Прорыв 7.0

– Я ждала тебя, – сказала она, и её голос звучал в голове, а не в ушах. – Я знала, что ты вернёшься.

– Ты должна умереть, – ответила Алиса, сжимая наган.

– Умереть? – Королева рассмеялась, и от этого смеха задрожали стены. – Я не могу умереть. Я возрождаюсь. Каждый раз, когда вы уничтожаете моё тело, я возвращаюсь. Я часть этого места. Я часть кристалла.

– Тогда мы уничтожим кристалл.

– Ты не сможешь. Кристалл – это я. Я – это кристалл. Мы одно.

Алиса подняла наган. Она знала, что пули не причинят Королеве вреда, но другого оружия у неё не было. Позади неё Марат и Джонсон приготовились к бою. Янис и его люди молились, крестясь на обломки алтаря.

– Не стреляйте, – сказала Алиса. – Это бесполезно.

– Что же делать? – спросил Марат.

– Я знаю, – ответила она, и в этот момент она поняла то, что не понимала раньше. Взрыв генератора не уничтожил Королеву, потому что Королева была не просто существом из плоти и янтаря. Она была порождением энергии кристалла, и пока кристалл существовал, она возрождалась. Но если кристалл уничтожить, если его энергию обратить против неё самой…

– Уходите, – сказала Алиса.

– Что? – Джонсон не понял.

– Уходите. Я останусь.

– Ты с ума сошла? – закричал Марат.

– Нет. Я знаю, что делаю. Уходите.

– Алиса…

– Марат, пожалуйста, – она повернулась к нему, и в её глазах были слёзы. – Я не хочу, чтобы вы погибли. Уходите. Я справлюсь.

Марат смотрел на неё, и она видела, как тяжело ему принять это решение. Но он был солдатом, он знал, что иногда нужно отступать, чтобы выжить.

– Мы будем ждать, – сказал он. – Если через час не выйдешь…

– Я выйду.

Они ушли. Алиса осталась одна. Королева смотрела на неё, и в её золотых глазах было любопытство.

– Ты не боишься? – спросила она.

– Боюсь, – призналась Алиса. – Но я не отступлю.

– Что ты можешь сделать? Ты всего лишь человек.

– Я могу взорвать кристалл.

– Ты не выживешь.

– Знаю.

Она достала кристалл из кармана. Он пульсировал в её руке, горячий, живой. Она чувствовала его энергию, его силу, его боль. Она чувствовала всё, что он пережил за эти годы – смерти, страдания, отчаяние. И она знала, что должна уничтожить его.

– Остановись, – сказала Королева, и в её голосе впервые прозвучало нечто похожее на страх. – Если ты уничтожишь кристалл, ты умрёшь.

– Я знаю.

– Ты молода. У тебя вся жизнь впереди.

– Жизнь без свободы – не жизнь.

Она подняла кристалл над головой. Вокруг неё начал закручиваться вихрь золотистой энергии, поднимая пыль и обломки. Королева закричала, и её крик смешался с воем ветра. Алиса чувствовала, как энергия кристалла пронзает её, наполняет каждую клеточку тела, жжёт изнутри. Это было больно, невыносимо больно, но она не выпускала кристалл.

– Прощай, – сказала она, и в этот момент она увидела перед собой не Королеву, а Руслана, его улыбку, его глаза. Она увидела Веру, Йонаса, Зорина. Она увидела Мартинаса, который смотрел на неё с надеждой. Она увидела всех, кого любила, и всех, кто любил её.

Она сжала кристалл, и мир взорвался золотым светом.

Марат и Джонсон услышали взрыв, когда уже были на площади. Земля содрогнулась, из окон собора вырвалось пламя, и золотистый столб света ударил в небо, разрывая туман.

– Алиса! – закричал Марат и бросился к собору.

– Стой! – Джонсон схватил его за плечо. – Там взрыв!

– Пусти!

Он вырвался и побежал. Внутри собора всё было разрушено. Стены рухнули, пол провалился, и только в центре, на груде обломков, лежало тело. Алиса была без сознания, её одежда обгорела, лицо было в крови, но она дышала. Рядом с ней, рассыпаясь на тысячи искр, исчезала янтарная корка, которая когда-то была Королевой.

– Жива! – закричал Марат, поднимая её на руки. – Жива!

