антиЗОЛУШКА Вся правда о любви и принцах

У ворот нас встретил главный церемониймейстер — господин в парике и лиловой ливрее, вышитой золотыми нитками.

— Леди Изабелла де Верьер и леди Алиана де Верьер! — провозгласил он так громко, что воробьи с крыши сорвались в панике. — Последние наследницы древнего рода! Добро пожаловать на бал.

Мать гордо кивнула.

— Как только вы попадете в помещение, вам следует встать в очередь представителей благородных родов. Эта очередь ведет к трону. Когда назовут ваши имена, вы должны будете приблизиться, сделать реверанс, и отойти в сторону.

Мы поднялись по бесконечной лестнице наверх, вошли через парадные двери и... и встали в очередь, словно в булочной моего родного мира. Только тут никто не пытался пролезть вперед, не кричал «Нарезной свежий, или с плесенью, как давеча?»

Наследницы благородных родов, вместе со своими матерями или отцами. Стояли ровно, смотрели гордо, пытались лишний раз демонстрировать драгоценности, которыми были увешаны с ног до головы.

— Будешь делать реверанс, постарайся привлечь внимание принца к своей груди, — тихо шепнула мне мать.

— А когда будем отходить от трона, постараться привлечь внимание к своему заду? — задала я вполне логичный вопрос.

Мать треснула меня веером по руке.

— И старайся молчать, — попросила она. — Ты после своего обморока такую околесицу несешь.

— А если принц меня о чем-нибудь спросит?

— Тогда отвечу я. А ты улыбайся, и показывай белоснежные зубы.

— Зубы и грудь показывать, зад прятать?

И я получила еще один удар веером.

Очередь двигалась неспешно. Каждая леди, проходя мимо трона, делала реверанс такой изысканный, что я начала подозревать: они все прошли курсы у леди Тарантулы.

Король благосклонно кивал, королева милостиво поднимала левую руку. А принц...

Когда я увидела его, то не поверила своим глазам, что где-то на белом свете встречаются такие красавчики. Пожалуй, он бы мог стать «лицом» дома самого Сарделькина. Принц был безупречен. Безупречно одет, безупречно, улыбался, на его безупречном теле был надет безупречный камзол.

И еще, он легким поклоном встречал каждую невесту, и говорил: «прелестно!». Чем очень напоминал ворону из мультика.

Но все девушки были очарованы, ничуть не смущаясь, что каждой из них досталось по одинаковому «прелестно».

Когда мы подошли чуть ближе, и перед нами насчитывалось всего три невесты, я заметила, что принц откровенно скучает. Ему, вероятно, приелись балы и красавицы, которых перед ним выставляли в безумных количествах.

— Следующие! — провозгласил церемониймейстер. — Леди Изабелла де Верьер и леди Алиана де Верьер!

Мать сжала мою руку. Мы шагнули вперёд.

Сердце колотилось, корсет сдавливал рёбра.

Мы остановились перед троном.

Король сидел, как будто его приклеили: величаво, но с профессионально вежливым лицом. Королева улыбалась, взглядом пытаясь просканировать возможную будущую невестку.

А принц Валериан вообще смотрел куда-то в пространство, кажется, особо даже не замечая, кто именно сейчас приблизился к трону. Как только мы совершили реверанс, его рот начал автоматически открываться, чтобы выдать очередное «прелестно». И тут к нему подлетела муха, которых вообще-то на балах быть не должно.

Принц начал тихонько отмахиваться, стараясь не привлекать внимания, но муха оказалась наглой, села прямо ему на нос. Валериан со всей силы стукнул себя по носу, и тихонько взвыл от боли.

Да, как и у прочих красавчиков с интеллектом у него не очень-то хорошо.

— Прелестно! — сказала я во весь голос.

Принц возмущенно посмотрел на меня.

Церемониймейстер шикнул, чтобы мы уже отходили и не задерживали других, страждущих поздороваться с королевской семьей. Мне пришлось повернуться к принцу задом.

Мы с маменькой отступили от трона, смешались с толпой гостей. Прошествовали мимо столиков с закусками, и встали в углу.

— Все прошло неплохо, — заявила она. — Ты удачно привлекла внимание принца. Теперь стой рядом со мной, я скажу, что делать дальше.

Вот такой вариант меня совершенно не устраивал. У меня по планам было свалить в сторону, и попробовать ослабить несносный корсет, мешавший дышать. Пришлось час терпеливо топтаться на одном месте. Пока наконец...

