Дарквелл: Пробуждение тьмы

– Все нормально, – выдохнула Астрид. – Идите. Я сразу за вами.

– Это ненормально! – Габриэлла почти сорвалась на крик. Страх за подругу болезненно сжимал сердце. – Ты не должна оставаться здесь одна!

Зейран продолжал крепко держать Астрид за плечо.

Его лицо оставалось непроницаемым, но взгляд был тяжелым и сосредоточенным. Он чувствовал, как пробудившаяся сила Морфоса постепенно берет верх над ее сознанием. Одно неверное движение – и обратной дороги уже не будет.

Вокруг них бушевала некротическая энергия. Темные потоки кружили над землей, словно живой шторм, медленно смыкая кольцо.

– У нас нет времени на споры,– твердо сказал Мёрт. – Я слишком хорошо тебя знаю, Астрид. Ты не пойдешь за нами.

Тьма вновь ударила по сознанию.

Она ощущала, как чужие голоса цепляются за разум, впиваются в него, пытаясь вытеснить каждую собственную мысль.

Но сильнее всего было другое.

Страх.

Страх, что друзья погибнут рядом с ней.

– Я сказала... уходите, – процедила она сквозь зубы.

Чернота медленно расползлась по ее глазам. Под кожей проступили потемневшие вены, клыки удлинились, а голос прозвучал уже не совсем человеческим.

– Вон!

Все невольно замерли.

Даже воздух вокруг будто стал тяжелее.

– Нет, Коллад, – жестко произнес Агидиус. – Мы вытащим отсюда твою задницу, даже если ты будешь брыкаться.

Астрид до боли стиснула челюсти.

В голове вновь зазвучал голос Соаре.

Потом десятки других. Сотни.

– Уходите... – уже почти без сил произнесла она.

Теперь это была не команда.

Это была просьба.

Она подняла взгляд на друзей.

На их лицах читались тревога, решимость и преданность.

И именно поэтому она не могла позволить им остаться.

Не сегодня. Не рядом с ней.

Зейран приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но впервые не нашел нужных слов.

Он видел, что Астрид еще держится.

Но чувствовал, что с каждой секундой она становится все ближе к той грани, за которой уже не останется прежней себя.

– Пожалуйста... – едва слышно прошептала она.

На мгновение ее голос снова стал прежним.

– Не пострадайте... из-за меня.

Шепот мертвецов становился все настойчивее, переплетаясь с воспоминаниями о тех, кого Астрид потеряла навсегда.

Она понимала одно: друзья не оставят ее.

Но также ясно понимала и другое – они не должны расплачиваться за последствия ее силы.

«Только не они...»

Мысленно она обратилась к мертвым.

«Не подпускайте никого. Кроме Мариз.»

Пространство вокруг дрогнуло, словно сама земля услышала ее приказ.

Некротическая энергия замерла на коротко мгновение, а затем медленно пришла в движение.

Габриэлла, Мёрт, Агидиус и Зейран напряженно наблюдали за происходящим, пытаясь понять, что происходит.

Зейран ощущал это особенно ясно.

Астрид больше не искала источник своей силы.

Она уже была соединена с ним.

И с каждой секундой эта связь становилась глубже.

Глаза Габриэллы, Мёрта и Агидиуса расширились, когда из клубящейся тьмы одна за другой начали проявляться фигуры мертвецов.

Без единого звука они окружили Астрид полукругом, образовав живую стену между ней и всеми остальными.

Никто из них не сделал ни одного лишнего движения.

Они просто ждали.

Ждали следующего приказа.

Сама Астрид почти не замечала их.

Ярость, боль и чувство утраты смешались внутри нее в одну неукротимую силу.

Она ощущала, как энергия свободно течет по телу, словно всегда принадлежала ей.

Будто мертвецы слышали каждую ее мысль еще до того, как она успела оформить ее в слова.

Перед ней вспыхивали обрывки воспоминаний.

Соаре. Его смех. Его голос. Его последнее «Прощай».

Что-то внутри нее окончательно надломилось.

Теперь ею двигала уже не только месть. Она жаждала уничтожить ту, что отняла у нее самое дорогое.

– Говори, – холодно произнесла Астрид. – Расскажи все. Зачем тебе был нужен Соаре? Зачем ты убила его? И что ты имела в виду, говоря о моей судьбе?

По обе стороны от нее безмолвно стояли мертвые души.

Они словно ждали лишь одного слова своей новой хозяйки.

Мариз, распластавшись на земле, подняла взгляд.

В нем по-прежнему читались насмешки и осторожность.

– Встань.

Всего одно слово.

Спокойное. Ледяное.

Мариз медленно поднялась на ноги, не сводя взгляда с Астрид.

На ее губах появилась высокомерная усмешка.

