Брат и сестра

Макс кайфовал под душем, а когда выключил его, то недоумевающе помотал головой – показалось, что у него появился шум в ушах.

– Перезанимался? Давление подскочило? – встревожился он, выбираясь из душевой кабинки.

По мере его приближения к двери комнаты шум становился всё отчётливее, а когда он вошёл, то перекрыл и этот шум, и даже внезапно включившуюся тревожную сирену, гудевшую внизу.

– Смартфон! Вещи! Всё промоклоооо!

Макс, при всей его ушлости, оказался довольно наивным типом. Ну разве мог бы циник примчаться к Аниной двери за помощью?

– Анхен, Анитка! Помоги скорее! У меня проблема! Этот проклятый умный дом включил воду с потолка и испортил мне всю одежду и смартфон!

Гордое молчание было ему ответом.

Нет, если бы не необходимость помириться с этой овцой, Макс бы затребовал координаты владельца коттеджа, чтобы предъявить ему иск о возмещении вреда, но сейчас требовалось загнать всё негодование поглубже и… утереться, причём в прямом и переносном смысле.

Впрочем, поразмыслив, Макс понял, что это глупо – договор об аренде они не заключали, живут на халяву, так что вряд ли его иск имел бы какой-то толк в денежном выражении, а все остальные его никак и не интересовали.

К тому же выяснилось, что пострадали только вещи, оставленные на виду, и смартфон.

– Ладно, это я всё высушу, не страшно. Смартфон… ну, тоже можно постараться высушить, да я его и не чистил давно, там много чего было лишнего. Утратил бдительность, можно сказать, так что всё к лучшему! – оптимист Макс решил, что смартфон он завтра купит новый, главное, доехать в Питер.

В разведку он смотался, как только немного успокоился, а вернулся оттуда уже довольным:

– Дерево распилили и убрали на обочину, проезд готов! Всё отлично… можно завтра спокойно поехать к Эльвире, а до этого заехать за новым телефоном.

План привёл Макса в расчудесное настроение, так что он прибыл под дверь к Ане, установил там стул, чтобы уговаривать в комфорте, и начал монолог о том, как он любит свою чудесную Анхен-Аниту.

Вот кто бы знал, что дверь в этой комнате звуки пропускает отлично, и каждое слово Максима записывается на смартфонный диктофон.

– Аниточка, родная, ну, неужели же ты меня никогда не простишь? – в конце концов патетически воскликнул этот актёр театра имени самого себя.

– Я подумаю, – ответ, даже высказанный крайне нелюбезным тоном, Макса окрылил – он не любил, когда овцы оказывались слишком недоверчивыми или строптивыми.

И потом, время – деньги! Чего это самое время просто так тратить?

Макс постарался закрепить успех, рассказывая, как он счастлив из-за того, что в его жизни есть такая прекрасная девушка – самая лучшая в мире! А эта самая девушка тем же нелюбезным тоном начала задавать вопросы, а правду ли он говорит? А вот если он полюбит какую-то другою?

Максим горячо уверял Аню в том, что никаких других для него нет, что они все поголовно уродины и идиотки, которые только и думают о всяких глупостях. Затейливый перечень глупостей прилагался.

– Интересно, она нашла телефоны девиц, которых этот соловей сейчас параллельно обрабатывает? – заинтересовался Игорь.

– Думаю, что да… нет, ты смотри, как красиво она его вывела на обсуждение женских недостатков в других девушках. Он и рад стараться, но зуб даю, что в этой речи что-то да выскажет про конкретных особ, – хмыкнул Матвей. – Интересно, это она осознанно или интуитивно?

– Думаю, что все твои зубы точно останутся при тебе! – уверенно кивнул Игорь. – Мне кажется, что осознанно, посмотри, какая она довольная!

Да, Аня была довольна – можно сказать, что голос Макса искусственно синтезирован, что это всё обман, но она была уверена, что он в этом потоке слов выдал и что-то личное, такое, которое явно зацепит заинтересованное лицо.

– Я на твою удочку, конечно, уж не поймаюсь, но и те две, которых ты сейчас обхаживаешь, пусть тоже сорвутся!

Телефоны их узнать было несложно – последние два звонка были с «Павлом из автосервиса» и с «Эдиком – мазилой».

– Павел – это Полина, а Эдик – Эля, – поняла Анна. – Ну что же, не всё тебе с нами веселиться, можно и иначе!

