как ты попал в здание? — спросила я без приветствия. Может это и выглядит негостеприимно, но его здесь никто не ждет.

— Я как раз собирался позвонить тебе, когда кто-то открыл главную дверь, и проскользнул внутрь, — он сделал медленный шаг вперед, — Я надеялся, что мы сможем поговорить.

— Поговорить? О чём?

— Могу я войти?

— Мне некогда. Я скоро ухожу.

— Десять минут. Пожалуйста. Или, может быть, мы могли бы встретиться завтра за обедом?

Проще было выяснить сейчас, что привело его сюда. Не хочу с ним ни обедать, ни ужинать. Я открыла дверь пошире и отошла в сторону.

— Десять минут.

Он вошел, словно был хозяином этой квартиры, и огляделся. Уголок его рта приподнялся в ухмылке, — До сих пор не любишь порядок?

Я просто хмыкнула в ответ и жестом указала на диван, а сама присела в кресло, — Слушаю.

Он присел на край дивана, — Я просто... Для меня было неожиданность снова увидеть тебя на днях. Я намеренно не искал тебя все эти годы. Не хотел знать, замужем ли ты или свободна.

— А я слышала, что ты женился.

Он скривил лицо, будто съел лимон, — Мы с Таней разводимся. Люди меняются с возрастом. Мы хорошо ладим друг с другом, но больше похожи на соседей или брата с сестрой. А еще мы работаем в одной компании.

— Понятно. Что ж, мне жаль слышать, что вы разводитесь. Должно быть вашему ребенку нелегко?

— Наша дочь - маленькая колючка, — сказал он, и искренне улыбнулся, — Ей пять лет, но она уже готова к борьбе с миром, — он достал из кармана телефон и нажал кнопку на боковой стенке камеры, в результате чего на экране появилась заставка, — Это она.

Девочка была чертовски милой со своими ямочками и темными кудряшками, — Она похожа на твою маму.

— Да, — согласился он, не сводя глаз с фотографии, — Ее зовут Николь. Я назвал ее в честь самой милой и сильной девушки, которую я когда-либо встречал.

Возможно, я должна была тронута этим поступком, но вместо этого во мне вспыхнул холодный гнев. Этот мудак бросил меня, исчез из моей жизни, наплевал на мои чувства, которыми я так дорожила... и назвал своего ребенка в мою честь? Он дурак или как?

— Ты не считаешь, что это нечестно - не говоря уже о том, что это очень несправедливо по отношению к ней и ее матери? — спросила я.

Потирая лоб, он вздохнул, — Наверное, я не совсем так это воспринимал. Я просто... Часть меня хотела не забыть тебя. Многие люди пытались принизить меня, говорили, что я ничего не добьюсь в жизни. Но ты всегда поддерживала, всегда говорила, чтобы я не обращал внимания на этих придурков. Ты говорила, что я могу быть тем, кем хочу. Ты даже не наорала на меня, когда я разорвал отношения.

Я пожала плечами, — Решила не тратить свои нервы.

— А что, если ты ошибаешься? Что если это всего лишь проверка нашей с тобой любви?

Вот что за бред он несет?

— Олег…

—Увидев тебя снова... я вспомнил что между нами было. Я чувствую, что тебе еще не безразличен.

— Нет. Тебе это просто кажется. Я больше не люблю тебя.

Он улыбнулся и отрицательно покачал головой, — Нет, любишь. Ты даже не представляешь, сколько раз ты появлялась в моей голове за эти годы. Черт, я даже думал о тебе в день свадьбы, — Олег провел рукой по волосам и добавил, — Я не должен был выбрасывать то, что у нас было. Это был самый глупый поступок в моей жизни, и мне очень жаль, что я причинил тебе боль. Этого больше не повторится. Если ты дашь мне еще один шанс...

— Я кое с кем встречаюсь, — пролепетала я.

— Что? Встречаешься?

Почему его это так удивляют? Он думал, что я буду всю жизнь оплакивать наши отношения?

