Во власти Ублюдков

Да на хрен!..

Какое-то время молчу. А что сказать больным на голову ублюдкам?

— Вам что нужно? — я уже не знаю, как с ними разговаривать?!

— Секс! Безусловно, с элементами БДСМ, — беззастенчиво произносит Назар.
Негромко прыскаю со смеху, встаю с места, намереваясь уйти.

— Не торопись! — замираю, потому что голос Дамира слишком спокойный. Правильнее будет сказать, зловеще спокоен. — Возьми визитку, и прайс с расценками за услуги тоже просмотри, — Дамир протягивает мне файл. — Тут и договор сразу.

— Вы что, больные? — спрашиваю и тут же сама отвечаю на свой же вопрос. — Точно больные!

— Ты чего дергаешься? Что нам доказать пытаешься? — спрашивает Назар.

— Я…

— Встречи два раза в неделю! — Дамир вообще ничего выяснить не пытается. Просто и ясно говорит то, что я должна сделать. — Чаще не вывезешь нас. Тебе нужно будет время для восстановления. И можешь не волноваться, ни одна душа не узнает о нашей связи.

— Как благородно! — говорю с сарказмом.

— Никакого благородства! — говорит уже Назар. — И причин на это несколько. Первая и главная, ты наша студентка. Второе, как и третье, пятое и десятое, тебя не касается. Кстати, если ты хоть кому-то проболтаешься, — короче, на категорию штрафов тоже обрати своё внимание.

— На все пункты договора обрати внимание! Лучше наизусть выучи его.

— Хорошо! — стараюсь произнести спокойно. Просто выслушивать больше этот бред я не могу. Хочу как можно быстрее уйти из этого душного кабинета.

— Поехали, я отвезу тебя! — говорит Назар, снимая с вешалки у стены свою куртку.

Конечно, теперь я бы предпочла поехать на такси, но понимаю, мне не позволят. Дамир пообещал Диме, что они сами отвезут меня. Но я рада тому, что Дамир остался до конца уладить конфликт в клубе. Кто-то всё-таки вызвал полицию.

Назар был каким-то отстраненным. Около пятнадцати минут мы ехали в полном молчании, пока первым его не нарушил мой «шофер».

— Тебе не холодно? — поворачиваю голову в его сторону. Назар за рулём «мерседеса» премиум класса. Поэтому его вопрос звучит несколько неуместно.

— У вас отлично настроен климат-контроль! — произношу саркастично.

— Ты почему колючая такая? И можно на ты, вне стен вуза.

— На ты? Как я могу обращаться на ты? Я же должна буду говорить «Мой господин!» — на последних словах я ещё и поднимаю вверх файл, что мне всучили мои преподаватели.

— Прекрати кусаться, ты сама знаешь все правила.

Качаю головой из стороны в сторону. Дуристика какая-то...

Никому в жизни ничего не доказывала и сейчас не стану.

— Как вышло, что вы, с таким увлечением, работаете у нас преподавателями? — спрашиваю не потому, что мне интересно. Просто хочу избежать дальнейшего развития неприятной мне темы.

— О том, что мы с Дамиром в теме, узналось на первом же занятии. Вернее, на перерыве перед ним, — мы остановились на светофоре. Назар посмотрел на меня довольно выразительно. — Наверное, чтобы тебе стало понятно, стоит начать по порядку. Мы приехали в начале сентября. Следили за завершающими работами на фирме. Потихоньку начали набирать штат, и практически после первого командного собеседования, стало понятно, что найти действительно светлые головы будет непросто! Большинство из тех, кто приходил устраиваться на работу, не знали ответов на самые элементарные вопросы. Мы уже схватились за головы, открытие на носу, а у нас вместо полста работников, хорошо если пятьдесят наберется. Тут то нас и спасла Валерия Сергеевна. Она попросила временно, пока не найдут замену уехавшим учителям, преподавать физику и черчение в вашем вузе. Дамир изначально отказался. Ни Дамир, ни я тем более, не горим желанием быть преподавателями. Сплошной геморрой и нам неинтересно.

— Зачем всё-таки согласились тогда? Денег не хватает?

— По моему внешнему виду так заметно, да? — явно веселится Назар.

Как раз в его внешнем виде вообще изъяна не было, впрочем, как и в Дамире. Идеально проработанные мышцы видны даже под дорогой фирменной одеждой. Так тело в простых спортзалах проработать нереально. Правильное питание и вряд ли они сами его себе планируют.

— Конечно! Особенно по машине, — «поди лямов двадцать стоит», думаю про себя.