Какие бы усилия ни прилагал Максим, дверь Аня ему так и не открыла.

– Вот тупая! – охарактеризовал он «любимую», вернувшись в комнату, которую выбрал в качестве своих апартаментов. – Даже не овца, а ослица!

А Аня, не являясь ни той, ни другой, старательно выстраивала стратегии общения с девушками, которых надо было предостеречь.

– Вот мне брат сказал, что Макс, похоже, ценит только деньги, которые я ему могу дать. И что? Разве я поверила? И не подумала! Хорошо хоть не разозлилась, а ведь могла бы. Но это мне говорил брат, любимый и важный для меня человек, а если названивает мне какая-то незнакомая деваха и начинает втирать, что мой жених мошенник, что я стала бы делать?

Аня походила по комнате и невесело усмехнулась – послала бы она звонящую куда подальше, даже слушать не стала бы!

– А чтобы меня выслушали, надо сказать так, чтобы их зацепило! А для этого надо бы посмотреть и порыться… неужели же он такой умный, что больше нигде не наследил?

Она то рылась в интернете, то писала план разговоров, то собирала вещи, не отвечая на Максимовы воззвания, которые то и дело раздавались из-за двери.

– Анечка, родная, ну это же уже смешно!

– Да-да, дорогой, я непременно повеселюсь. Но только не сегодня! – думала Аня, пакуя чемодан.

На утро веселье началось, как только Макс стартовал от ворот налево – на лесную дорогу. Аня подождала какое-то время, но «жених» не возвращался, тогда она упаковала два своих чемодана и сумку в найденные под лестницей здоровенные мусорные пакеты, как следует заклеила скотчем все углы и стыки, взяла тачку, обнаруженную в гараже, обулась в самые неубиваемые и невзрачные свои кроссовки и направилась к луже.

С помощью тачки и водонепроницаемой упаковки чемоданы удалось переправить на ту сторону болотца целыми и невредимыми, после чего Аня стянула их со средства передвижения по луже и упрятала глубоко в кусты.

– Так… теперь обратно!

Тачка была вымыта и возвращена в гараж, все вещи Максима упиханы в его чемоданы, которые Аня выставила за ворота, посуда вымыта, а продукты вытащены из холодильника и упакованы отдельно.

– Ну, спасибо этому дому, пойдём к другому! – Аня погладила входную дверь коттеджа перед тем, как его запереть на ключ, проверила гаражную дверь, ласково коснулась еловых лапок, за которыми она так удачно пряталась, а потом решительно зашагала по дорожке к калитке.

– Так, на сигнализацию я поставила, окно в залитой комнате приоткрыла и зафиксировала на «гребёнке» – так и проветрится, и не распахнётся. Потом Сашку предупрежу, чтобы хозяину сказал, – отмечала Аня выполненные пункты своего плана. – Теперь продукты оставить соседям.

Хаковских сотрудников удивить было непросто, но Свечникова это успешно осуществила – обоих впечатлила и добросовестность, и порядочность – не бросила дом, не оставила на произвол судьбы, всё убрала, а ещё Макса выставила из чужой недвижимости, чтобы не подвести брата – по легенде-то дом принадлежит его приятелю.

– Слушай, а теперь она что? К нам стучится? – продолжали удивляться «соседи».

Матвей принял волевое решение и кивнул коллеге:

– Пойду и спрошу, чего она хочет?

– Добрый день! – вежливо улыбнулась ему симпатичная светловолосая Аня. – Я жила в соседнем коттедже, но сейчас мне срочно надо уехать. Мой… спутник тоже тут жить не будет – нечего ему в чужом доме делать. А вот продукты, которые мы покупали, остались. Тут все упаковки целые, всё свежее. Я сейчас такси вызову, а потом, наверное, сразу на поезд поеду, с собой брать это будет неудобно. Может быть, вы примете? Пожалуйста!

Изумлённый Матвей покивал, даже спасибо сказал, а потом вернулся в «наблюдательный» пункт и хмуро произнёс:

– Мне ещё больше хочется поквитаться с этим альфонсом! Ну, чего ты сидишь? Давай, дуй на смежный участок, выводи машину и подвози её! Она-то тебя не видела. А я тут подожду – очень хочется на Максимчика посмотреть!

Аня, форсировав лужу, залезла в заросли, добыла оттуда чемоданы и сумку, в которой была канистра с водой.

