Его жестокая нежность

ПРОЛОГ

Богдан

Ноябрь. Ривьера-сити. Пирс 13.

Ветер с моря бьёт в лицо. Солёный, ледяной. Волны шлёпают по бетонным сваям внизу – глухо, мерно, как чьё-то замедленное сердцебиение.

Толкаю его. Несильно. Ладонью в грудь. Почти лениво.

Он взмахивает руками. Смешно так – как птица, которая забыла, что у неё есть крылья. Летит назад. Падает.

Всплеск.

Крик – короткий, оборванный.

Потом смех.

Степан ржёт в голос, сгибается пополам. Анжелика визжит, прикрыв рот ладонью. Но глаза блестят. Остап ухмыляется, качает головой:

– Блин... Богдан…

Подхожу к краю пирса. Смотрю вниз. Вода чёрная, маслянистая. Огни города отражаются в ней размытыми жёлтыми пятнами. Он барахтается. Голова то появляется, то уходит под воду. Руки хлопают по поверхности – беспомощно, хаотично.

– Богдан! – кричит он, захлёбываясь. – Богдан, я не могу!.. Я не выплыву!..

Молчу.

Наблюдаю.

Секунда. Две. Пять.

Смех стихает. Степан перестаёт ржать. Остап выпрямляется. Анжелика отходит на шаг назад.

– Бро, – говорит Стёпа тише. – Может, хватит?

Не отвечаю.

Он снова уходит под воду. Голова исчезает. Всплывает – но медленнее. Руки почти не двигаются.

Феликс делает шаг ко мне.

– Богдан.

Поворачиваюсь, с вызовом глядя ему в лицо. Он замирает. Потом делает ещё шаг – к краю пирса. Хватаю его за плечо.

– Стоять!

Его ноздри недовольно вздрагивают, взгляд становится острым. Мы, конечно, друзья, но он периодически оспаривает мои «дружеские» приказы.

Феликс смотрит то на меня, то вниз – на мутную воду и барахтающееся тело.

– Он тонет, – говорит негромко.

– Вижу.

– Богдан, блять, он тонет!

Сжимаю его плечо сильнее. Он дёргается, пытается вырваться. Не отпускаю.

Вода внизу бурлит. Голова вновь появляется на поверхности, но он уже не кричит. Только хрипит. Булькает.

Молчание давит на уши. Никто не дышит. Все смотрят на меня.

Жду.

Ещё секунда.

Ещё одна.

Внутри пусто. Холодно, как в этой воде. А я хочу почувствовать хоть что-то.

Хрип внизу затихает.

Киваю.

Феликс срывается и прыгает. Всплеск – громкий, тяжёлый. Вода взрывается брызгами. Я отхожу от края, вытираю лицо рукавом.

Степан молчит. Остап молчит. Анжелика смотрит на меня широко распахнутыми глазами.

– Что? – бросаю, выгибая бровь.

Она отворачивается.

Достаю сигарету. Прикуриваю. Руки не дрожат. Никогда не дрожат.

Феликс вытаскивает его. Тащит к сваям. Они цепляются за ржавую лестницу – мокрые, тяжёлые. Оба кашляют. Феликс матерится сквозь зубы.

Затягиваюсь. Дым обжигает горло. Смотрю на море. Чёрное, бескрайнее. Равнодушное.

Как я.

И вдруг краем глаза ловлю какое-то движение. Оборачиваюсь.

Девушка.

Стоит у края пустыря, метрах в тридцати. Тёмная куртка, джинсы. Волосы растрёпаны ветром. В руке, походу, телефон.

Она нас снимает?

Да ну нахер!

Наши взгляды встречаются. Она срывается с места. Бежит.

Сигарета выпадает из пальцев. Бегу за ней.

Пустырь под ногами – неровный, каменистый, с обломками каких-то бетонных блоков. Девчонка петляет между ними, перепрыгивает через арматуру.

Быстрая. Но я быстрее.

Небольшой рюкзак бьёт её по спине. Волосы развеваются. Она не оборачивается.

Расстояние сокращается.

Десять метров.

Семь.

Пять.

Она выбегает на дорогу. Фонарь освещает её лицо – на секунду.

