Жестокая. Отомсти ему

Пролог

Настоящее время. Лиса (Саша Лисовая)

– Неужели тебе реально никто из них не нравится? Хотя бы Ник?... – выдает с подозрением моя подруга Лерка, и я нервно сглатываю подступивший к горлу ком. Никитин – Ник. Один из самых отвратительных мажоров в нашем универе. Грубый, заносчивый, опасный. Совершенно неуправляемый. Но красивый, как сам Дьявол, вынуждена согласиться. С этим даже не поспоришь, блин.

– Нет. А должен?

– Нууууу... Он самый классный из всех. И не бывает же дыма без огня... – улыбается она, а я и бровью не веду. Каменная выдержка. Сама не знаю, зачем вот так беспринципно лгу своей лучшей подруге, наверное, потому что всё это для меня чуждо. Я отрицательно отношусь к подобного рода взаимодействиям. Мне девятнадцать лет, а я даже ни разу не целовалась. Обмен слюнями считаю самым мерзким физиологическим процессом из всех, что знаю. А дальше я и не углублялась. И этого достаточно.

– Не понимаю о чём ты. Беспринципный козёл, который трахает всё, что движется и ведёт себя со всеми как последняя сволочь. И он должен мне нравиться?

Не должен, но по какой-то причине, блин, нравится! Только я ни за что на свете в этом никому не сознаюсь!

– Белов, конечно, тоже ничего… – вздыхает она с улыбкой. – Но Ник на тебя всегда так смотрит. Будто сожрать хочет. И эта фигня уже второй год длится, Сашка.

Если бы она знала, что было в школе…Мы ведь раньше с ним познакомились…Я в десятом училась, он в одиннадцатом. Потом – год передых. И вот опять…В университете…Мы друг друга реально ненавидели. Стоило встретиться в коридоре так искры повсюду рикошетили. Он издевался. Я никогда не сдавалась. Всё было по-честному. А сейчас его будто переклинило. Трогать меня стал. Проявлять другие какие-то эмоции. Неадекватные.

– Хочет сожрать то, что не получает, – отвечаю, перебирая тетради в сумке. Никак не могу найти дурацкие лекции по философии. И куда же я её затолкала, блин!

– Возможно ты права… – задумчиво соглашается она.

– Ага.

– Но вы же разговаривали недавно…Я видела…

Чёрт! Когда? Когда она видела? Надеюсь не один из тех моментов, когда он зажимал меня и трогал мою задницу.

– Мы часто разговариваем. Точнее, он меня достаёт. Причём в последнее время с особым рвением, не знаешь, кстати, в чём дело? – спрашиваю, как бы невзначай.

Сначала подружка подозрительно притихает, а потом выдаёт такое, отчего у меня волосы дыбом встают.

– Ну…Не знаю… Точнее… Слухи были. Анжелка говорила на вечеринке, что недавно он на тебя поспорил, ну…На твою…Д… – добавляет она, отчего у меня отвисает челюсть. И она говорит мне, блин, об этом только сейчас?! Я тут же забываю про сраную тетрадь. Он что, блин?! Что?! Мне кажется, сердечная мышца в мгновение перестаёт функционировать.

– Что?! – выдаю с ужасом. Смотрю на неё просто бледная как моль. Кровь перестаёт качаться.

У нас ничего не было, но он столько раз меня караулил, особенно в последние две недели, что я в шоке от этих слов. Значит, это спор?! Всё это грязный лживый спор?! Он делал это специально?! Вспоминаю его жалкую фразу в ответ на мой вопрос...

«– Я же всегда тебя раздражала. Ты вечно говорил, что я тебя бешу. Что изменилось, Никитин?

– Эта инфа будет для тебя лишней. Просто идём в кино и всё».

Ну, естественно, это спор…Что же ещё? Дура, Сашка. Ты просто дура!

