Во власти Ублюдков

— Да, я заметила, — наконец отмираю, и всё становится на свои места.

— Так вот. Я подсела к Назару и прямо в лоб: «А вы пробовали БДСМ?» А он такой: «Да, и не единожды. Я, — говорит, — давно в этой теме». Дамир привёл его в эту сферу, прик…ик…инь!

— Ничего себе!

— Ага! Сама подохренела.

— Что у вас с Максом? Хмурый сидит. Даже над Тёмкиными анекдотами не смеётся, — меняю тему. С нашими преподавателями мне всё ясно!

— Всё у нас с Максом!

— Ариш, может, подумаешь ещё. Ну прости ты его, дурака. Он ведь любит тебя.

— Кира, ты чего наивная такая? Неужели действительно думаешь, что я Макса за брудершафт с Ксюхой бросила? Если хочешь знать, я Ксюшу на это и подбила. Попросила её в нужный момент уломать его выпить. Ну и присосаться к нему, когда я войду. Душный он, Кир. Скучный, один футбол на уме.

— Ну не скажи! — вытерев руки о бумажное полотенце, бросаю влажный комок в урну и жду, пока подруга поправит макияж. Аринка возится с помадой, хмурится, поджимает губы. — Да, согласна, как Тёма наш, анекдоты травить не умеет, конечно. Но разговор поддержать может. Да тебе же пол‑универа завидует. Что ни день, то букет из ромашек. Заботливый, но не навязчивый…

— Навязчивый! Всё, подруга, закрыли тему. Я не пойму, ты вообще за кого? За Макса или за меня?

— За тебя, конечно! — но про себя отмечаю: Максима жалко. Хороший парень!

— Ну и вот! Идём обратно.

Вернувшись в зал, мы застали уже более собранную, не столь пьяную компанию. Время‑то уже — второй час ночи. Большинство из присутствующих заказали себе чай, кофе. Явно собрались чуть протрезветь перед отправкой домой. В зале стало тише, разговоры шли вполголоса, и этот контраст с тем, каким шумным и хаотичным всё было час назад, ощущался почти физически — будто мы перешли из одного мира в другой.

— О, девчонки, Дамир с Назаром дом загородный сняли. Приглашают всех на новоселье, — весело объявляет Ритка.

— Я за, разумеется! — бодро отозвалась Аринка.

— А ты, Кир? Не всё же вкалывать. Отдыхать тоже нужно, — не унимается подруга.

— Ну не знаю. Подумаю!

— Да, подумай! — произносит Назар, глядя всё так же странно. А вот Дамир, что пересел ближе к Назару, потенувшись за своей чашкой с чаем, произносит так, чтобы другие не слышали:

— Только справку об отсутствии инфекций захвати. А то мало ли. Сиди после тебя на антибиотиках.

Я потеряла дар речи. Несколько секунд, как немая рыба, открывала и закрывала рот. В груди всё сжалось, а потом резко взорвалось горячей волной обиды и ярости.

— Ну это уже слишком, — произношу и хватаю первый попавшийся бокал со стола, выплёскиваю всё содержимое в лицо нахалу. Затем, схватив свою сумку, я буквально пулей вылетаю из‑за стола.

То, как оказалась на улице, даже не заметила.

Холодный воздух ударил в лицо, отрезвляя, и только тут я почувствовала, как дрожат руки, как колотится сердце где‑то в горле, как слёзы подступают к глазам, но я упрямо моргаю, не позволяя им пролиться. Я понимаю: перебрал, и это видно, но всему есть предел!

— Вот же урод! — произношу вслух, не в силах удержаться. Топчусь на одном месте, пытаюсь понять, что за ерунда вообще творится. Эмоции не отпускают, и я зачем-то снова иду вперёд.

— Кира! Кира, остановись!

Наконец я немного пришла в себя.

— Ты чего, Кира? Что они такого сказали, что ты так на Дамира?

— Что я им сделала, а?! — я прекрасно слышу, о чём Дима спрашивает, но что я могу ему ответить? — Я же не убогая, не выскочка какая‑нибудь. Чего они взъелись на меня?!

— Успокойся. Тебя вон трясёт всю. Я понятия не имею, почему они взъелись на тебя, но уверен, причина есть.

— Какая?!

— Понятия не имею.

