Месть Кириэля

Знания о мире ДоРождения, открывшиеся моему сыну, поразили его до глубины души. Он засыпал меня вопросами, а я, как мог, отвечал на них, хотя не знал наверняка, говорю ли стопроцентную истину. Однажды Кириэль с опаской спросил, будто глубокое прозрение вновь постигло его разум:

– Папа! Их же ограниченное количество! Что будет, когда они закончатся?

– Что? Ты о чём? – Вначале не понял я.

– Ну как! Об осколках! Ты же говорил, что их всего шестьдесят миллиардов, и половина уже воплотилась. Выходит, они скоро закончатся. И что будет тогда?

Я задумался. Вопрос был вполне актуальным, хоть и переносил в отдалённое будущее. Но, может, мне, как Второму Лицу Создателя, следовало уже задумываться над этой проблемой?

– Ну… Вероятно, души пойдут на второй круг воплощения. – Наугад ответил я, хотя сам не представлял, что произойдёт в таком случае.

– Те, которые прожили жизнь на Земле и стали умрунами, будут возвращаться в новых телах?

– Скорее всего.

– И кто же их заставит?

– Заставлять никого не будут. Это будет происходить по желанию.

И про себя я горько рассмеялся.

Кто, простите, в здравом уме согласится вернуться на Землю и снова прожить человеческую жизнь? Да это нужно быть просто мазохистом!

Однако я же вернулся.

Чёрт возьми, я уже ничего не понимал в устройстве этой жизни!

– Ты зря переживаешь, Кир. – Успокоил я сына. – Это время наступит ещё очень нескоро.

– Да, но оно всё равно наступит. И что тогда произойдёт с миром, неизвестно.

– Не волнуйся. Его не оставят в беде. Программы и я – мы всё равно что-нибудь придумаем.

– Что тут придумаешь… Только то, что ты сказал. Но а если никто не захочет возвращаться, что, люди исчезнут?

– Надеюсь, до этого не дойдёт. Кто-то всё равно захочет возвратиться. Жизнь так разнообразна. Может, кто-то и вытянул счастливый билет и получил от неё удовольствие. Они захотят снова его испытать.

– Значит, реинкарнация возможна?

– Думаю, да. По крайней мере, я не вижу никаких препятствий для неё. Исида и Харон всё устроят, когда возникнет необходимость в реинкарнации. Но пока использовать эту возможность нет нужды.

– Выходит, тогда душам придётся приходить на Землю не раз. Ведь согласится едва ли половина из них, а впереди ещё миллионы, миллиарды лет. Да впереди целая вечность!

– После смерти физической оболочки души продолжают развиваться. Кто знает, быть может, и не нужно будет никого возвращать на второй, третий, четвёртый круг…

– Тогда, что, цивилизация людей исчезнет, ведь тела не могут существовать без душ?

– Не исчезнет, полностью перейдёт в Некромир. А здесь тогда останутся только элохимы и Хранители Кодов.

– Что-то не радостное будущее.

– Почему?

Он пожал плечами.

– Без людей… как-то не так.

– Да, ты прав. – Ответил я, глубоко задумавшись и вспоминая тех единственных людей, которые полностью изменили мою жизнь.

Эллакис, Василиса, Эрик… Эрик так и не простил себя за то, что его портал, через который я прошёл в далёком прошлом, вызвал катастрофу. Совершенную катастрофу в моей судьбе. Как бы я ни убеждал его в обратном, он не переставал винить себя. Если б я не попал в прошлое, ничего бы этого не произошло. Возможно, и Кириэля бы у меня сейчас не было. Конечно! Ведь тогда мой старший сын Валерий вовсе не родился, а значит, не выпустил Моранну из Гробниц Хели. Соответственно, она бы не сошлась вновь с Беленусом и не родила бы ему сына, к которому я так сильно привязался в реальности номер Один. Так что, и Кирилл тогда бы не был моим сыном, а я не стал тем, кем стал, пройдя невероятно сложный путь испытаний. Так что, Эрику я мог сказать лишь спасибо. И каждый раз при встрече в Некромире говорил, но чувство вины всё равно не отпускало его.

– Я понимаю, такое неприлично спрашивать… – Проговорил я, нарушив долгое молчание между нами, – но ты помнишь, какой у тебя был номер… Там?

Кириэль на минуту стал серьёзным, но потом его лицо расплылось в улыбке.

– Это так для тебя важно? – Лукаво спросил он.

– Если не хочешь, можешь не говорить…

– Четыре, ноль четыре, девятнадцать, девяносто четыре, ноль, ноль… – На одном дыхании проговорил сын.

