Полная версия
Зазеркалье
Нинэлла Кукса
Зазеркалье
© Н. Кукса, текст, 2026
© Издательство «Четыре», 2026
* * *Об авторе
Нинэлла Кукса-Слободчикова
Окончила Иркутский государственный мединститут.
До 2014 года проживала и работала в Иркутской области. В настоящее время живёт в г. Бердске.
Изданы книги стихов: «Мгновения», «Осень жизни моей», «Белоснежный всплеск», «Синева», «Зеркала». Печаталась в коллективных сборниках стихов «С Илимом связаны навек», «Свет Астреи», «Российская поэзия 2022», «Наш Пушкин», «Город Истин», «Постановка “Жизнь”», «Сумерки души», «Мой край», «Время героев», в альманахах Русского литературного центра «НФ», «Русская история ужасов», «Родина».
Лауреат региональных, областных поэтических фестивалей «Золотая рождественская звезда», «Тареевские чтения», «Дедовские чтения».
Издана книга прозы «Вероника и хрустальный шар».
Зазеркалье
Часть I
Глава первая. Ольга
Знаешь, моя герань зацвела за окном.
Ночами ещё свежо, а она мне – сюрприз!
Ирина ПавловнаДень выдался тёплый, безветренный. По небу лениво бежали белоснежные шапки облаков. Ольга закрыла глаза, запрокинув голову. Если не видеть дом и сад, то кажется, что попала в другой мир. «Приэльбрусье», – мечтательно прошептала она. Никто не знал, как её манили горы, заснеженные вершины, потоки ручьёв и речек, сбегающие с высоты, и ветер, вольный ветер, нёсший ароматы альпийских лугов, который кружил голову и навевал счастье. Она открыла глаза. Её сегодняшний день был расписан, как всегда: теплица – помидоры разрослись так, что невозможно пройти по проходу, и окна дома надо помыть снаружи. Казалось, недавно это делала, но снова пыль и паутина. Вездесущие пауки неутомимо плели свои сети… Ольга заглянула в теплицу и почувствовала непреодолимое желание скрыться, сбежать от этой повседневной рутины. «Перенесу всё на завтра, а сейчас поеду и погуляю в лесу».
Ольга жила в Сибири. «Рябиновый город» – так назвал его в своих стихах один из местных поэтов.
Ольге, когда она гуляла по нему весной и видела белоснежную кипень яблонь, город казался яблоневым. Но сейчас стоял август, и, как сказал Валерий Брюсов, «Август – уже не лето, август – ещё не осень». Такие мысли крутились в голове Ольги на широкой дорожке лесопарковой зоны города в окружении высоких сосен. Она вдыхала свежий лесной аромат и фотографировала картинки уходящего лета. Сквозь окружающую тишину Ольга услышала нерусский говор. «И сюда забрались!» – неприязненно подумала она, свернув с дорожки в гущу леса, и пошла по чуть заметной тропинке. Мысли текли сами собой, и незаметно она оказалась в незнакомом месте. Ольга огляделась и увидела впереди небольшое озерцо. Подойдя поближе, она изумлённо вгляделась в кристально чистую, прозрачную воду, в которой отражались кроны деревьев и облака. Вода оказалась пронзительно-холодной, словно с горного источника. Она присела на поваленное дерево и вгляделась в озеро. Словно овальное лесное зеркало в окружении зелёных трав. Оно необъяснимо притягивало её, манило в свою глубину.
Ольга заворожённо смотрела, не в силах оторваться. Почти рядом она снова услышала незнакомый говор. Вскочив, она запнулась о корягу и полетела в воду. «Я же плохо плаваю! – вертелась в голове мысль. – Вот и погуляла…» Но вода окутала её коконом, закружила и понесла в быстром, бурлящем потоке и выбросила на берег горного озера. Ольга огляделась. Кругом, куда падал взгляд, высились огромные вершины заснеженных гор. Озеро было расположено на плато, среди цветущего луга. Порхали бабочки, щебетали и пели птицы, воздух был пропитан запахами цветущего разнотравья, где пробивался знакомый, с горчинкой аромат, от которого кружилась голова. «Это же герань! Герань “великолепная” на диком лугу…» Ольга пригляделась. Подножье одного из склонов было усыпано разноцветными соцветиями герани. Лиловые, голубые, белые, алые, фиолетовые необычайно крупные махровые цветы создавали ощущение праздника и волшебства. «Ну и сюрприз! Никогда бы не подумала, что герань растёт так». Ольга с любопытством посмотрела по сторонам: «Надо обойти вокруг озера, поглядеть, есть ли отсюда выход».