– Ага, прикинь. Поспорил со своими придурками… Ушаковым и Русановым. Сама была в шоке, но я же знала, что ты не поведешься ни за что и никогда. Белов, кстати, не спорил…

– Ага, – отвечаю и при этом ощущаю себя круглой идиоткой. Ведь пару дней назад уже согласилась пойти с этим придурком на свидание, потому что он наседал как сумасшедший, и я нацелилась на одно, только чтоб избавиться... Но сейчас. После услышанного. Я устрою ему такое. Такоооооое!!! Что он до конца своих дней будет жалеть об этом дурацком споре и о том, что вообще родился, блин, на этот свет! Чёртов паяц!

Глава 1.

Две недели назад. Матвей Никитин (Ник).

– Че давай вот эту? – у Ушакова как всегда походу прицел сбился. То ли в глаза долбится, то ли в уши. Заебал уже, честное слово. Сколько могу повторять?

– Хуе́ту, Вано, хуе́ту! – отвечаю и спрыгиваю с подоконника.

– Слышь, ты чё такой скучный стал, а.

– Да, бля, у тебя игры детские. Вырасти уже, – одно да потому. Скучище душное.

Спорит и спорит на тёлок, будто бы нам по шестнадцать лет. Бессмысленная трата времени. Не, я не говорю, что святой. Сам месяца два назад ещё спорил, но без энтузиазма. Перетёрли мы с Тимом как-то после этого и поняли, что хуйня какая-то. И так все знают, что нам девчонки дают. Нахер ещё что-то доказывать? Плюс они привязываются потом. Симонова вон до сих пор отвять не может. Таскается за мной везде, как собачка за хвостом. Анжела конечно симпатичная. Лучшая давалка из тех, что у меня были, НО. Я устал от этого дерьма, если честно.

Тем более, что мне только Лису свою хочется завалить. Сашку Лисëнка. Зову так, потому что фамилия Лисовая и потому что пиздец на лису похожа. Хитрющая, юркая и дикая. Знаю её уже четвёртый год, бесила страшно всегда. От одного только взгляда раздражался. Ещё вечно в очках своих круглых и форме. Зазнайка, зубрилка, ботаничка. А щас... В общем башню мне сорвало конкретно. Третий курс. Она изменилась. Волосы в красный перекрасила, ещё более дикой стала. Выросла. Огнём вся горит. Нетронутым таким, инфракрасным, для меня так точно. И я как придурок где её вижу, так сам и сгораю вместе с ней. А такого со мной никогда вообще раньше не случалось. Кто точно знает, что нравится она мне так это Тим – мой лучший друг из всей нашей компашки. Больше никто из своих и не знает. Но проблема в том, что она и ему тоже нравится. Мы даже перестали говорить на эту тему, чтобы не раздражаться и случайно рожи друг другу не начистить.

– Лисовую давай, – тянет Русанов. У меня зуб на зуб не попадает. Хватаю его за грудки. Сам себя не узнаю. Готов просто в стену впечатать. Все годы дружбы тут же стирает словно ластиком.

– Ещё слово, Фил. Ещё слово, блядь. Я тебе ебало на жопу натяну.

– Эй, ты че, нахер?! – толкает меня в ответ. Смотрю на него и втоптать в грязь хочется. Обоссыш чёртов. И чё я с ними вообще общаюсь?

Один Тим стоит и злится тоже, но молча. Он – не я. Он не взрывоопасный.

– Лисовую, кароч, не трогаем, – говорит он без раздумий. – Закрыли тему.

– Я пошёл отсюда, – психую и ухожу подальше нахер.

Думаю пойти выкурить сигарету, иду вдоль коридора вальяжными шагами, а там лисенок мой прямо на горизонте маячит. Копну её красную везде замечу. Лисенок. Маленькая, шустрая, наглая. Ругается всегда со мной. Команды всем стоит раздает из своей группы. Пристраиваюсь тоже и жду, когда внимание обратит, что сзади стою почти вплотную. Ведёт нехило от её запаха и волос огненных. Дико секси вообще стала. Крышу уносит.

– В общем, вы тогда в библиотеку, а вы в спорт зал. Я займусь статьей, – руководит она, а потом застывает. Гермионка, блин. Чуть склоняет голову в бок и резко оборачивается.

