Полная версия
Слово генерала. Свадьбе не быть
Оливия Бонд
Слово генерала. Свадьбе не быть
Глава 1.
– Лер, ты головой думай, – недовольно шипит Катя.
Ясное дело, моей подруге эта затея не по вкусу. Но мне это нравится еще меньше. Ведь это моя свадьба. И от досады хочется рыдать в голос. Совсем не о такой свадьбе я мечтала.
– Кать, думать нечего. Вариантов нет.
Обреченно качаю головой. Понимаю, подруга волнуется за меня.
– Ну … сбежать можно, – неуверенно начинает Катя, – в смысле вот прямо сейчас взять и сбежать. Месяц отсидеться где-нибудь. Хочешь, я бабушке позвоню? Она с радостью приютит тебя на пару недель.
– Нет, – чеканю и морщусь, словно от боли, – бежать это не выход. Договоренность с отцом была предельно ясная. Свадьба – условие того, что Лисицкий спишет все долги моего отца.
Лучшая подруга недоверчиво качает головой.
– И ты ему веришь, Лер?
Задумываюсь.
– Честно? Я его почти не знаю. Хочется верить, что он сдержит слово.
– Между нами, это – дичь. Двадцать первый век, а тут прямо феодализм какой-то. Невеста в обмен на сохранность семейного бизнеса.
Горько хмыкаю и благополучно придерживаю при себе небольшое уточнение. Не только невеста, но непременно – девственница. Это тоже входит в условия. Как и обязательное рождение наследника.
Катька этого не знает, оно и к лучшему. Все равно, ничем помочь мне не сможет.
– И как он тебе? – не унимается подруга.
Вздрагиваю. Простым вопросом выбивает меня из размышлений.
– Да говорю же, почти не знакома с ним, – раздраженно бросаю ей.
Вру конечно. Знакома.
Виктор Лисицкий, давний деловой партнер моего отца, уже несколько лет проявляет ко мне повышенный интерес. Еще в старших классах школы я начала замечать на себе его масляный взгляд. Недобрый, липкий.
На семейных торжествах с каждым годом он стал появляться все чаще. И несколько раз пытался под разными предлогами остаться со мной наедине, приобнять. Или пригласить на танец.
Передергивает от омерзительных ощущений. Даже воспоминания о нем – гадость.
Но очень скоро, через неделю мне придется делить с ним супружеское ложе. Так это называется, кажется?
– Знаешь, – сочувственно бросает Катя, – я бы на твоем месте сейчас все бросила и ушла во все тяжкие. Пока ещё есть время.
– В смысле? Напиться предлагаешь?
– Нет, ну не обязательно сразу так. Просто, нет тела – нет дела. Так? Если этому Лисицкому так важна твоя девственность, то посмотрим, как он отреагирует на то, что ему она не досталась.
– Было бы так просто, – качаю головой, – но тогда я просто подставлю отца. И Лисицкого это взбесит еще больше. А нам и так дома проблем хватает.
– С каких это пор твоему отцу бизнес важнее счастья собственной дочери?
Молчу.
Вот Катьке точно не стоит знать, почему я так быстро согласилась выйти замуж за Лисицкого. И вообще, отчего вдруг у моего отца, преуспевающего бизнесмена Семёна Асмолова, неожиданно появились огромные долги.
Которые не покроет даже продажа бизнеса и всего, что у нас есть.
– Кать, давай не будем?
– А в чем я не права? Ну и ладно, – дуется Катя, – но ты хотя бы развейся немного. Кто знает, сколько у тебя осталось этой свободной жизни. А вдруг Лисицкий после свадьбы тебя вообще никуда выпускать не будет? Я о таких мужьях читала…
– Катюш, не нагнетай, ладно?
– Как хочешь, – пожимает плечами подруга, – но я бы на твоем месте сейчас использовала по полной каждый свободный день. Просто жила бы для себя. Во всех смыслах.
– Если ты опять про то, что я должна с кем-то переспать, то я – пас. Не с первым же встречным?!
– Ну да, – нехотя соглашается Катя, – не с первым…
Вот чувствую, что она бы точно поступила именно так. И совершенно не ругаю ее за то, что она мне советует. Хочет ведь, как лучше.
– Знаешь, давай сойдемся на компромиссе.
– Это как? Что ты еще придумала?
Импровизирую на ходу.
– Сегодня в «Лайме» какой-то концерт, можно съездить. Оторвемся по-полной, как ты и предлагала.
