Женись на мне, Дракон

- Ты думаешь? – и хоть я совершенно ничего не понимала о чём говорит эта крыса, но уже начала привыкать, что она будет рядом и никуда от этого не деться.

Никуда.

-----

В переговорной зале король метает громы и молнии. Весь гнев, который он собирался обрушить на голову бедной Люсинды, своей упрямой дочери теперь выливает на советников.

- Вы видели? Нет, вы это видели? Эта чертова девка всеми силами старается оставить королевство без наследника! Это скандал! Саботаж! Я не потерплю… Я уже не могу смотреть в глаза соседям. У всех есть наследники, а у меня ни одного! Только упрямая дочь, которая ничего не делает, чтобы помогать мне.

- Возможно, вы не так поняли сир, - поклонился Карлос Орте.

Он уже много лет при короле, является главным распорядителем свиты и самой правой рукой короля. Карлос Орте старый и мудрый. Верный, преданный. Он всегда знает, что сказать королю, чтобы тот остался удовлетворён и доволен. В голове Карлоса всегда находится ответ на вопрос. Без него король не принимает ни оного важного решения. Карлос Орте правая рука короля, но иногда и левая.

- А как это можно понять! – кипятится король. - Я могу понять когда девушка хочет замуж, вот это я могу понять. Когда в шестнадцать, она так и лезет из кожи вон, чтобы её выдали замуж за какого-то пройдоху, как дочь короля Фридриха. Или вон, у короля Парра, дочь вышла замуж и рожает и рожает. У его уже семь внуков, и четыре из них мальчики. Выбирай любого и сажай на трон. А что у меня? Ноль. Дырка. Ничего. Потому что, видите ли, моя тридцатилетняя дочь всячески саботирует любые мои попытки найти ей жениха.

- Да, задача сложная. Тем более что Нильсон согласен был уже не глядя. У него выбора нет, - подтвердил барон Факундо Мойа.

Этот темный человек много лет при короле. Мудрый, уравновешенный. Всегда в черных одеждах. Как он объясняет, что никогда не снимет траур по своей жене.

- Вот именно. Отличный свеженький, маститый, - кивнул король, - Я уже представлял, как у нас на лужайке перед дворцом начнут резвиться маленькие дракончики. И тут такое. Ну, где взять силы?

- Сир, я считаю Люсинду нужно наказать, не во вред ей, а во благо. Она давно перестала ценить вас, прислушиваться к вашим советам и вообще ведёт себя достаточно фривольно. Простите, сир, но для дочери короля это недопустимо, так себя вести, - отчеканил прямолинейный, порывистый в решениях и жесткий в поступках герцог Элизео Санс.

Его худая, высушенная фигура, руки и лицо похожие на сухую рыбу. Немного отталкивающие. Да, высказывания его не всегда мягкие и острожные, даже в присутствии короля. Но его жесткость, как раз работает против мягких решений остальных советников. Почти всегда рождает полезный спор, обсуждение и в конечном итоге это приводит к решениям выверенным и правильным. Элизео Санс хоть и самый неприятный из советников, но порой самый полезный.

- Вы хотите наказать дочь короля? Как её можно наказать вы в своём уме? – Карлос нахмурил брови.

- Не защищай Карлос, - отсек будущие препирания Карлоса король, - я уже и сам готов придумать такое наказание, чтобы эта капризная девица наконец поняла, что от неё зависит будущее нашего королевства.

- Но как можно наказать принцессу? Оставить голодной, запретить выходить из комнаты, или что? Это же смешно, не станете же вы подвергать её пыткам или четвертовать.

- Нет, конечно, - перебил Карлоса Элизео, - но можно пойти совсем иным путём и запугать принцессу.

- Разве я не пугал её? Чем только я её не пугал, да вы и сами знаете. Уже так пугал что и сам боялся своих запугиваний. И ничего. Ничего. То у неё обморок, то её отбрасывает, то жених не пришел. Я устал. Подскажите, как в таких условиях я должен продлевать свой род? - страдальчески стонет король.

- Хорошо предложите, чем запугать. Какое запугивание по-вашему, может повлиять на такую принцессу как Люсинда? – повернулся Карлос к Элизео.

