Горький запах полыни

- Ладно, дома поговорим, - вставая с краешка стола, произнес Максим.

Он поставил на место песочные часы, которые держал в своих руках.

- Мам, ты когда с работы придёшь? – поинтересовался сын.

- Как всегда, после четырёх, - пообещала Анна Захаровна. – Если ничего не задержит, - добавила она.

- Отец-то где? – поинтересовался старший сын уже в дверях, вновь повернувшись к матери.

- Бог его знает, - отреагировала Анна Захаровна на вопрос. – Опохмеляется, наверное, после вчерашнего.

- Ян дома или уже работает? – снова задал вопрос Максим.

- Пока дома. Работу ищет. Сказал, чтобы я не переживала на счет этого вопроса, - пересказала слова Яна мать.

Максим покинул кабинет, тихонько прикрыв дверь. Забрав оставленную у дверей дорожную сумку, направился к выходу из больницы.

Когда Макс выходил из больничных ворот, на автопарковку подъехала легковая машина голубого цвета, за рулём которой сидела молодая, симпатичная девушка.

Глава 4.

Лия Бунич припарковала свой автомобиль голубого цвета на больничной автостоянке.

Она наблюдала через лобовое стекло, как молодой человек с дорожной сумкой через плечо, походкой моряка, вышел из больничных ворот.

Что-то неуловимо знакомое мелькнуло в его образе.

- На кого-то он похож? – отметила про себя девушка. – Может на какого-то актёра? Вот бы сбрить ему бородку и разглядеть поближе, - проговорила Лия вслух, надеясь, что её никто не услышит.

Она взяла папку с документами Ивана Алексеевича Бунич и отправилась к главврачу больницы.

- Ну с Богом, сказал бы папа, - подумала Лия. – Пойду нанимать тебе сиделку, - с серьёзным выражением лица она подошла к нужному ей кабинету.

На дверях висела табличка: «Главврач – Стариков Валерий Евгеньевич.»

- Валерий Евгеньевич, к вам можно? – постучавшись, она заглянула в кабинет. – Я вам вчера звонила, и мы договорились о встрече, - напомнила Лия мужчине, сидевшему за рабочим столом, о вчерашнем разговоре.

- Заходите, проходите, - приглашал девушку хозяин кабинета. – Я как раз вас и жду.

Порог перешагнула хрупкая, миниатюрная девушка двадцати одного года. Она мило застенчиво улыбалась.

Её тёмные, слегка волнистые волосы были заплетены во «французскую» косу.

Карие с зелёными крапинами глаза внимательно смотрели на главврача.

Оделась Лия просто – современные джинсы с разорванными коленями, светлая футболка, с иностранной надписью на груди.

- Лия Бунич, - представилась девушка.

Прошла и села к столу, поближе к хозяину кабинета.

- Валерий Евгеньевич, мы с папой переехали в Зелёный Дол два дня назад. Папа захотел… - она запнулась не зная, как правильно выразиться, - … вернуться на свою малую родину, - закончила предложение Лия.

Она передала главврачу толстенную карту больного.

- Это его карта. Диагноз, анализы и назначения лечащего врача. Но папа решил переехать сюда жить, - Лия сделала минутный перерыв в разговоре. – Я хотела бы, попросить вас, Валерий Евгеньевич, посоветовать мне сиделку, желательно с медицинским образованием. Её услуга будет достойно оплачена.

Валерий Евгеньевич внимательно читал историю болезни Ивана Алексеевича Бунича.

- Да, диагноз неутешительный, - вздохнул Стариков. – Лия, папа совсем неподвижен?

- После аварии ноги его не слушаются, - опередила вопрос главврача Лия. – Но он передвигается в инвалидном кресле. Там в конце медкарты есть перечень лекарств, прописанных ему. Вы не беспокойтесь, если, что-то будет нужно Ярослав, это мой старший брат, привезёт из города Вольска, - стала уточнять Лия. – Нам нужна сиделка, которая умеет делать уколы и массаж, - ещё раз повторилась девушка.

- Я понял. Сейчас позвоню главной медсестре и попрошу собрать всех её подчинённых в моём кабинете. Вы поговорите с ними. Может кто-то и согласится пойти к вам в сиделки, - предложил Валерий Евгеньевич.

- Здорово, - обрадовалась Лия.