Он вынес её из собора. Джонсон помогал, поддерживая. Янис и его люди, увидев, что они выходят, бросились навстречу.

– Надо уходить, – сказал Джонсон. – Сейчас всё рухнет.

Они побежали по улочкам Старой Риги. За спиной рушились дома, земля ходила ходуном, но они бежали, не оглядываясь. Золотистый туман рассеивался, и впервые за много лет над Ригой показалось чистое небо.

Они вышли к окраинам, когда взрывы стихли. Алиса была без сознания, но дыхание её было ровным, сердце билось.

– Она справилась, – сказал Марат, опуская её на землю. – Она сделала это.

– Да, – ответил Джонсон. – Она сделала.

Они смотрели на небо, чистое, безоблачное, и чувствовали, как что-то новое рождается в их душах. Надежда.

Через два часа они перешли границу. Встречающие, увидев их, бросились навстречу. Вера, которая ждала на базе, побежала к Алисе, упала на колени, обняла её.

– Жива, дочка, жива.

– Жива, – прошептала Алиса, открывая глаза. – Я сделала это.

– Сделала, – ответила Вера, вытирая слёзы. – Ты всё сделала.

Алиса улыбнулась и закрыла глаза. Она чувствовала, как силы покидают её, но в душе было спокойствие. Она сделала то, что должна была. Она освободила Ригу.

Зорин, стоявший в стороне, смотрел на неё, и в его глазах была гордость, смешанная с болью. Он знал, чего ей стоила эта победа. Он знал, что она потеряла часть себя в этом бою. Но он также знал, что она выжила. И это было главное.

– Теперь Варшава, – сказал он, когда они шли к базе. – Нам нужно активировать второй кристалл.

– Я пойду, – сказала Алиса.

– Нет, – ответил он. – Теперь моя очередь.

Она хотела возразить, но не нашла слов. Она знала, что он прав. Она сделала своё дело. Теперь настала его очередь.

Глава 5. Генератор

Мартинас вёл их сквозь лабиринт старых улочек, и Алиса чувствовала, как с каждым шагом воздух становится тяжелее, словно сам город давил на плечи. Золотистый туман, окутывавший Старую Ригу, здесь, ближе к центру, сгущался настолько, что они едва различали силуэты идущих впереди. Фонари выхватывали из мглы лишь обрывки реальности: облупившуюся штукатурку стен, выбитые витражи, древние барельефы, покрытые янтарной коркой.

– Сколько ещё? – спросил Марат, прижимая раненую руку к груди. Повязка, которую Вера наложила перед выходом, уже пропиталась кровью, но он держался, стиснув зубы.

– Близко, – ответил Мартинас, не оборачиваясь. Его голос звучал глухо, словно из другого мира. – Они знают, что мы идём.

– Кто? – спросил Джонсон.

– Все. Те, кто охраняет генератор. Те, кто стал частью системы.

Алиса машинально коснулась нагана, висевшего на поясе. Оружие казалось бесполезным против того, что ждало их впереди, но оно давало иллюзию защиты. Она бросила взгляд на Йонаса, который шёл справа, сжимая автомат. Его лицо было сосредоточенным, но она видела, как дрожат его пальцы. Он тоже чувствовал это – давящее, липкое присутствие чего-то древнего и злого.

– Йонас, – тихо позвала она.

– Что? – он повернулся к ней, и в свете фонаря его глаза казались слишком блестящими.

– Если что – уводи Мартинаса. Не жди меня.

– Не говори так.

– Обещай.

Он промолчал, и она не стала настаивать. Впереди, между домами, показался просвет. Мартинас остановился, поднял руку. Все замерли.

– Там, – сказал мальчик, указывая на массивное здание, видневшееся в конце улицы. – Академия наук. Генератор в подвалах.

Здание, когда-то величественное, теперь напоминало скелет. Стёкла выбиты, колонны покрыты трещинами, из которых сочился янтарный свет. Над входом, на высоте третьего этажа, зияла огромная дыра, и из неё свисали какие-то щупальца, похожие на кабели, но живые, пульсирующие.

– Что это? – прошептал Янис, крестясь.

– Система, – ответил Мартинас. – Она питает купол. И она живая.

– Как нам войти? – спросил Джонсон.

– Через подземный ход. Я покажу.