Элизео вздохнул, встал со своего кресла, прошел к окну. Посмотрел вдаль, потом повернулся на тех, кто наблюдает за ним и сказал:

- Нужно пустить слух, что король собирается жениться.

- Кто? Я? Жениться? Помилуйте, вы в своём уме, сударь?

- Да, пока ещё в своём.

- Вам не кажется, что для такого я, уже слегка староват? Мне шестьдесят девять. Я конечно могу, но что-то не хочется.

- Поверьте, то что я предложил, сработает быстро и без всякого наказания над волей или телом принцессы. Это заставит её действовать, так как нужно нам. А вам совсем не обязательно жениться, достаточно только пустить слух…

- Так, так, понимаю вашу мысль, дочь подумает, что во дворце появится какая-то новая, возможно молодая девушка, естественно моложе самой Люсинды, и возможно даже красивее. И как моя невеста она будет по статусу стоять выше принцессы. Да, согласен, это достаточно разумная мысль. Она мне нравится.

- Позволю себе заметить, принцесса не так глупа и поймёт, что всё это домыслы и слухи. Вы сир, хоть и подходите на роль жениха, но простите допустить мысль о наследниках… - скривил лицо барон Факундо.

- А что такого, - возмущённо посмотрел на него король. - Мне уже начинает нравиться эта идея всё больше.

- Позвольте предостеречь…

- Не позволяю, - стукнул король кулаком по подлокотнику, - приказываю пустить слух. А там уже посмотрим, до чего это нас доведёт. Я сейчас же пойду к Люсинде и скажу, что женюсь на молодой принцессе, дочери соседа Вольдемара седьмого. Говорят она красавица. Посмотрим, что тогда доченька моя запоёт.

-----

Высокая башня с покоями на несколько важных гостей, построена во дворце почти сто лет назад, ещё прадедом теперешнего короля, королём Фредериком Мора Карраско, который уже тогда породнился с полукровкой. Башня создавалась специально для такого рода гостей или жителей дворца.

Особенности таких людей всем понятны и потребности в том числе, и чтобы пребывание во дворце было комфортным построена эта башня. Там люди драконы могут беспрепятственно обращаться, не мешая никому и им никто в этом не помешает.

А учитывая, что окна башни выходят на глубокую пропасть, то пространства для полётов хоть отбавляй.

Сегодня тут покои Роберта Нильсона третьего.

Который день в этих стенах, он ждёт хоть какого-то изменения ситуации. После бала прошло уже три дня, а никаких вестей от короля так и не поступило. Роберт уже начал подозревать, что придётся ехать домой и собирать имущество для описания. Ведь миссия его в королевство оказалась напрасной. Принцесса не хочет его видеть, король молчит. Всё против Роберта, буквально всё.

- Чувствую, зря я сюда приехал.

Роберт сидит за небольшим столом. Иногда он записывает свои впечатления и мысли и в этот раз у него их не очень много. Всё что он записал сегодня в своём ежедневнике это – Ещё один день в неведении.

Когда приглашали, ехать не хотелось, потому что портрет принцессы не слишком соответствовал. Теперь же, когда Роберт увидел, что не так страшна принцесса, как её малюют, вроде и попытался бы покорить её сердце, да возможность утрачена. Только по какой причине никто не знает. Ответов нет, одни вопросы.

Рамон тут же, сидит в глубоком кресле и сквозь линзы круглых очков, читает книгу. После слов Роберта Рамон отложил книгу и подпер ладонью подбородок.

- Я скажу так, хорошо уже то, что нас до сих пор не попросили из дворца, значит, всё же есть надежда.

- Попросить могут и через неделю и через месяц. У короля кроме нас куча важных дел. Тем временем приближаются с неумолимой скоростью сроки закладных и векселей моего отца. А что делаю я? Сижу и жду, когда меня допустят к принцессе, чтобы хотя бы спросить, как она поживает.

- Да, ситуация нам не на руку. Думаю, завтра нужно сходить и напомнить о себе.

Роберт повернулся на стуле.