– Да меня же с такой грязью ни один таксист не возьмёт, – рассудила Аня, меняя обувь и приводя в порядок испачканные донельзя ноги. – Так, а теперь рассылаем сообщения «Павлу» и «Эдику»! Девушки, моё дело грамотно предупредить, а уж дальше вы сами смотрите!

Нажатый на экране значок «отправить» понёс Полине и Эле весьма интересные материалы…

Глава 12. Типаж типажу рознь

Анна, волоча за собой чемоданы, вышла за пределы коттеджного посёлка, отошла чуть в сторону, чтобы, если вдруг Макс внезапно вернётся и решит попытать счастья с лужей, заранее его увидеть и убраться в заросли, а потом достала смартфон, чтобы вызвать такси.

За спиной раздалось громкое досадливое восклицание, Аня обернулась и увидела, что перед лужей остановился внедорожник, из машины выбрался какой-то человек, подошёл к луже, прошёлся по её «берегу», пожал плечами и, сев в машину медленно, но уверено «поплыл».

– Н-да… вот оно, однозначное преимущество танков против щёгольских пузотёрок! – Аня припомнила, как эту фразу говорил Сашка, который очень любил машины с высокой проходимостью и покупал только такие.

– Да зачем мне фигня, которая на любой просёлочной дороге застрянет? – обычно удивлялся Сашка приятелям, наперебой советующим приобрести «нормальную тачку, а не какой-то танк». – Так поедешь на рыбалку, да там и останешься с вашими нормальными тачками.

Аня задумавшись о брате и машинах, не обратила внимания, что внедорожник притормозил около неё:

– Девушка, извините, пожалуйста, а это не вы, случайно, жили в последнем коттедже по первой линии? – поинтересовался светловолосый молодой мужчина, выглядывая из окна машины.

Аня насторожилась, но ответила:

– Да, а что?

– Это коттедж моего приятеля, я тут рядом проезжал и хотел ему в гараж запаску сбросить – он просил. Вот, и ключи дал, – Анин собеседник помахал знакомой связкой и продолжил:

– Смотрю, а там какие-то вещи у ворот выставлены, а тут – вы с чемоданами.

– А как зовут вашего приятеля? – на всякий случай полюбопытствовала Анна.

Имя было названо именно то, которое упоминал Сашка, так что подозрительность Ани слегка уменьшилась. Правда, собеседник на этом не остановился и сказал:

– Я знаю, что в коттедже должен жить Сашка Свечников, вот и удивился вещам…

Тут уж даже Анна успокоилась и решила, что надо бы что-то пояснить:

– Я сестра Александра Свечникова, он сказал, что я могу вместо него поехать, что его приятель в курсе.

– Ааа, тогда понятно… хотя нет, опять не понял – а вещи чьи? Там кто-то посторонний обосновался, а вы его выгнали?

– Теперь посторонний! – твёрдо ответила Аня, отчаянно на себя озлившись – она ощутила, как краснеет.

Вот просто отвратительно краснеет, аж до кончиков ушей! Она терпеть не могла эту свою особенность.

Собеседник сделал вид, что ничего не заметил и принялся извиняться:

– Простите, пожалуйста, я не собирался лезть не в своё дело, просто с ходу не понял.

– Вы калитку хорошо заперли? – сухо прервала его извинения Аня. – Мне не хотелось бы, чтобы тот… кто там со мной был, пробрался бы в дом.

– Не волнуйтесь, запер накрепко!

– Ну и славно! – Аня подозревала, что фраза «а раз так, то езжайте уже по своим делам, да поскорее», которая прямо-таки вертелась у неё на языке, будет звучать грубо, так что сдерживалась изо всех сил.

Она с преувеличенным вниманием уставилась на экран смартфона, надеясь, что этот тип уедет уже куда-нибудь подальше.

– Нет, понимаю, что он ни в чём не виноват, но чем-то он мне Макса напоминает! А! Масть та же – светловолосый и глаза голубые. Фуууу, короче! – думала Аня, сердито сверкая глазами.

– Извините, может быть, я лезу не в своё дело, – начал тип.

– Может быть… – намекнула Аня.

– Но мне кажется, что вам хочется поскорее отсюда уехать, мало ли, а вдруг вернётся тот, которому не надо попадать в дом… Но тут нет остановок автобусов, а такси будет долго добираться. Я как раз в Питер еду. Вы позволите вас подвезти?