Они обогнули здание и спустились в какой-то переулок, где когда-то, вероятно, была служебная пристройка. Мартинас уверенно подошёл к неприметной железной двери, покрытой ржавчиной. На ней не было ручки, только небольшая панель, которая, судя по всему, когда-то открывалась электронным ключом. Теперь панель была разбита, но мальчик просто приложил ладонь к холодному металлу, и дверь со скрежетом отворилась.

– Как ты это сделал? – удивился Марат.

– Они открывают мне, – ответил Мартинас, и в его голосе прозвучало что-то такое, от чего Алисе стало не по себе. – Я часть этого.

– Ты не часть, – твёрдо сказала Алиса, беря его за руку. – Ты человек. Помни это.

Он посмотрел на неё, и на мгновение в его глазах мелькнуло что-то детское, испуганное. Он кивнул и шагнул в темноту.

За дверью начиналась лестница, уходящая вниз. Ступени были влажными, покрытыми скользким налётом, и пахло здесь сыростью, плесенью и чем-то ещё – сладковатым, приторным, напоминающим запах разлагающейся плоти. Алиса включила фонарь, но луч света упирался в плотную тьму, не желая проникать дальше нескольких метров.

– Держитесь вместе, – скомандовал Джонсон. – Не рассредоточиваться.

Они начали спуск. Лестница казалась бесконечной, и каждый шаг отдавался эхом, которое, множась, уходило в глубину. Алиса считала ступени, чтобы не сойти с ума от этого однообразного звука. Сто, сто пятьдесят, двести… Когда она сбилась со счёта, внизу показался слабый свет.

– Осторожно, – прошептал Мартинас.

Они вышли в коридор, стены которого были покрыты янтарными прожилками. Свет исходил от них – ровный, золотистый, пульсирующий в такт с каким-то невидимым ритмом. Коридор уходил в обе стороны, и Мартинас повернул направо.

– Что здесь было? – спросил Йонас.

– Лаборатории, – ответил Янис. – До катастрофы здесь работали учёные. Говорили, они изучали кристаллы, пытались управлять их энергией. Потом, когда купол закрылся, всё пошло не так.

– Они создали генератор?

– Они нашли его. Или он нашёл их. Не знаю.

Коридор расширился, и они оказались в большом зале. Когда-то здесь, вероятно, был холл или приёмная, но теперь стены были покрыты янтарной коркой, а пол усеян обломками. В центре зала стояло нечто, напоминающее пульт управления, но пульт был оплавлен, а вокруг него, скорчившись, лежали тела. Много тел.

– Не смотрите, – сказал Джонсон, но Алиса уже смотрела.

Это были люди. Точнее, то, что от них осталось. Их тела срослись с янтарными наростами, руки и ноги превратились в щупальца, уходящие в стены. Лица были обращены вверх, и на них застыло выражение муки. Некоторые ещё дышали – их грудь слабо поднималась, и изо рта вырывался золотистый пар.

– Они живы, – прошептал Марат.

– Они часть системы, – ответил Мартинас. – Их энергия питает генератор. Они не умрут, пока работает купол.

– Мы можем им помочь? – спросила Алиса, чувствуя, как внутри поднимается тошнота.

– Помочь можно только одним способом – уничтожить генератор.

– Значит, уничтожим.

Они двинулись дальше, стараясь не смотреть на тела, но их было слишком много. В каждом углу, в каждой нише, под каждым обломком – везде были люди, слившиеся с янтарём, превращённые в батарейки для чудовищной машины. Алиса сжимала наган и чувствовала, как внутри неё нарастает холодная ярость. Она вспомнила Руслана, вспомнила, как он умирал, закрывая её собой. Она вспомнила его слова: «Живи. И пусть они заплатят». Теперь она знала, что значит «пусть они заплатят». Не мутанты, не твари, а те, кто создал этот купол, кто запустил эту машину, кто превратил людей в расходный материал.

– Стойте, – вдруг сказал Мартинас, и все замерли.

Впереди, в конце коридора, показалась фигура. Человек. Он стоял, прислонившись к стене, и его тело было покрыто янтарной коркой только наполовину. Одна рука ещё была человеческой, и в ней он сжимал ржавый пистолет. Другая рука превратилась в длинный шип, уходящий в стену. Его лицо, искажённое болью, было обращено к ним, и глаза – один человеческий, другой золотистый, светящийся – смотрели с ужасом и надеждой.