– О, то что надо, – радостно щебечет Катька, – встретим там двух обалденных парней. Таких сексуальных и ненасытных. Горячая ночь в объятьях шикарного любовника. По моему, отличный свадебный подарок для этого… Лисицкого.
– Катя, – с укором осаживаю подругу, – мы только прокатимся до «Лайма», послушаем музыку и обратно. Ну так и быть, выпьем по паре коктейлей.
– Заметано, – верещит Катька и уже выискивает в приложении телефона свободное такси.
Но именно в этот момент ее телефон издает истошную трель и мы обе понимаем – звонит ее мама.
– Да, мам, – мгновенно откликается Катя.
По тому, как быстро меняется выражение ее лица, понимаю, что поездка в клуб явно переносится до лучших времен. Которые обычно никогда не наступают.
– Лер, – смущенно тянет Катя и опускает взгляд, – мне надо ехать. Черт бы побрал эту тетю Валю, свалилась на голову со своими детьми. Ей отпуск, а мне нянчиться с этой оравой трудновоспитуемых.
Прыскаю со смеху.
Да, по рассказам Катьки, племяннички у нее – хуже атомной войны. И пока мама с теткой гуляют по кабакам, моя подруга отдувается с мелкими хулиганами.
– Да ладно, Катюш, не переживай. Все равно, не очень-то и хотелось в этот «Лайм».
– Хотелось, – печально кивает Катя, – а тебе так точно надо сейчас любую возможность использовать. Не нравится мне, как в тебя этот Лисицкий вцепился. Клещ натуральный. Точно, еще и запрёт в своем особняке после свадьбы, пока ему не родишь сына.
Качаю головой.
Катюша моя неисправима. Но кто знает, насколько далека моя подруга от истины. Хищный, высокомерный взгляд Лисицкого меня пугал всегда.
Холодный. Пустой. Прицельно направленный на меня.
Катюшка уезжает и я одна остаюсь в пустой квартире. В своей маленькой однушке, доставшейся мне в наследство от бабушки. Конечно, есть отцовский особняк. Но я больше чем уверена, что Лисицкий под каким-нибудь предлогом снова там появился. Не хочу с ним пересекаться.
Шальная мысль приходит мгновенно.
Толком не отдаю отчета в своих действиях, когда стягиваю резинку с волос и взбиваю их щеткой. С макияжем решаю не мудрить. Стрелки по векам, а с остальным справятся наращенные, пышные ресницы.
Немного бронзовых румян и капелька прозрачного, переливающегося перламутром, блеска для губ. С легким фруктовым ароматом.
Вздыхаю, нанося блеск на губы.
Тошно представить, что мой первый поцелуй будет подарен Лисицкому на свадьбе. Еще не случившейся, но уже опостылевшей мне.
А потом – первая брачная ночь с ним. Бр–рр–р….
Гляжу на себя в зеркало и точно понимаю, что не одену ни за что. В шкафу висит шикарное платье в пол. Атласное, персиковое. Подарено Лисицким для моего девичника. Вот его не одену. Потому, что для меня оно даже пахнет неволей.
Оно пахнет тяжелым, удушающим парфюмом Лисицкого.
Назло выбираю легкий льняной сарафанчик песочного цвета. С открытой спиной и короткой, пышной юбочкой. Приталенное. Точно по моей фигурке.
Вырез спереди глубоковат, лифчик под сарафан не одеть. Зато платьице настолько легкое, что легко повестись на обманчивое ощущение. Стоит лишь одеть его и в мою жизнь мигом ворвется лето.
Яркое. Солнечное. Счастливое и беззаботное.
Хотя бы на эту ночь.
За секунду вскальзываю в сарафанчик и бросаю в маленькую, белую сумочку телефон и ключи от квартиры. Немного подумав, кладу туда и водительские права.
Машину я не вожу, но права на восемнадцатилетие получила. Отец настоял на сдаче экзаменов.
Права сейчас точно понадобятся. Я выгляжу немного младше своих двадцати и алкогольный коктейль мне точно не продадут без документов.
Вызываю такси уже в лифте. Нужная машина находится мгновенно и вскоре я уже мчусь в «Лайм». Заведение серьезное и я точно знаю, что ко мне никто не станет приставать.
Но видимо за свою жизнь я так и не научилась расслабляться. Музыка в клубе меня не прельщает. А одного взгляда на танцпол хватает, чтоб ощутить все нежелание присоединяться к тем, кто там сейчас развлекается.
Сижу, погруженная в свои горькие мысли.
