Бывший муж сестры

– Надь, ну ты чего, – одернул меня Игнат.

– Ну, хорошо, – хмыкнул Глеб, оглядывая меня с головы до ног, и под его взглядом меня начало трясти еще больше, он как большой удав охотится за своей жертвой рассматривает меня, оценивает, – Надежда Ивановна. Значит никакой фамильярности. По поводу документов даю вам срок до завтра. Утра.

– Но это невозможно? – возмутилась я.

– А вы постарайтесь, Надежда Ивановна, не хотелось бы вашу трудовую книжку вначале вашего карьерного пути. Портить статьей, – Глеб говорит холодно, колко.

И я даже слышу в его некую брезгливость что ли.

– Я молодой специалист и могу ошибаться. Ваша статья на мое будущее никак не повлияет, – притопывая ногой, вскидываю подбородок вверх.

Вот так у меня всегда. Нет бы чтобы помолчать. Притихнуть. Но мой внутренний справедливец выскакивает наружу так же не вовремя и неожиданно, как черт из табакерки.

– Ну да, ну да. Юношеский максимализм, так и пышет. Смотри не взорвись, – ехидно замечает он. – Совсем на Веру не похожа. Ни сдержанности, ни учтивости. Да и внешность у вас слишком разная, – Глеб дернул меня за косу. – Гадкий утенок, – проговорил он как будто сам с собой.

– Что? – мне показалось я ослышалась. – Я гадкий утенок? С меня хватит. Это уже слишком. Сам разбирайся со своей документацией. Понял. Придурок, – делаю резкий поворот и …

– Куда собралась, – парень дергает меня за косу и моя голова дергается назад, а за ней и мое тело.

– Глеб, ты что делаешь? – слышу испуганный голос Игната.

– Отпусти. Или… – шиплю сквозь зубы.

– Что? – улыбается Глеб, а в глазах загорается хищный блеск.

Я отступаю назад. Мне необходимо больше пространства. Но только спустя несколько секунд я понимаю, что Глеб загнал меня в угол.

– Ты слишком наглая для такой малявки, – хмыкает Глеб, делая шаг ко мне.

Я молча смотрю на него. Бежать мне некуда. С двух сторон стены, а передо мной Глеб.

– Если ты будешь меня запугивать, я все расскажу сестре. Не думаю, что она будет в восторге, когда узнает об этом, – дерзко кидаю ему в лицо.

Он сокращает между нами расстояние в считанные секунды.

И за его спиной я слышу короткий вздох Игната.

– Девочка, не стоит воевать со мной. Предупреждаю сразу, ты это войну уже проиграла… – он склоняется к моему лицу так близко, что я чувствую мятный аромат его дыхания.

Его близость кружит голову так, что сложно стоять на ногах.

– Это мы еще посмотрим, – сузив глаза, бью его коленом в пах, и отталкивая со всей силой от себя, бросаюсь бежать.

– Су....., – слышу в спину сдавленный стон.

Глава 4

– Адресуй этой козе, чтобы нос свой даже не высовывала. Иначе… – хватаю белоснежный лист, что лежит под рукой, и яростно комкаю, попутно бормоча себе под нос ругательства.

– Ты сам виноват. Надя – она девушка с норовом, – аккуратно вставляет между моими громкими болезненными постанываниями Игнат, за что мне его так и хочется от души треснуть по голове.

– А кто тебе эта Надя, стесняюсь спросить? – надоел он со своими репликами, уже собрался бы и скорее валил отсюда.

Крепко сцепив челюсти, разминаю пострадавшую от одной невыносимой особы мышцу и раздраженно смотрю на парня.

– Ну мы с ней вроде как встречаемся, – тут же мямлит он неуверенно.

– Это как? За ручку с ней гуляешь, а дома в кулак спускаешь? – скалю зубы, стараясь сдержать рвущийся наружу злобный смех.

– А даже если и так, то что с того? Тебя наша интимная жизнь никак не касается, – взвился Игнат.

– Господи, парень, тебе сколько лет? Двадцать девять? Тридцать?

– Двадцать пять вообще-то, – пацан подобрал коробку и понес к выходу.

– Двадцать пять, – скривился я, пародируя его, – лохопед ты! – кричу ему в спину. – Эта девчонка явно тебе не подходит! Будешь всю жизнь подкаблучником. И тряпкой!

