Три плюс три, или "Дом с синей крышей"

Аккуратно возвращаю напольные весы на место и умываю раскрасневшееся лицо и глаза. Только зареветь мне сейчас не хватало! И без того всё время косячу на работе, и неровен час меня оттуда погонят.

На самом деле, вопрос о моём увольнении уже давно закрыт, начальству осталось только определиться в сроках. И что-то мне подсказывает, что те настанут уже вот-вот. Хорошо если получу хотя бы какое-нибудь выходное пособие, или мне не станут химичить в выплатах и расчётах, раз уж взяли и перевели на оплату по договору. И именно поэтому стоит расставаться с начальством на позитивной ноте и работать максимально эффективно.

Задним числом я думаю, что наверняка могла бы надавить на директора и пригрозить обращением в трудовую инспекцию. Но, во-первых, на такая уж я важная на предприятии птица, и стоит быть благодарным руководству уже за то, что согласились пойти мне навстречу с этим моим переездом и удалённой работой. А во-вторых, как мне все и говорят, я – бесхарактерная тряпка. Вот потому и не могу никогда стукнуть кулаком по столу.

Выхожу из ванной, по пути отметив, что девчонки опять сидят перед телевизором. Плохо, конечно, но за окном стоит такая жара, что на улицу их не отправить. Да и куда они пойдут, в плохо знакомой местности? Ох, поскорее бы сентябрь, чтобы уже начались школа и детский сад – хоть какое-то развлечение у детей. Правда как раз мысли об этом погружают в тоску: новые школа и садик равнозначны новым тратам.

Вручаю Вите и Владе по пирожку и яблоку, прошу старшую отложить хотя бы телефон, чтобы пожалела глаза, и направляюсь в свою комнату – работу-то делать надо. Правда не выдерживаю и бросаю взгляд на половину нашего соседа.

Пусто. К счастью моему.

В первую нашу ночь в новом доме я не смогла сомкнуть глаза ни на минуту. Забрала девчонок в свою комнату, мы улеглись втроём на одну кровать и так и пробыли до самого рассвета. Честно, мне было страшно. Мало того, что я впервые оказываюсь на одной территории с мужчиной, с которым мы не состоим в родстве. Так он тут ещё и ровно такой же хозяин, как и мы. Даже мысли о том, что нас уже видел участковый, а сосед не похож на извращенца, успокоить не могли. А кто похож? Как вообще выглядят извращенцы? Не знаю, и знать не хочу.

Во вторую ночь меня немного отпустило, но выспаться как следует всё равно не смогла: было отчаянно тесно. И, как следствие, жарко, хотя не так, как если продолжали жить в мегаполисе.

На третий вечер Влада демонстративно утопала в свою комнату, зато Вита обустроилась у меня так вольготно, что по итогу мне пришлось перебираться на ПМЖ к ней. Зато я сходила в местный хозяйственный магазинчик и купила три массивных щеколды. Не ахти какая защита, но хотя бы что-то. Правда час спустя пришлось идти в хозяйственный ещё раз, чтобы купить отвёртки и другие инструменты. Опять траты, чтоб их!

А от нашего соседа нет покоя ни днём, ни ночью. Не о общепринятом смысле – так-то он довольно тихий, а потому, что, как выяснилось, работает на фрилансе. Пишет программы, изредка с кем-то там созванивается и консультирует, и больше всего времени проводит в своём так называемом кабинете. Но никаких вам поездок в офис с девяти до шести, и максимум, куда Иван Петрович уходит – на пробежку, да и то рано утром. Вот и получается, что дома мы круглосуточно вчетвером.

С тоской усаживаюсь за собственный ноутбук. Таблицы, графики, расчёты… Всё это ждёт меня, но исключительно из-за того, что начальство до сих пор не подобрало кандидата мне на замену. Подозреваю, потому что сложно найти специалиста на такую низкую заработную плату. Мне и самой хотелось уволиться не единожды, но близость к садику и график без переработок каждый раз перевешивали. Но то раньше, когда у меня была хоть какая-то опора в виде Глеба. Сейчас же надо будет искать уже что-то нормальное.

Финансовой подушки безопасности хватит примерно на полгода, если не будем шиковать. Походить что ли по этой деревне, посмотреть свободные вакансии? В принципе, можно. В мыслях я уже даже успеваю продумать маршрут, но в окошко мессенджера приходит сообщение от начальника, и тут же его дублируют в рабочую программу.

