Сердце за стеной

Но не развернулась.

Когда дверь зала оказалась передо мной, я на секунду остановилась.

Потом толкнула её.

Разговоры внутри почти сразу стихли.

Я заметила это ещё на пороге.

Несколько человек сидели за длинным столом, кто‑то стоял у окна, кто‑то опирался на спинку стула. И почти все одновременно повернулись ко мне.

Удивление было… довольно очевидным.

Я не могла их винить.

Я действительно никогда сюда не заходила.

Несколько секунд в комнате стояла неловкая тишина.

Потом кто‑то тихо кашлянул.

Я уже собиралась сказать что‑нибудь нейтральное или просто развернуться обратно, когда заметила Элис.

Она сидела ближе к краю стола.

И смотрела на меня так, будто сначала не поверила своим глазам.

А потом её лицо вдруг мягко просветлело.

Она почти сразу поднялась со стула.

— Привет.

Её голос прозвучал осторожно, но очень тепло.

Ни удивления.

Ни давления.

Просто… приветствие.

Она чуть улыбнулась и добавила:

— Хочешь… присоединиться к нам?

Я замерла на секунду.

И только потом медленно кивнула.

Я сделала несколько шагов вглубь зала.

Движение получилось немного неловким — как будто я оказалась в чужом пространстве, где не до конца понимаю правила. Но Элис уже стояла рядом, и её спокойная улыбка неожиданно помогала держаться.

Она чуть отодвинула стул.

— Можешь сесть здесь.

Я кивнула и опустилась на место. Остальные постепенно вернулись к разговору, но теперь взгляды всё равно время от времени скользили в мою сторону.

Это было ожидаемо.

Некоторое время никто ничего не говорил, а потом высокая брюнетка, сидевшая напротив, слегка наклонила голову.

Кайла.

— Я думала, ты не любишь общие сборы.

В её голосе не было насмешки — только любопытство.

Я пожала плечами.

— Просто решила зайти.

— Внезапно, — тихо заметил кто‑то сбоку.

Я не стала реагировать.

Элис осторожно сложила руки на столе.

— Как у тебя сегодня прошла тренировка?

— Нормально.

— Ты же с Рэйдаром занималась?

— Да.

Нора тихо присвистнула.

— Повезло. Он красавчик.

— Он жёсткий, — сказала Кайла, — но хороший наставник.

Я кивнула.

— Да.

Несколько секунд снова тянулась пауза. Девочки явно пытались продолжить разговор, но я отвечала коротко, почти автоматически. Старый привычный способ — не говорить лишнего.

Элис попыталась снова:

— Ты ведь… из нашего мира, да?

— Да.

— А откуда именно?

Я чуть задержалась с ответом.

— С севера.

— Там холодно?

— Иногда.

Разговор снова начал затихать.

Я видела, как Кайла слегка нахмурилась, будто пытаясь понять, как ко мне подступиться.

И именно в этот момент со стороны окна раздался голос.

— Слушайте, а мне одной это всё кажется странным?

Я повернула голову.

У стены стояла Мира, скрестив руки на груди.

Она смотрела прямо на меня.

— Серьёзно. Ты вообще зачем сюда пришла?

В комнате стало тихо.

Кайла сразу сказала:

— Мира.

Но она даже не повернула голову.

— Нет, правда. Я пытаюсь понять.

Она сделала пару шагов ближе к столу.

— Мы тут разговариваем, знакомимся, хоть как‑то пытаемся держаться вместе. А ты сидишь и отвечаешь как каменная стена.

Я почувствовала, как внутри начинает подниматься холод.

Мира чуть усмехнулась.

— Ты вообще откуда такая взялась? Такое ощущение, что тебя не из другого мира призвали, а из какой‑то пещеры вытащили.

Кто‑то резко сказал:

— Мира, хватит.

Но она уже продолжала.

— Серьёзно. Ты о себе ничего не рассказываешь. Ни одной истории, ни даже пары слов о том, кто ты вообще такая.

Она чуть наклонила голову.

— Зато дерзить умеешь отлично.

Внутри всё сжалось.

Мира бросила короткий взгляд на Кайлу.

— Напомнить, как ты в прошлый раз накинулась на Кайлу, Нору и Зару? Они просто сказали, что ты могла позвать их с собой в сад.

Она пожала плечами.

— А ты их так обрубила, будто они тебя оскорбили.

Тишина в комнате стала тяжёлой.

