Сладкий грех или Горькая любовь 2

Непроизвольно рука, в которой был бокал, задрожала, ненависть пробивалась наружу, уже невозможно было остановить мою ярость.

– Твои родители упустили тебя. И вот результат, – она утвердительно шагнула вперёд, придерживая подол белоснежного платья. –Ты с детства прибегала к самым изощрённым способам, чтобы добиться желаемого. В ход шло враньё, попытки ставить родителей в неловкое положение. Уверена, – дрянь заносчиво взмахнула подбородком, – специально начинала плакать, кричать, громко истереть. А в результате, повзрослев, скатилась до откровенного шантажа.

– Заткнись, – как же хотелось треснуть по её нежно-розовым губам.

– Нет. Почему я должна молчать.

Не помня себя, поддавшись гневу, плеснула в наглую рожу…

Алина учащённо задышала и, широко распахнув рот, застонала, – ты с ума сошла!

– Сошла. И это только начало, – схватила её руку и всучила ей пустой бокал. – Не смей ко мне подходить. Держись подальше от меня, иначе я тебе все твои белокурые волосы вырву.

Глава 5. Егор

Сосредоточенно всматривался в компьютерный экран, стараясь проанализировать финансовое положение дел, которое, безусловно, улучшалось с каждым днём. Но как бы я ни пытался отвлечь своё внимание и всецело погрузиться в работу, угнетающие мысли об Алине никак не покидали меня.

Глубоко вздохнул и, откинувшись на спинку кресла, отрешённо посмотрел в потолок, продолжая убеждать себя, что все мои пагубные и тревожные мысли не имеют под собой ровным счётом никаких оснований. Алина – честная женщина. Она уж точно не станет вести столь подлую игру. Нет, использовать ребёнка, чтобы привязать и удержать возле себя мужчину было слишком низко, она бы никогда так и не поступила.

Внезапно стационарный телефон громко зазвучал, вынуждая оставить свои размышления и вернуться в реальный мир.

– Да. Слушаю, – нажав кнопку и переведя телефон в режим громкой связи, проговорил я.

– Александр Егорович, извините, но в приёмной находится Егор Александрович. Он просит разрешения зайти в кабинет. Я могу его пропустить? – Уточнила секретарша, я же, в свою очередь, озадаченно усмехнулся.

Давно ли моему беспардонному отцу понадобилось разрешение, чтобы ворваться в мой кабинет и нарушить одинокое времяпровождение. Что-то ему от меня понадобилось? Причём очень и очень важное. И тут до меня дошло, возможно, что Константин Дмитриевич сообщил моему старику о весьма успешном заключении контракта. Точно! Приехал лично поздравить меня.

– Егор Александрович, – взволнованно обратилась ко мне секретарша, устав дожидаться ответа, – так я могу пропустить вашего отца?

– Да. Пропустите, – спокойно произнёс я и молниеносно отключил телефон.

Приподнялся со своего места и пристально посмотрел на дверь, которая неторопливо приотворилась и на пороге появился отец, на лице которого блестела счастливая, удовлетворённая улыбка. Давно я не видел его в таком прекрасном расположении духа. Бесспорно, Константин Дмитриевич ему обо всё рассказал.

– Сынок, – восторженно прокричал мужчина и стремительным шагом направился ко мне, – молодец! Я тобой горжусь, – Александр Егорович мгновенно обнял меня за плечи и слегка постучал по спине. – У меня нет слов. Одни эмоции. Твоё первое выступление на совещании и такой триумф. Я в тебе не сомневался.

С недоверием сузил глаза и слегка отстранившись от родного человека, которого переполняли эмоции, проговорил, – правда? Прямо так никогда не сомневался?

– Ну, может самую малость, – искренне признался старик. – Самую малость! Ты мой сын. Такой же, как и я, упрямый, амбициозный и решительный. Сынок, я тобой горжусь.

Сделка была и правда очень успешной, но далеко не глобального масштаба, чтобы отец лично явился поздравить меня. Он был человеком серьёзным и довольно скупым на эмоции, а тут лично явился. Меня никак не покидало чувство сомнения, подозрительно всматривался в хитрое лицо Северова-старшего, отчаянно пытаясь раскрыть истинные причины его появления.

– Ты приехал лишь за тем, чтобы поздравить меня, – лукавая ухмылка отразилась на моих губах, – или у тебя ко мне есть какое-нибудь дело?

Старик робко покачал головой и, обойдя рабочий стол, присел на рядом стоящий стул.

– Конечно, в первую очередь я приехал, чтобы поздравить тебя.

– А во вторую?

Северов-старший без особого волнения и напряжения развёл руками.