Совсем юная. Испуганная. Незнакомая.

Легко могу её догнать. Но останавливаюсь...

Так слишком просто. Не хочу!

Девчонка исчезает за углом здания.

Стою. Дышу тяжело. Сердце колотится впервые за весь вечер.

Не от погони. Не оттого, что она видела. Не оттого, что сняла это на телефон.

Меня бомбит от неё самой.

Храбрая, глупая...

Что ж, давай поиграем.

Друзья! Добро пожаловать в наш литературный моб под названием Жестокий спор https://litnet.com/shrt/XM6R

Обещаю Вам массу впечатлений!

И конечно приветствую в истории Богдана Монстрова. Будем перевоспитывать мальчика...

Про брата Богдана читаем тут https://litnet.com/shrt/x8QN

Феликс у нас из другого цикла, мелькал тут https://litnet.com/shrt/SC09

Все книги самостоятельные.

Визуал

То, как вижу героев я. Вы, конечно, можете видеть их иначе.

Богдан Монстров

Варвара Царёва

Сегодня будет ещё глава! Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить. От души благодарю за вашу поддержку. Спасибо!

Глава 1. Первая встреча с Монстром.

Варя

Ноябрь в Ривьера-сити – это когда море злое, ветер режет лицо, а ты стоишь на заброшенном пирсе и думаешь: «Какого чёрта я здесь делаю?»

Правильный ответ – это Лана виновата. Моя подружка.

Милана Костикова, моя соседка по общаге, умеет уговаривать. У неё талант. Она смотрит на тебя огромными карими глазами, и ты киваешь, даже не понимая, на что соглашаешься.

– Варь, ну пожалуйста... – ныла она вчера, сидя на моей кровати. – Я одна не пойду. Мне страшно.

– Тогда не ходи, – ответила я, не отрываясь от конспекта.

– Но там будет Артём!

Артём. Очередной «тот самый». У Ланы их штук пять за семестр.

– И что?

– Я хочу, чтобы он меня заметил!

– На заброшенном пирсе. Ночью. В ноябре.

– Там выступают эндуристы! Это круто!

Я подняла глаза от тетради.

– Лан, ты вообще знаешь, что такое эндуро?

Она задумалась. Секунд на тридцать.

– Мотоциклы?

Я усмехнулась. Покачала головой.

– Иди одна.

– Ну Варюша!..

И вот я здесь. В старых джинсах, потёртой куртке и относительно новых кроссовках, которые очень жалко. Лана стоит рядом. В обтягивающих чёрных джеггинсах, ботильонах на каблуке и кожаной косухе. Волосы уложены волнами, макияж боевой.

А вот я не крашусь. И волосы стянуты в хвост. На спине рюкзак, внутри учебник по философии, термос с чаем и зарядка для телефона.

И не спрашивайте – сама не знаю, зачем мне этот походный набор.

Мы с Ланой совсем не похожи. Она бывает отчаянной фантазёркой, я же – реалист до мозга костей.

– Ты чего такая бука? – спрашивает Лана, глядя в зеркальце телефона и поправляя помаду.

– Замёрзла.

– Потерпи. Скоро начнётся.

Оглядываюсь по сторонам.

Пирс 13 – место странное. Огромная бетонная платформа, выступающая в море метров на сто. Ржавые перила, выщербленный бетон, старые фонари, половина из которых не работает. Раньше тут вроде был порт. А потом порт перенесли, это место забросили. Теперь здесь тусуются те, кто любит адреналин и не боится полиции.

Так мне рассказывали...

Народу много. Человек сорок, может, и больше. В основном парни. Кожаные куртки, банданы на шеях, дорогие кроссовки. Девчонки рядом с ними – яркие, смелые, смеются громко.

Я чувствую себя не в своей тарелке.

– Лан, может, уйдём?

– Ты чего? – она хватает меня за руку. – Только приехали!

Внезапный рёв моторов оглушает. Три мотоцикла выезжают в центр пирса. Эндуро – высокие, мощные, грязные, колёса с глубоким протектором. Свет фар ослепляет. Водители в шлемах и комбинезонах. На груди у одного – череп. У другого – надпись «MONSTER».