Ладно. Кого я учу? Сам вон совсем башку потерял: с малолеткой вступил в дискуссию. Еще Вере расскажет, и будет мне тогда некогда. Все-таки сестра ее не девка с улицы.

Черт! Теперь придется ее еще и на работе оставить. Гадство.

– Все, Игнат, успехов тебе! Брат-Игнат, – слегка хлопаю парня по плечу, – бате передавай привет. Скажи, что проведаю его завтра. Тебя, надеюсь, тут больше не увижу. Ах да, за фабрику не переживай, за пару месяцев ее на ноги поставлю… Придешь ко мне на работу проситься, а не возьму, – подмигнул парню, усаживаясь в машину, но спохватившись, добавил: – Надюшке своей сообщи, чтобы на работу завтра выходила. Не буду ее ругать. Заодно пусть успокоится. Ну все, бывай, – поднимаю руку, и резко надавив на педаль газа, с едва уловимым свистом срываюсь с места.

Глава 5

Стояла у подъезда, ждала Игната.

Парень позвонил мне весь на взводе. Сказал, что заедет за моей вечером. Поедем в кафе, чтобы была готова. Я подумала, что он расстроен из-за завода. И возможно из-за стычки с Глебом. Поэтому хочет немного расслабиться. Согласилась поддержать его.

Я когда врезала этому козлу и убежала. О том что мой парень там остался и не подумала. Оторвался наверное на нем Глеб, по самое первое число.

Теперь придется составить Игнату компанию. Хотя я бы лучше дома посидела. Я же понимала, что тратиться на кафе в положение Игната сейчас не самое разумное решение. Потому сделала вывод, что лучше согласится. Не перечить.

Игнат появился после пяти минут моего ожидания.

Я усевшись в белую Лада Гранта, пристегнула ремень.

– Можно было и так, – буркнул он вместо приветствия.

– Куда едем? – поинтересовалась у парня, который был хмурнее тучи.

– Это сюрприз. Потом увидишь, – ответил Игнат, косясь на меня.

Мне не понравился его взгляд.

– Что-то не так, Игнат? Что случилось? – я встревоженно посмотрела на парня.

– Ничего особенного. Просто пижон московский, сказал что завтра ждет тебя на работе. Что увольнять не будет, потому как вы скоро станете какой-никакой но родней, – зло процедил он.

– Игнат, ты чего злишься? Я тут причем? Не нужно на мне вымещать зло, – осадила парня.

Я уже пожалела, что согласилась ехать с Игнатом.

Его настроение меня тревожило. Я всю дорогу нервно поглядывала на Игната, стараясь угадать, что он задумал.

И даже на всякий случай написала сообщение Вере, а то мало ли…

Когда выехали за Королев, только тогда поняла, что цель Игната это Москва.

– Ты хочешь меня в столичное кафе сводить? – удивленно спрашиваю парня.

– А что, думаешь, если пижон забрал завод, то не потяну? Думаешь беднее него что ли? – огрызнулся Игнат.

– Если ты себя не прекратишь так вести, я с тобой никуда не поеду. Прям вот высаживай меня здесь, я на попутке уеду домой.

– Ты совсем чокнулась? Хочешь чтобы тебя за ночную бабочку приняли?

– Уж лучше так, чем ехать и слушать твое недовольство, – сложила руки на груди, и отвернулась к окну.

– Ладно, кис. Не злись, – чувствую, как ладонь Игната ложиться мне на бедро и он поглаживает мне ногу с каждым движением увеличивая радиус.

Я в недоумении посмотрела на парня.

– Что? – он вздернул бровь вверх. – Что-то не так?

– Ну, руку можно спокойно держать Игнат. Что за несанкционированные поползновения?

– Опять за свое. Не пацан я уже Надя. Ты разве не понимаешь? Ласка мне женская нужна. Забота, – завел старую песню о главном Игнат.

– Ты же знаешь, что этот вопрос для меня открыт. Я пока не готова обзаводиться потомством. И я, не моя Вера. По ее стопам не хочу идти. В институт хочу. Я с шестнадцати лет работаю Игнат не для того, чтобы в восемнадцать забеременеть, – меня прям несло, не могла остановиться.

А вот парень как раз наоборот, машину остановил, прямо перед дверьми какого-то странного клуба. И вывеска на нем, была очень компрометирующей.