- Скажи Рамон, ты действительно думаешь, что там удастся переубедить принцессу? Сдаётся мне, что я не слишком ей понравился. Если она использовала магию только затем, чтобы не подпускать меня…

- Я уже ни в чём не уверен. Всё это очень странно, - Рамон снял очки, задумчиво посмотрел в окно на закат, который отсюда виден во всех своих красках, - я бы не стал делать выводы до разговора с принцессой. Если она, сама лично скажет, что ты ей не по нраву, тогда да. Но вот так, при всех на балу. Думаешь, она хотела упасть при гостях? Это странно Роберт, очень странно.

- Мне говорили, она слегка странная.

- Но чтобы настолько. Падать в присутствии стольких людей. Да и король явно не был очень рад.

- Говорят, уже было много женихов и никому не удавалось приблизиться к принцессе, не то что даже поговорить.

- Вот это меня и смущает. Ну не верится мне, что девушка в самом подходящем для замужества возрасте, будет так уж упираться. Скорее она бы схватилась за любого, кто первый пришел. А тут - ничего. Даже попыток не дают совершить.

- Но я ведь тоже не женат. И это по своей собственной воле. Возможно и она…

- Не верю. В тридцать? Нет, не верю.

Роберт встал, постоял немного у окна, глядя вдаль на тёмные полоски облаков прорезаемых красным светом заходящего солнца.

- Мне нужно подумать, - он развязал пояс халата, скинул его и оказался абсолютно нагим.

Стройное тело атланта, рельефное, идеальное в своей мужской красоте.

Роберт повернул голову на Рамона, а тот снова натянул свои очки и уставился в книгу.

- Лети и подумай. Что ещё остаётся.

Роберт шагнул на ступеньку ведущую к окну, потом на вторую, вышел на уступ и расставив в стороны руки, кинулся в пропасть.

Через несколько секунд до слуха Рамона донесся шелест и приглушенный свист взмаха крыльев.

Глава 5

- Ну что доигралась, кровинка дорогая, - в комнату ворвалось что-то маленькое, но большое, - говорила не дури, только хуже будет! Нет же, ты никогда меня не слушаешь!

Мартина пробежала по комнате всё поправила, одернула и уровняла, а потом повернулась на меня.

- Быстро вставай, батюшка идут. Сейчас стращать будет. Но ты не поддавайся, не виновата и всё, тверди. Ой, ой, сколько раз говорила, а теперь всё, поздно, он тебе устроит…

- Да в чем дело, объясни? - недовольно потянулась я, когда она сдернула с меня одеяло, - что за манеры? Кто вас учил? Я принцесса или кто?

- Ты принцесса, только скоро будешь сидеть вот тут, запертая, никому не нужная. Отец ваш жениться вознамерился. Всё, катастрофа в лучшем виде. Ничего хуже и придумать не моги.

- Что за бред, он же старый? - я села, а Мартина потянула меня вставать.

- Старый? А вон, чего творить вознамерился. Говорила, я говорила, так кто ж меня послушает. Надевай скорее. Вот ещё недоразумение…

Она накинула на меня какое-то что-то типа халата и запахнула на груди.

- Хоть больной прикинься, всё лучше будет. И не вздумай дерзить отцу, а то ещё сильнее залютует.

Дверь открылась, Мартина отскочила от меня, как заяц и кинулась вон из комнаты.

На пороге старик-король.

Смотрю на него, забыла вообще что говорить и что делать, потом вспомнила, что Мартина сказала больной прикинуться.

- Я вообще-то больная, чего врываетесь? – говорю недовольно и на кровать привалилась.

Король обошёл с одной стороны кровати, потом с другой, смотрит на меня старческими глазками и как-то уж очень подозрительно, словно не верит в мою болезнь.

- Я тебе дочь, новость пришёл сказать. Решил я значит, вот что, раз у тебя никак не получается род наш продолжать, значит буду я сам.

- Это вы про что?

- Наследников нет, а мне кому королевство передавать? Наследник нужен, мальчик. Сын. Раз у тебя нет сына и не намечается в ближайшие дни, так сам за дело возьмусь. Женюсь я, дочь. На молодой женюсь. А ты значит, живи как тебе хочется. Хочешь цветы разводи, а хочешь… Впрочем, чего это я, делай говорю, что вздумается, а с наследником я сам управляться стану. Раз от тебя помощи никакой.

- Вы это чего серьёзно, что ли?