Моя отчаянная попытка хоть как-то использовать последние дни свободной жизни, бездарно провалилась.
Киваю официанту, проходящему мимо и прошу принести мне пачку сигарет и зажигалку. Я не курю, но может стоит попробовать хотя бы это?
Ровно через пару минут передо мной оказывается пачка «Мальборо» и фирменная зажигалка с логотипом ночного клуба. Дрожащими руками разрываю целлофановую пленку на пачке и чувствую на себе чей-то взгляд.
Густой. Глубокий. Изучающий.
Встречаюсь глазами с мужчиной, сидящем в глубине зала. Понимаю, что не ошиблась. Мужчина смотрит прямо на меня. И качает головой, словно запрещая прикасаться к пачке сигарет.
Смущенно отвожу взгляд.
Надо же, мерещится всякое.Какое дело незнакомым мужчинам до того, курю я или нет? Хватит с меня запретов Лисицкого.
Но сигареты больше не трогаю. Разрывает от желания снова взглянуть на того мужчину. И да, я все еще чувствую на себе его взгляд.
Не могу понять свои ощущения.
Это ведь будет неприлично, если я снова взгляну на него? Слишком откровенно?
Подчиняясь какой-то внешней воле, опять поднимаю взгляд и встречаюсь с ним глазами. Шальной, горячий взгляд – как выстрел в упор.
Надо же, какой наглец. Даже не скрывает, что рассматривает меня.
Меня бросает в жар. Испытываю все оттенки смущения и неловкости. Что мне делать?
Понимаю, что он не причинит мне вреда. Но как поступить?
Хватаю сумочку и сбегаю. Терраса «Лайма» в это время почти пустая. Оттуда и вызову такси.
Ночная прохлада мигом приводит меня в чувство. Морской воздух смешан с ароматами хвои и самшита. Быстро убеждаю себя в том, что мне всё показалось и лезу в сумочку. Сердце колотится, как сумасшедшее.
– Ты так торопилась, что забыла вот это, – раздается позади меня бархатистый голос.
Резко оборачиваюсь.
Ухмыляясь и разглядывая меня с откровенным интересом, незнакомец протягивает мой телефон.
Искорки любопытства вспыхивают во взгляде цвета крепкого кофе. Залипаю на его волевом подбородке, чувственных губах, шикарной, подтянутой фигуре.
И отчего-то мне сразу хочется оказаться в его сильных руках.
Протягивает мне телефон.
Беру гаджет и вздрагиваю, когда наши пальцы соприкасаются. Обжигающая волна проходит где-то под кожей.
– Мне показалось или ты чем-то расстроена?
Глава 2.
Чувствую запах его парфюма. Едва уловимый, но такой по-настоящему, мужской. Опаляет сознание и на миг лишает возможности трезво мыслить.
Но всего лишь на миг.
Быстро беру себя в руки и стараюсь не пялиться слишком откровенно на мужчину. Небольшой шажок назад, тщетная попытка уйти от влияния его энергетики. Теплой, мощной волны и совершенно непонятных для меня ощущений.
– Вам показалось.
Надеюсь, голос звучит убедительно.
Левая бровь мужчины иронично изгибается, на губах играет легкая усмешка.
– Артур, – коротко представляется он, обжигая меня заинтересованным взглядом.
– Лера, – мяукнув, предательски выдаю свое волнение.
– И что же Леру заставило потянуться к сигаретам?
Краснею.
Моя неловкая попытка разорвать целлофановую пленку на сигаретной пачке, конечно не укрылась от наблюдательного взгляда Артура.
В его голосе для меня нет угрозы. Но сердце все равно колотится, как сумасшедшее. В висках грохочет пульс, я лихорадочно ищу вариант ответа.
– Я курю, – нагло вру я, – что здесь такого?
– Хорошего – ничего, – пожимает плечами Артур и теперь в его взгляде появляются насмешливые искорки.
– Мне надо срочно вызвать такси, – ретируюсь и опускаю взгляд.
– Так ты не ответила на мой вопрос. Что случилось?
– Вам… – начинаю я, но Артур перебивает.
– Можешь на «ты». Мне тридцать восемь, а тебе сколько?
– Совершеннолетняя, – досадливо огрызаюсь я и пытаюсь войти в приложение.
Телефон в самый неподходящий момент начинает глючить. Странно, новая модель вроде бы. Но в последнее время, он начинает внезапно зависать. На несколько секунд, не дольше.