– Убейте меня, – прошептал он. – Пожалуйста. Убейте.

Алиса шагнула вперёд, но Джонсон схватил её за плечо.

– Не подходи. Он может быть опасен.

– Он человек.

– Он часть системы.

– Он просит о помощи.

– Мы не можем ему помочь.

Алиса посмотрела в глаза человека. В них была боль, долгая, невыносимая боль, и она понимала эту боль. Она знала, что значит быть пленником собственного тела, что значит хотеть смерти, потому что жизнь стала хуже смерти.

– Как тебя зовут? – спросила она.

– Эдгар. Я был охранником. Потом… потом всё пошло не так.

– Эдгар, мы уничтожим генератор. Ты освободишься.

– Нет, – он покачал головой, и из его рта вырвался золотистый пар. – Не освобожусь. Я сросся. Я умру, когда генератор умрёт. Но это долго. Медленно. Больно. Пожалуйста…

Он поднял пистолет, но рука дрожала, и ствол смотрел в сторону. Алиса поняла. Он не мог выстрелить в себя – система не позволяла. Он мог только просить.

– Алиса, – предостерегающе сказал Йонас.

– Идите, – сказала она. – Я догоню.

– Нет, – Марат шагнул к ней. – Я не оставлю тебя.

– Идите, я сказала! – её голос был твёрдым, почти грубым. – Это моё решение.

Она подошла к человеку. Он смотрел на неё, и в его глазах была благодарность. Она подняла наган, приставила дуло к его виску. Пальцы не дрожали.

– Спасибо, – прошептал он.

Она выстрелила. Звук выстрела грохотом разнёсся по коридору, и янтарные прожилки на стенах вспыхнули ярче, словно закричали. Человек обмяк, и его тело начало рассыпаться, превращаясь в золотистую пыль. Алиса опустила наган и повернулась к своим.

– Идём, – сказала она.

Они двинулись дальше, и никто не произнёс ни слова. Алиса чувствовала, как её рука, держащая наган, всё ещё дрожит, но она не позволяла себе думать о том, что сделала. Она знала, что это было правильно. Это было милосердие. Но милосердие не должно быть лёгким.

Коридор привёл их в огромный подземный зал. Это было сердце Академии наук, то место, где когда-то, вероятно, стояли уникальные приборы и установки. Теперь здесь не было ничего, кроме генератора. Он возвышался в центре зала, массивный, оплетённый проводами и трубками, которые пульсировали золотистым светом. Генератор был живым. Он дышал, он гудел, он переливался оттенками янтаря, и от него исходил жар, который чувствовался даже на расстоянии.

– Вот он, – выдохнул Джонсон.

– Кристалл внутри? – спросила Алиса.

– Должен быть, – ответил Мартинас. – Я чувствую его. Он там, в самом центре.

– Как его достать?

– Нужно отключить защиту. Пульт вон там, – он показал на металлическую консоль, стоявшую в нескольких метрах от генератора. – Но как только мы подойдём, они проснутся.

– Кто?

Мартинас не ответил. Вместо этого он закрыл глаза, и его лицо побледнело. Когда он открыл глаза, в них был страх.

– Они уже проснулись.

Зал наполнился звуками. Сначала это был тихий шорох, похожий на шелест крыльев. Потом – скрежет, царапанье, треск. Из теней, из-за генератора, из-под обломков начали появляться фигуры. Сначала одна, потом другая, потом десятки. Это были не мутанты, которых они встречали раньше. Это были люди, точнее, то, во что их превратила система. Их тела были искорежены, руки заменены металлическими протезами, вросшими в плоть, лица закрыты янтарными масками, из-под которых горели глаза. Они двигались медленно, но неотвратимо, и в их движениях была какая-то механическая, неестественная плавность.

– Хранители, – прошептал Янис. – Я слышал о них. Это те, кто добровольно стал частью системы. Они охраняют генератор.

– Они живы? – спросил Йонас.

– Не знаю. Но они нас не пропустят.

– Занимаем оборону! – скомандовал Джонсон. – Марат, ты со мной! Йонас, прикрываешь левый фланг! Алиса, ты с Мартинасом – к пульту! Янис, ваши люди – за нашими спинами!

– Понял! – крикнул Марат, вскидывая автомат.