- Куда серьёзнее. Мне во как наследник нужен, а с тобой у нас видишь, ничего который год, не ладится. Катастрофа. Если помирать соберусь, так другим родственниками королевство достанется. А тебя в башне упекут, зачем ты им. Сдалася.

- Нет уж, подождите, - я встала с кровати, - я так не согласна.

- А тебя уже никто не спрашивает. Это я так, просто уведомляю. Завтра же пошлю депешу к соседу королю, пусть присылает свою дочь невестой. А, нет, сам поеду, или нет, лучше пусть едут сюда, я в дорогу не совсем готовый.

- Что вы болтаете, папаша?

Сейчас я прямо уже точно почувствовала себя принцессой. Той, кого обмануть пытаются. Ещё и в башню упечь. В общем, не знаю, но что-то слова короля этого, враждебными по отношению ко мне, показались. Хоть и говорят что он мой типа папаша, но как то уж очень зло он на меня наезжает.

- Подождите папаша, а я как же это меня что, в башню?

- Ага, за бесполезностью, - просто так кинул, будто я тряпка какая, чтоб меня в башню кидать.

- Нет, нет, я не хочу.

- Так это раньше думать нужно было, а теперь уже что, сколько времени упущено, - он прошелся по комнате как хозяин.

И мне совсем не понравилось, что какой-то старик тут распоряжается. Ещё и запугивает. Может, я что-то не то делаю? А вдруг, правда, закроют?

- Ну, так я не знала что всё серьёзно, - пытаюсь отмотать назад.

- А как же не серьёзно? Душа моя, сколько просил тебя, сколько умолял, а ты ни в какую.

- Ну, вы это, дайте мне ещё один шанс. Я постараюсь. Есть ведь жених, так давайте ещё разок попробуем, может понравиться. Да он мне уже понравился, там, на балу. Я ж не виновата, что меня током шибануло.

- Понравился, говоришь? - засуетился король, подошел, прищурился.

- Очень понравился, - кажется, то что ему нужно говорю.

- А что ж сразу не сказала?

- Так утянули меня ваши слуги.

- Хорошо, - удовлетворенно потер руки король, - ладно, давай тогда всё заново, устроим вам встречу? А то ведь пошлю за невестой.

- Давайте, сначала встречу.

- Ладно, только учти Люсинда, последний шанс тебе даю. Если и сейчас ерепениться начнёшь, как пить дать, женюсь! А тебя в башню! – грозно сказал он, шевеля бровями и тыча в меня пальцем.

- Обещаю, не буду ерепениться.

- Вот и решили, - он глянул строго и пошел на выход.

-----

Король ушел, а я осталась обдумывать его недобрые слова.

- Это что же получается, они меня в башню, ни за что ни про что. Что за варварские порядки?

- Почему варварские, - послышалось из-под кровати, - это они как раз королевство защищают от таких, как ты. Если законнорожденная принцесса пользы никакой не приносит, нужно её подальше от власти. Ты давай, лучше поинтересуйся, скоро они нас ужином кормить собираются или сегодня голодными спать ляжем?

- Как поинтересоваться? Я бы и сама уже поела, - разговариваю, как будто сама с собой, а на самом деле с крысой под кроватью.

Кто бы увидел, сказал бы - с ума сошла. Сумасшедшая принцесса. А что?

- Ты что забыла, как приказы отдавать? Как и всегда, дерни за бархатный шнурок, войдёт горничная, спрашивай у неё что хочешь, даже приказывать можно. Нет, ну ты точно, как с луны свалилась.

Я встала пошла к той стороне кровати, где болтается шнурок с кисточкой на конце. Дёрнула два раза. Тут же дверь окрылюсь, вошла горничная. Класс, нужно запомнить.

- Чего изволите ваше высочество?

- А когда ужин? – говорю, - У вас там что мозги поотшибало. Тут высочество голодное сидит.

- Сейчас будет, не волнуйтесь, ваше высочество.

- А чего мне волноваться, это вы волнуйтесь поувольняую всех, к чертовой бабушке, пойдёте себе новую работу искать.

Горничная испуганно присела и поскорее скрылась за дверью. А мне показалось совсем рядом какой-то звук, по ли свист, то ли что, как будто ветер гоняет вентилятор. Обернулась, нет никого.