— Отлично, — произношу на выдохе и успокаиваюсь постепенно. В задницу их. Не хватало на каких‑то хабалов нервы себе ещё портить.

— Кир, ты как? — следом выходят Сашка с Артёмом. — Держи, — Саша подаёт мне моё пальто и помогает застегнуться. У меня дрожат пальцы. Всё же до конца пока не могу успокоиться.

— Давай‑ка, я тебя до общаги подброшу.

— Ты же выпил, Дим.

— На такси, Кир. Я сюда, если ты не заметила, с Тёмычем и Санькой приехал.

3 глава

Я практически всю ночь вертелась как уж на сковороде. Всё раздумывала над тем, зачем всё-таки взрослым мужикам цеплять меня, да ещё и так жестоко?

Даже в памяти поковырялась. Вспоминала не только все свои поездки от вуза, — просто в иные я не ездила, — но и школьные годы зацепила. Может где-то я всё же пересекалась с ними? В общем, едва не сломав себе мозг, я просто вырубилось и кажется не прошло и минуты, как зазвонил мой будильник.

По дороге до универа также думала о том, что вчера произошло. Но должна же быть причина?

— Ритуль, ну ты как? — кладя конспекты на парту, обращаюсь к подруге.

— Умираю! — Рита прикладывала к больной голове бутылочку минералки. Она так же как и я, с трудом держала веки открытыми.

— Вениамин Германович задерживается?

— Сейчас докурит и вынырнет, как чёрт из табакерки.

— Хорошо, что ты на третий ряд села! А то он своим послекурительным запахом добьет меня окончательно, — складываю на парту руки и роняю на них голову. — Аринка с Сашей на репетиции?

— Ну, да! А ты чего в этом году феечкой не пошла? Тебе же Селиванов предлагал.

— Селиванов предлагал, а Бизонова прозрачно намекнула, что третий год подряд — это перебор, нужно дать возможность проявить себя и другим.

— Расстроилась?

— Неа! — отвечаю, прикрывая рукой очередной зевок. — Переболела уже. В смысле, я вообще на театральный кружок ходила потому, что художник, танцор и гимнастка из меня — так себе, а других секций у нас в посёлке не было! Театральный кружок мне нравился, но я никогда не стремилась быть артисткой.

— А вот некоторые считают, что ты бы вполне могла во ВГИК поступить. У тебя ведь действительно круто получается, ты хорошо вживаешься в роль.

— Я знаю! Ещё знаю, что некоторых отдельных личностей это пипец как бесит.

— Ты про наших придурочных кайфовщиков?

— Да, достали! Вчера Гурина таким противучим голосом заявляет мне: «Рубинина, как это спектакль и без тебя?» — кривлю голос назойливой сокурсницы.

— Брось, Кира. Они просто завидуют. Вот и цепляются к тебе.

— Как вообще отдельных лиц до сих пор не исключили, непонятно? Все же знают!

— Доказать нужно. Да, и это мы понимаем, "отчего он весёлый такой", — лениво пропела подруга. — А преподаватели всё-таки не в теме.

— Ну, может быть!

— Слушай, Кир, — лёгок на помине, один из участников неприятной нам компашки, состоящей из пяти человек. Я скорее машинально поворачиваю голову вправо, смотрю на дальние ряды. — А в зад переться как, ничё ощущения? — я в буквальном смысле охреневаю от вопроса. Слышу брошенную кем-то реплику в ответ нахалу: «Для себя интересуешься?», но не реагирую. Просто теряюсь в прострации.

Я на несколько секунд вообще будто из реальности выпадаю. В себя заставляют прийти смешки сокурсников...

Стыд болью обжигает грудь, а лицо невольно заливает краской.

— Не поняла? — всё же получается заговорить. — Ты у меня сейчас это спрашиваешь?

— Ну, а у кого ещё?

— Саужский, ты что, с утра пораньше пыхнул уже? — в разговор вмешивается Дима. — Тебя куда несёт вообще?

— Да хули она из себя строит?

— Коля, завали ебло, иначе оно сейчас у тебя разлетится, — продолжает Дима.

С Димкой мы с самого детства знакомы. И он один из немногих, кто знает меня более чем хорошо.

Дверь открывается и всё мигом затихают. Только я дышу, кажется, громче, чем нужно. Даже не знаю, чего во мне сейчас больше, злости или обиды.