– Зачем? – подозрительно прищурилась Аня.

– Совесть мучить будет, если я буду вспоминать, что оставил в безлюдном месте девушку. Да ещё не совсем постороннюю – я вашего брата лично не знаю, но мой приятель много хорошего о нём рассказывал.

Аня нипочём бы не согласилась, но имена совпадали, никакой корысти у водителя найти она не могла, а таксисты тоже разные попадаются. Мало ли какой приедет!

– А ещё и Макс может вернуться, и, как я понимаю, будет он очччень зол! Да, наверное, это самый разумный и безопасный выход! – думала она.

– Соглашайтесь, я, честное слово, совсем неопасный! Работаю в концерне Миронова, замначальника подмосковного филиала службы безопасности. Вот удостоверение! Зовут меня Игорь Зубров.

Аня из чистой вредности и на удостоверение посмотрела, и фото сверила – да, похоже, конечно, но сейчас любую бумажку можно купить или на цветном принтере сляпать запросто.

– Можете брату позвонить, я думаю, что он про меня тоже слышал, – улыбнулся Игорь.

– Ой, нет… брату пока не надо! – вздохнула Аня. – Не хочу, чтобы он волновался.

– Да и не надо никому волноваться! Садитесь и поехали. Я только ваши вещи сейчас в багажник закину.

Игорь закинул чемоданы в багажник, галантно открыл перед Аней дверцу и, усадив свою недоверчивую пассажирку, устроился за рулём:

– А куда вас в Питере доставить? – уточнил он. – И ещё хотел спросить, а как вас зовут?

Пока Аня отвечала, усаживаясь поудобнее и пристёгиваясь, он стремительно набрал сообщение для начальства и напарника: «Легализовался, везу в Питер».

Отправленное сообщение автоматически удалилось на его смартфоне, так как он, в отличие от Макса, являлся профессионалом.

А вот над самим Максимом начали сгущаться тучи, о чём он не имел ни малейшего представления – слишком много неудач его преследовало в последнее время, так что чутьё слегка утомилось и примолкло.

***

Все мы люди разные, следовательно, и реакции на одно и то же известие у разных людей могут прилично различаться. Вот, например, Эля, получив послание с незнакомого номера, хотела было его удалить и заблокировать, но заинтересовалась знакомой физиономией, открыла, прослушала звуковую часть, прочла текстовую, посмотрела подборки скринов со ссылками на источник, холодно усмехнулась, а потом призадумалась.

Нет, никакого личного интереса к Максу у неё и в помине не было. Единственным объектом любви Эли всегда была, есть и будет только сама Эля, но…

– Но это можно использовать! – сообразил она. – Чего такому кадру-то просто так пропадать!

У неё не возникло ни малейших сомнений в правдивости послания, так как она сама что-то в этом роде подозревала, но…

– Но не в таких же масштабах! Это, знаете ли, уже хамство! – решила она. – Ну, раз сам ползёшь, сам и получишь!

Звонок Элиному мужу пришелся исключительно кстати – супруг как раз получил отчёт охранника, приставленного к супруге, о её перемещениях и контактах.

– Какой тут ещё ферт нарисовался? – насторожился бдительный супруг.

И тут звонит его благоверная и сообщает, что один из покупателей, оказывается, имеет в её отношении возмутительные намерения!

– Милый, ну, одно дело в кафе сходить или в ресторан, особенно если после этого он делает покупку в галерее, это ты мне сам разрешил, но он… он…

Алексей Михайлович Гриневский, за глаза именуемый супругой карпом, категорически не любил, когда что-то ему принадлежащее пытался отцапать кто-то другой! Тогда и без того неприятный характер Алексея Михайловича стремительно трансформировался в нечто абсолютно невыносимое, и Эля научилась филигранно этим пользоваться.

Вот как сейчас:

– Мне какая-то девушка прислала на него целое досье! Он альфонс и, как я поняла, не гнушается и деньги в подарок «выпрашивать». Короче, всё это прибыло по мою душу! Что мне с ним делать? Просто прогнать?

Такая наработка плюсов в копилку семейных отношений Эле нравилась. Мало ли, придётся «поиграть на доверии», а доверие-то уже толстенькое, откормленное, надёжное, а главное, что всё это без малейших Элиных усилий. Приятно же, да?

Ожидаемо, карп, приведённый в бешенство одним осознанием того, что на его собственность кто-то посмел покуситься, разразился руганью, категорически запретив Эле «просто прогонять» этого мерзавца!