— Да! Встречаюсь, — повторила я более чётко.

Он быстро моргнул и сказал потухшим голосом, — Это не может быть серьезно. Если бы ты с кем-то встречалась, то не была бы одна в субботу вечером.

— Я как раз и собиралась на встречу с ним, — встав с кресла я добавила, — Мне нужно уходить.

Он медленно встал с дивана, внимательно наблюдая за моим лицом, — Ты с ним счастлива?

— Да.

— Ты любишь его?

— Да.

Его глаза ревностно прищурились, и он выдал, — Это неправда. У меня интуиция, что ты обманываешь.

— Верь во что хочешь, — сказала я и направилась к двери, широко распахнув ее, — Было приятно снова увидеть тебя. Желаю тебе всего хорошего…правда. Я хочу, чтобы ты ушел, и больше не возвращался никогда. Прошлое лучше оставить там, где оно должно быть - далеко позади.

— Я не сдамся Ник, — сказал Олег, когда я уже собиралась закрыть дверь, — Я уже однажды облажался, и хочу всё исправить, — не говоря больше ни слова, он ушел.

Выругавшись себе под нос, я закрыла дверь и пожалела, что вообще открыла ее.

Тронуло ли меня его заявление? Нет. Нисколечко.

Дело не в том, что я была стервой. Я не держала обид и не отказывалась принимать извинения. Но если человек искренне меня обижал, между нами, словно воздвигалась стена. Полагаю, это был механизм самозащиты.

Если он действительно верил, что я все еще что-то чувствую, то сильно ошибался. Я не желала ему зла, но и не хотела иметь с ним ничего общего. Вообще ничего.

Решив выкинуть его из головы, я направилась в ванную. Пора было готовиться к моему фиктивному свиданию.

Глава 9

Позже я вышла из своего дома и подошла к черному автомобилю, припаркованному у обочины. Я улыбнулась широкой фигуре, которая открыла мне заднюю дверь.

— Привет, Паш, как дела? — ни голос, ни выражение лица не выдавали, что я все еще нервничаю.

— Привет, Николь, все отлично, — ответил водитель моего босса, — А у вас?

— Тоже хорошо, — я опустилась на мягкое кожаное сиденье и посмотрела на смертельно чувственного мужчину рядом со мной, который сосредоточенно смотрел на свой телефон - без сомнения, отвечая на деловые письма.

У меня перехватило дыхание от восхитительного вида его идеально сидящей рубашки угольного цвета и черных брюк, которые, несомненно, обтягивали его эпический зад. Я видела его в костюмах на заказ каждый день, и он всегда выглядел ухоженным, потрясно пахнущим и вообще излучал сексуальную привлекательность.

— Здравствуйте, — просто поприветствовала я, стараясь не привлекать внимания.

Его пронзительный взгляд метнулся ко мне. Если бы я не наблюдала за ним так пристально, то, возможно, не заметила бы, как Давид Сергеевич незаметно напрягся. Он окинул меня взглядом - от распущенных волос до ремешков на высоких каблуках; немного задержался на разрезе на бедрах - медленный, откровенный, тщательный осмотр. В его взгляде на мгновение блеснуло что-то горячее, от чего у меня затрепетали бабочки внутри живота.

Он кивнул, как это делают, оценивая объект, а затем вернулся к своему телефону. Я чуть не фыркнула.

— А куда мы едем? — спросила я, когда Паша выехал на дорогу.

Ловко водя пальцами по экрану своего телефона, Давид Сергеевич назвал престижный, хорошо известный ресторан и добавил, — Многие люди, которых я знаю и с которыми веду дела, часто там бывают. Это место, где нас точно узнают.

Я не пыталась поддерживать разговор - было ясно, что он занят. Этот мужчина всегда был начеку.

Осознав, что кручу лодыжку так, что могу ее вывихнуть, я заставила ногу не шевелиться. Это были не просто нервы, которые терзали меня и заставляли быть беспокойной. Я все еще не избавилась от раздражения, которое испытывала из-за Олега. Он не имел никакого права появляться у меня на пороге... Нет, я не собиралась думать о нем.