Просто бред какой-то! Это вообще со мною происходит? Хочется вскочить с места и выбежать за дверь, но понимая, что этим только покажу свою слабость, из всех своих сил стараюсь взять себя в руки.

— Так, дети мои! — этого ещё для полного счастья не хватало!

Вместо Вениамина в аудиторию бодрым шагом входит Дамир.

— Гросс приболел, поэтому заполним освободившееся время факультативом по физике, — это же надо, не пенсионер, конечно, но вроде дядя взрослый, а голова с похмелья, по всей видимости, не болит. — Никто не против?

— С вами, Дамир, за счастье, — провести лишние полтора часа, — в открытую кокетничает Катюха.

— А я бы лучше вздремнул, — а нет, видно всё же вчерашние затянувшиеся посиделки и на нём сказались. — Ну да ладно! — продолжил Дамир. — Решите задачу, — маркер ловко скользит по глянцевой белоснежной поверхности. Дрожащими пальцами берусь за шариковую ручку и пытаюсь переписать себе в тетрадь пример. Зачем-то подмечаю, что у Дамира очень красивый почерк.

Нужно взять себя в руки и отбросить все свои неприязненные эмоции к Дамиру. Сейчас он мой учитель и, хочу я этого или нет, должна слушать то, что он говорит.

— Так, все решили? — вопрос задаёт уже через минуту. — Катя, к доске, раз уж я тебе так приятен…

— Запрещённый приём, Дамир. Вы же знаете, как мне эти задачки даются.

— Знаю! Поэтому и зову. Давай-давай.

На детальный разбор одной задачи уходит не меньше десяти минут. Непозволительная роскошь. Впрочем, Дамир со мной соглашается, будто бы мысли мои прочёл, повторил слово в слово.

— А решений может быть два? — задаю вопрос по задаче, но получаю полный игнор. — Дамир, — пытаюсь привлечь к себе внимание учителя. Вроде и громко сказала, но мало ли? — Я по-другому…

— Так, записываем вторую задачу! — снова шок. И на этот раз проходит хорошо различимый шёпот по всей аудитории. Кто-то просто недоумевает, что происходит. Вот как я сейчас. А кто-то, посмеивается, бросая в мою сторону косые взгляды.

Мне что-то совсем это всё не нравится! Несмотря на вновь поднявшуюся в груди бурю, я стойко выношу оставшееся время факультатива и после сигнала, сказав Ритке, что догоню, жду пока аудитория опустеет. У Дамира сейчас пара у второго курса в этом же кабинете, надеюсь, он не решит отойти в туалет или еще куда. Тогда у меня будет две, или даже три минуты поговорить с преподавателем.

Делаю глубокий вдох, чтобы голос не дрогнул.

— Дамир. У меня вопрос по задаче, — подхожу к его столу и останавливаюсь буквально в метре от учителя.

— Дистанцию держи! — произносит довольно резко. Внутри всё замирает. Рефлекторно делаю шаг назад. — Не люблю, когда нарушают моё личное пространство! — поясняет так же жёстко. — Для вопросов было время урока, свободна, — ещё и рукой махнул мне на выход.

Ну уж нет! Не на ту напал.

— Что происходит, я понять не могу? Зачем вы издеваетесь надо мной? И почему вы вообще позволяете разговаривать со мной в подобном ключе?

— Ух, сколько вопросов! Иди! — снова кивает на дверь.

— Нет! Я требую объяснений! — я не кричу, но на эмоциях мой тембр набирает обороты.

— Ты серьёзно сейчас? — скрещиваю на груди руки и, стиснув зубы, в упор смотрю на Дамира. Всем своим видом показываю, что не намерена уходить. — Ты и вправду неплохая актриса, да только я не поверю, что ты нас не узнала. Хорошо, Назара, допустим. Но меня абсолютно всё узнают по моей бороде и татуировкам.

— Я ваши татуировки не видела! — не очень весело усмехнувшись Дамир резкими движениями закатывает рукава водолазки, обнажая сильные, накачанные руки до локтей.

Очень красивые, и действительно запоминающийся рисунок. Настолько запоминающийся, что…

— Если бы я видела, я бы запомнила! — Дамир пристальным, серьезным и, кажется, злым взглядом смотрит на меня. И делает это он до тех пор, пока в кабинет не вошла первая группа учеников. — Часы хотя бы Назару верни. Они ему от отца достались.