— Это да! — гордо произносит. Видно, что машина ему очень нравится.

— Валерия Сергеевна знакома с Дамиром давно, получается?

— Она была подругой его матери.

— Но насколько я поняла, вы приехали к нам из-за границы?!

— Правильно поняла. Мама Дамира родам из Питера! Они уехали, когда Дамиру исполнилось четырнадцать.

— Так почему всё-таки пошли преподавать? — возвращаюсь к прежней теме.

— Решили, что лучше всего приглядеть себе работников в самом вузе. Видишь не только знания студента, но и его желание работать.

— Получается, что у вас работать будет одна молодежь?

— Преимущественно да. Но с других наших фирм уже приглашены сотрудники, чей опыт работы с нами не меньше пяти лет. Они будут обучать и направлять неопытных работников.

— Ясно.

— По поводу нашего увлечения... — Назар говорит спокойным обыденным голосом, он у него чуть хрипловатый, и словно завораживает меня. — В один из вечеров, мы с Дамиром решили посетить БДСМ-клуб в вашем городе. Хотя до этого зарекались уезжать для этих дел в иные города. Знакомый разрекламировал, вот мы и попёрлись.

— Так вы не часто этим занимаетесь?

— Сексом? Часто, — отвечает с ухмылкой, — по клубам нечасто. Так, для разнообразия иногда. В общем, в клубе была вечеринка. Посвящение для новеньких. Короче, в первый наш рабочий день в ВУЗе, когда посмотрели на присутствующих в аудитории, Димку узнали сразу, а нас, в свою очередь, узнала Снежана. Она-то и понесла по вашей группе, чем мы занимаемся. Вернее, Дамира она узнала. Его всё узнают, — «по бороде и татуировкам» повторяю синхронно с Назаром фразу, которую уже слышала. Только повторяю не вслух, разумеется. — А меня прицепом чуть позже понесли.

— Подождите, выходит Снежана, она действительно…

— Посвящали в тот день её с Димой и ещё двух девушек.

— Очень смешно!

— Что именно?

— Дима, как вы выразились, в теме! Уже почти два года.

— Вот ты себя и выдала. А говоришь про БДСМ не знаешь.

— Во-первых, такого я вам не говорила. А во-вторых, я Димку с пелёнок знаю. Он иногда, идя из школы, меня из сада забирал. Когда мама с работы не успевала. На качелях меня качал и на рыбалку с собою брал.

А ещё он, как и я, ждал моего деда из командировок. Димка тоже обожает камни. Он старше меня на три года. Я не соврала. Дима действительно не раз меня забирал из детского сада и отводил домой. Димка жил в доме напротив, и несмотря на то, что он немного старше, благодаря общему увлечению, мы довольно много времени проводили вместе. Разумеется, Лопатин должен быть уже как минимум выпускником, но он не стал косить от армии, а потом ещё год помогал отцу. Он у него фермерством занимается.

— Так вот откуда у Дмитрия такая забота о тебе. А мы уже ревновать начали.

Совершенно никак не комментирую. Шёл бы он... Остаток пути доезжаем в полной тишине.

— Внимательно прочти каждый пункт! Будут вопросы, наши телефоны есть в общем чате.
Я просто молча захлопываю дверь и ухожу не оглядываясь.

Сначала, думала демонстративно выбросить файл с договором в урну, что стоит у входной двери в общежитие. Только потом подумала, что там наверняка могут быть мои данные. Всё-таки придется заглянуть в эту чёртову папку, а то вдруг даже порвать будет недостаточно и придется сжечь.

9 глава

Я не успеваю дойти до входной двери.

— Кира! — слышу за своей спиной. — Телефон выпал. Если бы не зазвонил, вряд ли бы нашел.

— Кто, в два часа ночи? — хмурюсь я. — О господи, — сердце пропускает удар. — Алло!

— Кира, внученька… — мои глаза мгновенно намокают, едва я слышу жалобные завывания бабули.

— Что случилась, ба?

— Беда, Кира! Беда, моя родная.

— Бабуль, не плачь, расскажи толком.

— Толик, паразит проклятый! — ещё громче завыла моя бабушка. — Взял деньги в долг, под процент бешеный. Пришли…

— Кто, кто пришел, ба? — начинаю метаться из стороны в сторону. От перенапряжения едва не валюсь с ног. Про Назара с перепугу забыла совсем. Лишь его сильные руки, что обвили мою талию, напомнили о нём.

— Бандиты, кто! Один здоровяк как толкнет меня, я о печь бедром ударилась. Встать не могу, боль адская. С одиннадцати часов до зала ползла за телефоном, чтобы тебе набрать.