Отвернувшись к окну, я положила руки на колени и постаралась сделать все возможное, чтобы моя нервозность улетучилась. Да, это не сработало.

— Что тебя беспокоит?

От этого вопроса я чуть не подпрыгнула. Я посмотрела на Давида и пожала плечами, — Ничего.

— Тебя что-то раздражает. Что?

— Это неважно.

— Но это беспокоит тебя настолько, что кажется, готова кого-то убить, — он убрал телефон в карман и нажал на кнопку, которая подняла защитный экран между нами и водителем, — Сегодня вечером мне нужно, чтобы ты думала только о нашей с тобой договоренности. Твоя голова не может быть в другом месте. Так что скажи мне, что не так?

Я вздохнула и ответила, — Ко мне заходил Селезнёв.

В выражении лица босса промелькнула легкая жесткость, — Что он хотел?

— Поговорить, — не желая вдаваться в подробности, я туманно добавила: —О наших отношениях.

— Он хочет вернуть тебя? — догадался Давид Сергеевич и его тон стал резким, — Я думал, он женат.

— Они разводятся, судя по всему. Я сказала ему, что состою в отношениях, но не сказала, с кем именно, — поспешила добавить я.

— Это его отпугнуло?

— Нет, но в конце концов он отступит.

— Если дело дойдет до этого, я с ним разберусь, — он поправил запонку и добавил, — Кто разорвал отношения? Ты или он?

— Он, — неохотно признала я.

— Почему?

Я внутренне застонала, — Нам обязательно об этом говорить?

— Это та вещь, которую мне нужно знать, если мы хотим провернуть наш спектакль. Обычно женщина рассказывает своему новому партнеру, почему она разошлась со своим бывшим, верно?

Логично.

— Он хотел начать все с чистого листа. Это означало, что он оставил позади всех, кто был частью его прежней жизни.

— Понятно. И что вы ему сказали?

— Я пожелала ему всего хорошего, а потом повесила трубку.

Брови босса сошлись на переносице от удивления, — Он бросил тебя по телефону?

Я отрывисто кивнула, — Теперь вы понимаете, почему я не была рада видеть его?

— Есть ли у него шанс вернуть тебя?

— Нет, конечно!

Он окинул меня пристальным взглядом.

— Ты должна быть уверена. Я не могу допустить, чтобы ты отказалась от меня через несколько месяцев, заявив, что не можешь осуществить наши планы, потому что поняла, что все еще любишь его.

— Этого никогда не случится по двум причинам. Во-первых, я его не люблю. Во-вторых, я бы не оставила вас в таком положении.

— Ты даешь слово, что будешь до конца?

— Да. И вы знаете, что я его не нарушу.

В этот момент машина начала замедлять ход.

Я выглянула в окно и увидела вдалеке ресторан.

Глава 10

Когда машина остановилась, Давид Сергеевич сказал:

— Как только мы выйдем из машины, то…

— Свет, камера, мотор? — уточнила я.

— Да. И мы будем оставаться в образе до конца вечера. Я доверяю своему водителю Паше, но даже он не должен знать, что все это не по-настоящему.

— Ясно, — коротко бросила я, а он добавил.

— И называй меня просто по имени. Официально только на работе и только если на деловых встречах. Хорошо?

Я утвердительно кивнула.

Паша открыл дверь и улыбнувшись ему, выскользнула из машины. Повернувшись лицом к ресторану, я не упустила быстрый вздох Давида позади меня. Может это из-за того, что моя спина была практически обнажена благодаря V-образному вырезу платья.

Это не помешало ему провести рукой по моей пояснице, положив ладонь чуть выше моей пятой точки. Это было дерзко, по-свойски и заставило моих бабочек в животе вспорхнуть.

Непринужденно и уверенно он повел меня в заведение. Давление его ладони было легким, но очень твердым и доминирующим, поскольку он, по сути, взял все в свои руки.