Это был его индивидуальный девятизначный номер. После воплощения на Земле, у Исиды в Системе базы данных, наверное, напротив него появился значок, говорящий о том, что осколок с номером таким-то успешно воплощён.

Всё-таки не мог я привыкнуть к этой дикой системе мира ДоРождения, которую установил мой отец. А Кириэля, похоже, она совсем не смущала.

– Ещё я помню, какой был номер у Эллакиса… – Нерешительно проговорил сын.

– Вот как? Но как же ты понял, что осколок с тем номером воплотился именно в его теле?

Кирилл пожал плечами.

– Мне просто доступна эта информация, как абсолютное знание. Я запомнил очень много номеров, может, половину, может, вообще, все, и бывает, когда я смотрю на улице на случайного человека, то у меня в голове всплывает информация, какой у него был номер там. Это так удивительно, но иногда это… пугает…

Я поражённо смотрел на Кириэля, в очередной раз убеждаясь, какой удивительный у меня ребёнок, даже учитывая то, кто он есть по своему происхождению.

– И какой же номер был у Эллакиса? – Спросил я, хотя, мне, по большому счёту, было всё равно.

– Двадцать восемь, ноль девять, девятнадцать, шестьдесят, восемь. – Ответил сын наизусть, ничуть не напрягая свою память, будто вся информация по номерам лежала у него на ладони.

Он тоже хотел спросить у меня кое-что важное, но никак не решался.

– Ты хочешь что-то спросить. Я же вижу. Спрашивай. – Подтолкнул я его.

Он облизал пересохшие губы, будто собираясь с мыслями.

– А ты… Ты вытянул счастливый билет в этой жизни?

Всё это время мы шли, гуляя по лесу. Я вдруг остановился, поворачиваясь к сыну.

– Ну, конечно! У меня ведь появился ты. – Ответил я мальчику и взъерошил его мягкие волосы.

Это отчасти было правдой, ведь то, что я в итоге обрёл, перевешивало все несчастья, случившиеся со мной. И пусть бы Кириэль никогда не узнал, что мне пришлось пережить за свою недолгую, по меркам Вселенной, жизнь.

К счастью, до рождения, в Непроявленном Мире, Кириэлю были доступны знания обо мне лишь из Второй реальности. То есть, он не мог ничего знать о Первой, в том числе и того, что там со мной происходило, и что в том другом мире он не был мне сыном. Этот факт я утаил и надеялся, что он никогда не всплывёт. Но и во Второй реальности мне пришлось не сладко, раз я смог вызвать жалость в душе – осколке божественной сущности, который впоследствии вошёл в тело моего младшего сына, ведь выбрал он меня именно по этой причине. Как и в реальности номер Один ему стало меня жаль. Он говорил, что считал меня абсолютно правым, когда я боролся за жизнь людей и поднимал восстание против Создателя. И что моё несправедливое изгнание принесло ему сильную боль. Он также переживал за меня, видя в истории моей жизни, показанной ему в Непроявленном Мире, как жестоко обходился со мной мой сын. Чувствовал каждую мою слезинку, каждый вздох душевной горечи, и «сердце» его разрывалось на части.

Он пришёл, чтобы спасти меня и осветить мою жизнь светом любви. И ему это прекрасно удалось. Вот только знал бы я тогда, что времени нам с ним было отпущено совсем немного. Если б знал, любил бы его ещё сильнее и проводил бы с ним каждую минуту своей жизни. Если б только знал… Но судьба, устроенная непонятно кем, снова бросила мне вызов. А отвечать на него пришлось Кириэлю, моему хрупкому мальчику-солнцу, ещё толком не видевшему жизни. Я подставил его. И за это я никогда себя не прощу.

***

Я пришёл на работу как обычно к девяти. Взял стакан кофе и сел за стол, открывая ноут. Настроение было прекрасным. Я как раз завершил крупный проект, за который начальник пообещал внушительную премию. Эти деньги я как раз планировал потратить на то, чтобы отправить Кириэля на конкурс в Германию. Он очень хотел поехать. Сын немного отошёл от событий, касающихся нашей «неземной» части жизни, от своего внезапного «прозрения», и я снова видел перед собой улыбающегося жизнерадостного мальчика, для которого оставался неизменным центром Мироздания. Ко мне заглянул стажёр, которого я недавно взял на работу в свой отдел, чтобы выяснить кое-какие детали по грядущему проекту. Я был как никогда приветлив и отвечал на его многочисленные вопросы. А затем через минут пять он постучался снова, и когда открыл дверь, я подумал, что он чего-то недопонял.

Я уставился в экран ноутбука и хотел ответить, не отрываясь от него, но… затянувшееся молчание меня насторожило. Я поднял глаза и встретился взглядом со своим нежданным гостем… Тут же меня будто облили холодной водой. Ведь передо мной, победно ухмыляясь, стоял Эллакис, и смотрел на меня в упор.

