Дом разврата

— А можно... — начала она и замялась. — Можно посмотреть что-то про... ну, про отношения? Про мужчин и женщин? Статьи какие-нибудь, или другие материалы.

Катя усмехнулась.

— Конечно. Напишите в поиске.

Амина неуверенно набрала: «Мужчина и женщина отношения». Появилась куча ссылок, статей, советов психологов.

— Вот, — показала Катя. — Это сайты про отношения. Вот форуме, в которых пользователи общаются, делятся опытом. Тут пишут, как понять мужчину, как вести себя, чтобы он не ушёл... ну и всякое такое.

— А это? — Амина ткнула пальцем в яркую картинку сбоку.

Катя посмотрела и прыснула.

— А, это реклама. Не обращайте внимания. Там... ну, это для взрослых.

— Для взрослых?

— Ну да, — Катя замялась. — Порносайты. Там показывают... ну, как люди занимаются любовью.

Амина покраснела до корней волос.

— Как... как это можно показывать?

— В интернете всё можно, — пожала плечами Катя. — Многие смотрят. Это же интересно. Узнаёшь что-то новое.

— и ты такое смотрела? — вырвалось у Амины.

Катя смутилась, но потом кивнула.

— Ну да. Кто ж не смотрел? Это нормально. Так можно научиться разным вещам. Чтобы мужчине понравиться.

Амина молчала, переваривая. Мир, оказывается, был гораздо сложнее и... грязнее, чем она думала. Но в этой грязи было что-то завораживающее.

— А можно... — она запнулась, но любопытство пересилило стыд. — Можно посмотреть? Хоть одним глазком?

Катя посмотрела на неё с удивлением.

— Вы серьёзно?

— Да, — твёрдо сказала Амина. — Я хочу знать. Что там.

Катя поколебалась, но потом решительно набрала в поиске адрес. Экран моргнул, и открылся сайт, от которого у Амины перехватило дыхание. Там были очень откровенные картинки, почти неприличные. Мужчины и женщины в самых разных позах, без одежды, занимающиеся тем, о чём Амина читала только в книгах и что делала с Маратом по ночам.

— Это... это же...

— Ну да, порносайт, — кивнула Катя. — Тут есть видео. Можно смотреть.

— Видео? Как кино?

— Да. Хотите, включу?

Амина кивнула, не в силах говорить.

Катя открыла ролик. На экране появилась комната, похожая на спальню. Мужчина и женщина целовались, раздевали друг друга. Катя чуть отмотала вперёд, а потом... Амина зажмурилась, но тут же открыла глаза. Не могла оторваться.

На экране происходило то, что она делала с Маратом. Но по-другому. Женщина была сверху, двигалась, и мужчина стонал от удовольствия. Потом они менялись, женщина вставала на колени, брала в рот... член! Амина никогда не делала такого. Марат не просил. А она и не знала, что так можно.

— Есть разные категории, — комментировала Катя, чувствуя себя неловко, но стараясь быть полезной. — Вот тут с двумя мужчинами. Тут что-то лесбийское. Тут вообще жёсткое. Всё, что захотите. Можно выбирать категории на любой вкус.

Амина смотрела как заворожённая. Ролик быстро закончился, и начался другой. Теперь женщина была одна, с каким-то предметом. Она ласкала себя, и на лице её было такое выражение... такое, какое Амина иногда ловила у себя в зеркале, когда просыпалась после ночи с Маратом.

— Это... это же можно делать самой? — спросила она.

— Конечно, — кивнула Катя. — Мастурбация называется, — хихикнула. — Это всё вполне нормально. Многие женщины так делают, когда мужчины нет рядом.

— А Марат?

— Марат Артурович не узнает, — заверила Катя. — А теперь смотрите, как удалять историю.

Она показала, какие кнопки нажимать, чтобы стереть все следы посещения.

— Видите? Если нажать сюда, то никто никогда не узнает, что вы тут были. Даже если очень захочет проверить.

Амина смотрела и запоминала. Это было важно. Жизненно важно.

— Катя, — сказала она серьёзно. — Ты должна пообещать мне одну вещь.

— Какую?