Музыка грохочет из колонок. Кто-то свистит. Девчонки визжат.

Мотоциклы начинают выписывать круги. Резко тормозят – и задние колёса с шипением скользят по бетону, из-под них летят искры. Потом – рывок вперёд. Встают на дыбы – передние колёса отрываются от земли.

Красиво. Опасно. Глупо.

Лана восторженно вопит. Хватает меня за плечо.

– Видишь?! Видишь?! Это же охренеть, как круто!

Киваю. Хотя внутри думаю: «Зачем?»

Представление длится минут двадцать. Трюки, развороты, прыжки с бетонных блоков. Толпа орёт. Я стою в стороне, прислонившись к перилам. Смотрю на море. Чёрное, неспокойное. Волны бьются о сваи внизу – глухо, мерно. Холодно. Ветер забирается под куртку. Сую озябшие руки в карманы.

Рядом кто-то останавливается.

– Не нравится?

Мужской голос. Спокойный, низкий...

Оборачиваюсь.

Передо мной парень. Высокий, крепкий, с тёмными короткими волосами. Глаза зеленоватые, внимательные. Одет просто – чёрная толстовка, джинсы, кроссовки. Руки в карманах. Стоит расслабленно, но смотрит изучающе.

– Что? – переспрашиваю.

– Эндуро. Не нравятся?

Пожимаю плечами.

– Не моё.

Он усмехается. Еле заметно.

– Тогда зачем пришла?

– Подруга затащила.

Киваю в сторону Ланы. Она танцует у самого края площадки с телефоном в руке, снимает селфи на фоне мотоциклов.

Парень смотрит на неё. Потом снова на меня.

– Феликс, – представляется он и протягивает руку.

Смотрю на его руку пару секунд. Всё-таки пожимаю.

– Варя.

– Варвара?

– Да.

– Красиво.

Отпускаю его руку. Отворачиваюсь к морю. Он не уходит.

– Студентка?

– Угу.

– Курс?

– Первый.

– Факультет?

– Журфак.

– Значит, любишь задавать вопросы?

Поворачиваюсь к нему, усмехаюсь.

– Это ты сейчас задаёшь вопросы.

Он смеётся. Тихо, приятно.

– Справедливо.

Повисает молчание. Как ни удивительно, совсем не напряжённое. Он просто стоит рядом и смотрит на море. Я тоже.

– Ты с ними? – киваю на эндуристов.

– Можно и так сказать.

– А сам катаешься?

– Иногда.

– Почему сейчас нет?

Он пожимает плечами.

– Не в настроении.

– Тогда зачем пришёл?

Феликс улыбается. Не насмешливо, искренне.

– За компанию. Они – мои братья по разуму.

Я хмыкаю. Так и тянет съязвить. Мол, надеюсь, не один разум на всех?

В этот момент мотоциклы заглушают моторы. Представление закончилось. Толпа аплодирует, свистит. Водители снимают шлемы. Я вижу их лица – молодые, довольные, раскрасневшиеся. Один из них смотрит на нас.

Нет. На Феликса.

Высокий. Широкие плечи. Тёмные волосы растрёпаны. Лицо резкое – острые скулы, прямой нос, жёсткая линия челюсти. Глаза тёмные. Холодные.

Он смотрит на Феликса долго. Потом медленно переводит взгляд на меня.

Секунда.

Две.

Я отворачиваюсь первой. Внутри что-то сжимается. Неприятное чувство – как будто на тебя смотрит хищник.

– Кто это? – спрашиваю тихо.

Феликс отвечает не сразу.

– Богдан.

– Он всегда так смотрит? – вырывается у меня.

– Как?

– Как будто хочет убить.

Феликс усмехается.

– Не бери в голову. Он просто такой.

Звучит так, словно реально убить может. Но ты, Вероника, мол, не парься. Всё нормально.

Я нервно киваю.

Эндуристы уезжают. Мотоциклы рычат, исчезая в темноте. Толпа начинает расходиться, но кое-кто остаётся. Небольшие компании собираются кучками, достают пиво, садятся на бетонные блоки.

Подбегает Лана. Сияющая, возбуждённая.

– Варь! Ты видела?! Это было потрясно!

– Видела.