— Леди Тарантула. — Я заметила в толпе недавнюю мучительницу. — Надо с ней поздороваться.

— Я сама, ты стой здесь, — велела маменька.

Как только она отошла, я помчалась прочь. Надо-то всего-навсего найти какой-нибудь тихий уголок, или комнату.

Мои лёгкие кричали. Диафрагма подала в отставку.

Нужна комната. Любая. Даже кладовка для метёлок подойдет.

Мне улыбнулась удача. Я заметила неприметную дверцу, явно не предназначенную для пышных гостей. Влетела туда.

Бинго!

Это была кладовая для посуды. Небольшая комнатка заставленная деревянными шкафами с различными кубками, тарелками, подносами.

Сюда никто кроме слуг не заходит. А значит, маменька точно не сунется.

Я попыталась дотянуться до шнуровки на спине. Пальцы скользили. Ножницы, которые я припрятала в складках юбки, оказались слишком тупыми... или слишком тупой была я, что никак не могла перерезать этот несчастный шнурок.

Я тянулась, извивалась, чуть не упала на хрустальные кубки.

Дверь тихо открылась.

Я не обернулась — должно быть, это какая-нибудь служанка, она меня точно не выдаст и даже сможет помочь.

— Пожалуйста, просто ослабьте шнуровку на пару сантиметров! — взмолилась я.

Тишина. Потом — лёгкий шорох ткани. И чьи-то уверенные пальцы коснулись шнуровки на моей спине.

Я замерла. Пара минут и шнуровка ослабла.

Я вдохнула, наслаждаясь воздухом, и объемом легких, которые наконец-то смогли расправиться.

— Благодарю! — выдохнула я, поворачиваясь. — Вы спасли мне жизнь!

И замолчала.

Передо мной стоял принц Валериан.

Глава 9

— Вы?! — выдохнула я, отступая на шаг и чуть не сбила со стеллажа серебряный поднос.

— К вашим услугам, — спокойно ответил принц, складывая руки на груди.

И тут я впервые по-настоящему разглядела его. Волосы, еще недавно идеально уложенные утром, теперь выбивались прядью надо лбом. А в глазах… в глазах плясали озорные искорки, совсем не королевские, а скорее… бунтарские.

— Уже услужили, — хмыкнула я. — И часто вы расстёгиваете корсеты незнакомым леди в кладовой для посуды?

— А вы часто просите незнакомцев расстегнуть вам корсет в кладовой для посуды? — парировал он, приподняв бровь.

А он не так глуп, как показалось изначально. И похоже, что совсем не скучен.

— Доверяю расстегивать корсет только тем, кто сможет сказать «прелестно» пятьдесят раз подряд, — ляпнула я.

— Пятьдесят семь? — сказал Валериан, и в его голосе прозвучала усталая ирония. — Я считал. Сегодня мои родители пригласили ровно пятьдесят семь невест.

Принц фыркнул — и тут же прикрыл рот.

— Прелестно! — не удержалась я, хихикнув. — Вам не чужды эмоциональные всплески! А то мне показалось, что вы всегда ходите с такой миной, будто проглотили лимон… и ещё его кожуру, и косточки.

Он рассмеялся по-настоящему: с хрипотцой. Его смех вырвался вдруг, чуть сорванный, с легким надрывом, будто он давно не позволял себе хохотать от всей души.

— Леди Алиана, — сказал он, всё ещё улыбаясь, — с принцами не принято разговаривать в таком тоне. Вы нарушаете сразу пять правил придворного этикета.

— Перечислите, я запишу, — отмахнулась я.— А то этикетология у меня хромает на две ноги и один хвост.

Он прищурился.

— Правило первое: не прятаться в служебных помещениях. Это нарушает иерархию пространства. Дамы должны прятаться в молельнях. Принцы — в оружейных комнатах. А кладовая для посуды — это святыня слуг.

— Простите, ваше высочество, — саркастично присела я в полу-реверансе. — Но вам тоже не следовало здесь появляться, иерархия, знаете ли, она для всех.

— Принцам дозволено несколько большее, чем обычным смертным, — парировал он. — Ваши ответы настолько дерзкие, что я сомневаюсь, собираетесь ли вы выходить за меня замуж.

— А ваши вопросы настолько ироничны, что я сомневаюсь, что вы хотите на мне жениться, — ответила я.