Так. Всё остальное – потом, а пока что самое время как следует поработать.

- Ма-а-ам, - тянет моё младшее чудо, стоило мне погрузиться мыслями в первую таблицу. – Я плоголодалась.

Оглядываюсь на её лохматую макушку, просунувшуюся в дверь, и тяжело вздыхаю. И ведь так по десять раз на дню!

- Попроси сестру вытащить тебе из холодильника тефтели.

- Влада не хочет, - тут же ябедничает Вита.

- Почему? – в негодовании приподнимаю бровь.

- Говолит, что отказывается меня колмить тем, чего больше нету.

И взгляд такой невинный-невинный, словно не она тут у нас ест порциями взрослого слона.

- Ладно, - отмахиваюсь. – Дай мне хотя бы двадцать минут, и я для тебя что-нибудь приготовлю. Договорились?

- Договолились, - кивает Виталина. – Только я это… Клан в ванной отклыла, а заклыть не могу. Так немного потоп уже.

Взвываю сначала мысленно, а потом не очень. Чёрт! Таблица так и остаётся недоделанной, а я пытаюсь сообразить, где же у нас лишние полотенца.

Глава 7 (от лица Вани)

Смотрю в книгу, и вижу – что? Нет, не это самое. Хотя бы потому, что это моя персональная книга достижений и планов на будущее, которую вот уже третий месяц упорно заполняю. Так сказать, отслеживаю личный рост. И говорит мне эта книга о том, что переехал в собственный дом я ровно две недели назад. Ну как «собственный»?..

Рядом со мною на совершенно легальной основе проживают три ходячих бедствия. Притом младшая там довольно забавная – вечно голодный ребёнок с огромной тягой к пакостям. Старшая в принципе тоже не доставляет лично мне хлопот, так как всё время сидит в своём телефоне. Тринадцать лет - самый кошмарный возраст ершистости. Моим-то девочкам пока до такого далеко, но в памяти свежи ещё собственные годы, наполненные комплексами и чувством одиночества против всего мира.

Короче, Вита и Влада – обычные дети. Конечно, я бы предпочёл проживать сам по себе, но если уговорить себя, что всё это только временно, сосуществование на одной с ними территории кажется вполне возможным. Другое дело, их мамаша.

С Марией Семёновной мы так и не поладили, и это меня с одной стороны устраивает, но с другой – раздражает. Я ведь не зверь какой, ну чтобы шарахаться от меня спросонья или настолько холодно смотреть! Одно хорошо: не так уж часто мы пересекаемся, если учесть, что оба работаем из дома.

Юриста я, кстати, сменил. Предыдущий отмахнулся, мол, сделка с недвижимостью законная. А то, что я заранее не съездил и ничего не посмотрел – ну и сам лопух. Новый же обещает поискать обходные пути. Мол, можно попытаться придраться к мелочам договора, а уже оттуда выцепить какую-нибудь компенсацию. Но то, что риелторская фирма так показательно пропала с радаров, настораживает нас обоих.

Откидываюсь в своём рабочем кресле, глядя в потолок. Итак, что мы имеем? Сейчас на дворе вторая половина августа. Если продолжу работать такими же темпами, к декабрю смогу отправиться на тёплые берега. Притом не на неделю-две, как ездит подавляющее большинство в отпуск, а вплоть до следующего лета. Для начала. Потому что пожить в своё удовольствие под пальмами, вечерами гуляя по морскому берегу, где пальцы ног щекочет песок – моё давнее заветное желание.

В конце концов, имею я право пожить для себя? Без этих забот, отчётностей, постоянных подскакиваний по первому зову. Арина ведь давно нашла себя, и её новое замужество яркий тому пример. Чем я хуже? Поэтому – море, песок, коктейли, и обязательно знойные красотки рядом. Не для того же я каждый день отжимаюсь и качаю пресс, чтобы вгонять в краску соседку или вдохновлять бабулек, спешащих с утра пораньше на рынок за капустой. Всё это слишком мелко и совсем не мой масштаб. Другое дело…

Не успеваю полностью погрузиться в фантазии о том, как проведу вечер с какой-нибудь девчонкой со смуглой кожей, руки которой бы украшали перезванивающие браслеты из бисера, как в мои мечты совершенно вероломно вламывается запах. Впрочем, и не запах, а скорее АРОМАТ! И, кажется, я уже с первых вдохов могу предсказать, какой конкретно кулинарный шедевр сейчас готовит моя соседка.