Я смотрела на стол, чувствуя, как пальцы медленно сжимаются.

Но Мира ещё не закончила.

Она вздохнула, словно устала объяснять очевидное.

— Знаешь, в чём проблема? Ты просто слишком странная.

Элис тихо сказала:

— Мира…

Но Мира вдруг посмотрела на неё.

— Даже Элис так говорила.

Элис резко побледнела.

— Я не…

— Говорила, — перебила Мира. — Помнишь? Что она слишком замкнутая и странная и ты не понимаешь, как с ней разговаривать.

Элис замерла.

— Я не это имела в виду…

Но слова уже прозвучали.

И внутри меня что‑то тихо сломалось.

Не резко.

Просто… окончательно.

Я медленно встала.

В комнате стояла такая тишина, что было слышно, как кто‑то нервно постукивает пальцами по столу.

Я посмотрела на Миру.

— Спасибо.

Голос прозвучал спокойно.

Почти без эмоций.

— Очень полезная информация.

Кайла сразу сказала:

— Подожди, она…

Но я уже качнула головой.

— Всё нормально.

Я посмотрела на Элис.

Она выглядела так, будто сейчас провалится сквозь пол.

— Не переживай, — тихо сказала я. — Я понимаю.

Я чуть усмехнулась.

— Люди обычно говорят это раньше.

И развернулась к двери.

— Так что сегодня даже прогресс.

Никто не успел ничего сказать.

Я вышла из зала и закрыла за собой дверь.

Щелчок прозвучал тихо.

И в тот же момент дыхание сорвалось.

Я остановилась в коридоре, уставившись в пол.

Сначала просто стало тяжело дышать.

Потом глаза резко защипало.

Я быстро провела рукой по лицу, но слёзы уже текли.

Глупо.

Так глупо.

Я знала, что так будет.

Знала.

С самого начала.

«Зачем я вообще туда пошла?»

Я медленно пошла по коридору, глядя под ноги.

Слёзы тихо катились по щекам, и я злилась на себя за это ещё сильнее.

Потому что всё это было предсказуемо.

Так происходит всегда.

Люди сначала смотрят.

Потом задают вопросы.

А потом обязательно находится кто‑то, кто говорит вслух то, что остальные думают.

Что со мной что‑то не так.

Что я странная.

Закрытая.

Не такая.

Я стиснула зубы.

— Отлично, — тихо прошептала я.

Голос дрогнул.

«Лучше одной.»

Так всегда проще.

Никто не ждёт.

Никто не пытается приблизиться.

И никто потом не говорит тебе в лицо, что ты слишком неудобная для нормальных разговоров.

Я вытерла глаза рукавом и продолжила идти, почти не поднимая головы.

Коридор тянулся вперёд длинной полосой приглушённого света от настенных ламп. Вечером здесь почти всегда было тихо.

Я уже собиралась свернуть к лестнице, ведущей к жилому крылу, когда из бокового коридора впереди послышались голоса.

Я сначала не обратила внимания.

Но один из голосов оказался слишком знакомым.

— ...я всё равно считаю, что Теодор мог сказать им утром, — говорил Хару. — Зачем гонять нас по всему крылу вечером?

Я замедлила шаг, но всё ещё смотрела вниз.

— Потому что завтра вы выходите рано, — спокойно ответил другой голос.

Рэйдар.

Они шли сюда.

Я поняла это только за секунду до того, как они появились из бокового коридора.

Я подняла голову слишком поздно.

Мы почти столкнулись.

Я резко остановилась.

Хару тоже.

Он моргнул, явно не ожидая увидеть меня посреди коридора.

А потом его лицо сразу расплылось в привычной лёгкой улыбке.

— О, вот ты где! А мы как раз…

Он сделал жест рукой в сторону общего зала.

— Мы шли сказать вам всем, что завтра леди Вейн поведёт вас к источнику. Приказ Теодора.

Он вдруг замолчал.

Потому что рядом тихо прозвучал голос Рэйдара:

— Хару.

Всего одно слово.

Но достаточно спокойное и короткое, чтобы тот сразу осёкся.

Хару нахмурился, не понимая, в чём дело.

А Рэйдар уже смотрел на меня.

Несколько секунд.

Очень внимательно.

И только тогда я поняла.

Я даже не попыталась снова вытереть лицо.

Слёзы всё ещё катились по щекам.

Я опустила взгляд, будто это могло что‑то скрыть.