Из-под кровати тоже ни звука.

- Эй, ты там?

- Тише ты не ори, - послышалось пищание Клары.

- Чего не орать?

- Он здесь.

- Кто здесь? - я испуганно обернулась, но никого не увидела.

Резкий звук заставил подскочить на месте, в дверь втолкнули тележку с накрытым ужином.

- Прошу, ваш ужин, ваше высочество! – торжественно сказал лакей.

- Давно бы так, - я деловито подошла, схватилась за тележку и потащила к столику с диваном.

Лакей стоит, я глянула на него:

- Чего ещё?

- Я это, прислуживать.

- Да не нужно иди, отдохни. Я сама себе смогу прислужить.

Удивлённый лакей нехотя попятился задом к выходу.

- Вам точно ничего не нужно?

- Ну, если будет нужно, есть ведь шнурок.

Он понятливо кивнул и прикрыл за собой дверь.

- Ну что у них тут сегодня? - выскочила из-под кровати Клара, шустро взобралась на тележку, открыла баранчик.

- Эй, ты чего это?

- Чего?

- Ты что собираешься тут сидеть? Я не привыкла есть, когда у меня на столе крыса.

- Знаешь, я ведь могу и обидеться.

- Что я такого сказала?

- Ничего, только ты меня в эти дни открыто недолюбливать стала. Я ведь память хорошую имею, всё запоминаю.

- А что прежняя принцесса, вот так ела, когда ты у её тарелки сыр грызёшь?

- Ещё как ела, только почему прошлая?

Не стала ей объяснять. От запахов королевской еды у меня прямо зверский аппетит проснулся. Ладно, пусть сидит, с какого-то момента я и правда перестала быть очень уж брезгливой по отношению к ней. Тем более, когда она вечно топчется по моей кровати и спит на соседней подушке. Я поняла, отделаться от такой подруги, удастся нескоро.

- Знаешь, чем больше я об этом думаю, тем больше начинаю находить в этом плюсы, - обгладывает косточку Клара.

- В чём? - я подсыпала себе в тарелку запечного картофеля и ещё парочку куриных ножек.

- В том, чтобы жить в башне. Сиди себе, валяйся целый день, еду и так принесут.

- Да, какая ты хитрая. Так я - принцесса и могу приказывать, а в башне кто я буду? Ни выйти, ни приказать, ни ногой топнуть. Я так не хочу, А если забудут покормить? Если вообще голодом заморить решат?

- Да, согласна.

Клара потянулась к листку салата, а я открыла рот, чтобы откусить от куриной ножки, когда снова этот звук. Навязчивый, неравномерный гул, свистящий и такой неприятный. Словно что-то рассекает воздух взмахом… огромных крыльев.

Я глянула на окно и увидела кого-то… чёрного, страшного, грязного, блестящего, с огромными, синими глазами, на меня смотрящими.

Куриная ножка выскользнула из моих пальцев и упала на пол.

- А-а-а-а-а-а! – заверещала я во всё горло.

-----

Роберт ловко спрыгнул с окна, Рамон сразу подал накидку.

- Ветрено сегодня, не закрутило?

- Дело не в ветре Рамон, а в том, чему нынче я был невольным свидетелем.

- Чему же? Не в спальню ли к принцессе заглянуть решил? Говорил я, воздержись, зачем себе лишнее расстройство. Что ты собирался там увидеть? – недовольно сказал Рамон, наливая в чашу ароматного чая на травах.

По старой привычке, он готовил чай к прилёту Роберта, чтобы тот не простудился.

- Я видел, как принцесса разговаривает с крысой. Та крыса сидит у неё на столе и так преспокойненько, ест её ужин.

- Всего-то, - усмехнулся Рамон, - я-то думал ты увидел что-то гораздо более страшное.

- Что, например? На что ты намекаешь, на крутые бедра принцессы или её грудь.

- А хоть бы и на это, не каждый знаешь согласиться в жены взять такую девицу. Тут любитель нужен, а если ты не любитель, придётся нелегко.