Валериан зажмурил глаза, уголки его губ дернулись вверх. Словно смех снова распирал его, и все усилия уходили на то, чтобы сдержаться.

Когда он открыл глаза, в них всё ещё плясали те самые бунтарские искорки.

— У вас, леди Алиана, — сказал он, всё ещё смеясь сквозь слова, — язык острее, чем у всех пятидесяти семи невест вместе взятых.

— Это комплимент?

— Это приговор. — Он сделал шаг ближе. — Никогда не думал, что девушка может позволить себе так общаться с принцем. Любая из невест, сейчас бы томно вздыхала и спрашивала, люблю ли я закаты.

— А вы бы ответили: «Прелестно».

— С точностью до слова.

Мы оба замолчали.

Мое мнение о принце сильно переменилось. У него острый, как лезвие ум и бунтарские наклонности. Он вовсе не скучающий дурачок, которым почему-то хочет казаться.

И в этот самый момент трубы затрубили.

Но не просто затрубили.

Они взвыли. Нота была настолько ужасной, что даже хрусталь на полках задрожал, а серебряный поднос, который я чуть не сбила, теперь сам звякнул в унисон.

Потом до нас донесся грохот, будто карета врезалась в ворота, а за ней вывалилась целая тыква с лошадьми.

Мы переглянулись.

— Это не по сценарию, — прошептал Валериан.

— Значит, кто-то его переписал, — ответила я.

Мы выскочили из кладовой.

В главном зале воцарился хаос. Гости взволнованно переговариваясь толпились у дверей. Были слышны отдельные возгласы, о какой-то сумасшедшей карете, сбившей лакея у входа, и протаранившей стену дворца.

А церемониймейстер, дрожа всем париком, провозгласил:

— Внимание! Внимание! Прибыла безымянная принцесса из дальних земель! Встречайте же!

И в зал вплыла она.

В платье синего цвета, с шлейфом, который, кажется, тянулся до самой границы королевства. Волосы уложены в безумную причёску.

А на лице легкая вуаль. Ну, типа, узнать ее совершенно невозможно!

Глава 10

Шлейф длинный-предлинный тянулся далеко… а потом застрял в двери, и двое лакеев кинулись его вытаскивать. Но оба не отличались ловкостью, и в итоге шлейф был порван примерно пополам.

— Остолопы! — взвизгнула Золушка. — Будете мне стоимость платья возвращать. Я лично скажу об этом королю.

Лакеи в ужасе принялись просить прощения, Золушка хмыкнув пошла в центр зала. Походка у нее была отрепетирована – два шага, томный вздох, два шага, поворот головы налево, два шага, поворот головы направо.

— Кто это? — спросил Валериан.

— Моя сводная сестрица, Золушка. Только она не хочет, чтобы ее узнавали, — шепнула я.

— Я бы тоже не хотел ее узнавать, — покачал головой Валериан.

В один из поворотов головы Золушка увидела Валериана. Глаза у нее заискрились – цель обнаружена. Она развернулась и направилась в нашу сторону уже прямой походкой. Меня она, разумеется, тоже узнала, но делала вид, что мы не знакомы.

Ох, заигралась милая сестрица!

Принц, поняв, что новая гостья направляется прямо к нему, тут же попытался ретироваться. Но не успел, Золушка оказалась проворней. Она ускорила шаг, и выскочила прямо перед ним.

Прижала ладони к груди и прошептала так громко, что услышали все:

— О, ваше высочество! Как же я мечтала… о вашем… взгляде!

Принц моргнул и вежливо спросил:

— Простите, мы знакомы?

— О, нет! — воскликнула она, делая шаг ближе и чуть не наступив ему на ногу. — Но я слышала, что вы собрали сюда всех красавиц. И тоже решила приехать.

— Прелестно! — Принц хмыкнул.

Золушка явно была в восторге от такого комплимента.

— Кто же вы, милая принцесса? — не удержавшись, спросила я. — Отчего же вы прячете свое лицо?

— Мои злые враги могут узнать меня и навредить мне, — пропела Золушка.

— Неужели ваши враги осмелились явиться сюда? — спросила я.

— О, да! — она испуганно отшатнулась, и, чтобы справиться с испугом, схватилась за грудь принца. — Вы должны меня защитить.

Жаль, что я не могла рассмеяться в полный голос. Такой прекрасный маскарад не каждый день увидишь.

Валериан понял, что слинять не получится, и накинул на себя маску хладнокровия, прямо как во время процедуры знакомства.