– Ты?

Он нахально присел на край моего стола и щёлкнул пальцами возле моего носа. Я отпрянул. И он захохотал с этой дурацкой шутки.

– Ну что, Андроник? Неужели ты думал, что я так просто от тебя отстану?

– Что тебе нужно? – Сквозь зубы проговорил я.

– Фу, как не вежливо. А помнишь, как ты Стену Смерти ради меня разрушил, а?

На миг во мне всколыхнулись воспоминания, которые лучше было не тревожить, ведь от них становилось горько.

– Разве непонятно, что мне нужно? Чтобы ты вернулся в Имморталис-Сити.

– Нет. Это исключено. – Твёрдо ответил я тоном начальника. – Я не оставлю сына.

– Так пусть он отправляется с тобой. Мы с Валерой будем ему рады. – Притворно проговорил Мёртвый Король.

– Мир Мёртвых – не для живых. Он останется здесь.

– Как пожелаешь. Не говори потом, что я его не приглашал.

– Я вообще не собираюсь с тобой разговаривать. – Грубо ответил я, тут же вспомнив, как жаждал получить от Эллакиса хоть какое-нибудь короткое послание, когда он погиб, как тогда думал, что всё бы отдал за возможность пообщаться с ним хотя бы минуту.

– Тебе придётся. – Коротко ответил Мёртвый Король и схватил меня за плечи, поднимая со стула. Я начал сопротивляться, пытаясь избавиться от его железной хватки.

– Что ты делаешь?

– Отправляю своего тупого друга туда, где ему самое место, раз он сам этого не понимает.

Я только тогда понял, что происходит. В руках Эллакиса светилась голубоватая энергия, которой он окутывал моё тело, чтобы затем переместить меня в Имморталис-Сити. Я сопротивлялся до последнего. На пол полетел ноут и все бумаги с моего стола, но на грохот не прибежала охрана. Потому что оба дежурных уже лежали с перерезанными глотками, а мой стажёр, так не вовремя попавшийся Эллакису на пути, вышел в окно не без его помощи. Камеры видеонаблюдения были выведены из строя, а охранник, наблюдающий через них за офисом, лежал под столом со свёрнутой шеей. Раньше Эллакис не опускался до убийств людей. Видно, я настолько сильно был нужен ему, что он решил поступиться своими принципами, а может, напротив, решил навредить мне, запятнав моё имя преступлением, чтобы мне некуда было возвращаться назад. Ведь в моё простое исчезновение никто бы не поверил. А вот если б на его месте нашли несколько трупов, тогда… У следствия появились бы серьёзные вопросы.

Имя сына было последним криком, сорвавшимся с моих губ в Мире Живых. После моё тело полностью поглотило голубое сияние, и оно исчезло с лица Земли так же внезапно, как и появилось на ней восемнадцать лет назад.

5

В Элизиуме было три часа ночи, когда в моей квартире раздался резкий телефонный звонок. Звонили с Земли. Я не спал, читал книгу и вздрогнул от неожиданности. Кому понадобилось тревожить меня ночью? Неужели кто-то из элохимов умудрился встрять в какие-то неприятности? Пусть сами решают свои человеческие проблемки, я вообще… Но как только я взглянул на имя звонившего, желание побурчать резко пропало. Мне звонил Кириэль, младший сын Андроника, которого я ни разу в жизни не видел, но знал об его существовании, а его номер был записан в моей телефонной книге. Он звонил мне, Четвёртому Всаднику Апокалипсиса, которого тоже никогда не видел, в три часа ночи, и это значило, что стряслось что-то из ряда вон выходящее… С замиранием сердца я снял трубку, морально подготовившись услышать что угодно. После возвращения Андроника, мы виделись с ним всего пару раз. Наши жизненные пути разошлись, но всё-таки он доверял мне, раз оставил мой номер сыну на случай беды.

– Да, я слушаю…

– Здравствуйте, это Танатос? – На том конце послышался такой приятный баритон, похожий на голос Валерия, будь он неладен!

– Да, он самый. Ты – Кириэль?

– Да. Простите, пожалуйста, что так поздно. Мне нужна помощь. Очень. Помогите, пожалуйста. – В голосе мальчика слышалось крайнее отчаяние.

– Так, подожди. Объясни, что произошло.

Раздался звук, похожий на всхлип.

– Кириэль… – Позвал я.

– Он забрал его… – Сквозь слёзы еле проговорил мальчишка.

Я ничего не понял.

– Что? Объясни. Мне трудно понять, о чём ты. Где твой отец?