— Никому не рассказывать об этом дне. Никогда. Ни Марату, никому. Для меня это... это слишком личное. В моём мире такие вещи не приняты. Это стыдно. Это грех.

Катя посмотрела на неё с сочувствием.

— Глупости это всё, — сказала она. — Никакой это не грех. Это жизнь. Но обещаю: никому не скажу. Могила.

— Спасибо, — выдохнула Амина.

Они выключили компьютер, привели всё в порядок и вышли из кабинета.

День тянулся бесконечно. Амина пыталась читать, гулять, даже разговаривать с Катей о пустяках, но мысли возвращались к одному, к тому, что она увидела на экране. Картинки стояли перед глазами. Тела, сплетающиеся в самых немыслимых позах. Стоны, которые, казалось, звучали в ушах. И это странное, тягучее тепло внизу живота, которое не проходило, а только усиливалось с каждым часом.

Ужинала она молча, почти не чувствуя вкуса. Катя понимающе молчала, не задавала вопросов.

Ночью, когда особняк погрузился в темноту и тишину, Амина не выдержала. Она лежала в постели, ворочаясь с боку на бок, и чувствовала, что не уснёт. Тело горело, мысли путались. Всё, что она видела, всё, что узнала требовало немедленного выхода.

Она встала, накинула халат, бесшумно выскользнула в коридор. В кабинете было темно. Она включила настольную лампу, села в кресло, включила компьютер. Руки дрожали, когда она повторяла то, чему научилась днём.

Сайт открылся быстро. Амина смотрела на главную страницу, и сердце колотилось где-то в горле. Это неправильно. Это стыдно. Мама узнает — убьёт. Аллах накажет.

Но руки уже нажимали на ссылки. Она выбрала ролик. Потом другой. Потом третий.

Мир за окном исчез. Остался только экран, где люди делали то, что она видела впервые в жизни. Мужчины с огромными членами, женщины, которые брали их в рот, садились сверху, изгибались в немыслимых позах. И все они стонали, кричали, кончали с выражением чистого, животного наслаждения.

Амина смотрела, и руки сами собой скользнули под халат, под ночную рубашку. Пальцы коснулись самого сокровенного, и она ахнула, от того что там было мокро, горячо, пульсирующе.

Она никогда не делала этого раньше. Никогда не смела. Но сейчас, глядя на экран, под звуки чужих стонов, она не могла остановиться. Пальцы двигались сами. Она водила ими по клитору так, как показывали в роликах, и чувствовала, как напряжение растёт, как тело выгибается, как дыхание сбивается.

На экране женщина не просто кончала. Она кричала, выгибалась, и мужчина входил в неё сзади.

Амина кончила вместе с ней. Волна накрыла её внезапно, слишком яркая, ослепительная, выбившая воздух из лёгких. Она закусила губу, чтобы не закричать, вцепилась свободной рукой в подлокотник кресла и плыла, плыла, плыла в этом океане наслаждения.

Когда всё закончилось, она долго сидела неподвижно, тяжело дыша, глядя на экран, где уже шёл другой ролик. Потом медленно, словно просыпаясь, пришла в себя.

Она сделала это. Она познала своё тело. Она познала то, что было запретным, стыдным, греховным. Но почему же тогда ей было так хорошо?

Амина выключила компьютер, удалила историю, как учила Катя. Привела себя в порядок и на негнущихся ногах пошла в свою комнату.

В постели она лежала с открытыми глазами, глядя в потолок, и думала. Мир, оказывается, был совсем не таким, как она себе представляла. Люди занимаются любовью не только для продолжения рода. Они делают это для удовольствия. Они делают это по-всякому, снимают на камеру. И это нормально.

Её учили, что женщина должна быть скромной, покорной, что секс — это обязанность перед мужем. Но на экране женщины были не покорными. Они были властными, страстными, они получали удовольствие и не боялись его показывать.

— А я? — прошептала Амина в темноту. — Кто я? Чего хочу я?

Она вспомнила Руслана. Его руки, его губы, его взгляд. С ним она чувствовала что-то похожее. То же тепло, то же желание. И всё это было под запретом, ровно, как и сами ролики в интернете. Запретный плод.