Ольга шла по неизвестно кем утоптанной тропинке. Окружающая красота ласкала взор, завораживала, пьянила. Хотелось её пить и пить глазами.
Казалось, здесь царило вечное лето. «Хорошо-то как! – посещала неоднократно Ольгу мысль. – Так бы и осталась здесь! Тишина и покой!»
Она уже во второй раз огибала озеро, когда услышала незнакомую речь. Ей наперерез выскочили низкорослые человечки в широкополых шляпах.
– Кто вы? Кто ты? – одновременно воскликнули они. – Как ты сюда попала? Это наше место!
– Я… я случайно, – прошептала Ольга. – Как попасть домой?
Человечки переглянулись…
– Мы – гномы, старожилы, хранители этих мест. Ещё ни один человек не забредал сюда, место скрыто от глаз густым туманом, горы делают недоступными все подходы, сюда можно попасть только одним путём – через портал, который открывается один раз в году в месяц серпень или зарев, когда небо пылает зарницами.
Ольга беззвучно заплакала, слёзы непроизвольно катились из глаз. Ещё недавно она хотела остаться здесь навсегда, а сейчас сама мысль, что ей придётся провести здесь год среди незнакомцев, приводила её в ужас.
– Что мне делать? Я хочу домой!
Гномы рассмеялись…
– Портал откроется через две недели, это открытие портала было непредвиденное, экстренное. Две недели тебе придётся здесь прожить.
Гномы отвернулись от Ольги и поспешили в глубь горы, на склоне которой разрослась герань, в большую пещеру с многочисленными проходами, скрытыми от любопытных глаз. В пещере, словно искусно вырезанные мастером, росли разноцветные сталактиты и сталагмиты. Гномы довольно заулыбались, видя изумление Ольги. «Это кристаллы застывших драгоценных камней. Один мы доставили в ваш мир – в Россию, для производства высокоточного оружия. Наша раса хоть и древняя, но искони стоит на страже интересов Руси. Теперь будет перелом в войне». Гномы проводили Ольгу в большую пещеру и накормили вкусным обедом из пахучих трав, на столе стояли кубки с нектаром и много незнакомых ей блюд, от которых наступил прилив внутренней энергии и силы. Две недели пролетели как во сне. Ольга вновь почувствовала себя молодой, свободной от забот и тягот жизни. Она помогала гномам собирать лекарственные травы на лугу, попутно узнавая новые, доселе ей неизвестные лечебные свойства растений. Плела венки из экзотических цветов, кружилась на полянке в медленном танце, пела песенки, которые навевал ей горный ветер. Она была счастлива. Через две недели гномы подвели Ольгу к озеру:
– Прыгай, не бойся!
Она зажмурила глаза и прыгнула.
Пригревало солнышко, последние ласковые лучи скользили по лицу женщины, спящей на лесной полянке. День клонился к вечеру. Она потянулась и открыла глаза. Над головой шумели ветви сосен, раскачивающиеся под дуновением ветра. Ольга вскочила. «Где озеро?» Там, где недавно искрилась под солнцем прозрачная вода, застыла мутная дождевая лужа. Озера не было и в помине. «Неужели приснилось?!» – растерянно подумала Ольга. Она посмотрела на часы. «Проспать в лесу четыре часа – как такое возможно? Надо скорее домой, уже вечер». Дома Ольга с удивлением нашла в карманах куртки семена.
– Это же герань! – с восторгом воскликнула она. – Посажу за окном. А это что? – В руках она держала янтарно-багряный кристалл – подарок гномов. – Всё-таки не приснилось!
Она знала, что это событие, эти дни безграничного счастья она будет вспоминать всю оставшуюся жизнь. Она побывала в Зазеркалье, в другом мире. Чтобы попасть туда, надо найти особое зеркало. За каждым таким зеркалом скрывается свой необычный, непознанный, удивительный мир.