– Артём сказал, что они поедут дальше, на северный пирс, там ещё будут кататься. И он позвал меня! Меня, Варь!

– Поздравляю.

– Поехали с нами!

– Нет.

– Ну Варь…

– Лан, я домой.

– Но…

– Езжай, развлекайся. Мне рано вставать.

Она надувает губы. Потом обнимает меня.

– Ты – лучшая. Спасибо что пришла.

– Ага.

Она убегает. Смотрю ей вслед. Вздохнув, поворачиваюсь к своему новому знакомому, чтобы попрощаться. А его уже нет.

Что ж...

Иду по пирсу. Народу почти не осталось. Несколько компаний у самого начала – музыка тихая, разговоры, смех. Дальше темнота. Фонари горят через один.

Ветер усиливается. Я поднимаю воротник куртки, ускоряю шаг. И останавливаюсь. Забыла спросить у Ланы, как она доберётся до общаги.

Пишу ей: «Как домой поедешь?»

Отправляю. Жду ответа.

Её статус «онлайн» меняется на «печатает». Потом пропадает. Снова «печатает».

«Артём подвезёт, не переживай».

Убираю телефон. Иду дальше. Пирс длинный. Дохожу почти до конца площадки, на которой были мотоциклы. Дальше – узкая часть, метров двадцать, потом тупик. Там темно, никого не видно. Но вдруг я слышу голоса.

Останавливаюсь.

Мужские. Несколько. Смеются. Громко. Потом тишина.

Вдруг раздаётся крик.

Короткий.

И всплеск.

Сердце подпрыгивает.

Я делаю шаг вперёд. Ещё один. Прячусь за бетонный блок. Выглядываю.

В конце пирса – группа парней. Четверо. Нет, пятеро. Среди них одна девушка. Кожаные куртки, банданы на шеях. Один стоит у самого края. Высокий, широкоплечий. Сразу его узнаю – Богдан.

Он смотрит вниз, на воду. Остальные стоят полукругом. Молчат. Смотрят туда же.

Там кто-то барахтается?

Слышу, как кричит:

– Богдан! Богдан, блять!

Богдан не двигается.

Один из парней делает шаг вперёд. Тёмные волосы, знакомое лицо. Феликс. Что-то говорит Богдану. Тот не отвечает.

Феликс делает ещё шаг. К краю. Богдан хватает его за плечо. Между ними вроде бы начинается перепалка.

Я достаю телефон. Руки дрожат. Открываю камеру. Нажимаю на запись.

Приближаю. Вижу лицо Богдана. Холодное. Пустое. Он смотрит вниз. Не моргает.

Феликс пытается вырваться из хватки Богдана... и, наконец, прыгает в воду.

Богдан стоит. Смотрит.

Я снимаю.

Сердце колотится. Во рту пересохло. Руки трясутся так, что изображение дрожит. Но я снимаю. Потому что это неправильно. Потому что так нельзя. Потому что кто-то чуть не утонул, а они стояли и смотрели.

И он – Богдан – не сделал ничего.

Феликс вытаскивает парня. Они цепляются за ржавую лестницу на сваях. Кашляют, задыхаются.

Богдан достаёт сигарету. Прикуривает. И внезапно поворачивается в мою сторону.

На экране его лицо сильно приближено. Взгляд злой, агрессивный. И он смотрит на меня!

Вырубаю запись и бегу...

Друзья! Первая история из нашего литмоба живёт тут https://litnet.com/shrt/UXQh И там нас ждёт что-то очень-очень!!

Глава 2. Игра началась.

Богдан

Внутри всё ещё гудит — адреналин, азарт, какое-то потрясающее возбуждение.

Иду медленно, глубоко вдыхая ледяной морской воздух.

Возвращаюсь к парням. Утопающего нет.

— Где этот хмырь? — бросаю небрежно.

Остап пожимает плечами.

— Свалил. Как только вылез.

— Ладно. Похеру.

И правда похер. Он не важен. Никогда и не был.

Феликс стоит у края пирса, стягивает с себя мокрую куртку. Под ней толстовка — тоже насквозь промокшая. Вода стекает с волос, капает на бетон. Злой. Скулы сведены, губы поджаты.