И почему-то меня не отпускает тревога… Хотя, кому нужно содержимое моего телефона. Все это глупая паранойя, из-за предстоящей свадьбы с Лисицким. Ну и что с того, что у него бизнес-империя, связанная с информационной безопасностью? Мой телефон – явно не цель для таких, как он.
– Я наблюдаю за тобой весь вечер, – признается Артур, глядя на мои неловкие попытки оживить телефон.
– И что же ты заметил?
– Потерянную девушку. Немного напуганную, явно чем-то расстроенную. Кольца на пальце нет, значит скорее всего не замужем. Поругалась с женихом или с родителями?
Машинально перевожу взгляд на его правую руку.
Кольца нет. Значит…?
Артур перехватывает мой взгляд и коротко усмехается.
– Мне продолжать?
Киваю. Бархатистый, глубокий голос завораживает. Артура хочется слушать. Со мной явно не все в порядке, раз я так реагирую на мужчину, которого вообще вижу в первый раз.
– Весь вечер ты потягивала всего один бокал коктейля, хотя перед тобой их стояло несколько. Значит, собиралась напиться, но что-то помешало. Скорее всего, побоялась последствий. Каких – пока не знаю.
Вот тут вздрагиваю и поднимаю взгляд на Артура.
Последствия. Если Лисицкий унюхает от меня алкоголь, то скандала не миновать. Ко мне он относится, как к дорогой игрушке. Которая должна быть безупречной. И не портить свое здоровье алкоголем и сигаретами.
По крайней мере, до рождения наследников.
– Значит, точно должны быть последствия, – выдыхает Артур и зло щурится, – сожалею, что попал в точку. Ну и финальный аккорд. Сигареты. Ты ведь до этого раза даже не распечатывала пачки с сигаретами?
Киваю. Конфуз по всем фронтам.
– Ну вот… – хмурится Артур, – отсюда вывод. У тебя серьезные проблемы. А визит в клуб был всего лишь попыткой забыться. Неудавшейся. А теперь поправь меня там, где я ошибся.
Сглатываю сухой комок слез, царапающийся в горле непослушным зверьком.
Меня так легко считать? Я даже не представляла, насколько…
– А ты? Тоже попытка забыться?
– Интересный вывод, – уходит от прямого ответа Артур, – на чем основан?
Отмечаю необычную манеру говорить. Такую… точную что ли? Наблюдения, логика, основания для выводов.
– Такие места явно не для тебя. Не могу объяснить, просто чувствую.
Пропускаю едва заметную усмешку и продолжаю.
– Ты ничего не пил, хотя мог бы.
– Допустим, я за рулем, – парирует Артур, но я чувствую, как его заводит эта игра с моими выводами.
– Это ничего не значит. Есть же возможность вызвать такси. Не пил, потому что не было желания? Но приехал сюда с той же самой попыткой развеяться. Как и я.
– Продолжай.
– Ты мог бы знакомиться с девушками, но почему-то был один.
– Ответ очевиден, – властно перебивает Артур и расстреливает меня в упор шальным, изучающим взглядом.
Очевидный ответ – это я? Прикусываю губу и чувствую, как щеки предательски вспыхивают, выдавая смущение.
Резким порывом со стороны моря на террасу «Лайма» врывается свежий, ночной ветер. Где-то вдалеке глухо рокочет гром. Над горизонтом появляются первые всполохи молний. Гроза приближается.
Совсем, как в моей реальности.
– Так, может расскажешь, в чем дело? Лера.
Артур произносит мое имя так, что я по-новому слышу его звучание. И мне нравится. Завораживает.
Он видит мое смятение и кивком показывает в сторону небольшой ниши на террасе. Почти неосвещенный уголок с кожаным диванчиком.
Желание сбежать с каждой секундой стремительно проигрывает жажде продолжить общение с Артуром. Хочется рассказать ему обо всем, но я понимаю, что от моей откровенности могут пострадать близкие люди. Очень близкие.
Насыщенная, мужская энергетика Артура расслабляет меня и делает непривычно-податливой. Может быть и стоит открыться тому, с кем наши пути больше не пересекутся никогда.
Но именно в этот момент смартфон в моей руке оживает.
Быстро открываю входящее сообщение. От прочитанного холодеет спина и сердце мигом уходит в пятки.
«Нашел тебя, беглянка. Еду в Лайм. Дождись меня»
Как Лисицкому удалось узнать, где я нахожусь?
– Извини, мне надо на секундочку отлучиться, – сипло шепчу Артуру и мигом мчусь обратно в сторону танцпола.
Передо мной четкая задача. Без вариантов.