Перед глазами так ясно стала картина, что меня затрясло.

— Бабуль, ближайшая электричка часа через четыре. Пока доеду. Я скорую тебе вызову.

— Никуда не поеду! Избу вынесут, ироды. Сказали, придут завтра вечером, не будет денег, дом отберут, — и снова рёв.

— Далеко ехать? — не сразу понимаю суть вопроса.

— Почти двести километров. Через Северку.

— Поехали!

Всё моё нутро противится, но разве есть у меня выбор? Закусив нижнюю губу, чуть запрокидываю голову, заглядываю в глаза Назара. Неспешно кивнув в знак согласия, не говоря ни слова, иду в обратном направлении к дорогущему внедорожнику.

***

— Поспи немного! Навигатор показывает — ехать ещё три с половиной часа.

На выезде из города ведутся ремонтные работы. Машин совсем немного, но всё равно едем очень медленно.

— Не могу спать!

— Толик это кто?

— Бабушкин крест! Она сама его так называет. А вообще её сын и мой родной дядя по совместительству.

— Где твои родители?

— Пропали без вести, когда мне было восемь! Они геологами были, в поход ушли… — сглатываю ком и максимально сокращаю историю гибели своих родителей. — В пещере произошел взрыв. Они и ещё двенадцать человек не вернулись.

— Соболезную!

— Для меня они живы! И для бабушки тоже живы. Дедушки только уже больше года нет.

— Понимаю. Так легче, когда осознаешь правду, но думаешь о них, как о живых.

— Нет, так не легче! Для бабушки особенно. Когда дедушки не стало, она чуть с ума не сошла, и я вместе с ней. Но прошло время и всё наладилось. Когда на нас с бабулей тоска нападает, мы с ней на могилку к деду идём. Поплачем там, поговорим с ним и легче становится. А вот по папе бабушка иной раз так затоскует, что скорую вызывать приходится.

— Мне, получается, повезло в этом плане. Мои родные за границей. Живут и здравствуют.

— Это хорошо… — последнее что произнесла и всё-таки провалилась в сон!

Время пролетело мгновенно.

Назар аккуратно потряс меня за плечо, открыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь.

— Правильно приехали?

— Да, правильно, — ответить смогла не сразу. пришлось проморгаться и протереть глаза.

Снаружи может показаться, что у нас с бабулей небольшой дом. Но это не так. Внутри у нас целых пять жилых комнат, большая кухня и душевая с санузлом. Это всё дедушка. Он за последние три года расширил не только дом, но и баню во дворе новую построил. Всё говорил, мол, чтобы я, как замуж выйду, с мужем жила в доме с бабушкой, не бросала её под старость лет. И Димку замучил. По мнению деда, моим мужем должен быть непременно он. Я порой психовала по этому поводу, а Димка ничего, только улыбался. Мне говорил, мол, чего упираться?

— Кто его знает. Ну а вдруг?!

— Бабуль, это я! Ты где есть? — мне как-то немного страшновато идти. Дома непривычная тишина.

— Ой, тут я, тут! — нахожу бабушку на полу, за диваном.

— Ба-а… — не могу видеть своего единственного родного человека в таком состоянии. Начинаю выть. — Ты чего?

— Сломала, наверное, бедро. Всё, Кирка. Отбегала своё.

— Глупости не говори! Давай помогу подняться, — хочу обхватить бабулю за талию и усадить её на диван. Она у меня худенькая, как тростиночка, справлюсь. Только вот услышав за спиной:

— С ума сошла? — замираю. — Скорую вызывай! Если правда перелом, нельзя шевелить, — Назар прав. И что это я? На эмоциях голова совсем не соображает.

— А вы кто?

— Здравствуйте… — Назар смотрит на меня вопросительно.

— Надежда Петровна, — подсказываю я.

— Надежда Петровна. Я преподаватель вашей внучки.

— Что-то больно молодой для преподавателя.

— Да ну что вы! Мне тридцать два.

— Всё равно молодой, – моя бабуля, как всегда, недоверчивая.

— Ба, я скорую вызываю!

Слава богу, бабушка не противилась, да в общем-то за ночь боль её вымотала так, что нет сил для сопротивлений.

***

— Перелома, слава богу, нет, но трещина приличная, — говорит мне врач после рентгена. — Строгий постельный режим не меньше трёх месяцев. И в туалет на утку, Петровна.

— Да на какую утку, Степан? Кто ж за мной ходить-то будет? Кирка на учебе.