– Никитин, блин. Ты адекватный? – выдает сходу, растягивая свои губы в кривой насмешке. Смотрит на меня всегда, как на придурка какого-то. А я рядом с ней себя таковым и ощущаю.

– Авокадный, лиса. Авокадный.

– Отвали! – толкает в плечо и двигает мимо, прощаясь со своими ботанами взмахом руки.

– Стоять, – хватаю прохладную ладонь и останавливаю. Смотрю на неё, пока она зависает. Красивая пиздец. Только не нравится, что краситься стала. Зачем-то. Хотя и без этого всего прекрасная. Анимешка, блин. Или эмо-гёрл. Кто она, хер проссыт. Блёстки на лице, волосы красные. И нихера не стесняется. Одна вот такая ходит по всему универу. Яркая как Сириус, блядь. В глаза долбит.

– Чего тебе?!

– На свиданку пошли.

– Ага. Разбежалась, – отвечает и топает своими ножками по коридору. Юбка короткая, шнурки на кроссах цветные, вся в браслетах и колечках. Вообще, блядь, какая-то вся необычная. Не такая как все. От этого ещё сильнее стало штырить. Но и ещё конечно от того, что знаю, что у неё никого ещё не было. Чистая она, несмотря на всю эту поеботу показушную.

– И че тебе стоит? Развалишься? – следую за ней спиной вперед.

– Да пошёл ты!

– Я-то пойду...

Хватаю девчонку за руку и дёргаю в сторону. Заваливаемся в одну из пустых аудиторий, и она вся струной передо мной натягивается. Впечатываю хрупкое тело в стену и пялюсь как ненормальный.

– Совсем уже?! Ник!?

– Соглашайся, – прижимаю её сильнее, наслаждаясь недовольным фырканьем и возмущениями. Ну, точно лиса, блин. А у меня уже стоит.

– Хочу тебя, пиздец просто.

– Ты долбанулся?! – пытается оттолкнуть. Упирается в грудину горячими маленькими ладошками. А я уже поплыл. Кайф сумасшедший. И это она меня разок только коснулась. Что дальше? Инсульт?

– Идём со мной. В кино свожу или в рестик какой.

– Нет.

– Капец ты упёрлась.

– А ты придурок непонятливый!

– Я тебя потрогать просто хочу, – завожу ладонь сзади, сминаю её попку, прямо под её студенческой клетчатой юбкой, а у неё щеки в мгновение пунцовыми становятся. И всё, как думал. Приятная, классная, мягкая.

– Урод, – не успеваю насладиться, как прилетает по яйцам. Жестко так. Мощно. Аж в глазах искрит. Лиса пятится назад, пока я лыблюсь через боль, держась за все свои выдающиеся части. – Ещё раз подойдешь ко мне и напишу жалобу в деканат!

Девчонка убегает, а я так и остаюсь стоять там, наслаждаясь даже таким странным коротким взаимодействием. Оно того стоило. Определенно. И я точно её добьюсь. Вот любыми путями, блядь.

***

Всю неделю бегаю за ней как заведенный, а толку ровно как от козла молока. Вообще нихуя на меня не реагирует. То с колена пропнёт, но на хер отправит. Я уж думаю, может волосы в синий покрасить, хоть так заметит меня, но что я…Долбоёб какой-то что ли? Пусть девки красят, ебал я всю эту хуйню через одно место.

– Я, кароч, с тобой перетереть хотел, – кидает мне Тим, пока стоим на крыльце в перерыве между парами.

– Ну. Чё?

– По поводу Лисёнка, – стоит сказать, а у меня каждая мышца на теле напрягается, каждый волосок дыбом. Реально убить готов. Особенно, что называет её так. Так только я могу, блядь! Только я! – Мне тоже не кайфово всё это наблюдать. Давай с этого момента, каждый за себя. Брат братом конечно, но бля я тоже заебался всё в себе таскать.