Тишина в коридоре стала тяжёлой.

Потом Рэйдар сделал шаг ближе.

Я инстинктивно попыталась отвернуться, но он аккуратно поднял руку и кончиками пальцев коснулся моего подбородка, заставляя поднять лицо.

Движение было осторожным.

Без давления.

Но от него невозможно было уклониться.

Мне пришлось посмотреть на него.

И в этот момент его взгляд изменился.

Потому что теперь он ясно видел, что я плачу.

Несколько секунд он просто смотрел на меня.

Без вопросов.

Без удивления.

Просто внимательно.

Хару рядом неловко переступил с ноги на ногу.

— Эм… я, наверное…

Он посмотрел на Рэйдара.

Тот даже не повернул голову.

— Иди.

Коротко.

Хару сразу понял.

— Да… ладно… я тогда… скажу остальным про источник.

Он бросил на меня быстрый обеспокоенный взгляд и быстро ушёл по коридору.

Его шаги стихли довольно быстро.

И стало тихо.

Я попыталась отвести взгляд, но пальцы Рэйдара всё ещё удерживали мой подбородок.

Не сильно.

Но достаточно, чтобы я не могла спрятаться.

Он чуть нахмурился.

— Кто?

Я моргнула.

— Что?

— Кто довёл тебя до слёз.

Голос был спокойным.

Даже слишком.

Я резко отвела взгляд.

— Никто.

Он ничего не сказал.

Просто продолжал смотреть.

Я попыталась сделать шаг назад, но он всё ещё стоял слишком близко.

— Всё нормально, — тихо сказала я. — Правда.

Он медленно убрал руку.

Но легче почему‑то не стало.

Я быстро вытерла лицо рукавом.

— Просто… разговор не сложился.

Рэйдар молчал.

Я чувствовала его взгляд.

Он явно не поверил.

— Это не важно, — добавила я.

Тишина снова повисла между нами.

Потом он спокойно сказал:

— Ты плачешь не из‑за «не сложился разговор».

Я сжала зубы.

— У всех бывают плохие дни.

Он слегка наклонил голову.

— Ты не из тех, кто плачет из‑за плохого дня.

Я коротко усмехнулась.

— Ты плохо меня знаешь.

— Нет.

Он сказал это так просто, что я на секунду растерялась.

— Я видел, как ты дерёшься.

Я нахмурилась.

— И что?

— Люди, которые так дерутся, не ломаются из‑за мелких разговоров.

В груди что‑то болезненно сжалось.

— Тогда считай, что сегодня исключение.

Он сделал ещё один шаг ближе.

Теперь расстояние между нами стало совсем маленьким.

— Ты вышла из общего зала.

Это был не вопрос.

Я молчала.

— И через две минуты я нахожу тебя в коридоре в слезах.

Он говорил тихо.

Но каждое слово ложилось слишком точно.

— Так что попробуем ещё раз.

Его взгляд стал жёстче.

— Кто.

Я резко покачала головой.

— Не надо.

— Надо.

— Нет.

Голос сорвался сильнее, чем я хотела.

Я отвернулась.

— Просто… забудь.

Он молчал.

Долго.

Потом тихо спросил:

— Они что‑то сказали?

Я ничего не ответила.

Но, похоже, этого оказалось достаточно.

Его лицо стало холоднее.

— Понятно.

Я резко посмотрела на него.

— Не делай ничего.

Он перевёл взгляд обратно на меня.

— Я не просила—

— Ты и не должна.

Я раздражённо выдохнула.

— Рэйдар.

Он ждал.

— Пожалуйста.

Это слово вырвалось тише, чем я хотела.

— Просто… оставь это.

Несколько секунд он ничего не говорил.

Потом медленно выдохнул.

И неожиданно сделал то, чего я совсем не ожидала.

Он аккуратно положил руку мне на затылок и притянул ближе.

Я даже не успела отреагировать.

Лбом к его плечу.

Без резкости.

Просто… удержал.

Я замерла.

— Иногда, — тихо сказал он над моей головой, — можно не держаться так отчаянно.

Я сжала ткань его куртки пальцами.

Сама не заметив, как.

— Я не держусь.

— Конечно.

Он чуть крепче обнял меня.

И добавил спокойно:

— Именно поэтому ты сейчас плачешь в коридоре одна.

Я замерла.

Его рука всё ещё лежала у меня на затылке, удерживая рядом, но без давления. Просто не давая мне снова отступить.