Минут через двадцать в кабинет главврача потянулся младший медицинский персонал. Женщины молодые и в годах рассаживались на стулья, стоящие вдоль стены.

Когда все собрались, Лия Бунич повторила свою просьбу для всех медсестричек.

- Работа будет достойно оплачена, - закончила она своё повествование.

Медсёстры помалкивали и только переглядывались. Возиться с инвалидом-колясочником никому не хотелось.

- Я согласна, - поднялась со своего стула Анна Захаровна. – Только как быть с основной работай? – вопрос был адресован Валерию Евгеньевичу.

- Что-нибудь придумаем, - пообещал он.

Медсёстры разошлись по своим рабочим местам.

В кабинете осталось трое человек.

- Лия, это наша самая опытная медсестра – Анна Захаровна Бунина, - представил Анну Стариков. – Она пришла в нашу больницу после окончания медколледжа и работает по сей день. – нахваливал свою работницу главврач.

- Лия, когда я должна выйти к вам на работу? – поинтересовалась Анна Захаровна.

- Да, хоть сейчас, - обрадованно произнесла девушка.

- Прямо сейчас я не могу, - умерила её скорость Анна Захаровна, и улыбнулась. – Мне бы с моим подопечным увидеться? Там бы решили, когда приступить к моим обязанностям.

- Давайте сегодня после вашей работы, я познакомлю вас с папой, - предложила Лия.

- Давай после работы, - согласилась с девушкой Анна Захаровна.

- Когда у вас заканчивается смена? – уточнила Лия.

- В четыре часа, - машинально ответила будущая сиделка, и вспомнила, что пообещала Максиму после работы быть дома. – Знакомство – это же ненадолго, - мелькнуло у Анны в голове.

- Отлично, - радостно улыбнулась Лия. – Я за вами заеду после четырёх, - пообещала она.

Лия, захватив толстенную карту отца, направилась к выходу.

- Валерий Евгеньевич, до свидания, - попрощалась девушка. – Анна Захаровна, с вами я не прощаюсь, ещё увидимся.

За Лией Бунич тихонько закрылась дверь. Вопрос с сиделкой был решён.

Глава 5.

Максим Бунин после встречи с матерью направился к себе домой.

Он шёл по тротуару центральной улицы, отгороженному от проезжей части дороги аллеей. Макс с большим удовольствием вдыхал свежий воздух, не пахнущий морской солью.

Максим был рад приезду в родной посёлок. Радовался, что идёт по твёрдой земле, а не по палубе, которая качается под ногами. Радовался каждой увиденной мелочи: цветам, воробьям, пробежавшей мимо кошке. Радовался, что он дома!

Серые его глаза светились счастьем, а с губ не сходила улыбка!

- Здравствуй, Зелёный Дол! – хотелось громко крикнуть ему.

- Макс! – окликнул его кто-то. – Макс Бунин!

Максим оглянулся, его догонял старый, школьный друг – Андрей Камышев.

Максим остановился, поджидая одноклассника.

- Привет. Ты сегодня приехал? – запыхавшись, спросил Андрюха, указал он на дорожную сумку в руках друга. – Наверное у матери был, с той стороны идёшь? – задавал вопросы Камышев.

- Привет! – Максим, перебросив сумку из правой руки в левую, поприветствовал друга рукопожатием.

Обнялись, похлопывая друг друга по спине.

- Прибыл сегодня, - отвечал на вопросы Макс. – Да, был на работе у мамы, сделал ей сюрприз своим появлением. Теперь направляюсь домой, - отчитался Бунин. – Если нам по пути, то пойдём.

Разомкнув дружеские объятия, они двинулись дальше.

- Расскажи, что происходит в посёлке? Так скажем, поделись последними новостями, - Теперь Макс задавал вопросы.

Они шли, и мирно беседовали.

- Андрюха, ты-то куда бежал? – поинтересовался Максим у Камышева.

- Я? Я на работу! – гордо заявил Андрей. – Я взял в аренду старые колхозные гаражи, которые за магазином «Лимонным», - стал объяснять Камышев. – Пытаюсь в них наладить автосервис. Будет желание в отпуске поработать с техникой, приходи. Буду рад! Я знаю ты отличный механик! Руки у тебя растут из правильного места! – нахваливал Андрей Максима. – В долгу не останусь – заплачу.