Успеть скрыться из «Лайма», до того как здесь появится Лисицкий.
Глава 3.
Проталкиваюсь сквозь танцующих в центре полуосвещенного зала. В глазах мельтешит от ярких вспышек неонового света. Почти не разбираю музыки, вместо нее все сливается в сплошной грохот.
Только бы успеть и не нарваться на Лисицкого. Налетаю на здоровенного детину и больно натыкаюсь на его широченную спину. Телефон падает на пол и мигнув ослепительной вспышкой, выключается.
Нет времени ни на извинения, ни на раздумья. Подхватываю телефон и опрометью мчусь к выходу. Рядом с въездом на территорию «Лайма» вижу несколько машин с логотипами такси.
Плюхаюсь на заднее сиденье первой попавшейся и торопливо называю водителю свой домашний адрес.
Выдыхаю.
И чувствую горечь от того, что так резко пришлось оборвать общение с Артуром. Мне он понравился. Очень.
Я ничего о нем не знаю. Интересно, если бы встретились при других обстоятельствах? Был бы у нас шанс?
С досадой гляжу на свой телефон. Экран разбит. По стеклу тонкой, белесой паутинкой стремительно разрастается «сеточка».
– Оплата наличными? – выводит меня из раздумий таксист.
– Что? – вздрагиваю и моментально прихожу в себя.
– Как оплачивать будете?
– Сейчас, – сконфуженно бормочу и лезу в сумочку.
Черт, да кто ж знал, что так выйдет? Обычно я ношу с собой кошелек с небольшой суммой наличных денег. А тут… так торопилась в «Лайм». И как теперь платить.
Должен же быть какой–то выход?
Лихорадочно перебираю варианты возможной оплаты, но мой телефон не работает. Гаджет совершенно не реагирует ни на одну попытку его включить. Бесполезно жать на кнопочку. В моих руках сейчас абсолютно бестолковый кусок пластика.
И битого стекла.
Набираю в легкие побольше воздуха и выпаливаю, как на духу.
– Можно я сейчас оставлю вам сумочку в залог. Тут телефон и права. Я только поднимусь к себе и принесу деньги. Я забыла кошелек дома.
– Э, нет, – мгновенно оживляется таксист, – я в такие игры не играю.
Машина уже почти подъезжает к моему дому. Но в этот момент нас опережает другая, серебристая «Киа». С виду не особо приметная, но я точно знаю кто сейчас за ее рулем. И кто так торопится к моему дому.
Лисицкий, будь он неладен.
Но сейчас я ему даже рада.
– Подождите, – быстро говорю таксисту, – вот мой… мой родственник. Он сейчас заплатит.
Таксист тяжело вздыхает и отщелкивает блокировку дверей.
Вся красная от позора, пулей вылетаю из такси и подбегаю к Лисицкому.
– Вы можете заплатить за меня? Я забыла деньги дома, а телефон не работает и перевести сумму я не смогу.
– Конечно, – с показательной ласковостью улыбается Лисицкий.
Ясное дело, сейчас играет на публику.
Успеваю заметить ядовитые искорки в его холодном, пустом взгляде.
Подходит к таксисту, отсчитывает ему несколько купюр и тот уезжает.
Цепенея от нарастающего, гаденько-липкого ощущения страха, поворачиваюсь к Лисицкому.
Холодные глаза по-прежнему пусты.
– Лерочка, ты переволновалась.
Даже не спрашивает. Просто утверждает готовый факт. Мое состояние его не интересует.
– Был трудный день.
Лисицкий показательно морщит нос, давая мне понять, что почуял слабый запах алкоголя от меня.
– У тебя были проблемы и ты не сказала об этом мне. Ты ведь знаешь, я могу решить их все. Так ведь, Лера?
Молчу. Знаю. И одну из этих проблем, он обещал решить в обмен на нашу свадьбу.
– Не расслышал ответа.
– Да, – сипло выдавливаю и хочу сжаться в комок.
– Отлично. Так что за проблема?
За этим вопросом совершенно не чувствуется интереса ко мне. Просто торг, в котором всегда выигрывает он. Ледяной и совершенно бездушный, Виктор Лисицкий.
– Нет проблем, мне показалось, – так же тихо отвечаю ему.
– Ну вот и хорошо, – зловеще цедит Лисицкий, – а теперь я провожу тебя до квартиры. Тебе надо выспаться Лера, завтра рано вставать.
– Это еще куда? У меня же вроде планов не было никаких?
– Теперь появились.