А с Маратом? С ним было... по-другому. Он брал, она отдавала. Но сегодня она поняла: можно иначе. Можно быть не только отдающей, но и берущей.

— Я хочу узнать больше, — прошептала она. — Я хочу попробовать.

Это было страшно. Это было неправильно. Это было против всего, во что её учили верить. Но где-то глубоко внутри, в самой глубине её существа, зажглась искра. Искра, которая уже не погаснет.

Утром она проснулась с новым чувством. Она словно повзрослела за одну ночь. Словно узнала тайну, которая изменила всё.

Глава 11. Первая ночь

Жизнь в новом доме постепенно налаживалась. С каждым новым днём Амина чувствовала себя тут больше хозяйкой, чем гостьей, и со временем начала принимать свою роль как должное.

Марат был странным мужем. Он приезжал по вечерам, иногда один, а иногда с друзьями, ужинал с ней, ублажал, а потом снова исчезал в своей Москве. Никаких выездов из дома, ни ресторанов, ни кафе. Ничего. Обычную светскую жизнь она видела только по телевизору, и это было единственное окно во внешний мир, не считая интернета, конечно же.

И вот снова он уехал на две недели. В Дубай, кажется, или в Катар, Амина уже и сама не помнила. Да и какая разница? Она слушала его объяснения вполуха, кивала, улыбалась, а сама считала минуты до его отъезда.

Когда машина скрылась за воротами, она выдохнула. Свобода. Пусть временная, пусть с оговорками, но свобода.

Она не пошла в сад сразу. Заставила себя выждать час, другой. Заставила себя пообедать, поговорить с Катей о какой-то ерунде, полистать журнал. Но руки дрожали, и строчки плыли перед глазами.

На закате она вышла на террасу. Руслан уже ждал, по привычке, стоял у пруда, смотрел на воду, и даже со спины было видно, как он напряжён.

Она подошла, встала рядом. Молчание длилось вечность.

— Ты решила? — спросил он, не оборачиваясь.

— Да, — ответила она.

— Не передумаешь?

— Нет.

Он повернулся. В глазах его горел огонь, который невозможно было спутать ни с чем другим.

— Я хочу тебя, Амина, — сказал он хрипло. — Так, как не хотел никого в жизни. Но если ты не готова, если ты хоть на секунду сомневаешься, то лучше уходи сейчас. Я пойму.

Вместо ответа она шагнула к нему и поцеловала. Сама. Впервые в жизни поцеловала мужчину первой. Он подхватил её на руки, прижал к себе и понес куда-то. Амина не видела куда. Она закрыла глаза и отдалась ощущениям. Чувствовала ветер в волосах. Тепло его тела. И предвкушение…

Очнулась она в маленьком домике, пропахшем табаком, деревом и ещё чем-то мужским. Руслан опустил её на узкую кровать, сам сел рядом, гладя по щеке.

— Здесь не так красиво, как в твоих хоромах, — извиняющимся тоном сказал он. — Но здесь никто не увидит. Никто не придёт.

— Мне всё равно, — прошептала она. — Мне нужен только ты.

Он раздевал её медленно. Очень медленно, словно боялся спугнуть. Касался губами каждого сантиметра кожи, и Амина чувствовала, как плавится, как тает, как превращается в одну сплошную пульсирующую точку желания. Когда она осталась совсем без одежды, он замер, глядя на неё с восхищением.

— Какая же ты красивая, — выдохнул он. — Боже, какая же ты красивая...

— Руслан... — позвала она. — Иди ко мне. Пожалуйста.

Он разделся сам. Амина смотрела на его тело, такое сильное, загорелое, с выступающими мышцами, совсем не похожее на холёное тело Марата. В этом теле была настоящая мужская сила. Была жизнь. Был он.

Когда он вошёл в неё, она закричала. Не от боли, нет, от наслаждения. От того, что это было правильно. Что это было то, чего она ждала всю жизнь, сама не зная об этом.

Они двигались в унисон. Его руки сжимали её бедра, его губы кусали её шею, его дыхание обжигало кожу. Амина потеряла счёт времени, потеряла себя, растворилась в нём полностью.