Это был необычный ресторан. Дорогой декор, висящие люстры и хрустальная посуда придавали этому месту очарование и элегантность. Приглушенное освещение и мерцание свечей придавали уютную, а в тоже время интимную атмосферу и смягчали его снобистские черты.

В воздухе витал запах духов, свежих цветов и горящих свечей.

Мои туфли на высоких каблуках зацокали по мраморному полу, когда нас провели к столику у большого окна.

Когда Давид выдвинул для меня стул, он легонько заправил выбившуюся прядь волос за ухо и сказал:

— Мне нравятся серьги.

Я чуть не вздрогнула от этого тонко флиртующего прикосновения. Не забывая играть свою роль, я постаралась, чтобы моя улыбка была чуть-чуть кокетливой, и ответила:

— Спасибо, — и села на мягкое сиденье, которое он плавно пододвинул к столу.

Не успел он устроиться напротив меня, как заказал бутылку красного вина, вероятно, вспомнив, что я предпочитаю именно этот напиток. Он все фиксировал в своем невероятно проницательном мозгу.

Официант вручил нам меню и тут же исчез.

— Никогда раньше не видел тебя с распущенными волосами, — сказал он.

Я опустила меню и ответила, — Было бы непрофессионально явиться в офис в таком виде.

"Хм..." — его глаза медленно пробежались по моим волосам и создалось такое ощущение, будто он к ним прикоснулся.

— Я не ожидала, что ты приведешь меня сюда, — сказала я, чтобы разрядить обстановку.

— Почему бы и нет?

— Обычно я заказываю столик для тебя и твоих подруг. Сюда ты их не водишь…

— Именно поэтому я и привел тебя сюда. Все должны понять, что я не рассматриваю тебя как простую спутницу на вечер.

Я кивнула, — Понятно.

Появился официант с вином, принял наши заказы на еду и ушел.

Давид поднял свой бокал и спросил, — Расскажи мне о своей семье.

От данного вопроса у меня скрутило живот, — Моей семье?

— Пары обычно рассказывают друг другу о своих родных, нет?

Уф. Я разгладила складку на белой скатерти и ответила, — У меня есть отец, его зовут Валерий Леонидович. Еще у меня есть приемные родители, и я часто с ними вижусь.

— А твоя биологическая мать?

Я сжала кулаки под столом, — Я не видела ее с тех пор, как меня забрали органы опеки. Что касается братьев и сестер, то я единственный ребенок.

— У твоих приемных родителей нет своих детей?

— Есть. Дочь. Её зовут Катя, она на несколько лет старше меня.

— Но ты не считаешь ее сестрой?

После того, что она делала со мной в детстве? Конечно – нет.

— Мы никогда не ладили. Но у неё есть сын, вот он очень отличается от неё, очень милый мальчик.

Катя специально забеременела от богатого мажора и теперь жила на алименты. Она считала этот подлый поступок достижением, как получение красного диплома после обучения.

Давид поднял свой бокал и произнес, — Впечатляет!

— Что? Не поняла…

— Ты ответила на мои вопросы, не дав мне практически никакой информации.

Я пожала плечами и выдала в той же манере, что и он, — Просто тренируюсь быть расплывчатой и уклончивой. Подумала, ты это оценишь.

Я сделала глоток вина и поймала себя на мысли что мне нравиться общаться с ним неофициально.

— Я знаю, что у тебя есть два брата, и что вы некоторое время жили со своим дядей, но больше информации никакой нет.

— Моя мать умерла от рака, когда я был совсем маленьким. Отец умер, когда мне было пятнадцать. Дядя взял меня и моих братьев к себе, но несколько лет назад он умер от сердечного приступа.

Я ждала, что он продолжит, молча отметив, что не уточнила, как умер его отец. Но он не проронил ни слова.

— Ну и кто теперь говорит расплывчато и уклончиво?

— Мне больше нечего сказать.

Вскоре принесли еду, и мы разговаривали на отвлеченные темы, пока ели.

Его взгляд иногда опускался к моим губам, когда я что-то рассказывала, но затем Давид снова встречался с моим взглядом.