Ставлю свои игровые наушники на то, что сегодня у неё в меню тефтели с томатами. Вчера на обед были котлетки, позавчера борщ с пампушками и мясной салат, три дня назад она потчевала своих девчонок макаронами по-флотски и рулетом с овощами. Честно, я будто проживаю рядом с городской столовой! И каждый раз принюхиваясь к этим разносолам становится сложнее отправиться на кухню и готовить уже свой обед.

Словно в противовес соседке, всё моё разнообразие обеденного меню заключается в том, филе какой птицы будет у меня сегодня: курица или индейка. Ну и крупа тоже чередуется циклами, поочерёдно готовлю гречку, бурый рис и киноа. Зато у этой Марии Семёновны одних тефтелей только десяток вариаций. То с сыром, то на овощной подушке, то с подливой, а иногда и с томатами, как сейчас. И ведь не влом же этой женщине готовить! С другой стороны, я-то при своей диете выгляжу красавчиком, а она сама уже напоминает тефтельку. Только такими мыслями себя и успокаиваю, сглатывая слюну.

С шумом выпускаю воздух. Всё-таки это соседство меня основательно расхолаживает. Так и тянет нарушить диету или вместо пробежки утром подремать, как и соседи. В общем, никакой дисциплины, но и расслабиться в подобной обстановке не могу. Вот как ты будешь ходить по гостиной в одних трусах, когда в ответку можешь получить свирепый взгляд от этой местной фурии, или, что ещё хуже, насмешливый комментарий мелкой Виталины? Ну вот и я о том же - никак.

Бросаю взгляд на часы и отмечаю, что выбираться из своей конуры всё-таки нужно. Вчерашняя курица уже закончилась, а значит самое время варить новую. Интересно, если заменю часть круп овощным салатом с маслом авокадо, это впишется по нормам БЖУ? Надо будет заглянуть в табличку.

Поднимаюсь на ноги, но тут моё внимание привлекает вибросигнал входящего сообщения. Тянусь было к мобильному, но рука так и застывает в воздухе: оно от Арины.

За последний год у меня уже выработался условный рефлекс – не жди ничего хорошего от посланий бывшей. Хотя почему год? Кажется, всё это началось ещё когда она забеременела нашей младшей дочерью. Что ни сообщение, то обязательно претензии, обиды или требования. Ни ласковых слов, ни вежливых просьб от неё не дождаться, и в этом в принципе была и моя вина. Но о том, что было, я не сожалею, и потому, пересилив себя, всё-таки забираю в руки телефон.

«Привет. Слышала, ты приобрёл недвижимость. Заскочу к тебе после обеда, будь на месте. Девчонки приедут со мной.»

Это… Честно, даже слов никаких нет! Как была эгоисткой, думающей только о своём удобстве, так ею и осталась. А мне что сейчас делать? И это её «девчонки приедут со мной»… То есть, до этого даже видеться с дочерями не разрешала толком, кормя завтраками, зато упорно забирая алименты, а сейчас сама их везёт? Зная Арину, тут явно что-то нечисто.

Телефон возвращается на стол, а я топаю отваривать эту чёртову птицу. После обеда – понятие растяжимое, и смиренно ждать приезда бывшей жены я точно не собираюсь. Так что отправляюсь готовить всё прямо сейчас, и постараюсь получить максимальное удовольствие от еды.

Разумеется, соседка-тефтелька также на кухне. Так же само собой, что мы друг другу только едва заметно киваем. Демонстративно твёрдо ставлю на огонь кастрюлю с водой и иду вытаскивать из холодильника куриное филе, старательно делая вид, что даже не думал пялиться в сотейник соседки. Может всё-таки поговорить с ней, чтобы скинуться на вызов стройбригады и возвести разделяющую стенку самим? Правда как быть с плитой, которая вообще-то газовая и только одна по нормативам, и ванной комнатой, для которой нет второй разводки? Тогда всё это выльется в довольно крупную сумму, а я пока не готов вкладываться в дом, который мне и нужен-то всего лишь до зимы.