– Ты до сих пор ничего не поняла, Астрид. Твой брат был всего лишь пешкой. Игру веду вовсе не я.

Эти слова ударили сильнее любого оружия.

Хор мертвецов стал громче.

Их шепот слился в единый низкий гул.

Тьма вокруг Мариз начала сгущаться.

Она медленно смыкалась вокруг нее, словно тысячи невидимых рук плели кокон.

Мариз усмехнулась.

– Этим ты ничего не добьешься. Я не призрак, чтобы бояться темноты.

Она хотела рассмеяться снова.

Но смех так и не сорвался с губ. Потому что из сгущающегося мрака на нее смотрели сотни мертвых глаз.

Астрид понимала: Мариз скрывает гораздо больше, чем говорит.

И она не собиралась отпускать ее, пока не услышит правду.

– Я не боюсь твоих угроз, – произнесла она тихо, но каждое слово прозвучало так, словно его повторили десятки голосов. – Игры закончились Мариз. Ты отняла у меня все, что было дорого. Теперь я отниму у тебя единственное, что осталось, – свободу.

Последнее слово эхом разнеслось по полю боя.

Позади Астрид мертвецы одновременно повернули головы.

Словно услышали приказ.

Мариз едва заметно напряглась.

Воздух вокруг нее стал тяжелее.

Невидимая сила медленно сжимала пространство, не оставляя путей к отступлению.

– Ты не понимаешь, с чем играешь, – предупредила Мариз, стараясь сохранить прежнюю уверенность. Но голос предательски охрип. – Мертвыми невозможно управлять.

На губах Астрид появилась холодная улыбка.

– Ошибаешься.

Она сделала шаг вперед.

– Я не боюсь мертвых. Они отвечают на мой зов.

Слова прозвучали спокойно.

И именно это делало их страшнее любого крика.

Мертвецы дрогнули. Словно единый организм. Один за другим они вытянули вперед бледные руки.

Мариз впервые отступила назад.

Всего на полшага.

Но этого оказалось достаточно.

Она испугалась.

– Говори, – приказала Астрид.

Мертвые сорвались с места.

Черные силуэты окружили Мариз со всех сторон.

Ледяные пальцы сомкнулись на ее руках, плечах, ногах, не позволяя даже пошевелиться.

Последним подошел высокий мертвец с обезображенным лицом.

Он медленно поднял руку.

И сжал ее горло.

Мариз судорожно вдохнула. Ее глаза распахнулись.

Она впервые действительно почувствовала прикосновение смерти.

Астрид смотрела на происходящее, ощущая, как чужая сила течет через нее.

Не страдания Мариз приносили ей удовлетворение.

Ее опьяняло другое.

Контроль. Власть. Возможность одним словом заставить сотни мертвых исполнить ее волю.

– Кто? – холодно спросила она. – Если игру вела не ты... тогда кто?

Мариз попыталась вырваться.

Безуспешно.

Хватка становилась только сильнее.

Она подняла взгляд на Астрид.

Теперь в нем не осталось насмешки.

Лишь тяжелое понимание того, что перед ней стоит уже не просто вампир.

–Ты... действительно хочешь узнать? – прохрипела Мариз. – Тогда знай... этот ответ уничтожит тебя окончательно, дорогая.

Астрид стиснула зубы и шагнула ближе. Едва заметным движением она приказала мертвецу сильнее сжать пальцы на горле Мариз.

Она смотрела, как ее враг медленно задыхается, как в глазах, еще недавно полных самоуверенности, впервые вспыхнул настоящий страх.

Но Мариз неожиданно усмехнулась.

Даже сейчас. Даже находясь на грани смерти.

– Ты ничего не понимаешь, Астрид, – прохрипела она, с трудом втягивая воздух. – Ты всего лишь марионетка в чужих руках. Задай себе один вопрос... Кто на самом деле ведет эту игру? Кто незаметно двигает фигуры, сталкивает людей между собой, соблазняет их тьмой... а сам остается в стороне?

Пальцы Астрид дрогнули.

Всего на мгновение.

Ее взгляд оставался холодным, но где-то глубоко внутри шевельнулось неприятное чувство. Она вспомнила собственную встречу с мертвецами. Их шепот. Их странную покорность. То, как легко они откликались на ее зов.

И вместе с этим всплыли обрывки воспоминаний.

Тени. Разговоры. Чьи-то спокойные глаза.

Фразы, которым она тогда не придала значения.

– Имя! – выкрикнула она, и голос эхом раскатился по полю боя. – Назови мне имя!

Мертвецы одновременно сделали шаг вперед.

Мариз закашлялась, пытаясь вырваться из ледяной хватки, но лишь тихо рассмеялась.

– Говори.

Мариз подняла на нее взгляд. На окровавленных губах появилась медленная, почти торжествующая улыбка.