Глава вторая. Атлантида
Вечерело. Ольга лежала у себя дома на кровати и смотрела в окно. На небе плескались зарницы. «Опять будет дождь!» – тоскливо подумала она. Уже неделя прошла, как Ольга вернулась из Зазеркалья. Она чувствовала: что-то разрушилось бесповоротно в её повседневной жизни, обыденность угнетала. Последнюю неделю ей каждую ночь снился остров в океане и мужчина на берегу, который звал её. «Агати!» – слышалось ей в пене волн. Среди бирюзового моря возвышался белоснежный таинственный город с пленительной красотой, он, казалось, тоже звал её: «Вернись, вернись!» Ночью она просыпалась от сердцебиения и неизбывной грусти, как будто потеряла что-то необычайно важное, дорогое в своей жизни. Весь день она проводила в предвкушении чего-то неповторимого, но день угасал, и ничего не случалось. Она подходила к зеркалу в своей комнате и долго смотрела в него… «Вот она я, забери, перебрось меня в Белый город».
Но всё было бесполезно.
– Александр! – вдруг внезапно закричала она. – Я здесь! – и непроизвольно коснулась кристалла у себя на шее. Она сделала оправу и носила камень как оберег. Зеркало пошло волнами и засосало её внутрь. Она услышала смешок одного из гномов и поняла, какой подарок они сделали ей. Ольга очутилась на берегу лагуны с белоснежным блестящим песком. В отдалении возвышался красивый каменный город. Навстречу ей спешил мужчина в белой одежде и сандалиях на босу ногу. «Александр, мой Александр!» И волна счастья затопила её, мир исчез, только он и она. «Агати, моя Агати!» – они слились в страстных объятиях и трепетном поцелуе. Когда она очнулась, то увидела, что была в белом одеянии и с венком на голове. «Так вот почему я так любила плести венки в той, иной жизни!» – промелькнуло у неё в голове. Атлантида, страна её грёз, та страна, что снилась ей на протяжении всей жизни… И море, неоднократно воспетое ею в стихах. Но как же так, ведь остров должен затонуть, надо предупредить Александра. И имя, до боли знакомое имя, ведь это его она искала во всех Александрах, встречавшихся у неё на пути. Встречала и не находила. Они стояли на берегу, не в силах разомкнуть объятия.
Объятия! Так умел обнимать только он один, требовательно и нежно.
Подземный толчок прервал их, на берег обрушился огромный вал воды. Надо спешить. Ольга рассказала Александру, какая участь ожидает остров, что он должен полностью уйти под воду, и никто не спасётся. Она увидела суда в гавани. Вот оно, спасение! Через некоторое время был собран совет, и было решено загрузить на суда все достижения, технические и научные, всё значимое, что создавалось на острове тысячелетиями. Население острова полностью спасти не удавалось. Был брошен жребий. Александру выпало остаться на острове. И вот последний счастливчик поднялся на корабль. Но на горизонте показался огромный вал воды и поглотил остров, суда разметало, как щепки, из тридцати смогли продолжить путь двенадцать. И неизвестно, сколько их сгинуло на бескрайних просторах морей.
Ольга очнулась утром, в руках она крепко сжимала кристалл. Одежда и кровать пропахли морской водой. На кровати лежали морские водоросли, песок. Она опечалилась: вот и ещё одна страница её жизни прочитана, но облегчения это ей не принесло…
День в опаловых сумерках гаснет,В окоём уплывают мечты.Солнце в пурпуре пламенном вязнет,Там, в пучине, находишься ты!Глава третья. Зов прошлого
Пекло такое, что кровь кипит…
– Опять припозднилась! Давно уже надо спать.
Ольга захлопнула книгу. Последнее время она увлеклась эзотерическими практиками, составлением натальных карт, гороскопов…
– Что-то в комнате жарковато стало!
Ольга распахнула окно настежь – повеяло прохладой августовской ночи, пряными ароматами сада, горчила герань за окном. Её взгляд упал на зеркало платяного шкафа в спальне.
– Что это? – Зеркало полыхало огнём. – Пожар, что ли, где-то? – Ольга выглянула в окно. На небе затухали последние багряные полосы заката.
– Что это с зеркалом? – Она подошла ближе, недоумённо вглядываясь в амальгаму стекла. Оттуда веяло жаром, пеклом, огнём. Она коснулась стекла и затянулась внутрь.
– Ведьма, ведьма! – кричала с надрывом толпа разношёрстно одетой публики, собравшаяся у столба с привязанной к нему женщиной. «Это же я!» – промелькнула мысль. Под ногами женщины был разложен горящий хворост, веяло дымом. Огонь уже подбирался к ногам.