– Я ему устрою весёлую жизнь! Он у меня попляшет! Соглашайся на свидание в… – карп назвал довольно малолюдный питерский парк.

– Милый, а он потом мне мстить не будет? – нежный голосок жены заставил Гриневского усмехнуться.

– Не волнуйся, уж защитить-то тебя я сумею!

А главное, надо было защищать даже не жену – он и так прекрасно понимал, что Эля на красивых мужчин не ведётся, а только на очень богатых, так что от этого альфонсика опасности для его супружеской жизни нет ни малейшей. А вот для его репутации – очень даже!

– Да как это так? К моей жене подкатывает какой-то… дурик? И меня при этом даже не опасается? Совсем народ охамел! Надо показательно лечить!

Эля, холодно усмехаясь про себя, встретилась с «пылким влюблённым», откушала с ним обед, а потом, «уступая его мольбам», согласилась на более тесную встречу, назначив её сегодня вечером, причём именно там, где велел муж.

– Вот же… и как мне быть? – лихорадочно соображал Макс, отъезжая от ресторана. – Эта явно дозрела, прямо в руки валится, нельзя упускать такой случай, но как же Анхен? Она и так на меня злится, а если я не вернусь на ночь… А впрочем, это к лучшему, бабам полезно иногда устраивать встряску! Добрым и любящим я уже был, она меня чуть только ногами не пинала из-за небольшого косяка, вот пускай теперь сама попрыгает, почует, что упускает такого мужчину!

Он довольно ухмыльнулся, покосившись на собственное отражение зеркале заднего вида.

– Попереживает, по стенкам походит, это ей только полезно! – окончательно уверился он в правильности выбранной стратегии.

Макс на всякий случай снял номер в дорогой гостинице, приплюсовав эти затраты, равно как и стоимость очень недешёвого обеда, к сумме возмещения, которое он непременно стребует с Элинор, и, решив, что нипочём не станет Аниту предупреждать о том, что не приедет, стал ждать вечера.

Когда часов в пять дня раздался звонок, Максим был уверен, что это Анхен сообразила, что «любимого» как-то давно нет.

– Вот и попрыгай, подумай, а стоило ли так себя вести! – назидательно высказался Макс в сторону смартфона, но, обнаружив, что это звонит Полин, принял звонок.

– Любимая, как ты? – нежно произнёс он.

– Я? Я так соскучилась, – ответила ему собеседница. – Когда же ты ко мне вернёшься?

– Дней через пять, родная. Дела никак не позволяют вырваться раньше! А я уже просто жить не могу без моей сладкой девочки! – слова лились привычным потоком, ничуть не затрудняя Макса раздумьями, что и как говорить.

Правда, если бы он видел лицо этой «сладкой девочки», то все слова, пожалуй, застряли бы у него в глотке!

Полина вовсе не была писаной красавицей, первый раз замуж вышла за старинного партнёра собственного отца, который внезапно обнаружил, что пусть его жена и не ошеломляет красотой, но у неё имеется упорство, деловая хватка и верность. Для начала ему хватило и этого, чтобы перевести брак из чисто делового соглашения в нечто более интересное. К несчастью, он слишком любил лихачить на дорогах, так что этот союз долго не продлился, но характер Полины никуда не делся.

Да, она была счастлива, став предметом ухаживания красавца. Да, собиралась купить роскошные апартаменты, благо могла себе это позволить даже без продажи каких-то своих активов, особенно с поддержкой родителей и богатой тётки. Только вот купить-то квартиру она планировала на себя или на родителей – иной вариант даже не рассматривался!

Макс, расслабившийся от череды удачных «стрижек овец», слегка утратил бдительность и не учёл, что за тускловатой внешностью может быть скрыто кое-что интересное.

Полина, разумеется, с ходу не поверила присланному сообщению, решив, что это какая-то разлучница жаждет захапать её жениха – вон сколько желающих вокруг сразу возникло, стоило только ей пару раз куда-то сходить с Максом.

Полина хотела даже позвонить отправительнице и устроить скандал с вульгарным визгом, но… но всё это не позволила ей сделать невзрачная, но вполне дееспособная деловая жилка – раз есть какая-то информация, которая, возможно, касается её безопасности и благосостояния, то есть смысл её проверить, правда?