Открываю вакуумную упаковку с птицей, и тут же в нос ударяет отвратительнейший запах. Чёрт, просрочка…

Отношу в мусорку, хлопая крышкой почти без сожаления. Вот и поел на обед вкусное и полезное мясо, поздравляю. Тефтелька же буквально на секунду оборачивается на меня, наверняка также ощутив этот зловонный аромат, и едва слышно цыкает. Осуждающе так. Как-будто я тут во всём виноват.

Ух… Кто бы знал, как я сейчас ненавижу всех женщин на свете!

Глава 8. (от лица Маши)

С одной стороны, лето – чудесная пора. Взять хотя бы то, что бельё в это время года высыхает моментально. С другой стороны, именно летом у детей в обязательном порядке пачкаются по два-три комплекта одежды за день, порой грозя переплюнуть в этом деле даже слякотную осень. Нет, в играх на улице я не вижу ничего плохого, но этот бесконечный калейдоскоп стирки… Вот и сейчас у меня в руках огромный тазик, и мне его теперь тащить и развешивать во дворе, неподалёку от калитки. Хотя, если начистоту, не отказалась бы от более приватного местечка для просушки, потому как с огромным трудом каждый раз прячу за всеми этими простынями и шортами своё бельё и Влады. Притом если дочка пока обходится спортивным вариантом, то мне с моими кружевами как быть?

Бельё у меня действительно сплошь дорогое и ажурное. А всё почему? Потому что весной накупила себе кучу комплектов, выбросив все удобненькие хлопковые наборы. Видите ли, подготовилась к переезду под крылышко мужу, да ещё и потратила на это половину зарплаты! Честно, лучше бы я на эти деньги купила Владе приставку. Или оплатила себе курс массажа, чтобы привести в порядок тело. Тогда бы прямо сейчас у меня оказалось на целых две проблемы меньше, как и поводов для комплексов.

Ну ладно, пожалели себя и хватит. У меня всего двадцать минут, чтобы развесить бельё и вернуться к работе. Которую, надеюсь, смогу доделать, а не отвлекаться на очередную катастрофу вселенских масштабов, которые устраивает для меня Виталина. Притом ведь не со зла, и я же вижу, что ребёнок и сама переживает. Это характер такой, она им в мою старшую сестру пошла.

Пристроив на бедро тазик с мокрыми вещами, иду к сушилке и только в последний момент замечаю, что по другую сторону нашего низенького зелёного забора стоит сосед собственной персоной. Чего вдруг Ивану Петровичу не сидится в своём кабинете я понятия не имею, и если честно, с удовольствием обождала бы с развешиванием своих трусов до лучших времён. Но кто знает, сколько он ещё стоять планирует? Опять же, моя работа сама себя не сделает, а если ждать до следующего перерыва, то даже августовский зной может не успеть досушить всё до конца. Так что простите, дорогой товарищ Воронов, но придётся нам с вами опять друг друга терпеть.

Впрочем, волновалась я совершенно зря, потому что сосед на меня даже не обернулся. Он то в телефон пялится, то на дорогу. Неужели службу доставки караулит, после того фиаско с курицей в обед? Питаться ему в итоге пришлось овощами и гречкой, и, если честно, мне этого пижона даже жалко стало. Хотела предложить поделиться с ним тефтельками – всё-таки не совсем за две недели стали чужие друг для друга люди. Но стоило открыть рот, как тут же получила настолько гневный взгляд, словно это я ему мясо испортила. В общем, обойдётся без подачек, большой уже мальчик. Опять же, он ведь всё равно на диете? Значит сегодня у него будет разгрузочный день.

Ставлю тазик на небольшой стульчик и начинаю развешивать одежду, заодно ругая себя за дурные и завистливые мысли. Ну да, сидит человек на диете. Зато и выглядит так, что взгляд не отвести, и каждое утро я вхожу в ванную с совершенно красными щеками. А позапрошлой ночью Иван Петрович мне даже приснился. Ничего криминального, разумеется, но глупо отрицать, будто красивый мужчина не будоражит моё воображение. Мне бы хотя бы из природного упрямства взять да тоже питаться как-то похоже, но вместо этого нахожу целую кучу отговорок, и главная из них – рацион.