Сжимаю челюсть в тиски. Руки в кулаки. Бешусь, блядь, не хило так. Хоть и понимаю примерно, что с ним сейчас происходит. Мы на третьем курсе, Лисёнок на втором. Но она из моей школы, переехала в город как раз, когда последний год был. Там меня в школе и бесила дичайше, ругались постоянно. Соседка ещё моя. Поэтому я типа и считаю, что её застолбил. Потому что раньше всех остальных её знаю, но на деле никаких прав на неё не имею. Нихуя. И это бесит. Особенно бесит, что Тим мне не уступает ни в чём. Может даже он лучше. Спокойнее. Сдержаннее. Я же…Я как коктейль Молотова. Не жалею никого, всё сжигаю на своём пути, не думая.

– И чё…Подкатить собираешься? – спрашиваю, а он плечами пожимает. Меня колошматит внутри всего, блядь. – Как теперь общаться будем?

– Не думал. Но и держать в себе больше смысла нет, – отвечает, потушив сигарету, и уходит. А я стою как дебил и места теперь себе найти не могу.

Если не заставлю Лису на свидание сейчас идти, то никогда уже, блядь. Она же назло мне с Тимом пойдёт! Назло, блин!

Бросаю все дела к херам и бегу искать её расписание. Всех расшибаю на своём пути, проталкиваю, вылавливаю какого-то ботана и спрашиваю у него. Мне называют номер аудитории. Я тут же туда внаглую вваливаюсь, не думая даже.

– А можно Лисовую, её в деканат вызывают! – запыхавшийся и злой как чёрт ловлю в аудитории её бешенный, но испуганный взгляд, пока преподаватель рассматривает меня с ног до головы.

– О, Никитин. Хорошо, что заглянул. Лисовая, иди в деканат, а заодно прихватите коробки вот эти, перетащить надо в подсобку, – протягивает две небольшие упаковки со старыми курсовыми, и мы с ней, переглядываясь, берем их в руки и выходим из кабинета.

– Никто меня не вызывал, верно? – выдаёт она, стискивая зубы. – Бесишь.

– Ты меня тоже. Так пойдем на свидание?

Лиса останавливается и смотрит на меня хитрым, но при этом ненавистным взглядом.

– Ты в курсе, что ты ужасно-ужасно-ужасно просто ужаснейше доставучий?

– В курсе. Один раз сходи. Не понравится – отстану.

– Я же всегда тебя раздражала. Ты вечно говорил, что я тебя бешу, ещё в школе. Что изменилось, Никитин?

Хочется сказать, что всё изменилось. Или нихрена и не менялось. Всегда на подсознательном уровне хотел её трахнуть. Просто давил в себе это. А сейчас…

– Эта инфа будет для тебя лишней. Просто идём в кино и всё.

Вздыхает. Смотрит на меня пристально.

– И ты обещаешь, что один раз, и отстанешь?

Хрен. Попроси что полегче.

– Да, обещаю, – отвечаю противоположное.

– И приставать не будешь на свидании? Трогать там…И прочее?

Снова хрен. Это ещё сложнее.

– Да, – выдавливаю из последних сил. – Только если сама не попросишь. – добавляю и улыбаюсь.

– Ага, мечтай, – выдаёт в ответ. Думает.

– Ладно, – соглашается, а я лыблюсь ещё сильнее. Как конченный задрот.

Бля…Реально? Уломал? Уломал?

– Номер дай… – прошу, а она губы недовольно растягивает.

– Обязательно?

– Да.

– Хорошо.

Диктует. Стоим как два дебила с этими коробками. Рассматриваю её. Сегодня на ней всё та же форма, голубой топ под ней, синие шнурки. Ленты в волосах. Блестящие стрелки на глазах. Наглядеться, блядь, на неё не могу. Что за экзотика такая ненормальная?

– Сейлор Мун, блин, – бубню себе под нос, а она хмурится.

– Всё время называешь меня какими-то прозвищами. Самому не надоело? Разве так ведут себя, когда девушка нравится?

– Кто сказал, что ты мне нравишься? – спрашиваю, приподняв брови. У неё такой вид, будто она вообще ни хрена не понимает, а я просто издеваюсь. – Да шучу я. Нравишься конечно. Ну вот тупень я такой, чё я сделаю?