– Ты куда меня привез? – мои мысли все разлетелись, сменяясь любопытством.

– Ну я знал, что ты мне снова откажешь Надь. Замуж тебе рано? Тоже понимаю. Тогда будет с тобой тусоваться, как пижонская московская молодежь. Вперед.

Игнат припарковал машину в паре сотен метров от клуба.

Крепко сжал мою ладонь и потащил меня внутрь.

Глава 6

– А что я говорил? – Кирилл нависает на перила всей своей не маленькой массой. – Сегодня шоу программа “Институт благородных девиц”. Ля какие телочки, все зачетные. Ммм, а их упругие орешки, так просто заглядение.

– Да уймись ты уже, Дроздов, – хмыкнул в ответ другу, – еще расскажи про ареал обитания. И про хищников, которые сидят в засаде…

Вип зона содрогнулась от взрыва смеха. Но хорошо, что Кирюха не обидчивый все понимает.

– Хватить заливаться Глеб. Ты сегодня как и я один. Иди составь мне компанию. Помурлыкаем тут с тобой наедине. Созерцая только прекрасных созданий.

Подкатил глаза кверху.

Пришлось встать и подойти, Дроздов вряд ли отвалит.

– А че Тимоху не зовешь? Он вон тоже один. Чего меня постоянно дергаешь?

Дроздов покосился на Тимофея с прищуром.

– Ты посмотри на него. Он даже не улыбается. О чем мне с ним говорить? Да и телочки его не интересует. Ему больше… – Дроздов задумался, а Тимоха, который и впрямь сегодня был серьезнее обычного, вскинул бровь плотоядно посмотрел на Дрозда, тот поежился: – ой, я даже стремаюсь представлять то, что у него может быть в голове.

Кирилл быстро отвернулся обратно к сцене, а Тимоха громко заржал:

– Не боись, Кир, в моих мысля тебя нет, – окликнул он Дроза.

– И на том спасибо, – поднял руку вверх Дроз, не оборачиваясь.

Я заметил, что в последнее время между пацанами был какой-то напряг. А этого допускать нельзя. У нас фирма одна. И мы в ней все учредители. Мы до сих пор держимся на плаву и занимаем высокое положение, среди акул бизнеса лишь потому, что действуем слаженно, сплоченно, как один организм.

– Что между вами произошло? – поинтересовался, подойдя вплотную к Дроздову.

– Я не знаю, что за муха его укусила? Может чем обидел его, не пойму? – пожал плечами Кирилл: – Ты посмотри, как вертиться вокруг палки, как будто с рождения возле нее стоит, – влюбленными глазами смотрит на девушку, танцующую на сцене, Дроздов. У друга слабость к этому виду “искусства”, именно поэтому мы сегодня здесь собрались. Друг следил за представлениями девочек и не пропускал ни единого шоу. А сегодня шел еще и бонус, отмечали мою покупку фабрики.

– Надо бы разобраться Кир, а то чем дальше тем “глубже”, – блуждая по танцполу взглядом, наставлял Дроздова, хотя парняга был на пять лет старше меня.

– Да сам знаю. Я еще попробую с ним поговорить. Может все обойдется? – эти слова я слышал уже вполуха.

Все мое внимание было обращено к одной очень знакомой фигурке, которая сильно жалась к другой. И эта вторая здесь была явно лишней.

Надя как будто почувствовав мой взгляд обернулась. Завертела головой по сторонам, словно потеряла кого-то. Но конечно она и подумать не могла, что я наблюдаю за ней со второго этажа.

Длинные блондинистые локоны, еще днем собранные в тугую косу, сейчас отражали в себе лучи неоновых ламп. Большие глаза, разрумянные щеки, припухшие губы: да, сегодня я назвал ее гадким утенком, и оказался прав. Девушка сумела преобразиться в лебедя. Надю, что я созерцал сейчас и ту что была днем, были как будто две разные копии.

Узкие джинсы выгодно подчеркивали ее округлости ниже талии, но самое главным достоинством девушки оказались ноги. На высоком каблуке они казались бесконечно длинными. И простенькая кофточка сверху, только будоражила мою фантазию, скрывая под собой небольшую грудь.

Но что она интересно тут делает? Да еще и в компании своего парня-недоумка?

– Эй, Глеб, ты меня слышишь? – толкает меня в бок Дроздов, а я глаза не могу отвести от сестренки Веры.