— Примите мои заверения, что тут вы находитесь под самой надежной защитой, — сказал он и попытался отцепить пальцы Золушки от своего камзола.

Не вышло!

— Я верю только в вашу силу, — пропела Золушка.

Принц глубоко вздохнул. Потом обвёл взглядом зал — и увидел своих родителей. Они только что вошли и королева-мать старательно стала делать знаки, чтобы он не тормозил и пригласил эту славную девушку на танец.

Я ее понимаю, издали Золушка выглядит очень даже обворожительно.

Да и задача у короля с королевой была форсировать события, чтобы не остаться без внуков и наследников.

Принц закрыл глаза. Потом, с видом человека, идущего на казнь, протянул руку Золушке.

— Леди… не соизволите ли вы… потанцевать?

Золушка взвизгнула от восторга.

— О, да! Вы меня уговорили! — И, не дожидаясь музыки протянула руки в каком-то замысловатом движении.

— Ну что ж, ваше высочество, удачи, — шепнула я на ухо Валериану.

Бросив на меня тоскливый взгляд, он вместе с Золушкой вышел вперед.

Музыка заиграла, пары закружились в танце.

С первых же шагов стало ясно: что если Золушка училась танцевать упражняясь с метлой и тряпкой, то она ошиблась в выборе учителей. Она навалилась на принца и принялась извиваться, как угорь в сиропе.

— О, ваше высочество! — прошептала она, запрокидывая голову. — Какой у вас… камзол!

— Благодарю, — сухо ответил принц, пытаясь сделать шаг вперёд. — Вы не могли бы… немного… двигаться в такт?

— Я танцую сердцем! — объявила она. — А сердце не знает такта!

И тут она резко развернулась, увлекая за собой принца… и наступила ему на ногу.

— Простите! — всплеснула она руками. — Это не я! Это пол! Он слишком скользкий.

Принц стиснул зубы. Я видела, как по его виску прыгнула жилка.

— Всё в порядке, леди, — сказал он, стараясь не хромать. — У меня крепкие ноги.

Повинуясь закону танца, они сместились к центру зала, и я больше не могла слышать их разговор. Жаль, давно так не смеялась. У меня даже слезы на глаза навернулись.

— Поздно реветь, ты его упустила, — рядом со мной материализовалась мать. — Ты же почти зацепила его, но он сорвался с крючка.

— Меня обошла эта неизвестная принцесса, — со смехом ответила я.

— Да, эта незнакомка очень хороша, — кивнула мать.

— Неужели ты ее не узнала? — удивилась я.

— Разумеется нет, — совершенно серьезно ответила мать. — Я хорошо ее рассмотрела. Мы с ней не знакомы.

Я пожала плечами, или это какая-то магия, или мать надо показать лучшему офтальмологу королевства.

Глава 11

Танец Золушки и принца подходил к захватывающей кульминации. Я с немалым удовольствием наблюдала за развитием событий. Жаль, то тут не давали попкорн, а лишь бегал лакей с прохладительными напитками.

Ладно, я подхватила вишневый лимонад и замерла в ожидании.

И они не разочаровали меня, после всех примочек, когда ноги принца были сплошь были покрыты синяками от изящных хрустальных туфелек, заиграли последние аккорды.

В этот момент Золушка попыталась совершить какой-то немыслимый пируэт, а вместо этого уцепилась шпилькой за шлейф другой приглашенной дамы. И обе начали медленно, но неотвратимо тянуть друг друга в разные стороны.

— Отвяжитесь! — прошипела другая дама, пытаясь сохранить достоинство, и мило улыбаться принцу.

— Сама отвяжись! — всхлипнула Золушка. — Прицепилась тут.

И она тоже стала мило улыбаться принцу.

Валериан, пытаясь разнять их, случайно наступил на шлейф сам — и запутался в нём, как в паутине.

В этот момент музыка внезапно оборвалась.

Все замерли.

Король с королевой зааплодировали. Может даже решили — сын определился с выбором. А его обреченный взгляд истолковали, как легкую растерянность перед объектом своей любви.

Король кивнул церемониймейстеру, и тот провозгласил:

— Приглашаем наших гостей отведать мороженое с сюрпризом. На дне одной из вазочек лежит хрустальный шарик. Та девушка, которой он достанется, получит поцелуй от принца.

Валериан, который наконец-то сумел выпутаться из шлейфа, внезапно побледнел. Очевидно, любимые родители забыли предупредить его о сюрпризе.