– Именем инквизиции, – раздался голос, показавшийся ей знакомым, – баронесса Франческа Висконти будет сожжена за занятие колдовством…
Голос потонул в криках толпы:
– Ведьма, ведьма, смерть ведьме!
Ольга-Франческа машинально коснулась груди. Кристалл был на месте, он тускло светился в горящем пламени. На ней было длинное белое платье, расшитое драгоценными камнями, пышные рыжие локоны струились по плечам и груди. На ногах ничего не было, она была босиком, словно простолюдинка. Девушка гневно сверкнула большими зелёными глазами, с презрением глядя в толпу. В толпе стояла плачущая служанка Катерина.
– Зеркало! – закричала ей Франческа. Катерина дрожащими руками бросила маленькое, изящное, в серебряной оправе зеркальце. Франческа поймала его свободной рукой. Хорошо, что она была привязана за ноги и туловище, руки были свободными.
– Домой, – хватаясь за кристалл и глядя в маленькое зеркальце, прошептала она. Толпа изумлённо ахнула: ведьма исчезла.
Франческа бегала по роскошным комнатам замка, лихорадочно думая, что ещё ей понадобится на период скитаний. То, что в фамильный замок в ближайшее время ей не вернуться, она понимала.
– Катерина, собирай вещи, мы уезжаем! Скажи Петруччио пусть седлает коней, – она сняла с себя кристалл и задумчиво оглядела со всех сторон: положить со всеми драгоценностями или надеть снова?
– Хочу домой, – промелькнули в голове слова.
– Нет времени – только мне подселенки не хватало!
Конечно, она благодарна за неожиданное спасение, за кристалл и зеркало, но всё это может подождать. Надо скорей убраться из замка.
– Пожалуй, надену! – И она вновь вернула кристалл на шею – может, ещё пригодится. Ольга не могла понять, почему кристалл не возвратил её обратно и почему она должна разделить участь этой непонятной властной женщины… Что значит «подселенка» и как теперь вернуться обратно? У неё заканчивается отпуск, через две недели на работу. «Уволят», – пронеслось у неё в голове.
– Я не совсем понимаю, о чём ты, но мы можем общаться мысленно, я слышу все твои мысли. Это, конечно, не совсем удобно, но выхода нет.
Франческа схватила шкатулку с драгоценностями и поспешила из комнаты. Во дворе стояло две кареты. Одна – с золочёными дверцами, бархатными сиденьями, фамильным гербом…
«Верх помпезности», – подумала Ольга. Франческа усмехнулась и поспешила к простой, скромной карете.
– Петруччио, поскачешь как можно быстрей в наш замок в Пизе и на пути старайся не останавливаться. Если остановят – вот письмо, скажешь, баронесса велела доставить. Я поеду с Антонио.
Катерина бросила на жёсткие сиденья подушки, загрузила дорожные сундуки, и карета тронулась.
«Ну, теперь рассказывай, – мысленно приказала Франческа, и Ольга начала своё повествование. – Всё с самого начала, ничего не пропускай». Когда та закончила, Франческа долго молчала. «Не знаю, чем тебе помочь. Дорога будет длинной, может, в пути что-нибудь придумаю. Мы едем в охотничий домик у подножия высоких гор, его построил ещё мой дед, о нём мало кто знает, думаю, нас там не найдут. По пути заедем к дальнему родственнику Алессандро Белдуччи. Ты будешь моими глазами, да и реакция у тебя хорошая. Что ты там вспомнила на костре об Александре, кто это такой, кого ты узнала в инквизиторе?»
Ольга неуверенно рассказала об Александре, в которого была влюблена в юности, о любви, сжигающей их обоих, и о тяжёлом разрыве. Может, ей показалось, но, когда инквизитор опустил капюшон, она увидела голубые глаза и цвета пшеницы волосы. Это длилось мгновение, но она уловила усмешку в его глазах. Карета неспешно двигалась по мощёной дороге. В глубоких сумерках они въехали во двор старого замка.
– Кажется, прибыли, не говорим никому, куда направляемся, – приказала Франческа слугам. Они вошли в замок, сделанный из тёсаных камней, с двумя высокими башнями, с окнами-бойницами, задняя стена замка прилегала к горе, внешне он создавал впечатление неприступного сооружения с подъёмным мостом и коваными воротами. Внутреннее убранство поражало своей роскошью. Стены были драпированы парчой и гобеленами. В некоторых залах стены были из отделочного камня, пол мраморный или каменный, с мозаикой. На стенах – многочисленные картины. Поражали высокие сводчатые потолки замка и обилие свечей, освещающих залы.