– Точное определение, – отвечает она, будто бы даже хихикая.

– Ага. Всё, Лиса…Не слезу теперь с тебя, – говорю, сжимая телефон в одной руке, второй держу коробку. – На связи будь.

Она глаза свои красивые карие закатывает и двигает в сторону деканата, а я снова как завороженный тянусь к её заднице прямо в коридоре универа...

Глава 2.

Настоящее время. Лиса (Саша Лисовая)

Ник: «Завтра заеду в семь вечера».

«Ок», – отправляю с безумной улыбкой на лице, а сама шарюсь по его странице в социальной сети. Тааак-с…Кто там у нас в его друзьях? Что я о нём знаю? Лидер звёздной четвёрки, нападающий футбольной команды нашего универа, бабник, эгоцентрист, нарцисс. Мне даже нужна тетрадка для этого! Особенная тетрадка! Вот, пожалуй, эта! И писать о нём и своих издевательствах буду розовой ручкой! Другую он и не заслужил! Пусть выделяется. Из внешности: красивое тело, тёмные волосы, карие глаза, крупная родинка на щеке, ямочка на подбородке. Как ни крути. Идеально. Всё, кроме отвратительного наглого грубого характера, а ещё чёртового спора на мою девственность!

Отшивает девчонок сразу, как только они ему дают. Об этом мне тоже рассказала Лера. Ну мы это слышали и от других при разговорах о нём. Симонова Анжела же как раз одна из таких его одноразовых…Ну или многоразовых, не знаю. Чуть не забыла... Он же у нас богач. Амбиций до хрена, через край льют. Думает, что он самое важное звено в пищевой цепи. Ни фига! И это исправим. Он поспорил на меня... А я поспорю на него. Сломаю к хренам всю самооценку, выверну наизнанку нервную систему, сделаю так, что сердце станет гранатой в моих руках. Сама решу, когда сорвать чеку. Через месяц взвоет, что ни хрена у него не получается и признается дружкам, что облажался со мной. А вдобавок надо бы сделать так, чтобы унизить его. Чтобы подорвать авторитет. Рассорить с предками? Тупо. С дружками? Вот это можно... Плюс сделать так, чтобы остался без дохода. Но это просто так не получится, нужно под шкуру сначала залезть, узнать его лучше. Ладно, Саша, соберись. На этот раз всё в твоих руках. Ты не станешь одной из тех дурочек-подстилок, которые по нему плачут, ты станешь той, кто ему за всё отомстит. Станешь той, кто вырвет сердце, окровавленными руками бросишь то в ноги и растопчешь его у него на глазах...

Лучший друг – Тимур Белов. Он почему-то с ними не спорил…Хм…Возьму на заметку. Нужно бы поближе познакомиться. Желательно за его спиной.

Незамедлительно ищу его у него в друзьях. Добавлять не буду, пока не прощупаю почву.

«Привет…», – начинаю писать и вдруг понимаю, что тупо. Нет. Просто поставлю лайк на фотку. Вот и всё. Сам прибежит, если нравлюсь. Ставлю, откладываю телефон и иду ужинать. А когда возвращаюсь – вуаля! Уже и лайки, и сообщение. Красава Саша!

«Привет, Лисёнок», – и этот туда же, блин.

«Привет».

«Не ожидал, что сама будешь сталкерить. Как твоё ничего?»

«Сталкерить – это когда без палева».

«Тоже верно. Ну так? Поговорим? Может по телефону?»

«А может лучше в живую?»

«Вау. Даже так? Я за».

«Да, почему бы и нет», – отвечаю в ответ. И сама думаю, что всё что угодно сделаю лишь бы проткнуть Нику душу. Всё, буквально всё. Даже если придётся обмениваться жидкостями с этим самым Тимуром, прости меня Господи!

«Могу заехать…Когда можешь? Могу хоть сейчас?».