Ну не могу я, не могу питаться так скудно! Я с детства обожаю разнообразие в еде, к тому же у меня есть Влада, которую в силу её подросткового упрямства ещё попробуй чем накорми. Вот и приходится изгаляться, выдумывая новые блюда и готовя свеженькое каждый день. Вита, конечно, в этом плане молодец и ест всё, что предложат. Ещё и за сестрой доедает, если та что-то оставит на тарелке. Но по итогу я всё также готовлю каждый день, огромными порциями и тратя на это целую кучу денег. А ещё, никак не могу сдвинуть свой вес с мёртвой отметки в пятьдесят пять килограмм.

Встряхиваю мокрые штаны и вешаю их на верёвку. Следом идут два платья Виты, которые она надевает, считая себя принцессой, но продолжая при этом вести себя как разбойник с большой дороги. Дальше на очереди шорты Влады, слишком короткие, но она обещала на улицу такие не надевать. Встряхиваю плед, который Вита залила компотом, и только на этот звук оборачивается Воронов.

Оглядывает он меня быстро и довольно сердито, но не комментирует. Я же нахмуриваюсь: тоже мне, важная птица в ожидании курьера. Теперь назло ему начинаю развешивать бельё медленнее, а перетряхивать его так тщательно, что как бы после этого не заболели руки. Но не успеваю освободить тазик даже на половину, когда на противоположном конце квартала показывается весьма заметный автомобиль.

Ярко-красного цвета и обтекаемой формы, эта машина буквально кричит о своём статусе. Сдаётся мне, высматривает наш сосед отнюдь не курьера… Может, клиент?

Автомобиль останавливается аккурат у наших ворот, в метре от Воронова. Марку узнать не могу, но не потому, что полный профан в них – наверняка это что-то из новинок страны восходящего солнца. Эдакий планшет на колёсах, за который дадут моих машинок семь, а то и десять. Стёкла тонированы, номер запоминающийся. Видимо, очень состоятельный клиент.

Мне бы сейчас уйти: обзор с моего места получается идеальным, ведь я стою к забору лицом. Неудобно, словно специально собралась подслушивать чужие тайны. Но и бросать бельё на середине неохота. Ладно уж, не криминалом ведь каким Иван Петрович занимается! Так что ничего, потерпит моё присутствие.

Дверца авто открывается, и на свет небесный выходит дамочка, от одного взгляда на которую лично мне очень захотелось присвистнуть. Воронов и вовсе пожирает её глазами, правда не то, чтобы похотливо – скорее сердито. Трудная клиентка?

Дамочка же встречается с ним взглядом и широко, но разве что чуть-чуть хищно улыбается.

- Давно не виделись, Ванюшка! – воркует она таким голосом, что у меня по спине пробегают мурашки.

А знаете, вполне возможно никакая она ему и не клиентка…

Глава 9 (от лица Маши)

- Здравствуй, Арина.

Голос соседа, словно в противовес, звучит довольно холодно. Но всё-таки подрагивает как показатель того, что приехавшая женщина ему небезразлична.

Частично прячусь за наволочку, которую как раз развешиваю, а сама совершенно бессовестно рассматриваю гостью. А посмотреть там есть на что, уж вы мне поверьте.

Она красива. Яркая, эффектная: пожалуй, со своею тачкой они сочетаются идеально. Ноги словно от ушей, и шортики, ровно такие же короткие, как у моей Влады, это только подчёркивают. Шикарная фигура, идеальная укладка волос, довольно яркий, однако очень подходящей женщине макияж. Ногти такой длины, что я с трудом представляю, как она ведёт хозяйство. Впрочем, довольно быстро одёргиваю себя – у таких женщин всегда есть те, кто делает это за них. Мужчины просто нанимают домработницу, кухарку и садовника, лишь бы их любимая женщина не напрягала себя подобными вещами.

Отвожу взгляд. Наверно зря я не ушла, пока имелась такая возможность. По-хорошему, надо было вернуться назад, как только заметила на дорожке соседа, потому что сейчас мне особенно стыдно за то, как выгляжу сама. И за спортивные штаны на пару с широкой футболкой, на которой виднеется уже подсохшее пятнышко от томатного соуса – не успела сразу сменить, а потом забыла. И за волосы, которые давно просят похода к парикмахеру, а сейчас попросту собраны в пучок. За морщинки от усталости и хронического недосыпа, за лишние килограммы, да и вообще за то, что вся такая вот неидеальная дышу одним воздухом рядом с подобной красоткой. А ведь когда-то у меня была нормальная самооценка… И фигура. Когда-то давно, до тех времён, когда меня обвешали детьми, а после вышвырнули на улицу словно ненужный хлам.