Честно говоря, мне стало немного жарко. Я знала, что все это не по-настоящему. Я знала, что его влечение ко мне было напускным. Но моему телу было на это наплевать. Оно было под кайфом от пьянящего сексуального гула, витавшего в воздухе.

Покончив с едой, я сделала успокаивающий глоток вина. Я чувствовала на себе множество любопытных взглядов, поэтому спросила, — Я не думала, что люди обратят на нас внимание. Мы и раньше ели вместе.

— На деловых обедах или ужинах, но никогда наедине.

— Но откуда им знать, что это не деловая встреча?

Он посмотрел на меня так, будто я глупая девчонка и выдал, — Из-за твоего сексуального платья, все тут видят, что это свидание.

Я наморщила лоб и ответила, — Не такое оно и сексуальное.

Давид наклонился вперед, — Ни один мужчина, увидев тебя в нем, не будет думать ни о чем другом, кроме как о представлении тебя без него.

Я чуть было не спросила, относиться это к нему тоже, но поняла, что это неразумно. Важно было не допустить размытия границ.

— Неважно. Если это поможет нам с притворством, тем лучше, — решив подыграть нашей аудитории, я протянула руку и провела пальцем по его часам, слегка задев запястье, — Который час?

Он допил последний глоток вина и ответил, — Пора уходить.

Давид рассчитался по счету, и когда я встала из-за стола, обхватил мой локоть и попросил пройти мимо него. От легкого прикосновения его губ к моему виску у меня участился пульс.

Он снова положил руку мне на поясницу, ведя меня к выходу. Ощущение его теплых пальцев на моей обнаженной коже само по себе было дразнящим. Она трепетала от сексуального кайфа, от которого я никак не могла избавиться.

Заметив знакомую фигуру, выходящую из туалета, я чуть не застонала, — Жена твоего брата здесь. Ханна, — прошептала я ему.

Ханна была очень красивая. У нее была безупречная кожа, гладкие черные волосы, изящная фигура и милое личико, которое полностью контрастировало с ее характером. Она была из тех людей, которые ни дня в жизни не работали, но при этом смотрели свысока на тех, у кого заработок был меньше определенного минимума.

Она улыбнулась Давиду, но эта улыбка померкла, когда увидела меня. Для неё помощники любого рода были низшим сортом.

— Какой сюрприз, — сказала она Давиду льстивым голосом, — Витя уже несколько дней пытается связаться с тобой. А ты не отвечал на его звонки.

— Я был занят. Брат в ресторане? — в своей спокойной манере спросил он.

— Нет, я здесь с подругами. Знаешь, это довольно грустно, что ты устраиваешь деловой ужин в субботу вечером. Ты никогда не занимаешься ничем, кроме работы. Тебе надо что-то менять в жизни…

— Мне нравится та, что у меня есть.

Ее глаза скользнули ко мне, а губы сжались, — Привет, Никола.

Я чуть не закатила глаза от этого абсурда. Она прекрасно знала, как меня зовут и специально коверкает имя.

— Если ты хочешь соблазнить Давида, одевшись подобным образом, то у тебя ничего не выйдет. Он никогда не смешивает бизнес с удовольствием.

— Я благодарна за предупреждение, — ответила ей холодно и улыбнулась.

— Мы уходим, — сказал Давид, проведя кончиками пальцев по моей руке, а затем плавно взял мою руку в свою, — Хорошего вечера Ханна.

С этими словами он мягко потянул меня к двери. Я чувствовала каждой клеточкой моего тела, что она смотрит нам вслед.

Давид открыл стеклянную дверь заведения и проводил меня к ожидающей снаружи машине.

Я подождала, пока он опустит защитную шторку в салоне, и спросила:

— Как ты думаешь, Ханна поняла, что у нас было свидание?

— Да. Она, несомненно, позвонит Виктору и все расскажет. Брат, скорее всего, отмахнется от нее, уверенный, что в его мире все в порядке и что я никогда не влюблюсь в женщину. И только когда он услышит о нашем втором свидании, то задумается и обратит внимание.