Степан протягивает ему свою куртку.

— На, братан.

Остап снимает кофту, кидает Феликсу.

— Держи.

Феликс молча натягивает сухое, но взгляд не отрывает от меня. Тяжёлый. Колючий.

— Ты его чуть не убил, — его голос низкий, рваный. — Это было пиздец как тупо.

Затягиваюсь сигаретой. Выдыхаю дым в сторону моря.

— Не убил же.

— Блять, Богдан! Ты ждал! Специально! Пока он не начал тонуть по-настоящему!

Пожимаю плечами. Феликс смотрит на меня долго, потом качает головой, отворачивается. Достаёт сигареты из кармана Степана — свои промокли. Закуривает. Руки дрожат.

Все молчат. Остап уткнулся в телефон. Степан ковыряет камень ногой. Анжелика жмётся к нему, обхватив себя руками. Бледная.

Внутри что-то скребётся. Не вина. Не стыд. Что-то другое — острое, горячее.

Эта девчонка.

Я видел её лицо секунду под светом фонаря. Красивое, испуганное. Но она нихера не боялась, когда снимала меня.

Храбрая? Или глупая?

— Кто она? — спрашиваю, глядя Феликсу в глаза.

Вижу, как его лицо нервно вздрагивает.

— В смысле?

— Кто та девчонка?

Он хмурится.

— Откуда мне знать?

— Ты с ней болтал!

Феликс затягивается, выдыхает медленно.

— Да я не знаю... Варя зовут. Живёт в общаге. Учится на журфаке.

Варя. Варвара.

Имя оседает в голове тяжёлым камнем.

Смотрю на Степана. Он уже достал телефон. Понял без слов. Так всегда. Степан — компьютерный гений, прозвище Вирус. Если кто-то есть в сети — он найдёт.

— Уже ищу, — бросает он, уходя в телефон с головой.

Курю. Жду. Нервничаю.

И офигеваю от того, что на взводе.

Хочу её найти. Хочу увидеть снова.

Феликс смотрит на меня хмуро.

— Тебе чё от неё нужно?

— Мне нужно видео. Она снимала.

— И это проблема? — усмехается.

— Сейчас — да.

Не вдаюсь в детали. Отец может купить всех, заткнуть СМИ, если видео где-то всплывёт. У него связи, деньги, власть. Но сейчас не лучший период — суды, проверки, грязные статьи в прессе. Отцу не нужны новые проблемы.

Мне — тоже.

Но дело не только в видео... Дело в ней.

Феликс внезапно выдаёт:

— Я сам попрошу её удалить видео.

Поворачиваюсь к нему.

— Не стоит.

— Я сам! Нормально, мирно. Ты так не умеешь.

Усмехаюсь.

— Я так не хочу.

Феликс прищуривается.

— Богдан...

— Что?

— Не надо.

— Чего не надо?

— Того, что ты задумал.

— Ты не знаешь, что я задумал, — проговариваю насмешливо.

— Знаю. Ты хочешь поиграть с ней.

Молчу. Он прав.

Анжелика вертится рядом. Она недовольна услышанным.

— Богда, оставь девочку в покое, — лепечет она. — Пусть лучше Феликс всё уладит.

Осаживаю её одним лишь взглядом. Она затыкается.

Степан отрывается от телефона:

— Есть.

Подхожу к нему, смотрю на экран. ВКонтакте, профиль: Варвара Царёва. Фотография — она в парке, осень, листья, улыбка. Светлые волосы, лёгкая, до неприличия чистая.

Мазнув пальцем по экрану, листаю страницу вниз. Друзья, какие-то записи, фотки. Обычная студентка. Обычная жизнь.

— Телефон через пару минут будет, — обещает Стёпа. Пальцы летают по клавиатуре. — И адрес общаги, и номер комнаты тоже.

Короче, Вирус в деле.

Жду. Курю. Сердце стучит громче.

Телефон вибрирует. Сообщение от Степана: номер телефона, адрес — общага на Приморской, корпус Б, комната 317.

— Всё тебе переслал.

Киваю. Иду к мотоциклу, сажусь, завожу. Мотор рычит низко, мощно. Вибрация идёт по телу.