Так за разговорами подошли к магазину «Лимонный». Около крыльца, которого группировались мужички, желающие опохмелиться.

В этой группе Максим увидел отца, с одутловатым лицом, после долгой пьянки, с трясущимися руками, небрежно одетого в несвежую одежду, которую он, похоже, не снимал несколько дней.

Мужики пересчитывали деньги, наскрёбывая на бутылку.

Антон тоже заприметил приехавшего сына. Помаячив дружкам, что он сейчас решит проблему с деньгами, Бунин-старший потрусил на встречу сыну.

- Ба, знакомые всё лица, - распростёр он руки, желая обнять Макса. – Каким попутным ветром занесло тебя в наши края? – обдавая сына перегаром, пытался обнять он парня. – Или не ветром, а волной выбросило на наш берег?

- Фу, батя, - Максим сморщился, почувствовав несвежее дыхание отца, - ты опять в своём репертуаре? Я приезжаю, а ты как всегда пьяный. За полгода, что я отсутствовал, ничего не изменилось, - начал выговаривать он отцу свои претензии. – Сколь можно гулять?

- Пил, пью, и буду пить. Сколько хочу, столько и гуляю, - был ответ Антона. – Не тебе, сопляку, меня учить, как жить… Ты же с деньгами приехал? – резко сменил он тему разговора. – Я знаю, что с деньгами, - заискивающе смотрел он в глаза сыну. – Позолоти отцу руку.

Бунин-старший протянул вперёд руку вверх ладонью, жест получился выпрашивающим.

- Батя, может хватит? – пытался повлиять на него Максим. – Остановись!?

- Ты ещё сопляк, чтобы учить меня, как жить, - теряя терпение, «закипал» старший Бунин. – Я Тоха! Меня тут все знают! – бил себя кулаком в грудь отец.

- Батя, что за Тоха? Да, тебя тут все знают… Тебе уже к пятидесяти, голова, вон, седая, а ты всё – Тоха… как кличка у собачонки, - с отвращением и негодованием высказался Максим.

- Ты дашь мне денег или нет? – ультимативно потребовал Антон. – Если не дашь, ты мне не сын, - закончил просить он.

Максиму стало так стыдно за отца перед Андреем, за его поведение, за его внешний вид, что он сунул ему деньги и отошёл в сторону.

- Андрюха, показывай, где у тебя автомастерская, - повернувшись к школьному товарищу, приспросился Максим.

Завернув за угол магазина «Лимонный», парни оказались перед старыми колхозными гаражами, которые пустовали много лет.

Войдя во внутрь, Макс поразился, как много уже сделал Андрей.

В помещении был наведён порядок, стены побелены, электричество восстановлено, и самое главное – закуплено оборудование.

- Андрюха, ты молодец! – похвалил Макс друга. – Молодец, что чем-то занят… никак мой отец… - с горечью произнёс он, - совсем спивается… Я не буду таким, как он! – дал клятву себе самому Максим.

- Это будет зависеть только от тебя, - поддержал его Андрей и дружески похлопал по плечу. – Всё в твоих руках…

- Покажи мне оборудование, - попросил Бунин. – Мне интересно.

Андрей с гордостью провёл экскурсию по своей автомастерской.

- Так чем займёмся сегодня вечером? – резонно спросил Камышев после показа. – Надо бы отметить твоё прибытие, - намекнул он.

- Может в «Шайбу»? – предложил Максим. – Там и отметим.

- Костя Пронин продал кафе, - сообщил Андрей. – Видно не выгодно иметь кафе, - сделал вывод Камышев. – Но он продал «Шайбу», как готовый бизнес, только не знаю кому. Говорят, какой-то городской даме, - пояснил он. – Но по слухам, кафе сегодня начнёт работать, - Андрей расплылся в улыбке. – Отметим твой отпуск и за одно познакомимся с новой бизнес-леди.

- Вот и хорошо! Сегодня вечером в кафе, - согласился Макс. – Я сегодня угощаю, - пообещал он.

Максим подхватил свою дорожную сумку, вышел из автомастерской и продолжил свой путь домой.

Глава 6.

Побывав в больнице, Лия Бунич прибыла на место своей работы – кафе «Шайба»

- Надо снять баннер, - в который раз подумала хозяйка кафе.

Девушка с любовью оглядела своё недавнее приобретение. Здание кафе, своей круглой формой, напоминало шайбу.