Фальшивое сожаление в голосе Лисицкого просто выбешивает. Хочется броситься на него и расцарапать ему лицо. Но нельзя. И дело даже не в папином бизнесе. Я не могу. Слишком высокая цена будет у моего поступка.
Свобода одному – за несвободу другого? Несправедливо, но другого выхода нет.
– Я никуда не поеду, пока вы не объясните.
– Чего ты так испугалась? – неприятно хохочет Лисицкий, но глаза при этом совершенно не улыбаются. Ледяные, злобные глаза.
– Куда мы едем?
– К врачу. Сдавать анализы. Мне нужен здоровый наследник. А пока ты шляешься по ночным клубам и выпиваешь там, я не могу быть уверен в твоей пригодности стать матерью моего ребенка.
В ужасе слушаю Виктора и холодею. Мысленно он уже присвоил себе еще не родившегося ребенка. Не нам, а именно себе.
– К тому же, – продолжает он, – неизвестно чем ты там занималась. Впрочем, это легко выяснить. «Лайм» принадлежит моему приятелю и я легко могу просмотреть записи с видеокамер.
Вздрагиваю. Значит, он увидит, как я общалась с Артуром?
Отчего–то становится щемяще-грустно. Как будто у меня отобрали светлую, по-настоящему летнюю радость.
Сглатываю сухой комок слез, подступающих к горлу. Шаг назад.
Инстинктивно прижимаю к себе сумку, в качестве защиты. Но Лисицкий неверно трактует мой жест.
– Дай, – рвет на себя сумочку и вываливает на асфальт ее содержимое.
Из нее выпадает телефон и связка ключей. Странно, я вроде бы в нее бросила права, когда собиралась в «Лайм»? Наверное, показалось.
– Уже хорошо, – хмыкает Лисицкий.
– Искали там наркотики? – дерзко выплевываю ему в лицо свою догадку.
Виктор не удостаивает меня ответом, но хватает за локоть и больно дергает на себя.
– Сейчас ты поднимешься к себе в квартиру. Перед сном ты наберешь мой номер и пожелаешь мне спокойной ночи. Поняла?
Дергает меня, как куклу.
У моего непослушания может быть слишком дорогая цена. Брату светит пожизненное, хотя он и клянется в своей невиновности. Лисицкий может помочь, но и отказаться может в любой момент. Стоит мне только взбрыкнуть.
– Поняла.
– Вот и умничка, – мгновенно находится Лисицкий, стряхивая с меня несуществующие пылинки, – а теперь поднимайся к себе.
Делаю несколько шагов в сторону своего подъезда, но неожиданно оборачиваюсь. Виктор все еще стоит у своей машины и провожает меня ледяным взглядом.
– Можно вопрос?
– Конечно.
В пустом взгляде промелькивает что-то отдаленно похожее на удивление.
– Чисто теоретически, – начинаю издалека, хотя уверена в том, что Лисицкий мгновенно вычислит причину моего интереса.
– Давай, – вальяжно ведет плечами.
– Если телефон выключен, то все равно можно отследить его местонахождение?
– Можно, – бросает Лисицкий и бьет по мне холодным взглядом.
Садится в машину и уезжает. Я поднимаюсь к себе.
Закрываю за собой входную дверь и наваливаюсь на нее спиной, сползая по деревянной обшивке.
Дурной и тяжелый день – позади. Мне хочется разреветься и сейчас уже ничто не мешает это сделать. По щекам горячими потоками катятся слезы.
Я понимаю, что знакомство с Артуром не получит продолжение. Шикарный мужчина, но наши пути с ним не пересекутся больше никогда. А через несколько дней я стану женой Лисицкого.
И вот теперь понимаю, что Катька моя была права. Этот точно запрет меня в своем особняке. Пока я не рожу ему наследника. И никто не знает, что этот психопат сделает со мной потом.
Прижимаю к себе коленки и беззвучно задыхаюсь от слез. До безумия хочу, чтоб меня сейчас обняли сильные руки Артура. Но вокруг лишь пустота. Артур ничего не знает обо мне, кроме имени.
Увы, этого недостаточно для того, чтоб наши с ним пути снова пересеклись.
Глава 4.
АРТУР
Понимаю, что надо отпустить Леру.
Зачем портить ей жизнь? Допустим, поругалась с женихом и он сейчас ей написал. Значит, помирились. Для нее правильно именно так.
Позволяю ей сбежать.
– Простите, – раздается сбоку чей-то голос.
Оборачиваюсь. Бармен протягивает мне какую-то пластиковую карту.