— Соцработники, — невозмутимо отвечает доктор.

— Знаю я этих работников. Полхаты мне повынесут, пока я лежать буду.

— Согласен, Надежда. Сейчас чужих в посёлок понаехало. Много случаев неприятных.

— Я академ возьму, ба, — говорю, а у самой слёзы катятся. То ли от облегчения, что не перелом и не всё так серьезно, то ли оттого, что потеряю целый год учёбы.

— Какой ещё академ? Не позволю! — строго произносит бабуля. — Учиться нужно, ты на красный диплом идёшь, — опускаю глаза. Ну да, если Дамир продолжит в том же духе, не видать мне диплома красного.

— Можно нанять сиделку.

— Да вы что, Назар Бахтыр… Бахтирии…

— Давайте просто Назар! Даже мои студенты обращаются ко мне просто по имени, — бабушка спросила имя-отчество Назара, когда тот помогал фельдшеру скорой помощи переместить её на каталку. И когда он произнёс его, я не то что повторить не сумела, расслышать его правильно не смогла!

— А если я возьму дополнительно смены. Буду работать каждый день без выходных. Тогда...

— Тогда ты свалишься уже через четыре дня! — говорит мне Степан Аркадьевич. — Ты же до двух работаешь. Правильно?

— Правильно.

— Ну вот. Пока до общежития добралась, пока помылась, переоделась. А учеба со скольки?.. — молчу, потому что наш хирург совершенно прав. Я физически не потяну.

Подрабатываю я курьером в небольшом ресторанчике японской кухни. Так как из-за учебы я не могу работать полную неделю, я беру вечерне-ночные смены. У меня выходит всего две смены в неделю, но так как оплачиваются они в двойном размере, по деньгам выходит почти столько же, сколько я заработала бы за недельную дневную смену. Плюс чаевые в ночь куда больше, чем днём. Но столько смен я точно не вытяну. Потому что плюс университет и мне очень и очень тяжело включаться после работы в учебный процесс.

Я в отчаянии, выбора нет! Придется брать академ. Отворачиваюсь, чтобы скрыть слёзы.

— У тебя осталась дома папка с шикарным прайс-листом, — слышу хриплый голос над своим ухом. — Там не только на сиделку, но и тебе на конфетки останется.

— Да пошёл ты!

— Ну вот, видишь, мы уже на ты! — стебется этот ублюдок. У меня горе, а он о своих яйцах думает!

— Даже не надейся, — обхожу поджарую спортивную фигуру Назара и направляюсь в сторону процедурного кабинета, куда Степан Аркадьевич на каталке увез мою бабулю.

— Я сказал остаёшься, значит остаёшься. Ей что, пять лет? — слышу, как ругается доктор на мою бабушку. Он может себе позволить чуть огрызаться, так как является нашим дальним родственником.

— Что случилось?

— Одурела твоя бабушка, Кира. Говорю, нужно анализы сдать, неделю-полторы полежать в больнице. Посмотрим, как срастаться трещина будет. А она упёрлась!

— Праздники же... — причитает бабушка, но я-то знаю, причина не в этом.

— Надюша, принесу я тебе новогоднее оливье в палату. Даже сто грамм наливочки плесну.

— Ба! Надо, значит надо! Остаёшься.

— А как же ты? — бабуля снова в слёзы.

— Ба, — тихонько шепчемся, пока Степан Аркадьевич отошёл к дежурной медсестре. — А даже если придут, ты мне чем поможешь?

— Ну как?!

— Ты и кричать-то громко не умеешь.

— Нет, нет, Кирка, и не уговаривай.

— Назар останется со мной сегодня, — нагло вру бабуле. Пошлю эту похотливую сволочь, как только выйдем за порог больницы.

Бабуля ещё немного поупрямилась, но таки осталась под наблюдением.

Семён Аркадьевич положил её в палату с небольшим телевизором, поэтому я спокойна. Впереди праздничные выходные и она вдоволь насмотрится своих любимых советских фильмов.

10 глава

***

Вечер того же дня я не забуду, наверное, никогда! Они пришли. Нет, не бандиты. Вполне себе серьезные дядьки.

Мужчина в солидном костюме объяснил мне всё более чем доходчиво. Всё законно, юридически грамотно оформлено.

По документам дядя Толя заложил только свою долю, она составляет всего одну третью часть, но оценили они её в полную стоимость нашего дома. Мне дали срок в одну неделю. «Добрый» Борислав Вениаминович сказал, что эту неделю проценты начисляться не будут, но только деньги я должна отдать в срок.