– Я не знаю. Наверное, в Имморталис-Сити. Мёртвый Король забрал его! – И ребёнок снова сорвался на плач.

Всё похолодело у меня внутри. Я не мог поверить в услышанное. Неужели, опять…

– Как это забрал? Кириэль, это точно? Ты ничего не путаешь? Мёртвый Король не смог бы попасть в Мир Живых.

– Он пришёл. Он несколько раз приходил, и когда папа отказался покидать Землю, он похитил его. Господи, я не знаю, что теперь делать! Помогите мне, пожалуйста!

– Так. Ладно. Успокойся. Я к тебе перемещусь через ближайший портал с Элизиума. Вы не переезжали?

– Что?

– Адрес, говорю, тот же, не менялся?

– Нет…

– Перестань плакать, Кириэль. Я скоро буду, и мы обязательно что-нибудь придумаем, хорошо?

– Угу.

Я повесил трубку и схватился за голову.

– Да уж…

Только и смог сказать я. На Андроника слов уже просто не находилось.

***

Дверь мне открыл заплаканный подросток уже около шести утра. И сразу же кинулся обнимать от стресса. Я позволил себя обнять, хотя не знал, что делать дальше, и как успокаивать детей. Кириэль узнал меня по фотографиям, а я его – по глазам и взгляду его отца. Я прошёл внутрь. Разулся. У Андроника царил идеальный порядок, а квартира была хорошо обставлена добротной мебелью. На себя ему всегда было плевать, а вот о сыне он заботился.

Мне отчего-то стало неловко. Мы прошли на кухню. Сели за стол.

– Ну, рассказывай, как это произошло. – Бодро сказал я. – Только не реви, прошу.

Кириэлю, если я не ошибаюсь, было лет восемнадцать, но по поведению он казался ещё совсем дитём. Это был избалованный, заласканный мальчишка, всю свою жизнь просидевший за спиной отца, который решал все его проблемы, и был центром его мира, и вот он лишился этого мира. Не представляю, каким страшным ударом стало для него потерять единственного родителя. Хотя, я ещё не знал всей ситуации. Может, всё было не так страшно.

–…он иногда наведывался к нам. Вместе с моим братом. Но в последний раз его не было около года и… потом… – Кириэль закрыл лицо руками и зарыдал.

– Подожди, с чего ты, вообще, решил, что твоего отца забрал Мёртвый Король, может, у него появились какие-то важные дела, и он… Когда он, кстати, пропал?

– Позавчера утром. – Шмыгая носом, ответил ребёнок. – Он бы так не поступил. Он бы предупредил. Он всегда предупреждал, когда уезжал в командировки. И там… Там, на его работе, в общем… Произошло что-то ещё. Я ходил туда, но меня даже не пустили в папин кабинет. Сказали ждать, пока со мной свяжется следователь. Вчера он позвонил и попросил меня приехать в отделение для показаний, но я не поехал… Я не могу, мне так плохо, я не знаю, что делать…

Парень находился в шоке и был полностью дезориентирован сложившейся ситуацией. Я встал и начал искать успокоительное в ящиках. Таблетки нашлись сразу же, видно Андроник часто их употреблял по старой привычке. Я выдавил пару и протянул мальчику вместе со стаканом воды.

– Выпей и ложись спать. Тебе надо отдохнуть.

– Нет, я буду искать отца, надо что-то делать! – Запротестовал парень.

– Ты ему ничем не поможешь, если попадёшь в больницу с нервным истощением.

Ребёнок все же выпил лекарство, и я уложил его на диване в гостиной, а сам принялся усердно думать, что предпринять. Позвонить Всадникам, Беленусу? Чем бы они помогли? К Миру Мёртвых никто из нас доступа не имел, а Моранна, единственная элохим, которая была способна контактировать с Некромиром и перемещаться туда, давно развоплотилась. Но если Мёртвому Королю самому удалось преодолеть законы природы и прийти в Мир Живых, значит, существовал и обратный способ перемещения в Мир Мёртвых. Только такие силы были мне недоступны, как и всем элохимам. Лишь Андроник смог вернуться назад, в Живую Вселенную, но если ушёл он в Имморталис-Сити не по своей воле, то и, разумеется, вряд ли ему бы разрешили покинуть его вновь. В любом случае, нам путь в Имморталис-Сити был закрыт.

Теперь на мне был несчастный ребёнок Андроника и огромная проблема в виде похищения его отца Мёртвым Королём. По сути, то, что произошло с Великим Сыном, означало… Технически означало смерть… Ну, по логике, если рассудить, то, когда человек либо, неважно, любое другое существо отправлялось в Мир Мёртвых, оно как бы переставало существовать для Мира Живых.