— А когда у нас будет второе свидание?

— В следующую субботу.

— В то же время и в том же месте?

— В то же время, но в другом месте. Там, где часто бывают тоже очень интересные личности.

Другими словами, еще один претенциозный ресторан.

— Мне следует рассказать приемным родителям о наших "отношениях" перед вторым свиданием. Чем больше времени у них будет, чтобы привыкнуть к этому, тем больше шансов, что они поверят.

Он кивнул в знак согласия, — Тебе также придется официально представить меня им в какой-то момент. Это поможет, если они увидят нас вместе, счастливых и влюбленных.

— Мне не нравится, что я буду им врать. А тебе не противно, что ты будешь врать близким?

— Нет, — коротко бросил Давид.

— Просто нет? И все? — спросила удивленно, — Я знаю, что ваши отношения со старшим братом натянуты, но у меня сложилось впечатление, что ты хорошо ладишь с Ильёй.

Он пожал плечами и ответил.

— Да. Со средним братом у меня более-менее теплые отношения.

— Но ты все равно будешь ему врать?

— Моя личная жизнь - не его дело. И почему я решил жениться - тоже не его дело.

Поскольку от одной мысли о свадьбе у меня начиналось несварение желудка, я сменила тему.

— На второе свидание одеться тоже в платье?

У Давида зазвонил телефон, и он достал его из кармана.

— Все верно, — ответил он, не отрывая глаз от экрана телефона, — Такое же… — потом он мазанул взглядом на вырез на бедре и добавил, — В меру открытое.

Я протяжно вздохнула и кивнув, отвернулась к окну.

Глава 11

— Ты встречаешься со своим боссом? Я правильно поняла… с Акимовым Давидом? — спросила у меня Марина, моя приемная мама. Они сразу сказали мне называть их по именам, чтобы я не чувствовала дискомфорта.

— Да. С ним, — ответила ей и поерзала на стуле.

Обычно, когда я приезжала к ним в гости и мы как сегодня сидели в беседке на заднем дворе, эта атмосфера меня успокаивала и расслабляла. Но не сегодня… Потому что пришлось солгать им. Я предполагала, что они будут переживать из-за что я так непрофессионально поступила, связавшись со своим начальником, но я не могла сказать им правду.

Я сделала глоток кофе, готовясь к тому, что меня ждет лекция на тему "это неразумно, и что я поставлю под угрозу свою работу". Я бы не стала оправдываться, ведь их беспокойство было бы вполне оправданным.

Словно почувствовав мое напряжение, Мухтар подбежал ко мне, и я погладила его короткую грубую шерсть, чувствуя себя все более неуютно по мере того, как затягивалось молчание.

Я взглянула на Марину как раз вовремя, чтобы увидеть, как она самодовольно ухмыляется мужу.

— Я же тебе говорила, — поддразнила она его.

— Что? — в непонятках уставилась на них.

Приемный отец пожал плечами и ответил, — Мы не дураки, Ника. Мы давно догадались, что между вами что-то есть.

Марина кивнула и добавила, — Когда ты только устроилась на эту работу, ты сказала, чтобы мы не слишком волновались, что Акимов, скорее всего, уволит тебя через неделю. Прошла неделя, а ты все еще работала там. Недели превратились в месяцы, а месяцы - в годы. И вроде он никогда не угрожал тебе увольнением? Да?

— Я просто хорошо справляюсь со своей работой, — пожав плечами ответила я.

— Мы в этом не сомневаемся, — заверил меня Юрий, — Но мы знаем тебя. Если тебя обидеть, то и начальнику может прилететь, — и они с Мариной засмеялись.

Ну да, я иногда выводила Давида из себя. Но я поняла, что он ценил во мне эти качества. Ведь я не подлизывалась к нему, а говорила все прямо. Конечно, если бы я хоть раз проявила к нему грубое отношение в присутствии других, он бы, скорее всего, уволил меня сразу же.