Большие панорамные окна пропускали солнечный свет со всех сторон.

Внутри здания, благодаря солнечным лучам, попадающим через огромные окна, было светло. Не широкие промежутки между окнами и колонны в зале покрашены в нежный голубой цвет, что делало помещение внутри светлым и уютным.

- Девчонки, всем привет, - громко поздоровалась Лия, заходя в здание.

На приветствие откликнулись её подруги – Соня Мышкина и Даша Кискина.

Сонечка Мышкина – веселушка и хохотушка, никогда не унывающая девушка, взяла на себя обязанности повара.

Даша Кискина – очень стеснительная и неразговорчивая, но серьёзная и ответственная, стала в кафе администратором и барменом.

- Два в одном флаконе, - посмеялись над Дашей подруги.

Их политехническое образование и полученные, в июне этого года дипломы, позволили работать в кафе.

Девушки шутили над своими фамилиями: «Кошка не играет с мышкой, она с ней работает!».

- Привет! Привет! – прилетели девичьи голоса с разных уголков помещения.

Лиины подруги готовили кафе к открытию.

- Сонечка, у тебя на кухне всё готово? Ингредиенты к пицце? Заготовки к салатам? – интересовалась хозяйка кафе.

- Лия, не переживай – всё готово, - отчитывалась Соня. – Ассортимент блюд ещё небольшой, для первого вечера, для начала - этого достаточно. – обнадёжила она подругу.

- Дашуля, ты готова? – Лия переключилась на Дашу. – Всё записывай, фиксируй. Потом будем делать выводы, - просила хозяйка кафе своего администратора. – Постепенно будем расширять меню и перечень предоставляемых услуг. Например – проведение дней рождений, юбилеев, свадеб… Или поминальных обедов, - подумав, добавила Лия.

Хозяйка заведения думала о его развитии.

Лия и Даша стали расставлять столики и стулья, планируя, как их лучше будет обслуживать.

- У нас десять столиков, - переживала Лия. – надеюсь нам их хватит.

Даша принесла из подсобки скатерти и стала покрывать столики.

- Девчонки, ещё хочу переименовать кафе, - хозяйка пробежала взглядом по залу, - «Шайба» - больше подходит для мужского контингента. Нам надо, что-то нейтральное. Любое ваша предложение – принимается к рассмотрению, - у Лии горели глаза, когда она говорила о кафе.

- Лиичка, - из своего кухонного закутка появилась Соня, - я хотела предложить. Давайте по субботам проводить вечера живой музыки. Пригласим нашего одногруппника Жеку, он прекрасный диджей. Пусть зарабатывает и нам тоже будет хорошо.

- Сонечка, здорово! – похвалила её Лия. – Свяжись с Жекой. Узнай, что он ответит на твоё предложение.

Сонечка удалилась на своё рабочее место.

Даша, постелив голубые скатерти на столики, стала раскладывать меню, выполненные в форме шайбы.

- Лия, ты не передумала, что вечером будешь работать официанткой? – поинтересовалась Даша. – А-то хозяйка и вдруг официантка?

- А вы никому не говорите, что я хозяйка этого заведения, - попросила Лия. – Девчонки, мне ещё надо к четырём часам в больницу. Одна женщина, она медсестра, согласилась стать сиделкой у папы. Её зовут Анна Захаровна Бунина. Мне надо будет забрать её после работы и отвезти к нам, чтобы они с папой познакомились, - предупреждала о своих планах Лия. – Немного побудьте без меня. Надеюсь, знакомство пройдёт быстро…

…- Анна Захаровна, - обратилась Лия к будущей сиделке, - папа вырос в этом посёлке. Он захотел вернуться в Зелёный Дол, вот мы и переехали, - рассказывала девушка, подъезжая к коттеджу, который они купили.

Коттедж, который приобрели Бунич, возвышался на пригорке и из его окон был виден весь посёлок.

- Я знаю, что твой папа бывший зеленодолец, - не скрывая правды, ответила Анна, сидя на переднем пассажирском сиденье Лииного автомобиля.

Девушка удивлённо посмотрела на будущую сиделку. Лия припарковалась на зелёную лужайку около калитки.

- Вы купили хороший дом! – похвалила выбор Анна Захаровна. – Я за вас рада!