Первая волна хранителей двинулась на них. Они не бежали, не прыгали, они шли, и их шаги отдавались эхом по залу. Джонсон дал короткую очередь, и пули ударили в грудь ближайшего хранителя. Тот пошатнулся, но не упал. Из его тела вырвался золотистый свет, и рана начала затягиваться прямо на глазах.

– Они регенерируют! – закричал Марат. – Цельтесь в голову!

Он выстрелил, и голова хранителя разлетелась осколками янтаря. Тело рухнуло, рассыпаясь в пыль. Но на его месте уже были другие. Они шли со всех сторон, и их было слишком много.

– Алиса, давай! – закричал Йонас, отстреливаясь.

Она схватила Мартинаса за руку и бросилась к пульту. Между ними и консолью было метров пятнадцать, но каждый метр казался километром. Хранители тянули к ним руки, и Алиса стреляла на ходу, не целясь, просто чтобы пробить коридор. Наган был почти бесполезен, но он создавал дымовую завесу, давал секунду передышки.

– Сюда! – крикнул Мартинас, показывая на просвет между двумя фигурами.

Они проскочили, и Алиса почувствовала, как чьи-то пальцы скользнули по её спине, разрывая куртку. Она упала, но тут же вскочила и добежала до пульта. Консоль была покрыта янтарными кнопками и рычагами, и Алиса поняла, что не знает, что делать.

– Мартинас!

Мальчик уже стоял у пульта, его руки летали над панелью, нажимая, поворачивая, выключая. Он знал. Он был частью системы, и система открывалась ему.

– Быстрее! – закричал Джонсон. Они с Маратом с трудом сдерживали натиск, и Янис с двумя своими людьми уже стреляли в упор, отступая к пульту.

– Готово! – крикнул Мартинас, и в этот момент крышка генератора со щелчком открылась.

Внутри, в гнезде из янтарных щупалец, пульсировал кристалл. Он был больше того, что они видели в Калининграде, и свет его был ярче, горячее. Он бился, словно сердце, и от его пульсации воздух в зале дрожал.

– Доставай! – крикнула Алиса.

Она сунула руку внутрь, но янтарные щупальца сомкнулись вокруг её запястья, обжигая. Она закричала от боли, но не отступила. Она рванула кристалл, чувствуя, как щупальца рвутся, как янтарные осколки впиваются в кожу.

– Алиса! – Мартинас схватил её за плечо, помогая вытащить руку.

Кристалл оказался у неё. Он был горячим, почти раскалённым, и она едва удерживала его. В тот же миг генератор загудел громче, его свет вспыхнул и начал угасать. Хранители, потеряв связь с источником, замерли, а потом начали падать один за другим, их тела рассыпались золотистой пылью.

– Бежим! – закричал Джонсон.

Они бросились к выходу. Генератор позади них гудел, вибрировал, и стены начали трещать. Потолок пошёл трещинами, и на головы посыпались обломки. Алиса бежала, прижимая кристалл к груди, чувствуя, как он жжёт кожу даже через куртку. Мартинас бежал рядом, держась за её руку. Йонас и Марат отстреливались от последних хранителей, которые ещё пытались преследовать.

– Туда! – крикнул Янис, показывая на лестницу.

Они вбежали в коридор, где Алиса убила Эдгара. Тело его исчезло, осталась только горка золотистого пепла. Они пробежали мимо, и сзади послышался грохот – потолок рухнул, отрезая путь назад.

– Быстрее! – закричал Джонсон.

Лестница уходила вверх. Они бежали, перепрыгивая через ступени, и каждый шаг отдавался болью в мышцах. Алиса чувствовала, как силы покидают её, но не могла остановиться. Кристалл требовал движения, требовал, чтобы его вынесли отсюда, подальше от мёртвого генератора.

Когда они вылетели на поверхность, небо над Ригой уже серело. Генератор под ними взорвался, и земля содрогнулась. Из разбитых окон Академии наук вырвался столб золотистого света, но он быстро угас, и туман, окутывавший город, начал рассеиваться.

– Мы сделали это, – выдохнул Марат, падая на колени.

– Не совсем, – ответила Алиса, глядя на кристалл в своих руках. – Это только половина. Чтобы уничтожить купол, нужно активировать кристалл в Калининграде.

– Или уничтожить Королеву, – тихо сказал Мартинас, и все замолчали.

Алиса посмотрела на мальчика. В его глазах был тот же странный свет, что и раньше, и она поняла, что он знает больше, чем говорит.