С этими словами он встал с кресла и направился к доске, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

Часы? Так вот в чем дело? И вот откуда я должна их знать!

Чувства стыда окатило с макушек до самых пят.

Нет. Я не украла эти часы, но со стороны действительно могло так показаться!

— Я верну! — сказала достаточно громко, покидая аудиторию.

4 глава

***

— Дим, ты в поселок поедешь до праздников?

Уже будучи в общежитии, я догнала Димку в одном из оживлённых коридоров.

— Да не собирался вроде. А что такое?

— Мне кое-что нужно привезти из дома, — тяжело вздыхаю, — только это кое-что ещё найти нужно…

— Предлагаешь порыться в твоих трусиках? — вкрадчиво с ухмылкой спрашивает.

— Дурак! — несильно ударяю своим рюкзаком Димку по попе, и не могу сдержать ответной улыбки. — Просто я точно не помню, куда положила.

— Отец вроде бы приехать на днях должен! — говорит уже серьёзно.

— Да? Отлично. Тогда бабулю попрошу найти и вам домой отнести.

Настроение немного повысилось. Я верну Назару его часы, всё объясню, и инцидент будет исчерпан. Это банальное недоразумение и не более!

***

Последняя неделя перед сессией прошла относительно спокойно. Если не считать всё тех же косых взглядов в мою сторону, которые мне по большому счету безразличны, но всё же царапающий душу осадок всё равно имеется.

В пятницу, на моё удивление, Дамир и вовсе сам подошёл, попросил показать своё решение задачи с предыдущего факультатива. Сказал, что оно тоже верное, но на экзамене он такое решение не принял бы. Первое, потому что это немного сложнее. Я преобразовывала, а можно было бы и обойти это. И то, что так быстрее, его не убедило.

Дамир мне за минуту показал пример двух других задач, в который решение можно применить такое же, а вот ответ будет неверным. Впервые в тот день я не почувствовала пренебрежение с его стороны. Обычный строгий преподаватель, знающий свой предмет.

«Кир, ты хорошо подумала? Может всё-таки с нами?» — Ритка пишет мне, наверное, уже пятое смс на вайбер.

«Нет, не пойду. У меня два автомата сорвались, если ты не забыла».

«Всё, ладно, отстала!»

Ну а как я пойду? После того, как Дамир сказал мне принести справки об отсутствии инфекций...

Вообще, я на следующий день пошла и сдала в одной из частных лабораторий анализы. Хотела принести их Дамиру, мол, вот, смотри. Чтобы не думал про меня ерунды. Но хорошо, что результаты пришлось ждать долго. За неделю я успела остыть и понять, что это было бы глупо. Слишком много чести для какого-то абьюзера. У меня к этому человеку одна голая неприязнь. Только вместе с этим, он каким-то образом притягивает к себе. Его образ раз за разом всплывает в моей голове. Я не хочу думать о нём, но в то же время, он не отпускает.

Может ещё и по этой причине, поехать потусить с девчонками мне очень хочется. И уже всё равно, что они едут развлекаться в съёмный коттедж к нашим новым преподавателям, и да, я осуждаю это. Но вместе с тем, почему-то мне очень хочется сейчас быть там, вместе с ними…

Только на самом деле я действительно вынуждена корпеть над учебниками, потому что начинается сессия, и уже в эту пятницу пробный экзамен по экономике, а в понедельник полноценный зачёт по физике.

— Кира? Кирка! — что происходит?

— Ауч! — пищу от боли. Ритка ткнула меня карандашом в плечо.

— Ты что, уснула?

— Похоже, что так, — тру кулаками глаза, не боясь растереть косметику. Потому что её просто-напросто нет на моём лице. Я и в универ-то крашусь нечасто, а в общежитии и подавно.

Дело в том, что несмотря на то, что я шатенка, у меня густые чёрные ресницы. Да и кожа сама по себе хорошая. Максимум — блеск на пухлые алые губы, и я красотка!

— Блин, кажется, я действительно уснула. Сколько времени? — Ритка ничком падает на соседнюю, застеленную постель, после этого отвечает:

— Половина пятого.