Несколько секунд я пыталась заставить себя отстраниться.

Не получилось.

Слёзы всё равно продолжали течь.

Я тихо выдохнула в ткань его куртки.

— Отпусти…

Голос прозвучал глухо.

Он не отпустил.

— Через минуту.

— Я в порядке.

— Нет.

Сказано было спокойно.

Без спора.

Просто как факт.

Я сжала зубы.

— Я не люблю, когда на меня смотрят в таком состоянии.

— Тогда перестань плакать.

Я тихо фыркнула сквозь слёзы.

— Очень полезный совет.

Он слегка хмыкнул.

Рука на затылке чуть двинулась — пальцы медленно прошлись по волосам, будто успокаивая.

От этого стало только хуже.

Грудь сжало сильнее.

Я зажмурилась.

— Они просто сказали правду.

Слова вырвались сами.

Я сразу пожалела.

Рэйдар чуть отстранился, чтобы посмотреть на меня.

— Какую именно?

Я опустила взгляд.

— Что я странная.

Он молчал.

Я усмехнулась, вытирая лицо ладонью.

— Что разговаривать со мной невозможно.

Плечи чуть дёрнулись.

— Что я веду себя так, будто меня из пещеры вытащили.

Я почувствовала, как его рука на моём затылке замерла.

Но продолжила.

Потому что если остановлюсь — снова начну плакать.

— Что я только дерзить умею.

Я пожала плечами.

— В принципе, они не сильно ошиблись.

Тишина в коридоре стала плотной.

— И?

Я нахмурилась.

— Что «и»?

— Это всё?

Я устало выдохнула.

— Этого достаточно.

Он смотрел на меня несколько секунд.

Потом спокойно сказал:

— Нет.

Я моргнула.

— Что?

— Этого недостаточно, чтобы довести тебя до слёз.

Я отвела взгляд.

— Там ещё много всего было.

— Например?

Я помолчала.

Потом тихо сказала:

— Мира сказала… что даже Элис считает меня странной.

Слова прозвучали почти шёпотом.

— Что она не понимает, как со мной разговаривать.

Я почувствовала, как снова начинает жечь глаза.

— И знаешь что?

Я коротко усмехнулась.

— Она, наверное, права.

Я провела ладонью по лицу.

— Со мной правда сложно.

Рэйдар ничего не сказал.

Только смотрел.

Я тяжело выдохнула.

— Люди обычно сначала пытаются.

— Потом устают.

— Потом начинают злиться.

Я пожала плечами.

— Нормальный процесс.

Он медленно покачал головой.

— Нет.

— Да.

— Нет.

Я раздражённо посмотрела на него.

— Ты просто не—

— Я видел.

Я нахмурилась.

— Что видел?

— Как ты разговариваешь с Хару.

Я моргнула.

— Это другое.

— С Теодором.

— Он сам начинает.

— Со мной.

Я замолчала.

Рэйдар чуть прищурился.

— Странно.

— Почему‑то со мной ты разговариваешь нормально.

Я отвела взгляд.

— Потому что ты не лезешь.

Он тихо хмыкнул.

— Я лезу.

— Нет.

— Постоянно.

Я открыла рот, чтобы возразить.

И вдруг поняла, что… он прав.

Он действительно лез.

Просто… как‑то иначе.

Я тихо выдохнула.

— Они всё равно правы.

Он чуть наклонил голову.

— В чём?

Я пожала плечами.

— Я странная.

Несколько секунд он молчал.

Потом спокойно сказал:

— Хорошо.

Я удивлённо посмотрела на него.

— Что?

— Ты странная.

Я моргнула.

— Спасибо.

Он продолжил так же спокойно:

— Замкнутая.

— Колючая.

— Иногда грубая.

Я уже начала хмуриться.

— Ты серьёзно сейчас—

— И при этом ты сегодня вышла в общий зал, хотя ненавидишь такие места.

Я замолчала.

— Села за стол с людьми, которых почти не знаешь.

— И пыталась разговаривать.

Он сделал небольшую паузу.

— Это называется «стараться».

Я не ответила.

Горло вдруг снова сжало.

Рэйдар посмотрел на меня чуть внимательнее.

— А знаешь, что странно?

Я устало вздохнула.

— Даже боюсь спросить.

— Что ты думаешь, будто никто этого не видит.

Тишина повисла между нами.

Он чуть нахмурился.

— Хотя это очевидно.