– Королева мертва, – сказал Йонас. – Мы видели, как она горела.

– Она возродится, – ответил Мартинас. – Пока генератор работал, она была бессмертна. Но теперь, когда генератор разрушен, она ослабла. Но она всё ещё жива. И она знает, что мы забрали кристалл. Она придёт за ним.

– Где она? – спросила Алиса.

– В Домском соборе. Она ждёт.

Алиса посмотрела на кристалл, потом на своих людей. Марат был ранен, Джонсон едва держался на ногах, Йонас был бледен, а Янис и его люди смотрели на неё с надеждой и страхом. Она знала, что должна идти дальше. Она знала, что не может вернуться, пока Королева жива.

– Вы возвращаетесь на базу, – сказала она. – Я пойду одна.

– Нет, – Йонас шагнул вперёд. – Я с тобой.

– Йонас…

– Я сказал, я с тобой. Ты не пойдёшь одна.

Она хотела возразить, но увидела в его глазах то же упрямство, которое чувствовала в себе. Она кивнула.

– Марат, Джонсон, вы ведёте остальных к границе. Мы с Йонасом идём в собор.

– Алиса, – Марат поднялся, пошатываясь. – Не делай глупостей.

– Я делаю то, что должна, – ответила она. – Ждите нас у границы. Если через шесть часов нас не будет…

– Будут, – перебил её Джонсон. – Вы вернётесь. Оба.

Она не ответила. Она знала, что не может дать такого обещания. Вместо этого она посмотрела на Мартинаса.

– Ты идёшь с ними.

Мальчик хотел возразить, но она не дала ему говорить.

– Ты сделал всё, что мог. Теперь ты нужен живым. Иди.

Мартинас кивнул, и в его глазах блеснули слёзы. Он подошёл к Алисе, обнял её, и она почувствовала, как дрожит его маленькое тело.

– Вернись, – прошептал он.

– Вернусь, – ответила она, хотя не была уверена.

Они разошлись. Марат, Джонсон, Янис и его люди, уводя Мартинаса, направились к окраинам. Алиса и Йонас остались одни. Она посмотрела на кристалл, который всё ещё держала в руке, потом на Йонаса.

– Ты уверен? – спросила она.

– Уверен, – ответил он. – Куда ты, туда и я.

Она улыбнулась, и в этот момент почувствовала, как что-то тёплое разливается в груди. Она не знала, что ждёт их впереди, но знала, что не одна.

– Тогда идём, – сказала она, и они двинулись к центру города, к Домскому собору, где их ждала Королева.

Глава 6. Королева улья (возрожденная)

Дорога к Домскому собору была путём в никуда. Алиса чувствовала это каждой клеткой своего тела, каждым нервом, натянутым до предела. Город, который ещё час назад казался просто мёртвым, теперь дышал. Не ровно, не спокойно, а тяжело, хрипло, словно огромный зверь, загнанный в ловушку и знающий, что конец близок. Золотистый туман, рассеивавшийся после гибели генератора, здесь, в сердце Старой Риги, не исчез полностью. Он сгущался, становясь почти осязаемым, и в его глубине мелькали тени – не мутанты, не хранители, а что-то другое, более древнее, более злое.

Йонас шёл рядом, сжимая автомат, и Алиса видела, как он всматривается в каждую подворотню, в каждый разбитый оконный проём. Он был напряжён, как пружина, и она понимала его. После того, что они видели в подземельях Академии наук, после того, как она убила Эдгара, после того, как они вынесли кристалл из недр пульсирующего генератора, мир перестал быть просто миром. Он стал местом, где реальность смешивалась с кошмаром, и нельзя было сказать, где заканчивается одно и начинается другое.

– Алиса, – тихо позвал Йонас, когда они сворачивали в очередной переулок. – Ты уверена, что мы должны идти туда?

– Уверена.

– Может, стоит подождать остальных? Марат и Джонсон…

– Они не успеют. – Она остановилась, посмотрела на него. В свете фонаря его лицо казалось слишком бледным, глаза – слишком тёмными. – Ты видел, что происходит с городом. Купол падает, но Королева ещё жива. Если мы не уничтожим её сейчас, она восстановит генератор. Или найдёт другой способ. Она будет ждать, она будет сильнее. Мы не можем дать ей время.