- Мне и так нелегко, Рамон, и уж поверь на все эти подробности, я давно закрыл глаза. Поклонником не являюсь, но если нет выбора, то спасибо и на этом, могло быть намного хуже, согласись. А тут, хотя бы всё ладно сложено и вполне себе презентабельно выглядит. Я даже удивлён.

- Ну хорошо, а чем же крыса тебя смутила. Принцесса говорят, владеет магией и говорить с кем-то таким вполне может.

Роберт прошел за ширму одеваться. Выглянул и криво улыбнулся:

- Признаться, в домашнем она тоже не дурна.

- Отлично, вот ты уже начинаешь к ней привыкать. Если и дальше так пойдёт, так дело быстро сладится.

- Если она не будет в меня своей магией стрелять. И ещё вот что…

- Что?

- Кажется, я ей не понравился.

- Ты не можешь не нравиться Роберт.

- В образе дракона.

- Ах, это. Ну, тут придётся ей привыкнуть.

- А если упрётся?

- Плохо. Я тут, пока тебя не было, прошелся по дворцу, так в кулуарах говорят - если принцесса и тебя прогонит, король жениться вознамерился.

Роберт вышел из-за ширмы, уже одетый. Сел в кресло и грустно вздохнул.

- Лучше бы ей меня не прогонять.

-----

Да, я кричала, так что у меня самой уши прозакладывало.

Я бы посмотрела на вас, если бы вы увидели в своём окне, ночью вот такое чудовище. Ужас, охвативший моё тело и разум, передавался всем кто вбегал в мою комнату.

Горничные, лакеи, какие-то господа и даже сам король, в страхе прижав руки лицу, с ужасом смотрел на меня и, наверное, не верил в происходящее.

Я орала долго, очень долго пока в какой-то момент не усталая не замолчала.

Тогда в комнате наступила настоящая, идеальная тишина.

Все они смотрят на меня, я смотрю на них. Кажется, они приняли меня за сумасшедшую. За окном то давно никого.

- Ну и что здесь происходит? – явно сдерживая яростный порыв, говорит король.

- Там – я указала на окно и все повернулись, посмотрели на него, - было чудовище!

- Где?

- В окне.

Король подошел к окну, выглянул.

- А теперь его нет. И не мудрено, от такого крика любое чудовище убежит, - он повернулся к публике и все одобрительно заулыбались его шутке.

- Вы считаете меня сумасшедшей, но я не одна Клара тоже видела, - я указала на стол, но крысы там не было.

- Какая Клара? Ах, та говорящая крыса, которая существует только в твоём воображении и никто никогда её не видел, - насмешливо и театрально проговорил король, - Да и что ей тут делать, котов полный дворец.

Снова одобрительный гул голосов после слов короля.

- Я чувствую, к чему вы клоните папаша. Только я не сумасшедшая. Там, за окном было чёрное чудовище, и у него из ноздрей валил пар. Вон, у меня и зеркало запотело от его горячего дыхания, - радостно бросилась я к зеркалу, как к единственному свидетельству, что я не вру. Провела пальцами по стеклу и все увидели дорожки и начали тихо переглядываться.

- Ах, ты имеешь в виду это чудовище? – довольно сказал король.

- А что есть какое-то ещё?

- Сегодня во дворце другого нет, только одно.

- Ну, вот видите, значит, я была права, и мерзкое чудовище всё же существует. Идите, найдите его и убейте, пока оно не сожрало принцессу, вашу, между прочим, дочь.

Король вытянул старческие губы в узкую улыбочку и посмотрел на меня добро так и даже ласково.

- Доченька моя, да мечтаю, чтобы это чудовище сожрало тебя, мою красавицу.

- Что! – возмущённо встала я в позу.

- Потому что рано или поздно его любовь должна, наконец, достучаться до тебя. Видишь, он уже не знает, как к тебе подступиться…

- О чем вы говорите сейчас?

- О том, что это чудовище, вернее черный дракон и есть - твой жених Роберт Нильсон Третий.

Глава 6

Стою как оплёванная. Даже самая последняя горничная смотрит на меня и смеётся.

Из толпы смеющихся надо мной дворцовых работников вышел человек, такой же старый как мой папаша король.

- Разрешите, ваше величество, - спросил он у короля, а тот, пожав плечами, словно показывая надежды нет, кивнул – разрешаю.