— Утра? — поворачиваю голову в сторону окна, при этом потирая болезненно затекшую шею.

— Нет, Кир, ты благополучно, мордашкой на столе, проспала целые сутки, — в голосе подруги явный сарказм и раздражение.

— Что-то случилось?

— Нет! Просто от прошедшего вечера я ждала большего.

— Чего, например? Что было не так?

— Всё было не так! Приехали, как дебилы, и… Да по сути, нам просто предоставили в пользование шикарный дом с хамамом и крутой сауной. Ничего особенного.

— Ну, для тебя-то да! — подруга только отмахнулась. Чем-чем, а роскошью нашу Ритку не поразить.

— Вот объясни мне, Кир. Зачем приглашать к себе в гости, если не планируешь проводить с гостями время?

— В каком смысле?

— Дамир с Назаром весь вечер проторчали в своем кабинете. Решали рабочие моменты по бизнесу! Нам сказали, что спа и бар полностью в нашем распоряжении и мы можем отдыхать сколько влезет. Не, ну ребята-то конечно были в восторге!

— Ясно. То есть из недовольных у нас только ты осталась? — подруга неоднозначно жестикулирует.

— Назар, кстати, спрашивал, почему ты не пришла с нами?! — я даже едва заметно вздрогнула от услышанного?

— С чего бы это?

— Да перестань! Наш чертёжник в клубе глаз не спускал с тебя.

— Рита, ты о чём? Приболела, что ли? — Тянусь к подруге, чтобы тыльной стороной ладони коснуться её лба. — Он от Дамира далеко не ушёл. На своих уроках также не жалует меня. Ты же слышала, как он ответил мне, когда я спросила, какой длинной должна быть линия излома на чертеже.

— Так ты была третья, кто переспросил. Вот он и вспылил.

— Сразу бы ответил нормально, никто бы и не переспрашивал, пробурчал себе под нос, а мы крайние были.

— Так он и сказал, — перевернувшись на спину, Ритка скривила в усмешке лицо. — Громко, чётко рявкнул!

— То-то и оно. Они только на меня и рявкают. Как на овцу паршивую.

— Хочешь, я спрошу у Назара, почему так происходит? Мы вроде бы неплохо ладим.

— Не вздумай. Этого ещё не хватало! — встаю с места и иду к шкафу.

— Ну ладно! — подруга наконец стягивает с себя свою дорогущую дубленку. — Мне пижамку тоже достань. Не поеду домой.

— Хорошо.

Ритка частенько остаётся у меня с ночевкой. Её отец является одним из спонсоров вуза, и строгие правила нашего общежития на неё не распространяются. Подозреваю, что и соседку мне не подселяют не просто так.

Весь следующий день мы с пиццей, роллами и колой готовились к экзаменам. Только вот если бы я знала, что мои старания бесполезны, я бы лучше просто выспалась.

***

— Дамир, скажите, что вас не устраивает в моём ответе.

Это какой-то абсурд. Ответ на экзаменационный вопрос я знаю назубок, а он...

— А что меня в нём должно устроить? Скажи, я предупреждал, что если ответы будут шаблонные по учебнику, это только тройка.

Я отвечала последней. В аудитории наедине с Дамиром мне сейчас уже не столь неловко, как в первый раз, но страх перед этим брутальным мужчиной всё-таки присутствует.

— Да, но я ведь дополнительно…

— Сказала два слова. Причём и тут не заморочилась. Первая попавшаяся статья в интернете.

— Вы придираетесь ко мне! — человек я не импульсивный, но тут ножкой топнула, не сдержалась.

— Да нисколько, — смерив меня всё тем же безразличным взглядом, Дамир вальяжно откидывается на стул. Он не сводил с меня взгляд, я пыталась стойко его вынести, но всё же чувствовала, что сдуваюсь.

— Скажите, что происходит? — опустив голову, я мотаю ей из стороны в сторону.

— Ну ты талант, конечно! — усмехается злобный препод.

— Дамир, ты закончил? — в аудиторию без стука вошёл Назар. — О! — произнёс, увидев меня.

— О, требует максимальный балл за это! — Дамир, приподняв мой файл с ответом и решением задач, бросает его на стол перед Назаром.

— Шаблонный ответ. Но все три задачи решены верно. На тройку тянет!

На этот раз мне точно не кажется! Они оба… Да они издеваются!