- Надо же, а домик у тебя довольно милый, - мелодичный голос гостьи выводит меня из ступора, и я принимаюсь развешивать следующую вещь. – Опять же, свежий воздух… А квадратура у помещения какая? Квадратов сто пятьдесят, а то и двести?

Воронов кивает, словно заворожённый. Вот она, магия женской красоты!

В принципе дамочка угадала, ведь общая площадь дома с синей крышей примерно сто восемьдесят квадратных метров. И даже если разделить надвое, по параметрам выходит словно расширенная трёшка в новостройке. Вот разве что домик оказался с секретом.

Приглядываюсь к женщине ещё раз, пытаясь угадать возраст и какое отношение она имеет к соседу. При первом взгляде сразу же хочется сказать, что ей всего-то двадцать пять, но это впечатление обманчиво. Наверняка дамочке тридцать или около того, просто вложилась в себя по полной программе. Интересно, а дети у такой куколки с осиной талией имеются?

- И даже домработницу завёл? Молодец!

Э… Это она что, про меня сейчас так сказала?!

Нет, я, конечно, далеко не такая красотка, но подобное предположение уже ни в какие ворота не лезет. А Воронов-то куда смотрит? Считает ворон? Понятное дело, что шутка не смешная, но мог бы и разрешить это недоразумения.

Но пижон молчит, и это злит меня ещё сильнее. Настолько, что по природе мирная и уступчивая я внезапно откладываю вещи и смотрю на дамочку довольно строго.

- Вообще-то я здесь полноценная хозяйка.

Эта Арина если и удивляется, то не особо. Словно чего-то такого и ждала.

- М-да… Ведёшь себя вполне предсказуемо, - отмечает она, скривив пухлые губки и смотря прямо в глаза мужчине. – Правда не думала, что твои требования к женщинам стали настолько низкими.

— Это просто соседка! – тут же вскидывается Воронов, и тон, с которым произносит фразу, окончательно выводит меня из себя. Правильно я всё-таки не стала угощать его тефтельками – не заслужил. – Этот дом на двух хозяев, и её половина та, которая слева.

Вообще-то я бы и сейчас могла чего-то да добавить. Но не стала. То, как жалостливо-снисходительно посмотрела гостья на соседа, и то, как он стушевался, полностью удовлетворило мою жажду мести. Ну подумаешь, захотелось мужику прихвастнуть перед… А кто она ему, кстати? По поведению больше похожа на бывшую, но точно ли это жена? У той двое детей, так что должна быть моей ровесницей. Эта же больше похожа на любовницу, и объяснение кажется вполне жизнеспособным. Такой как Воронов, который всё время любуется на своё отражение в зеркале или стекле, вряд ли бы смог стать хорошим семьянином.

- Ну… в принципе, не моё это дело, - наконец отмахивается Арина. – Но если у тебя есть своё жильё, то как насчёт того, чтобы присмотреть ненадолго за дочками?

Дочками?! Значит всё-таки жена. Или у него ещё и на стороне имеются дети?

Иван Петрович же в момент становится строже и даже складывает руки на груди.

- То есть, до этого полгода видеться не позволяла, а сейчас «присмотри»? Интересное кино, Арина.

— Ну это ведь и твои дети тоже, - невозмутимо парирует женщина. – Ничего, не переломишься если немного побудешь с ними. А мы с Жориком пока отправимся в свадебное путешествие на наш медовый месяц.

Теперь у моего соседа даже заходили желваки, и я подумала, как бы он не устроил сейчас скандал. С одной стороны, женская солидарность не позволит мне оставить в беде его бывшую. Но если она и вправду не отдавала ему дочерей даже на выходные, это уже не вполне нормально.

- Ясно, - кивнул Воронов, и его голосом наверняка можно было бы нарезать колбасу – настолько он казался твёрдым. – Что-то ещё? Может вам ещё и свечку подержать?

- Обойдёмся, не переживай. Так, насчёт девочек… Вещи я уже собрала, документы в чемоданах. Насчёт школы договорилась, благо она у вас здесь одна.

- Погоди-погоди! – сосед аж вскидывает ладони. – Какая такая школа, Арин? Сейчас же август.

- Ты что, предлагаешь нам с Жориком путешествовать аккурат до сентября? И что, много успеем посмотреть, за десять-то дней?