Ну, держись, очаровательный принц!

Девушки бросились в соседний зал, где раздавали мороженое с сюрпризами. Золушка неслась первой, звонко цокая хрустальными шпильками. А Валериан предпринял отчаянную попытку сбежать, но был остановлен собственной матушкой.

К сожалению, я не слышала, что она говорила, но вероятно там были довольно резкие высказывания. Валериан бледнел все сильней и сильней.

— Иди же скорей, — мать моя отняла у меня пустой бокал, и схватив за руку, потащила следом за прочими невестами. – Ты должна выиграть.

— Толку-то, — хмыкнула я. – Подумаешь, поцелуй...

— Не говори глупости, это знак внимания. Тебя заметят король с королевой. И принц сразу влюбится в тебя.

— От одного поцелуя?

— Да. Это таинство любви.

Я не стала ничего отвечать. Или в этом мире любовь идет по своим законам, или у матери слишком устаревшие взгляды на поцелуи.

Мы вошли в мороженный зал... не знаю, как он назывался на самом деле. Большой пышный зал с хрустальной люстрой, большими окнами и огромным столом с мороженым. Невесты старательно стучали ложками, заглатывали холодные куски, пытаясь не пропустить заветный шарик.

Не успела я подойти к столику, где раздавали данное лакомство, как мне навстречу выпорхнула Золушка.

— Вот, угощайтесь, — она протянула мне вазочку с мороженым. — Я решила позаботиться о вас.

Мне стало дурно.

— Очень мило, но я и сама могу взять свою порцию. И вообще у вас тут шоколадное, а я фисташковое люблю с банановой крошкой.

Мать дернула меня за руку.

— Почему ты так грубо разговариваешь с заграничной принцессой? – возмутилась мать и ткнула меня под ребра. Если бы принц любезно не ослабил мой корсет, я бы могла не пережить этот удар. – Возьми у нее мороженое.

Выхода не было, второй такой тычок я не выдержу.

Я взяла вазочку, которую так старательно подсовывала мне Золушка. Интересный пердюмонокль! Угощения от милой сестрицы не всегда бывают безопасными.

Мать, не знаю почему, не узнавала Золушку и принялась мило с ней общаться на темы погоды и цен на овечью шерсть. А я, помешивая ложечкой мороженое, отошла к окну.

Выглянула.

Внизу стояла карета, по форме напоминающая тыкву, возле нее две серые лошадки с мышиными мордами.

Улучшив момент, я выкинула мороженое, оно шлепнулось прямо возле одной из лошадей. Та не раздумывая, принялась слизывать лакомство с земли. Через минуту она заржала истошным голосом и превратилась в мышь. Мышь позеленела и задергалась в конвульсиях.

Нормальное угощение! Ну, а чего еще ожидать от милой сестрицы?!

— Ну как? – Ко мне подскочила Золушка. И уставилась в ожидании того, что я позеленею и забьюсь в конвульсиях.

— Увы, но там нет хрустального шарика.

Золушка быстро отмахнулась и принялась осматривать меня со всех сторон, в поисках хоть какого-то вреда от подмешанного яда.

— Даже горло не заболело? – Золушка была крайне расстроена.

— Нет, только пятка зачесалась, — вздохнула я. И сдержалась, чтобы не добавить, как этой пятке захотелось пнуть чей-то зад в синем платье.

— Все скажу ведьме-крестной, — буркнула Золушка.

— Что простите? – удивилась мать.

И я удивилась... но быстро пришла в себя. Это в нормальной сказке должна быть фея, а тут именно ведьмовскими шутками попахивает.

— Ничего, — смутилась Золушка. – Я хотела сказать, что хрустальный шарик достался мне.

Она гордо подняла над головой этот самый шарик.

Не знаю, он ей достался при помощи колдовства, или это был честный выигрыш. Честность моей сестрицы – вещь весьма сомнительная.

— Он мой! — провозгласила Золушка. — Я честно выиграла поцелуй.

В зале раздались восторженные аханья, завистливые всхлипы и фальшивые улыбки.

Глава 12

Церемониймейстер, расправив парик, торжественно возгласил:

— По древнему обычаю, принц Валериан обязан воздать почести победительнице! А именно поцелуй!

Все головы повернулись к принцу.

Тот стоял у колонны, бледный, как недожаренный пирожок. Мне показалось, что он пытается слиться с этой самой колонной на манер ниндзя, и каким-то чудом его никто не заметит.