— Это неразумно из-за часов так с человеком обращаться, — хочу посмотреть в глаза Назару, но у меня не получается, не хватает духу. — И совсем не по-мужски. Я верну вам часы, Назар. Это банальное недоразумение, а вы...

Я достаю зачётку, подаю её Дамиру, а сама присаживаюсь на корточки, чтобы собрать выпавшие из моей сумки бумаги.

Мои брови ползут вверх, и я впадаю в очередной ступор. Назар увидел лист формата А4. Это были результаты моих анализов. Наклонившись, мужчина поднял именно их и, нагло прочитав чужие документы, передал лист Дамиру. При этом я видела, как весело блестели его глаза.

— Да ладно! — усмехается, но не так весело, как Назар. — И дизгруппа, и на скрытые инфекции! И про половые инфекции тоже не забыла, – перечисляет пройденные мной анализы.

— Да! — стараюсь придать голосу максимальную невозмутимость. — Вас же волновало моё здоровье. Вот и подумала, что заставлять переживать пожилого человека — край невоспитанности, — последняя фраза как-то сама собой вырвалось. Я от себя не ожидала подобного и даже немного испугалась. Но на удивление, каким-то образом все же выдержала поистине уничижительный взгляд Дамира. — На дифтерию только не сдала, — произношу всё тем же твёрдым голосом. — Моих скромных сбережений не хватило, уж простите, но…

— Ты не слишком много на себя берёшь? — мне бы, наверное, смолчать, но как можно?!

— А вы? Ладно, автомат мне не поставили. Ваше право. Но уж извините, ответ мой вполне развернутый, и точно тянет на высокий балл. Валить меня намеренно вы не имеете никакого права. Я могу пожаловаться…

— Валяй! У тебя незачёт за оскорбление преподавателя. И вряд ли ты сможешь теперь пересдать.

И ведь действительно, у Дамира даже рука не дрогнула, поставил мне «незачёт» и едва ли не швырнул зачетку мне обратно.

5 глава

Дамир:

— С ума сходят по одиночке?

— По статистике да, но нам троим же не могло показаться!

— Согласен! — Назар почёсывает подбородок. А у меня перед глазами до сих пор поджатые пухлые губы и глаза, всё же намокшие от слёз. — Дамир, ты действительно, чего так взъелся на неё?

— А ты?

— Я всё же не так сильно набрасываюсь на девчонку, — Назар, вертевший до этого в руках карандаш, переламывает его пополам. — Блядь, хороша сучка. И лицо, и фигурка, — Назар не меньше моего загорелся этой девушкой. Я встаю, а Назар, развернувшись, садится в моё освободившееся кресло.

— Согласен! Попка прям орешек, — скалюсь, глядя на друга, — прикинь, как на моем члене скрипеть будет.

— Думаешь, будет? — вопросительно смотрит, задрав голову.

— У таких, как она, разрешение не спрашивают. Или ты про её разъёбанность?

— И про это тоже!

— Ну посмотрим…

— Давай только к Камилле её отправим. Она и подлечит, если будет нужно, и подлатает, если что. Ну, чтобы наверняка скрипела, — вместе скалимся.

— Да, но только есть проблема. Пока что у нас нет козырей против неё. Она на своей территории пай-девочка и ни-ни. Действительно, талантливая актриса.

— Найдем, как сломать, не волнуйся.

— Найдем, конечно!..

По-другому и быть не может. Я её ещё в закрытом клубе, в Риге, заприметил.

Хотел подмять под себя, но на ней был ошейник. Она кому-то принадлежала.

В комнату оргий пошёл, только чтобы посмотреть, с кем она. Назара за собой потащил. Ему она тоже уже тогда приглянулась, гибкая, пластичная. Только вот когда перешла уже на четвертого, наш интерес к ней начал таять.

Увидеть её когда-нибудь снова, да ещё и в столовой нашего вуза, я никак не ожидал. Узнал девчонку сразу. Даже несмотря на то, что в тот вечер Кира была в маске, и в клубе всегда приглушённый свет. Это точно она, сомнений быть не может!

Её яркие, пухлые губы, но главное, сексуальная родинка на подбородке — она особенно меня влечёт. Объемная грудь, которую она, в точности, как и в клубе, выпячивала, сидя за столом.