– Ты сама сделала его сильнее, чем он был когда-либо. Когда узнаешь правду... боль разорвет тебя изнутри. И только тогда ты поймешь, кто все это время был твоим настоящим врагом.

В груди Астрид неприятно кольнуло.

Она нахмурилась.

«Нет... Нет, это невозможно.»

Сознание лихорадочно перебирало лица, события, разговоры, но всякий раз упиралось в пустоту, будто кто-то намеренно закрывал от нее ответ.

– Это невозможно... – едва слышно прошептала она.

Мариз негромко рассмеялась.

– Ты слишком наивна.

Каждое слово она произносила с наслаждением, словно смаковала ее растерянность.

– Угадаешь ли ты, как долго он использовал тебя? Пока ты закрывала глаза на очевидное... пока сама помогала ему становиться сильнее.

По позвоночнику Астрид пробежал холодок.

Что-то внутри болезненно сжалось.

Она не понимала почему, но слова Мариз цеплялись за воспоминания, которые она до сих пор отказывалась замечать.

– Ты лжешь, – твердо сказала она, хотя собственный голос прозвучал уже не так уверенно. – Этого не может быть.

– Может.

Мертвецы продолжали удерживать Мариз, но теперь она будто перестала замечать боль.

Она уже победила.

Не силой. Сомнением.

– Он был рядом с тобой все это время, – прошептала она. – Смотрел, как ты медленно тонешь во тьме... и не остановил тебя.

Астрид почувствовала, как сердце пропустило удар. Дыхание стало тяжелым.

Она покачала головой.

– Нет...

Мариз улыбнулась шире.

– Да, Астрид.

Она выдержала короткую паузу, наслаждаясь тем, как в глазах девушки появлялась растерянность.

– Он даже не взламывал твой мир. Ты сама открыла перед ним дверь.

Ее слова были подобны лезвию, медленно входящему под ребра. В этот миг Астрид поняла, что боль, сдавившая грудь, рождалась не из ненависти. Самым страшным было другое.

Она сама позволила этому случиться.

Сжимая кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, Астрид пыталась удержать бушующую внутри силу. Перед глазами вспыхивали обрывки воспоминаний. Человек, которого она впустила слишком близко.

И если Мариз говорила правду...

Значит, она сама открыла врагу дверь.

– Имя, – повторила Астрид уже почти безжизненным голосом.

Впервые за долгое время она боялась услышать ответ.

Мариз почувствовала этот перелом. На ее губах появилась медленная, почти торжествующая улыбка.

– Тот, кто вел всю эту игру... Кто похитил твоего брата. Кто шаг за шагом подталкивал тебя именно туда, где ты сейчас оказалась... Зейран.

Имя, сорвавшееся с ее губ, прогремело в сознании Астрид оглушительным раскатом грома.

Нет...

Разум отчаянно цеплялся за слова, которые ей повторяли снова и снова:

«Эмоции – главный враг».

Но воспоминания уже невозможно было остановить.

Их разговоры. Его спокойный голос. Его помощь. Его взгляды.

Каждый момент, который прежде казался проявлением поддержки, теперь разворачивался перед ней с другой стороны, заставляя сомневаться в собственной памяти.

Она не чувствовала себя преданной.

Она чувствовала себя непростительно наивной.

Как она могла не увидеть?

Как могла позволить ему оказаться настолько близко?

Сердце болезненно сжалось.

Она сама подвела себя. Сама дала этому случиться.

– Зачем?.. – едва слышно сорвалось с ее губ.

Мариз смотрела на нее с холодным удовлетворением, словно наблюдала, как рушится тщательно выстроенный замок.

– Понимаешь, – почти ласково произнесла она, – Зейран всегда прекрасно понимал, как заставить тебя поверить именно в то, во что ему было нужно. Он не лгал постоянно. Он просто говорил ровно столько правды, сколько требовалось, чтобы ты сама достроила остальное.

Астрид прижала ладонь к груди, будто пыталась удержать сердце, готовое разорваться.

Перед глазами вновь возник Зейран.

Как он появился рядом в самый тяжелый момент.

Как помогал разобраться с мертвецами.

Как учил ее контролировать собственную силу.

Как постепенно разрушал стену недоверия, которую она так долго строила вокруг себя.

И если все это действительно было частью его игры...

Значит, виновата прежде всего она сама. Она позволила себе поверить.

– Ты просто ненавидишь его... – прошептала Астрид, хотя собственный голос показался ей неубедительным.

Мариз тихо усмехнулась.

– Конечно, ненавижу. Но ненавистью редко удается сломать человека. Куда проще воспользоваться тем, что он сам бережет сильнее всего.

Она сделала короткую паузу.

– Доверием.

Улыбка на ее лице стала шире.

– Именно поэтому ты сейчас выглядишь такой потерянной. Не потому, что услышала мое обвинение... А потому что впервые сама начала сомневаться.

