Фёкла. Сборник рассказов

А вчера они курили. Талгат принес спички и показал, как нужно делать сигарету из прошлогоднего сухостоя полыни, как прикуривать и как пускать дым через нос. Самое сложное, а практически невозможное, было пускать дым через нос. Но, Талгат обещал обязательно научить. А уж потом даже показать, как дым кольцами пускать. Ещё он умеет делать рогатки. У него есть ножик. Им надо только резинки принести. Вообще, Талгат много знает — он уже во втором классе учится.

А вечером где-то затарахтел трактор, и они бежали смотреть за его работой. Интересно было наблюдать, как делали из коровьего навоза кизяк, которым топили печи в домах. Им даже разрешили помогать. Трактор делал кирпичи, длину которых определял дядька. Он лопатой отрубал короткие блоки, а дети их аккуратно несли подальше и клали на траву, чтоб они сохли. Потом побежали на речку мыть руки и живот.

Завтра будет воскресенье и они опять будут помогать толкать машину-лягушку. У неё впереди одно колесо, как у мотоцикла, а сзади два как у машины. Но есть руль и два сиденья. Когда эта «лягушка» заводилась можно было сзади запрыгнуть, если успеешь конечно, и немного проехать. Только у дяди Рифа в деревне есть машина.

А что касается Талгата, то Славик догонит его и в шестом классе они будут учиться уже вместе, но не потому, что Славик вундеркинд. Ученик превзойдет своего наставника. И речь, надо думать, пойдет не о математике или правописании. Произойдет очередное взросление и познание мироздания. Но это уже совсем другая история.

В гостях у бабушки

«Папа! Мой самый строгий папа! Мой самый любимый папа!», — думала Таня. Сегодня у нее был праздник — она ехала с папой в гости к бабушке. Ведь чаще всего ей строго-настрого запрещено было подходить к грузовику. Лишь иногда девочка могла посидеть у отца на коленях, и покрутить руль этой большой машины. Но это было только тогда, когда Анатолий Васильевич рано приезжал из рейса.

Они ехали по грунтовой дороге очень быстро. «ЗиЛ» весело пел: «Ууууууу», а когда поднимались в горку то рычал: «Вывывывы». На кочках машина подпрыгивала и подбрасывала Таню, а когда она приземлялась на пассажирское сиденье, её платьице раскрывалось как парашют, а затем снова прикрывало её коленки. Отчего та заливисто смеялась. Изо всех сил она держалась обеими ручками, старалась не упасть с сиденья. И вот пружины, что были встроены в сиденье, снова подбрасывали ребенка вверх. Это был такой весёлый аттракцион! А самое главное то, что папа был рядом. Нет, главное, что дочь была рядом с папой! Таня редко видела его и скучала. Эти его рейсы были такими долгими, что она не могла дождаться его возвращения. Только иногда сквозь сон девочка чувствовала его поцелуй в щёчку. А когда она просыпалась, рядом была только мама и два её старших брата.

Таня вспомнила вчерашний случайно подслушанный разговор родителей, которые сидели на крылечке вечером и обсуждали текущие дела:

— Рая, почему у нас грядки не прополоты?

— Толя, я не успеваю. После работы кушать готовлю и времени не хватает.

— Таню заставляй.

«Интересно. А у бабушки есть грядки? Я буду ей помогать», — думала пятилетняя девчушка.

Тем временем машина подъехала к деревне с непонятным для ребенка названием «Адвокатовка», и они остановились у ворот. Папа вышел из кабины, открыл ворота, а после въезда вновь закрыл. Она разглядела, что ворота были из жердей, дальше ограда была из плетня. «Как интересно! А наша деревня не огорожена. Почему так?», подумала Таня. «Надо у папы спросить. Нет, ему нельзя мешать. Он же рулит. Лучше у бабушки спрошу завтра или послезавтра» — решила рассудительная папина дочка.

Она проснулась на печи и позвала бабушку. Та подошла и сняла ее с теплой лежанки.

— Бабушка, а папа уже уехал?

— Да, внучка. Ещё темно было, когда он уехал. Иди умывайся. Я тебе полью из ковшика. Да, щи будем кушать.

— Не буду. Я их не люблю. Они не вкусные.

— А папа нахваливал и говорил, что мои щи самый вкусные в мире.

— Правда?

Таня старательно вытирала каждый пальчик и любовалась красиво вышитым рушником.

— Бабушка, а косу заплести…

— А давай, мы сегодня сначала покушаем, потом косу заплетем. Ты долго спала после длинной дороги, Уморилась. Глянь на часы!

Внучка посмотрела на часы и поняла только одно: большая стрелка была почти в самом верху. Значит, скоро кукушка снова закукует. Фёкла Михайловна взяла ухват и стала доставать чугунок.

Таня рассматривала избу. Слева от часов были два окна, они выходили на улицу. Под окнами стояла лавка. Справа от часов с кукушкой в переднем углу были иконки. Дальше, вдоль стены, стояла широкая лавка. Выше лавки были два окна, которые выходили на юг. В углу стояла широкая кровать, на которой была перина и много пуховый подушек, которые лежали одна на другой. Сверху ложе было закрыто балдахином из марли. Между кроватью и входной дверью в стену были забиты гвозди кузнечной работы, на которых висели бабушкина фуфайка, клетчатая шаль и что-то ещё. За дверью стоял умывальник. Дальше располагался стол, на котором стоял кирогаз. «У мамы такой был. А сейчас она купила примус» — отметила девчушка. Сверху была полочка, где размещалась кухонная утварь. Дальше стояла большая русская печь. За ней, в углу между печкой и стеной, стояла небольшая кровать, над которой под самым потолком были полати, где бабушка вчера разрешила только полежать. А спали они с бабушкой на печи, вдоль которой стояла широкая лавка — на ней можно и поспать при желании.