Да, конечно, записанные голосовые файлы с откровениями какого-то мужчины, голос которого был похож на Макса, ничего не стоило подделать, но… но там же были и его выражения, такие знакомые и узнаваемые! А ещё… она обнаружила описание собственных привычек, которые этот «диктор» упомянул как «какие-то тупые дуры и так делают, куда им, Анхен, до тебя!»

Полина моментально вспыхнула до корней волос – рыжие иногда краснеют так, что Ане и не снилось.

С этого момента каждая фраза анализировалась только что не под микроскопом! Дальше такому же анализу подверглись и сообщения от незнакомки, а уж пройти по ссылкам и проверить информацию с жалобами предыдущих «овец» было и вовсе плёвым делом.

Да, всё это можно было подделать, но даты… даты всех этих сообщений были задолго до их с Максом знакомства!

Полина попыталась поджать губы, зашипела от омерзительного ощущения, возникшего из-за «уколов красоты», поклялась себе, что больше и близко не подойдёт за подобной косметической услугой – она-то решилась на это только ради любимого.

– Любимого? Ну, если я выясню, что всё это правда, ему вообще лучше бы в наш город не приезжать! – решила Полина. – А лучше я вообще по-другому сделаю! Главное – точно убедиться, как обстоят дела на самом деле!

Глава 13. Котик?

Встречи у Макса бывали, конечно, разные… и отбиваться приходилось, и улепётывать – почему-то некоторым родственникам и знакомым его «овец» не нравились методы ухаживания «жениха», но всё познаётся в сравнении. Вот именно эту истину Максиму и пришлось уяснить.

Пришёл он при полном параде в парк, добрался до указанного ориентира, а там его уже встретили, но вовсе не нежности чудесной, увешанной бриллиантами Элечки, а гораздо менее чудесные, но очень внушительные сотрудники охраны её супруга.

– Бить будем больно, но аккуратно! – провозгласил, неприятно ухмыляясь, один их них.

Причём ни в чём не соврал!

Через некоторое время Макс выбрался из густых зарослей кустов, куда его зашвырнули, так сказать, в качестве заключительного аккорда, и побрёл к машине. Идти он мог. Руки двигались, лицо осталось целым. На этом плюсы заканчивались – по ощущениям, весь остальной организм представлял собой большой синяк!

– Ну, вроде внутри ничего не отбили, а это… впредь мне наука – с замужними не связываться! – решил Максим.

Он отправился в коттедж, правда, доехал туда глубокой ночью, но был уверен, что Анхен, как только увидит травмы и услышит историю о том, что на него напали, его тут же пожалеет да станет ухаживать, но ожидало Макса лишь горькое разочарование.

Он даже не сразу понял, что означают вещи у забора, сначала просто решил, что дурочка настолько оскорбилась, что выставила его чемоданы на улицу, а сама заперлась в доме.

На звонки Анхен не отвечала, на сообщения тоже, пришлось выбраться из машины и дохромать до забора:

– Анита! Открой! Анхен! Открываааай! – вопил он так, что в лесу гуляло эхо, смущая сов.

Этот концерт закончился внезапно – из калитки соседнего дома вышел уже знакомый Максу мужчина и заявил:

– Чего ты вопишь, болезный? Девушка уже давно уехала! Сказала, что возвращается домой, а тебя тут вообще быть не должно! Так что вали отсюда на все четыре стороны.

Макс с трудом осмысливал эту информацию, покачиваясь у сваленных чемоданов, а потом начал возмущаться, грязно ругаясь разом на «всех дур-баб».

– Так, если тебе тут делать нечего – дело твоё, а я тут сплю, так что вали отсюда пока цел! – холодно сказал ему мрачный тип.

– Цел? – с горечью переспросил Макс. – Да на мне живого места нет!

– А если найду? – вкрадчиво осведомился соседский работяга. – Раз стоишь, да ещё есть силы пасть распахивать, значит, кое-что целое точно осталось. Проверить?

Макс тут же вспомнил, какая неожиданная силища у этого типа, и очень шустро убрался перетаскивать чемоданы в машину.

– Вот гaдинa-то! – шипел он на Анну. – И куда теперь?

Его квартира в Москве исправно сдавалась, принося владельцу пассивный доход, так что туда не поедешь, а вот…

– А вот к Полин наведаться можно и нужно! – обрадовался Макс. – Ехать, правда, придётся далековато, но куда ж деваться? Зато доеду – отлежусь там!