- Папа мечтал, он хотел видеть из окон весь посёлок, во всей его красе, - Лия грустно улыбнулась. – Вот теперь в его угловой комнате есть три окна. Одно – расположено на восток, и он в нём видит рассветы по утрам. Другое окно выходит на запад – из него папа любуется закатом. Но, а третье – в котором просто – день. Ведь дни тоже бывают разные: солнечные и пасмурные, дождливые и радостные. Папа смотрит в эти окна и улыбается. Я спрашиваю, чему он улыбается, а он отвечает, что просто радуется жизни!

Анна Захаровна слушала Лию, открывая дверцу авто. Спустила ноги в лёгкой обуви на зелёную траву лужайки… Сердце её колотилось, как бешенное. Ладони покрылись липким потом.

Чтобы вытереть руки, Анна решила достать из своей сумки носовой платочек.

И опять… - терпкий, горький запах…

- Полынь! – вспомнила Анна Захаровна. – Я же сама, сегодня утром, положила свежую веточку полыни в сумку.

- Пойдёмте, - позвала её Лия, направляясь в дом.

Анна Захаровна последовала за ней.

Проходя мимо кухни, где что-то готовила у плиты женщина в строгом одеянии, они остановились. Незнакомая женщина подошла к ним.

- Анна Захаровна, это Анастасия Викторовна, помощница по хозяйству, - представила Лия женщину. – А ещё, они с мужем, Матвеем Сергеевичем, - наша семья, - гордо добавила она.

Лия и Анна Захаровна прошли до конца коридора.

- Пап, это я, - постучала в дверь Лия.

- Доча, заходи, - услышали они ответ с той стороны.

Сердце Анны готово было выпрыгнуть из груди, и в таком состоянии она переступила порог комнаты.

На кровати полулежал Иван Бунич. Рядом с кроватью стояло инвалидное кресло. Около ног – стул для посетителей. Не далеко – прикроватная тумбочка, на которой стояли и лежали всевозможные лекарства.

Иван почти не изменился, так показалось Анне. Когда-то тёмные, немного волнистые волосы – подёрнулись сединой, но они остались такими же густыми, как в юности.

Когда-то красивое лицо, стало бледным, но на нём, всё так же блестели карие с зелёными крапинами глаза. И ямочка на подбородке осталась.

На половину непослушное тело, вытянувшееся на кровати, говорило о его высоком росте.

- Здравствуй, Анюта, - не спуская с Анны Захаровны взгляда, поздоровался Бунич.

- Здравствуй, Ванечка, - улыбнулась ему Анна.

- Вы знакомы? – удивилась Лия, глядя то на отца, то на Анну Захаровну.

- Да, - эхом отозвались оба.

- Тогда я вас оставлю, - улыбнулась им Лия. – Я вижу, вам есть о чём поговорить. А я побежала на работу в кафе.

Глава 7.

- Видишь, лежу, как бревно по среди дороги, - грустно произнёс Иван после того, как за Лией закрылась дверь.

- Конкретно обещать не буду, но… постараюсь сделать всё возможное, чтобы поставить тебя на ноги, - пообещала Анна. – Если, конечно, ты мне будешь помогать, - добавила она.

Анна нерешительно направилась к своему подопечному.

- Чем смогу, тем помогу, - отреагировал на её слова Бунич.

В комнате повисла неловкая тишина.

- Аннушка, садись, - пригласил Иван присесть свою будущую сиделку, указав на поставленный у кровати стул.

Анна поставила стул так, чтобы видеть Ивана, села.

Опять неловкая тишина в комнате…

- Помнишь? – заговорили они разом… и засмеялись над собой.

- Давай ты - первая, - отреагировал Иван.

- Помнишь? – Анна достала из сумки веточку полыни и протянула Вани.

- Духмяная! – заулыбался он, забирая веточку у Ани, и невзначай коснулся её руки.

Как будто ток прошёл по пальцам обоих… Они отдёрнули руки… и веточка духмяной травы упала на его кровать.

- Да, запах полыни – дух самой земли, - вспомнила Анна слова, когда-то сказанные Иваном. – Горький, стойкий, глубокий, как сама жизнь. Ни всё же должно быть сладким, и благоухать, - многозначительно произнесла она, и грустно улыбнулась.