Сейчас…Сейчас. Смотрю на часы. В принципе время детское – восемь. Ещё есть возможность спокойно удрать из дома. Мама до десяти меня без проблем везде отпускает, а если совсем поздно тогда только отпрашиваться. Быстро смотрю в зеркало. Волосы хорошо лежат. Останется подкраситься. Так. Всё. Надеюсь этот придурок не караулит возле дома. А то слишком быстрое разоблачение получится. Вроде раньше за ним такого не замечала. Мы через два дома друг от друга живём.

«Давай через полчаса», – пишу и добавляю адрес. Он отправляет довольный смайл.

Отличненько. Сейчас ещё надо будет убедить его, чтобы он никому ничему не рассказывал о нашей встрече. Ну, это тоже не проблема. Белов, кстати, нормальный. В отличие от неуравновешенного психопата Никитина. Который вечно распускает руки и прыгает на всех, как неандерталец. А Тимур он вроде как знает себе цену. Значит, если попросить и всё вежливо изложить как мне хочется, его можно направить в нужное русло.

Крашу ресницы розовой тушью, добавляю блёсток и стрелки. А ещё помаду на губы, яркую такую, чтобы у него даже не возникло мысли целоваться. Всё. А вот одеться надо побезопаснее. Джинсы, свитер и кроссовки. Нормально. Стилёво.

Он подъезжает на своём дорогущем Туареге, а я бегу вниз со скоростью света. Быстро прыгаю на пассажирское и не думая чмокаю его в щеку, заполняя салон запахом своего клубничного спрея для волос.

– Привет, – он даже теряется от моего напора. – Поговорить, наверное, лучше? Давай в кафе какое-то?

– Да, давай, – соглашаюсь, пристегиваясь.

Приезжаем в какой-то ресторан, а не кафе вовсе. Но я всё равно не хочу есть, поэтому следую за ним в молчании. А затем мы с ним проходим на верхний этаж к самым лучшим столикам.

– Не ожидал… – говорит он, почесав взъерошенный затылок. – На самом деле…Как-то даже странновато.

Выглядит Тимур классно. Одет, как всегда, просто, но красиво. Они вообще с Ником лучше всех одеваются. Но лучше об этом не думать. Потому что сразу хочется написать тому ублюдку, как я его ненавижу и какой он лживый двуличный козёл.

– Почему?

Думаю о том, что Тим знает о споре. Конечно знает. Иначе зачем вот так говорит? Что здесь странноватого?

– Ну…Потому что ты мне давно нравишься. И вот такие совпадения крайне редко бывают, – заявляет он, отчего я начинаю нервничать сильнее. Нравлюсь…Нравлюсь…Значит, я нравлюсь другу Ника. Его это выбесило? Это для него проблема? Он хочет надругаться над девушкой, чтобы она не досталась его другу? Какой же говнюк.

– Я не знала, что тебе нравлюсь…

– Да ты много кому нравишься, – выдыхает надсадно, на что я хмурюсь.

– Кому ещё?

– А…Да нет, никого конкретного. Я имею в виду, что ты же красотка. Охуенная, если честно. Так что удивляться?

– Ну, спасибо, – краснею на этом комплименте, и пытаюсь увести разговор к другой теме. Мы общаемся насчёт всего, и с ним достаточно интересно. Говорим вообще обо всём, кроме, разумеется, чёртового Ника. Кажется, ему и самому не хочется поднимать тему со спором. Но я ощущаю, что он расслабился рядом со мной. Что реально что-то испытывает. И это приятно греет моё нутро. Да, допустим, я сама ничего не чувствую. Но так даже лучше. Потому что парень он красивый, богатый, зачем мне потом мучиться? А вот если идти на свидание с Ником, нужно точно держать ухо в остро. Потому что один невольный шаг и может затянуть в эту воронку. Один раз я уже чуть не попала туда. Когда смотрел на меня своими горящими голодными глазами. Я будто от лихорадки сгорала. Он на меня всегда негативно действует. А Тим – вполне себе неплохой вариант. С ним как-то не шкивает на ветру. Я себя полностью контролирую.

Пока болтаем мой телефон то и дело подвергается хакерской атаке со стороны Никитина.