Феликс садится на свой эндуро.

— Я с тобой поеду.

Усмехаюсь.

— Ну давай. Если догонишь.

— Богдан, не надо, — последняя попытка Анжелики меня остановить.

Слабо. Очень слабо.

Газ в пол. Мотоцикл срывается с места.

Летим по городу. Ветер бьёт в лицо, фонари мелькают жёлтыми полосами света. Дорога пустая, ночь, ноябрь. Холодно, но мне жарко.

Феликс позади, пытается догнать. Не выйдет. Я всегда быстрее.

Сворачиваю на Приморскую. Вижу общагу — серое здание, пять этажей, окна светятся квадратами. Знакомое место. Был тут не раз по девочкам.

Но эта — другая.

Торможу у входа, глушу мотор, смотрю на окна третьего этажа. Считаю их. Примерно помню нумерацию — комната 317, вон то окно. Или следующее. Свет горит.

Она там, мм?

Беру телефон. Набираю номер, который прислал Вирус.

Гудки. Один. Два. Три.

— Алло?

Голос тихий, взволнованный.

— Выгляни в окно.

На секунду виснет пауза.

— Что? Кто это?

— Выгляни в окно, Варвара.

Слышу её дыхание — частое, испуганное. Шорохи... она идёт к окну.

Смотрю наверх.

Окно открывается. Она выглядывает. Правда, я просчитался на четыре окошка.

Наши взгляды встречаются.

Взмахиваю рукой.

Она отшатывается. Окно захлопывается.

Я расплываюсь в какой-то дикой, безумной улыбке.

Феликс подъезжает, глушит мотор, снимает шлем. И видит эту улыбку маньяка на моём лице.

— Ты что творишь?

— Знакомлюсь.

Он качает головой.

— Богдан, блять...

Телефон вибрирует сообщением.

«Как ты меня нашёл?»

Набираю ответ:

«Легко»

«Чего ты хочешь?»

«Удали видео. Для начала»

«Нет»

Ох, как хорошо, что она так ответила!

«Варя. Будь умницей. Удали»

«Я уже отправила его в несколько групп и сообществ»

Поднимаю свирепый взгляд на её окно. Потом печатаю:

«Врёшь»

«Уверен? Завтра пойду в полицию»

Сжимаю телефон. Челюсти сводит.

Она играет со мной. Со мной!

Но внутри что-то вспыхивает — не злость, а что-то другое. Азарт. Интерес.

Набираю медленно:

«Ты не знаешь, с кем связалась, малышка»

«Знаю. С тем, кто думает, что ему всё сойдёт с рук»

«Мне и правда всё сходит»

«Не в этот раз»

«Посмотрим. Завтра увидимся»

«Что?»

«Журфак. Первый курс»

Ничего больше не происходит. Варя становится офлайн, свет в её комнате гаснет.

Убираю телефон, завожу мотоцикл.

Феликс смотрит хмуро.

— Наигрался?

— Только начал.

— Давай лучше я, а?

— Понравилась? — агрессивно дёргаю бровями.

Он не отвечает.

Вижу, что понравилась. И это бесит, блять!

Потому что есть у нас одно неоспоримое правило...

Уезжаю.

К чёрту правила!

Игра началась.

Глава 3. Бульдозер.

Варя

Лана возвращается только утром. Врывается в комнату как ураган – растрёпанные волосы, смазанная тушь под глазами, косуха нараспашку. Но счастливая. Сияющая.

Я сижу на кровати с телефоном в руках. Почти не спала этой ночью, и чувствую себя разбитой. А всё из-за какого-то наглого парня!

– Варюша! – Лана плюхается рядом со мной. – Ты не представляешь! Это было невероятно! Артём такой...

Она замолкает. Смотрит на меня внимательнее.

– Ты чего такая бледная? Не спала?

Киваю.

– Что-то случилось?

Показываю ей видео, которое сняла на пирсе. Сначала Лана смотрит непонимающе. Потом её глаза расширяются.

– Это... это Пирс 13?

– Да.

– Это... это же Монстров!

– Кто? – морщусь я.

Она смотрит на меня, как на ненормальную.

– Богдан Монстров! Ты что, серьёзно не знаешь?