– Ага, да. Что ты говорил? – переспросил не отпуская взглядом девушку.

– Что это за малышка? На которую ты пялишься? – кивает Дрозд в сторону Нади и я тут же реагирую.

– Даже не смей на нее смотреть, – шуточно бью его под ребро, – ей только исполнилось восемнадцать.

Черт! Наш разговор привлек остальных парней.

– На кого там нельзя смотреть? – Антон отреагировал первый, и ссадив с коленок девочку, которая не на минуту не покидала насиженного места, он размяв ноги подошел к нам.

– Да, вон на ту белесую курочку, видишь? – указал на Надю Дроздов. – Глебке нашему приглянулась.

– Эй, бро так ей хоть восемнадцать есть? – спросил Володя, обойдя Кирилла, словно не слышал что я сказал.

– Да есть ей восемнадцать, – растолкал пацаново локтями и встал обратно на свое место.

– Тогда можно и замутить. Ты у нас парень видный, – пробасил возле уха Тимоха, выглядывая из-за моего плеча, – а она аппетитная. На такую бы и я клюнул, – хохотнул он, а у меня по спине пробежался морозец.

Отчего то было такое ощущение, что мое водительское сиденье в Бугатти хотят опробовать все, по очереди, без моего на то разрешения.

– Так мужики. Это сестра моей невесты. Так что руками не трогать. Глазами не раздевать. А это ее паренек, – я в этот момент даже был рад, что рядом с Надей стоит Брат-Игнат.

– Ну, он не стена подвинуться может, – заключил Антоха и уже потеряв интерес к происходящему вернулся в свое кресло, где ему на коленки, тут же прыгнула его сегодняшняя девушка.

– Может ты их пригласишь к нашему столу? – посмотрел на меня выразительно Володя. – Ты вроде пока не женат. А не женат значит свободен. Пользуйся.

– Или воспользуются другие, – подхватил Тимоха, а меня его слова покоробили.

– А может уже? – задал я вопрос, не понимая, что на него можно ответить.

– Нет мой друг. Иди сюда, – приобнял меня за плечи Дрозд, – ты в бумагах намного лучше волочешь чем в женщинах и это факт. Вот посмотри внимательно на эту цыпулю. Что ты видишь в ней кроме ее потрясных форм?

Я молча пожирал Надя взглядом и не мог понять о чем мне говорит Дроздов.

– Я понял, – спустя несколько минут моего молчания проговорил Кирилл, – ничего.

Значит расскажу тебе я. То что эта девочка не тронута – видно с первого взгляда. Посмотри на ее попку.

– Чего? – метнул на Дрозда негодующий взгляд.

– У девочек, попки чуть приплюснуты. Не такие округлые, как у барышень которые уже распечатаны.

– Ты несешь бред, – усмехнулся Тимофей и я был согласен с ним.

– Это мои наблюдения и я с вами ими делюсь. Через мои ручки и не только, – он замолчал красноречива показывая взглядом, через что еще, – прошла не одна сотня цыпочек и я точно знаю о чем говорю. Уж поверь.

Дроз обратился не ко мне, а к Тимофею, тот прищурил глаза.

– Тащи сюда свою родственницу. Посмотрим, правда это или нет?

– И это еще не все, – не успокоился гребаный наш “искусствовед”.

– Хорош Кир, я больше не хочу, слушать. Эта глупая тема, – отмахнулся от парня.

Но у них спор пошел уже с Тимофеем.

– Ну и что дальше. Говори, – насмешливо вскинул бровь Тимоха, игнорируя меня, обратился к Киру.

– Все очень просто. Смотри на ее грудь. Видишь, она ее как будто прячет, стесняется. Показывая всем своим видом, что еще закрыта, не готова показать себя. А девушки, что уже не девственницы, ведут себя по другому. Например, – Кир бегло осматривает танцпол и находит самую молоденькую девчонку, которая отплясывает так, что кажется вот-вот и на ней порвется и без того немногочисленная одежда до конца, – бьюсь об заклад. Малышка отмечает свое совершеннолетие, но при этом давно уже не девочка.

– Идиотская теория, Кир. Не в обиду, – качнул головой я и чисто случайно, боковым зрением заметил, что Надя осталась одна.

Прибилась к краю барной стойки и пугливо оглядывается по сторонам. Будто спрятаться пытается. Во мне проснулся хищник.