«Лиса, давай попиздим, а? Секс по телефону? Трахаться хочу», – присылает он, и я кошу свой взгляд. Придурок, блин. Конченный.

«У тебя кожа на попке такая нежная…Пиздец я охуел».

«От запаха твоего ведёт, девочка, в момент вскипаю, член колом».

«Эмо-гёрл, хочу тебе отлизать». Пипец, блин! Идиота кусок!

Убираю гаджет в сторону и перевожу взгляд обратно на своего спутника.

– И что насчёт твоего этого образа?

– А тебе не нравится?

– Нравится конечно. Кому такое не понравится? Хз. Меня вставляет.

– Оу, – смеюсь, мило ему улыбаясь. Натягиваю самую приятную из всех имеющихся маску.

– Но если на самом деле, Лиса…Откровенно если. У тебя же нет никого?

– Нет конечно, – отвечаю сразу же, насупившись.

– Ты и Нику нравишься, – продолжает он, а мне хочется сейчас рассмеяться ему в лицо, но я молчу. Нравишься…Ага…Охуенно так нравишься, когда на твою девственность спорят и пишут тебе, как трахаться хотят. Да и только.

– Да мне плевать, мне-то он не нравится, – отрезаю, и Белов склоняется чуть ближе ко мне.

– А я?

– А ты нравишься, – в наглую не стесняясь заявляю я. И он тянется ко мне. Тянется с поцелуем. Чёрт! – Только вот к этому…Я ещё не готова, – уползаю от его массивной фигуры к спинке диванчика, и вижу это разочарование в глазах. Ну а как ты хотел, милый? Наверное, будет плохо так с ним поступать, но опять же он тоже спорил раньше! И это внезапное его озарение, почему он решил не участвовать именно в этом споре ничего не меняет!

Молчу, смотрю на него.

– Совсем не ешь, давай хоть десерт, – предлагает он, и я наконец соглашаюсь. Обожаю сладкие всякие пирожные, мороженое и прочую хрень.

Кушаю аккуратно, чтобы помада не стёрлась, кормлю его с ложечки. По жести просто мило. Как в сказке. Смеёмся, я любезничаю. Зато такой контраст выдам завтра с Никитиным! Он обосрётся от злости на хрен.

Тим привозит меня обратно и тянется к моей щеке. Позволяю поцеловать. Смотрю в его синие глаза. Жаль немного, что не чувствую к нему никакого шквала…Никаких сильных эмоций. Это расстраивает.

– Примешь заявку-то? – спрашивает напоследок, а я улыбаюсь.

– Посмотрим, – кокетливо отвечаю и убегаю в подъезд.

Хотя в душе знаю, что нет. Не сейчас. Это должно случиться тогда, когда Ник по-крупному подсядет, а потом увидит, что я в серьёзных отношениях с его лучшим другом. И возможно даже сделаю так, чтобы все думали, что я отдала свою Д именно ему. Кому угодно, Ник, только не тебе!

Глава 3.

Четыре дня назад. Матвей Никитин (Ник).

– Ник, пожалуйста!

– Я же сказал – нет, ты задолбала меня, отвали, – пытаюсь сбросить с себя цепкие ручонки Симоновой, но она как пиявка. Высасывает из меня все жизненные силы.

– Почему? Тебе же было хорошо? А я сделаю, что захочешь. Чего ты хочешь? Хочешь снова отсосу? Ник! – слышу удушающие крики, и самому тошно становится. Это что, блядь, за акт самоунижения? Как можно так себя не любить, девчонки? Пиздец полный.

– Пиздец, ты себя вообще не уважаешь?

– Я тебя уважаю. Тебя! Слышишь?! – смотрю ей в глаза, а там вообще нихуя интеллекта нет. Всё паутиной давно заросло. Жесть какая-то. – У тебя кто-то есть?! Кто-то появился?!

Даже если и появился. Ей знать об этом необязательно, блядь. Она же не мой психолог. Не подружка. Вообще мне, блин, никто. Я даже не обещал ей ничего никогда.