— Ваше высочество? — мягко, но настойчиво позвала королева. — Не заставляйте ждать вас.

— Да, сынок, — добавил король, поправляя корону. — Это же таинство любви.

Валериану никакого таинства не хотелось. Он глубоко вздохнул, будто прощаясь с последними остатками свободы, и медленно направился к Золушке.

Та, уже слегка запрокинула голову, приоткрыла губы и прижала ладонь к сердцу так, что чуть не вывихнула себе палец.

— О, ваше высочество! — пропела она, следя за приближающимся принцем. — Я так трепещу от счастья! Это как во сне.

Я поняла, принца надо спасать. Трепещущая Золушка – та еще напасть.

Быстро огляделась. Слуги таскают пустые вазочки от мороженого, от них толку мало. А вот лакей с подносом, полным прохладительных напитков очень надо пригодится.

Идея вспыхнула.

Я шагнула вперёд, и с громким «ой!» врезалась в лакея.

— Простите! — воскликнула я, хватаясь за поднос. — Полы такие скользкие.

«Случайно» надавила на край. Поднос накренился, я поддала по нему рукой. Бокалы зазвенели, взлетая. И — всё содержимое вылилось прямо на голову несчастному принцу.

Он стоял посреди зала мокрый и... в его голове зарождалась идея собственного спасения от предстоящего таинства.

— Продолжим! — потребовала Золушка.

— Ни в коей мере, — покачал головой принц, тщательно скрывая радостную улыбку под маской благородного сожаления.. — Это же неуважение, целоваться в таком мокром виде.

— Вы обязаны! — топнула ногой Золушка.

— В мокром виде никак нельзя! — принялся отступать принц.

Понимая, что судьбоносного поцелуя не будет, Золушка в ярости схватила первую попавшуюся вазочку с мороженым и швырнула в меня.

— Это всё твоя вина! Ты отвлекла принца!

Вазочка просвистела мимо моего уха (спасибо, инстинктам выживания, отработанным за долгие годы учительства) и угодила прямо в огромную хрустальную люстру. Бросок у сестрицы что надо! Странно, что ее в баскетбол не отдали.

Люстра закачалась. Потом — с треском оборвалась.

И рухнула прямо на стол с мороженым.

Бах!

Холодные брызги, осколки хрусталя, крики, паника — всё смешалось в один великолепный хаос. А мне в руки вдруг откуда-то упал хрустальный шарик. Я поспешно запихала его в карман.

Значит, у Золушки все же был фальшивый! Настоящий то ли с люстры свалился, из запущенной в меня вазочки. То ли вылетел из всеобщего хаоса.

Все бросились врассыпную. Король и королева прижались к стене. Лакеи метались, пытаясь собрать осколки. А Золушка, в панике полезла под стол. Надеюсь, что она перепугалась, а не планировала оттуда запустить очередную гадость.

И в этот момент Валериан схватил меня за руку и поспешно шепнул:

— За мной должок, — выскочил из зала, чтобы переодеться и... и уже не возвращаться.

Через каких-то полчаса порядок был восстановлен.

Испуганных гостей отпаивали лимонадами. Несчастную Золушку утешали всякими дополнительными призами королевского производства...

Король, видимо, чувствуя вину за то, что его сын сбежал, подошёл к ней с величавым видом и поцеловал… в лоб.

— Вот, дитя, — сказал он, — королевский поцелуй! Он даже лучше принцевского.

Мне очень хотелось узнать, что ответит Золушка, но я не узнала, меня пребольно схватила за локоть женщина, которая родила мен... эээ почти меня, которая родила Алиану..

— Алиана! — воскликнула мать. — Ты где была?!

— Здесь.

— Нам пора уезжать. Принц слег с мигренью. Танцы отменяются.

— Весьма печально, — выдохнула я. Невероятно радуясь, что мои кульбиты с подносом она не заметила, а то пришлось бы слушать нотации до второго нашествия гоблинов...

— Но зато второй бал состоится уже очень скоро. Там-то уже я постараюсь, чтобы ты ничего не упустила. И танец с принцем, и тихое свидание в беседке.

— Какое свидание?

— Пока еще не знаю, но я обязательно что-нибудь придумаю, чтобы оставить вас наедине.

Благоразумно я промолчала о том, что вообще-то мы уже были наедине в кладовке с посудой.

Карету нам подали молниеносно. Мы отъехали от дворца, и матушка достала конверт с золотой тесемкой.