- Похоже, Анюта, тебе в жизни тоже не сладко пришлось? – глядя на её грустную улыбку, заметил Иван. – Расскажи, пожалуйста, о себе, - попросил он, поднимая веточку полыни с кровати, и аккуратно укладывая на прикроватную тумбочку, отодвинув лекарства в сторону.

Анна молчала. Потом заговорила.

- Рассказывать-то нечего. Выучилась на медсестру, вернулась в родной посёлок, устроилась на работу в местную больницу, и до сих пор в ней работаю… Да, ещё в моей жизни было такое событие – вышла замуж, - Анна опустила голову, и стала внимательно изучать свои сплетённые пальцы, - Лучше бы не выходила, - вырвалось у неё.

- Что, всё так плохо? – аккуратно спросил Иван, положив свою руку поверх её побелевших пальцев.

Анна молча кивнула.

- За-то у меня есть два сына, - оживилась она. – Максим, старший. Ему – двадцать семь. Только сегодня прибыл из дальнего плаванья, он работает на торговом судне, ходят в загранку. – похвасталась она старшим сыном. – Ян – младший. Ему двадцать три. В этом году закончил институт, айтишник. На сегодняшний день ищет работу, - глаза матери светились любовью, когда она говорила о своих детях. – Они оба у меня красавцы и умницы. Макс – папин сын, а Ян – мой сынок!

Анна не заметила, как разжала пальцы, освободила одну руку, и положила её по верх руки Ивана.

- Я рассказала, - выдохнула Анна, - теперь твоя очередь.

После недолгого молчания Иван заговорил.

- Когда я узнал, что ты вышла замуж… Для меня это было, как удар молнией среди ясного неба…

Анна почувствовала в его словах упрёк, и тихонько освободила свои руки.

- Для меня это стало равносильно занозе в сердце, - продолжал говорить Иван. – Думал рана заживёт, боль пройдёт… но… время не лечило. Оно просто учило меня жить с этой болью, с этой занозой в сердце… как будто, так и надо жить, - Иван снова накрыл своей рукой руки Анны. – Анюта, ведь родные души – это навсегда? – он ни столько спрашивал, сколько отвечал на свой же заданный вопрос.

Анна не убрала руки, оставила так, как захотел Иван – его рука на её пальцах.

- А жизнь шла своим чередом и надо было жить… Да, женился. Да, появились дети… Ярослав – старший. Ему двадцать три, как и твоему Яну.

Лия, доченька. Ей – двадцать один. Жил, и всю-то жизнь тянуло сюда, на родину, в Зелёный Дол, - Иван выдохнул, как будто избавился от боли, которая мучила его столько лет. – Ярослав сейчас замещает меня в компании. А Лия здесь со мной. Вот прикупила кафе, чтобы было чем заняться, - закончил Бунич своё повествование.

- Хорошо, - промолвила Анна. – Ой, прости, это я о детях, - она замолчала, но потом насмелилась спросить, - Ваня, что с тобой случилось? – Она взглядом указала на ноги.

- В аварию попал. Что-то с позвоночником, - стал объяснять Бунич. – Лечили всевозможными методами, а ноги всё равно не слушаются.

Анна чувствовала, что Иван, что-то не договаривает.

- Хорошо, хорошо. Я завтра перечитаю твою медицинскую карту, - пообещала Анна. – Ведь я теперь твоя сиделка и мне положено знать историю твоей болезни, - строго заявила она. – Ваня, почему твоя жена за тобой не ухаживает? – осторожно спросила Анна.

- Альбина? Она сбежала от нас, когда Лии исполнилось всего четыре месяца, - равнодушно ответил Иван. – Мы после этого её больше не видели.

- Понятно, - тихонько прошептала Анна.

Они опять сидели молча, соприкасаясь руками.

Казалось, время остановилось, и стрелки часов вот-вот повернут вспять, в обратном направлении. И этим двадцати семи годам откроют обратный отсчёт.

- Ванечка, мне пора домой, - засобиралась Анна. – Максим только сегодня приехал после полугодового отсутствия. Мы с ним ещё толком не виделись, только поздоровались. Надо ужин организовать, - она поднялась со стула.

- Ты завтра придёшь? – не мог не спросить Иван.

- Я теперь буду обязана каждый день тут находиться. Так что успею ещё тебе надоесть! – пошутила сиделка.

- Ты? Никогда! – заверил её Бунич. – Приходи, я буду ждать! – попросил он.