Я оставив пацанов, дальше разбираться в правдивости теорий. А сам как сайгак, перепрыгивая ступеньки, сбежал на первый этаж. Я уже принял для себя решение, что похищу Надежду из неумелых лап ее парня-оладуха. И возможно даже получится проверить теорию Кира на практике.

Хмыкнув про себя: но самое главное спрячу ее подальше от глаз Тимохи. Я видел как в его глазах вспыхнул интерес. И если его не погасить на корню, это ни к чему хорошему не приведет.

Глава 7

– Ты следишь за мной? – широкая ладонь сжимает мой кофточку на груди и парень больно вдавливает меня лопатками в стену.

– Ты слишком самоуверен, – кидаю в лицо будущему мужу своей сестры.

– Так какого черта ты тогда здесь делаешь? – цедит сквозь зубы, сверля меня потемневшим взглядом.

– Я не должна отчитываться перед тобой. Понял? Ты мне никто! Да и вообще сейчас Игнат придет. – Говорю громко, пытаясь перекричать музыку, а заодно и охвативший меня страх. – А вот сестре будет интересно узнать, что же ее драгоценный женишок делает в стрип-клубе, – я смотрю в упор на парня.

Жду ответа.

– Слежу за тобой, – ухмыляется он, и его ладонь нагло скользит по груди, и ниже, касаясь живота.

– Ты что делаешь? Совсем рехнулся? – отталкиваю его руку, но при это ощущения после его прикосновений, даже через одежду, до сих пор остаются на моей коже.

– А почему нет? Ты произвела на меня неизгладимое впечатление. И я все слышал, что ты говорила своему парню- оладуху про меня и про Веру. Отчасти ты в чем-то права.

Он прижимает меня всем своим телом к стене и я явно ощущаю его ту выпуклость, по которой он сегодня получил.

– Больше не болит? – вмиг севшим голосом спрашиваю Глеба, а он гад сразу понимает о чем говорю, смеется низким грудным смехом, от которого моя кожа покрывается крупными мурашками.

– А что еще раз хочешь попробоваться? Но теперь тебя меня в расплох не застать, – Глеб продолжает тереться о мой живот, а у меня вся спина испариной покрылась от напряжения вспотели все те места, к которым плотно прилегает одежда.

– Прекрати, – пытаюсь вырваться я, но делаю только хуже… себе…

Глеб очень настойчив и от того, что никак не могу ему сопротивляться хочется рыдать и кричать одновременно.

Но вряд ли Глеб позволит мне кричать. Да и от глаз людских нас хорошо маскирует ширма из частых деревянных палочек.

И даже если Игнат и начнет меня искать. Сюда он заглянуть точно не догадается.

– Слушай Надь, – чувствую влажное дыхание Глеба у себя на шее.

Он держит мои руки у меня за спиной, а ноги предусмотрительно крепко сжал коленями. У него передо мной превосходство. Свободная рука, которой он умело оглаживает мои открытые участки тела.

– Не нужно, – всхлипываю от смущения, когда его пальцы оттягиваю нижний край кофточки и касаются живота.

– А чего ты боишься Надя? Неужели не нравлюсь тебе? Совсем не чуточки? Ведь ты же моя секретарша так? И нам по работе полагается быть немного ближе, чем босс и подчиненная, – на этих словах, его палец обвел мой пупок, и я ойкнула, так как он задел камешек пирсинга, который я сделала несколько месяцев назад.

– Не тронь, – процедила сквозь зубы, когда Глеб потянул вверх ткань кофточки оголяя живот.

– Я хочу посмотреть, – голос парня грубеет и его тон вибрацией отзывается в моем теле, меня начинает колотить озноб, от прикосновения его пальцев с моей кожей. Его взгляда с моим телом.

Я настолько напряжена, что вот-вот взорвусь.

– Черт! Надя, – Глеб отрывает от моего пупка взгляд и смотрит горящими глазами прямо в меня, – пригласи меня к себе домой, – просит он.

Что? Что он хочет? Не понимающе, в растерянности, смотрю на парня.

– Позови меня к себе домой. И я обещаю ты об этом не пожалеешь, – хрипло повторяет просьбу Глеб, а у меня от его просьбы сердце сжимается камнем и падает в пятки.

И мне кажется в этот миг музыка стала тиши и голоса вокруг исчезли.