Ольга, мельком бросив взгляд на окружающую обстановку, не отводила глаз от хозяина – высокого брюнета с волнистыми волосами и пронзительными карими глазами. От него веяло холодом и разрушением. От улыбки делалось не по себе. Меж тем Франческа любезно ворковала с дядей, так она его называла, ничего не замечая. Было решено остановиться на ночь, а утром продолжить путь.
А ведь этот Алессандро был копией ещё одной любви Ольги, тоже закончившейся расставанием. Причём инициатором была она. «Интересно устроен мир, – в который раз подумала Ольга. – Зачем на её пути встречаются эти двойники, какой в этом смысл? Или затем, чтобы показать ей, сколько иллюзий она питала в жизни напрасно, сколько ненужных страданий, терзаний… Но от этого двойника надо держаться подальше, напрасно Франческа ему так доверяет». Ночью, когда Франческа заснула, Ольга услышала, как за окном послышался шум, открылись ворота и раздался конский топот. «Отправил гонца», – поняла она.
«Вставай, Франческа», – послала мысленный посыл девушка. Ольга поделилась с ней своими опасениями. Было решено немедленно выезжать. Едва забрезжил рассвет, они покинули замок, не попрощавшись с хозяином. Им предстояло ехать ещё двое суток.
Окружающая местность менялась, природа делалась более дикой, извилистая дорога вела в гору. После прошедших дождей мелкие речонки и ручьи вышли из берегов и неслись стремительным потоком. Подъехав в очередной раз к мосту, они остановились. Часть боковой конструкции была разрушена, и сам мост ходил ходуном от грозного потока внизу. Что делать, искать другой? Но вряд ли он будет лучше. И как это сделать по бездорожью? И тут они увидели погоню. Пять всадников догоняли их…
Времени на раздумье не оставалось, и беглянки вступили на хлипкую переправу. Мост под ними стонал и прогибался, доски разъезжались в разные стороны. Как им удалось перебраться, они и сами не поняли. Словно с ними была высшая сила. Забравшись на пригорок, они остановились, глядя, как пятеро наездников несутся по шаткому мосту. Но едва те достигли середины, как всё сооружение дрогнуло, переломилось пополам, и бурный поток унёс доски, брёвна и всадников, перемалывая их в своих водах. «Вот и всё», – выдохнули они с облегчением. Можно двигаться дальше.
Через день они по подъёмному мосту въехали за массивные ворота, мост поднялся вслед за ними. Охотничий домик оказался замком в миниатюре, где их любезно встретили слуги.
И потекли медленные дни пребывания в покое и безопасности. Ольга впитывала магические ритуалы, которые каждый день совершала Франческа, запоминала заклинания, смотрела, как та разбрасывает и читает руны. Словом, училась колдовать и не только. Франческа по её просьбе каждый день подходила к зеркалам замка, трогала кристалл, но зеркала не отзывались. За это время Франческа и Ольга сроднились, стали как сёстры и подолгу беседовали друг с другом, делясь потаёнными секретами. Так, Ольга узнала, что лет пять назад инквизитор, он тогда им ещё не был, сватался к Франческе, но та ему отказала, решив посвятить себя магии. Как-то вечером в замок принесли гнома со сломанными ногами – в горах произошёл обвал, гном упал в речушку и был вынесен водой прямо к замку. Ольга руками Франчески наложила ему шины из подручных средств – в той жизни она была хирургом – и с помощью трав, собранных в предгорье, выхаживала его, пока он не пришёл в сознание и не смог сам передвигаться на костылях, сделанных по Ольгиному рисунку.
В один из дней та рассказала ему свою историю, как гномы подарили ей кристалл и что из этого вышло. Гном обещал ей помочь вернуться. Но кристалл должен остаться в этом мире, служить новой хозяйке. Наконец гном с Франческой отправились к местному озеру, чтобы отправить Ольгу домой.
Стояла тёплая осенняя погода. Пригревало ласковое солнышко. Нежный ветерок окутывал дуновением. Гном подошёл к озеру, прочитал непонятное заклинание, вода в озере забурлила, опала и стала кристально чистой. «Прощай, сестра», – прошептала Ольга, и наступила тишина. Сколько ни пыталась Франческа вызвать ту, к которой успела так привязаться, никто не откликался.