Я опустила взгляд.

— Не для всех.

— Тогда проблема не в тебе.

Я тихо усмехнулась.

— Конечно.

Он чуть наклонился ближе.

— Я серьёзно.

Я покачала головой.

— Рэйдар…

— Да?

— Ты сейчас пытаешься меня утешить?

Он на секунду задумался.

Потом честно сказал:

— Нет.

Я удивлённо посмотрела на него.

— Тогда что ты делаешь?

Он чуть пожал плечами.

— Говорю тебе, что они идиоты.

Я не удержалась.

Тихий смешок всё‑таки вырвался.

И только тогда я заметила, что слёзы наконец перестали течь

Я всё ещё тихо смеялась, вытирая остатки слёз.

Смех получился коротким, усталым, но после него в груди стало немного легче.

Рэйдар смотрел на меня так же спокойно.

Потом вдруг сказал:

— Ты молодец.

Я сразу нахмурилась.

— Что?

— Я сказал, что ты молодец.

— За что именно?

Он чуть пожал плечами.

— За то, что пошла туда.

Я недоверчиво усмехнулась.

— Серьёзно?

— Да.

— Ты же сам слышал, чем это закончилось.

— Слышал.

Я развела руками.

— Ну вот.

— И всё равно.

Он чуть наклонил голову, внимательно глядя на меня.

— Ты сделала то, чего раньше не делала.

Я нахмурилась.

— И что?

— Попробовала.

Я тихо выдохнула.

— Это была плохая идея.

— Нет.

Он сказал это сразу.

Спокойно.

— Это была новая идея.

Я устало прислонилась плечом к стене.

— Итог тот же.

— Не совсем.

Я посмотрела на него.

— Объясни.

Он скрестил руки на груди.

— Раньше ты просто держалась в стороне.

Я ничего не сказала.

Потому что он был прав.

— Ты сразу решала, что ты «другая». Что ты лишняя. Что всё равно ничего не выйдет. — Он чуть прищурился. — Поэтому даже не пыталась.

Я отвела взгляд.

— Это экономит время.

— Нет.

Он тихо хмыкнул.

— Это просто удобная клетка.

Я нахмурилась.

— Клетка?

— Старые рамки.

Он слегка постучал пальцами по каменной стене рядом со мной.

— Люди строят их сами. Потому что внутри безопасно.

Я скептически посмотрела на него.

— Очень вдохновляющая лекция.

Он проигнорировал это.

— Но когда ты впервые пытаешься выйти из них… — Он сделал небольшую паузу. — Всегда страшно.

Я тихо усмехнулась.

— Да.

— И обычно получается криво.

Я посмотрела на него.

— Очень криво.

Он кивнул.

— Почти всегда.

Несколько секунд мы молчали.

Потом он продолжил:

— Но сегодня произошло кое‑что важнее.

Я нахмурилась.

— Например?

— Ты заметила, что что‑то не так.

Я непонимающе посмотрела на него.

Он объяснил спокойнее:

— Раньше ты бы просто решила, что всё бессмысленно. И осталась одна. Даже не проверяя. — Он сделал небольшой жест рукой в сторону коридора, где находился общий зал. — А сегодня ты подумала по‑другому.

Я тихо сказала:

— Я просто… решила попробовать.

— Именно.

Он чуть кивнул.

— Это и есть главное.

Я опустила взгляд.

— Но у меня всё равно не получилось.

— Получилось.

— Нет.

Я покачала головой.

— Мы даже нормально поговорить не смогли.

Он спокойно ответил:

— Дружба не появляется за один вечер.

— Особенно если люди почти не знают друг друга.

Я тихо выдохнула.

— Тогда почему это ощущается как провал?

Он посмотрел на меня чуть мягче.

— Потому что ты ожидала сразу результат.

Я молчала.

— Но сегодня было не про результат. Сегодня было про опыт.

Я нахмурилась.

— Какой ещё опыт?

Он ответил просто:

— Новый.

Тишина снова повисла между нами.

— Ты попробовала сделать что‑то иначе. Почувствовать, как это. Узнать людей. Понять, что происходит, когда ты не прячешься. — Он чуть пожал плечами. — Это уже больше, чем ты делала раньше.

Я долго смотрела в пол.

Потом тихо сказала:

— А если я всё равно окажусь лишней?

Рэйдар даже не задумался.

— Это не реальность.

Я нахмурилась и подняла взгляд.

— А что тогда?