Окружающее нас пространство, как будто вытолкнуло за свои рамки всех, кто нам мешает, оставляя внутри место только для нас двоих.

– Я не могу, – сглатываю сухость во рту, отвечаю парню, – ты жених моей сестры. И я ненавижу тебя за то, что сейчас делаешь.

Мой голос тягучей. Медленный. Я нахожусь будто в трансе. Под гипнозом горящих желанием глаз, Глеба.

Его губы кривятся в усмешке и вместо ответа, рука скользит вдоль моего тела задевая все самые чувствительные бугорки.

Пальцы сжимают волосы на затылке и он притягивает меня к себе и впивается мне в рот жадным поцелуем.

В этот момент тишина взрывается в голове и меня оглушает стон.

Мой стон.

И спустя секунду я понимаю, что творю неправильное. Потому как Глеб отпустил мои руки, а я вместо того, чтобы оттолкнуть его, как сделала днем. Впилась в его плечи с дикой силой, словно боялась что он исчезнет или отпустит меня.

Сколько длился наш поцелуй: не знаю. Я потеряла, счет времени.

Только вот я знаю точно одно, что после него: я уже не останусь прежней.

Глава 8

– Надя, что с тобой? Ты приболела? – слышу взволнованный голос Веры в трубке.

– Почему ты спрашиваешь? – удивилась, не сразу сообразив откуда ноги растут.

– Глеб, сказал, что ты уже три дня не показываешься на работе. Волнуется за тебя, – своим тонким чутьем, я расслышала в голосе сестры нотки ревности и меня тут же кольнула совесть в груди, – спрашивает может тебе чего-нибудь надо привезти из лекарств?

– Нет! – слишком импульсивно отвечаю ей и сразу же жалею.

– Надя. Мы сейчас приедем. Мне кажется ты что-то не договариваешь, – я не успела возразить, как Вера положила трубку.

Черт! Черт!

Вот же засранец. Решил меня через сестру достать. Думает раз самому не удалось, то через Веру сможет?

Мне в голову приходит отличная идея.

Набираю номер Игната.

– Привет, – обиженным голосом здоровается со мной парень.

– Привет, – отвечаю добродушно.

Ну понятно, что обида Игната обоснована. Я его бросила в клубе. И на его звонки не отвечала. А все почему? Да потому, что Глеб полностью завладел мной. Он словно змей-искуситель, околдовал меня, загипнотизировал. Поработил мое сознание и разум. И я подчинившись ему. Предалась запретным наслаждениям.

В животе от воспоминаний затрепетали бабочки. И я мысленно достав метелку тут же разогнала их, к чертовой бабушке.

Мне было так стыдно. Что после всего произошедшего, я не просто на Глеба, я на себя смотреть не могу. Потому и сижу взаперти уже несколько дней.

– Ну, что звонишь? Молчать будешь? – недовольно спрашивает Игнат.

– Хотела попросить тебя прийти ко мне. Можешь? – я не знаю зачем я это делала.

Может надеялась на то, что Игнат, хоть как то сможет перетянуть внимание Глеба на себя.

– Зачем? Я не хочу тебя видеть. И вообще я думал, ты прощение звонишь попросить?

Я закатываю глаза вверх. Господи как ребенок, ей-Богу. Хотя это я должна капризничать и выносить ему мозг. Я младше.

– Игнат, прости что так получилось. Прошу у тебя прощения в пятьсот первый раз. Ну хватит дуться мой котеночек. Приезжай ко мне, чайка попьем. Может Вера, что-то вкусного привезет, – о том, что она приедет не одна, решила не упоминать.

– Я так и думал, что ты мне не просто так звонишь, – в трубке послышались короткие гудки.

– Нытик, – бросаю в динамик.

– Черт! Что же делать?

Когда наконец приходит осознание, что все – я пропала, что сейчас мне предстоит встреча с самым бес принципиальным и наглым парнем в моей жизни,меня начинает знатно потряхивать. Быстро пробегаю взглядом по квартире. Хотя это квартира для меня, а для него, так, комната в его хоромах или даже кладовка. Черт его знает, что там он скрывает.

Ну и пусть он катится к черту! Не нравится! Милости прошу. Дверь он знает где.

Но самое стремное, что заметила за собой. Я несколько раз посмотрелась в зеркало. Как будто надеясь увидеть там: кого? Прекрасную царевну вместо убогой крестьянки.