Когда Ольга очнулась, она лежала на полу комнаты своего дома, зеркало платяного шкафа было всё в трещинах, поэтому она не смогла вернуться самостоятельно. Она вышла на работу, но в памяти навсегда остались удивительные события того времени и сама Франческа. «Мы ещё встретимся, встретимся обязательно!» – шептала девушка.
Глава четвёртая. СВО
Душа в золе, душа в печали,
Где Родина горит в огне…
Все как один мы молча встали,
Чтоб перекрыть путь сатане!
Ольга стояла за операционным столом в импровизированной операционной уже шестой час, раненые поступали непрерывным потоком, она была дежурным хирургом в полковом медицинском пункте, оказывала неотложную хирургическую помощь тем, кого невозможно доставить в госпиталь из-за тяжести ранения. Второй хирург, Василий Иванович, молодой, сразу после вуза, стоял на сортировке. За синие очи его прозвали Василёк. Ему помогал фельдшер Алёша. Вчера они потеряли из-за обстрела беспилотниками двух врачей и двух медсестёр и ждали пополнения. Начальник ПМП уехал за медперсоналом.
Три месяца назад главный врач собрал всех докторов на планёрку и сказал: «Поступила разнарядка на нашу больницу отправить двух хирургов на СВО. Есть желающие?» Наступило тягостное молчание. У всех семьи, дети. Ольга подумала и решила: «Поеду». Вот так она попала на фронт. Она много читала про СВО, но даже и представить себе не могла, насколько всё тяжелее и ужаснее. Вот и сегодня в результате тяжёлых боёв на Харьковском направлении у неё не было возможности передохнуть: две ампутации, ноги были буквально размозжены, спасти конечности не удалось, двое ребят останутся инвалидами.
Работать приходилось под постоянным обстрелом. Гул снарядов, звуки разрывов создавали ощущение конца света. Ольга привыкла и давно не обращала на это внимания. Ей помогала операционная сестра Людочка. Ольга усмехнулась: и всё-то у неё – Людочка, Василёк, Алёша, Ванечка – водитель скорой помощи. Санитарка Мария Ивановна, которая приехала в госпиталь ухаживать за раненым внуком, да так и осталась – баба Маня. Вот и сейчас доносится её ласковый голосок: «Потерпи, родимый, сейчас врач освободится». Единая, сплочённая семья. Наложив тугую повязку очередному раненому, Ольга вышла подышать свежим воздухом. Следом выбежал Алёша.
– Куда вы, Ольга Николаевна?! Беспилотники лютуют, командир приходил – через час основную партию раненых увезут в госпиталь. Наши наступают, приказ занять подземный блиндаж и развернуть там операционную с перевязочной.
Отправив раненых, Ольга пошла осматривать блиндаж. Подземное сооружение, оставленное укрофашистами, состояло из нескольких просторных комнат, одну можно оборудовать под комнату отдыха, хоть и временно, но это всё же лучше, чем простая палатка. Комнаты просторные, толстые балки из брёвен создавали ощущение надёжности.
– Николаевна! Что-то командир к нам зачастил, – лукаво щурясь, проговорила баба Маня. – Вон ты какая у нас красавица!
В блиндаже висело зеркало, в котором отражалась усталая молодая женщина с пышными светлыми волосами с лёгкой рыжиной, с зелёными глазами, яркими пухлыми губами, стройной фигурой. Волосы под белой медицинской шапочкой были небрежно собраны в тяжёлый узел.
– Василёк, что там у нас, всё спокойно?
– Да, Ольга Николаевна.
– Тогда перевозите оборудование.
Через час они были готовы к работе.
– Ольга Николаевна, отдохните, я подежурю.
Ольга пошла в комнату отдыха.
«Немного подремлю, и всё, завтра приедет сменщик». Последний день на передовой, заканчивается её работа на СВО. Командировка была подписана на три месяца. Она прилегла и заснула. Проснулась от криков и стонов. Ольга вбежала в перевязочную и увидела командира полка, к которому они были приписаны, с оторванной рукой – из раны хлестала кровь.
– Быстро в операционную! – закричала она.
Обработав рану и остановив кровотечение, Ольга склонилась над раненым:
– Всё будет хорошо!