Астрид стояла на пороге новой реальности, чувствуя, как мрак медленно проникает в самые глубины ее души. Бремя потерь ложилось на плечи неподъемным грузом. Соаре больше не было. Вместе с ним исчезла та часть ее самой, которую уже невозможно было вернуть.

В памяти вспыхивали обрывки прошлого. Детский смех. Совместные тренировки. Его голос. Его улыбка.

Все это теперь принадлежало прошлому.

Она закрыла глаза.

Воспоминания сменяли друг друга, складываясь в мучительную цепочку событий. Каждый разговор. Каждое принятое решение. Каждый выбор.

Она снова и снова искала тот момент, когда могла поступить иначе. Когда должна была заметить. Когда обязана была остановить происходящее.

Но находила лишь собственные ошибки.

Не Зейран заставил ее испытывать эту боль.

Не Мариз.

Она сама позволила событиям зайти так далеко. Сама не смогла защитить брата. Сама оказалась недостаточно сильной.

Эта мысль разрывала ее сильнее любой физической раны.

Грудь сдавило так, словно воздуха больше не существовало.

Она вдруг поняла страшную вещь.

Все, что причиняло ей боль, рождалось из чувств.

Любовь к брату. Надежда, что его еще можно спасти. Жалость. Сострадание. Страх потерять близких. Вина.

Каждая эмоция впивалась в нее, словно раскаленное лезвие.

Она больше не могла этого выдерживать.

Если чувства способны уничтожить человека быстрее любого оружия... Если именно они заставляют совершать ошибки... Если именно они делают ее слабой...

Тогда зачем они ей?

Эта мысль появилась почти незаметно. И уже через мгновение стала казаться единственно правильной.

Она больше не хотела чувствовать. Не хотела вновь переживать смерть. Не хотела снова винить себя. Не хотела проживать эту боль вечность.

Если ради этого придется отказаться от самой себя...

Значит, такова цена.

Она медленно выдохнула. Будто собственными руками закрывала дверь в прежнюю жизнь.

Что-то внутри сопротивлялось.

Последние крупицы человечности отчаянно цеплялись за нее, но с каждым ударом сердца становилось все тише.

Боль постепенно отступала. Следом исчезал страх. Потом сожаление. Затем вина.

Эмоции не исчезали мгновенно – они медленно растворялись, словно гаснущий огонь, оставляя после себя непривычную пустоту.

Пустоту, в которой больше ничего не болело.

Она ощущала, как старая Астрид – та, что любила, надеялась, сочувствовала и страдала, – медленно рассыпается на осколки.

И впервые за долгое время ей стало легче. Пугающе легче.

Она подняла холодный, совершенно спокойный взгляд на Мариз.

– Убейте, – тихо произнесла Астрид. В ее голосе больше не было ни боли, ни ярости.

Лишь ледяное безразличие.

Даже Мариз невольно замерла. По ее спине пробежал холодок – перед ней стояла уже не та девушка, которой она пыталась причинить боль.

– Это точка невозврата, Астрид! – прохрипела она, отчаянно пытаясь вырваться.

Астрид не ответила.

Она продолжала смотреть вперед.

Ее лицо застыло, лишенное каких-либо чувств. Взгляд, еще совсем недавно полный боли, теперь стал пустым и неподвижным, словно внутри погасло все, что делало его живым.

Мертвецы медленно окружили Мариз.

Без единого слова. Без лишнего движения.

Повинуясь лишь воле своей новой хозяйки, они сомкнули кольцо вокруг Мариз. Десятки иссохших рук одновременно потянулись к ней.

Кровавая вдова впервые по-настоящему испугалась.

Она дернулась, пытаясь вырваться, но мертвые не ослабили хватку.

– Астрид! – сорвался на крик ее голос. – Останови их!

Ответа не последовало.

Астрид молча наблюдала за происходящим.

Не с удовольствием. Не с ненавистью.

С безразличием.

Будто перед ней происходило нечто, не имеющее к ней никакого отношения.

Крики Мариз становились громче. Она звала, угрожала, умоляла.

Ни один звук не отразился на лице девушки.

Спустя несколько секунд Астрид отвернулась. Ей больше не было интересно, чем все закончится.

Она спокойно направилась к границе купола.

Шаг. Еще один.

В тот миг, когда она пересекла барьер, купол вспыхнул ослепительным алым пламенем.

Поле боя содрогнулось.

Вслед за вспышкой раздались пронзительные крики. Они слились в единый вопль, полный боли, ужаса и отчаяния.

Астрид остановилась лишь на мгновение. Прислушалась.

И так же спокойно пошла дальше. Словно за ее спиной не погибали сотни существ.

Словно эти крики больше не могли коснуться ее.

Примечания

1

Пер. с лат.: "Наша победа в согласии"