– Понимаешь, сынок. Тут такое дело. Я купил билеты и собирался устроить небольшой отдых для себя и Инны, но вот беда, – в его глазах появилась неестественные нотки сожаления, – врачи запретили всякие перелёты. А билеты на Сицилию приобретены. Причём стоимость у них очень приличная. Мне деньги уже никто не вернёт.

Звонкий смешок сорвался с моих губ. Отец, конечно, привык жить на широкую ногу и, без всякого сомнения, отдых в Италии влетел ему в копеечку, но при его финансовых возможностях, такая утрата равна капли в море.

– Ты что-то хочешь мне предложить слетать в Италию? – Вопросительно приподнял брови.

– Да, – как ни в чём не бывало, ответил старый хитрец.

– Предлагаешь мне съездить с Инной Игоревной?

Отец озадаченно расширил глаза, не сразу уловив мой шутливый тон.

– Вот же, зараза! Нет, конечно. Зачем тебе ехать с моей женщиной, когда у тебя под боком шикарная, молодая жена имеется.

Опечаленно посмотрел на отца. Сама по себе идея неплохая. Даже небольшой совместный отдых, безусловно, пошёл бы нам на пользу и, вероятно, сблизил нас с Кариной.

Против моей воли в мою голову незамедлительно проникли различные похотливые, развратные картинки с участием моей сексуальной и соблазнительной супруги. Невольно представил малышку в купальнике и с наслаждением прикрыл глаза, осознавая, какой ослепительной может быть Карина. И не обязательно ей быть в купальнике, мы можем выйти в море на яхте в абсолютном одиночестве и устроить нудисткое представление.

Солнце. Море. Карина.

Романтика обволакивала меня. Чёрт. Я прежде никогда не ездил на отдых со своим «самоваром». Не раз посещал Сицилию и всегда пользовался услугами дам определённого интимного рода деятельности. Одним словом, проститутки высшего сорта всегда скрашивали мой досуг. Но мне больше не хотелось развлекаться с девочками лёгкого поведения. Неожиданно для себя осознал, что отдых с супругой является для меня наивысшей ценностью. Б…во! И когда успел втрескаться в эту высокомерную, заносчивую девицу, которая определённо даст мне отворот поворот и напрочь откажется куда –либо ехать. Не силой же её принуждать?

– Спасибо. Но вынужден отказаться от твоего предложения, – медленно приоткрыл веки и присел на кресло. – Слишком много нерешённых вопросов скопилось. Сам понимаешь, работа.

Отец недовольно поморщился, явно не разделяя моих аргументов и чувствуя лукавство в моих словах.

– Ты мне про работу не рассказывай, – гневно пробубнил он. – Такой ты у меня ответственный и правильный стал. Давно ли?

Сурово поводил глазами и, нахмурив брови, едко ответил на колкость отца, – недавно. Сразу после того, как на мои плечи ввалилась огромная ответственность за холдинг. Думаешь, почему я смог убедить спонсоров участвовать в нашей программе? – Гордо расправил плечи. – Мне пришлось работать днями и ночами. Я почти месяц из офиса не вылазил.

Я вовсе не жаловался. Привык много работать, правда, раньше у меня оставалось хоть какое-то свободное время, сейчас же его катастрофически не хватало.

– Знаю. И ни в коем случае не приуменьшаю твоих заслуг. Наоборот, хочу, чтобы ты немного отдохнул. Егор, – более мягко произнёс отец, – ты и Карина заслужили отдых. У вас не было медового месяца. Так, пусть будет хоть недельный отпуск.

Тяжело задышал.

– Папа, прекрати. У нас с Кариной слишком сложные и натянутые отношения. Вряд ли она захочет устраивать медовый месяц. Просто-напросто пошлёт меня к чёрту, в самую глубь Сицилии.

Старик снисходительно ухмыльнулся и провокационно посмотрел на меня.

– Я тебя не узнаю. Ты чего? Неужели не сможешь уговорить молодую, красивую девушку с тобой съездить отдохнуть?

– Папа, она не простая девушка. Ты же знаешь сколько в ней гонора. Та ещё чертовка.

Северов-старший радостно улыбнулся.

– И что? Что это меняет? Прояви смекалку. Да, Карина – девушка с характером. Но и ты у меня не промах. Организуй всё так, чтобы она не смогла тебе отказать, – звонко и утвердительно предложил отец и, лихо взмахнув рукой, достал из кармана ярко-жёлтый конверт. – Держи, – он положил билеты на стол и, скользя ладонью по поверхности, пододвинул их ко мне.

Тот самый случай, когда и хочется и колется.

– Сердце женщины никогда не бывает свободно: либо оно влюблено в настоящее, либо в прошлое, – серьёзным тоном провозгласил отец. – Нельзя жить прошлым. Карина не похожа на твоих прежних женщин. Её надо завоёвывать. И тебе это вполне под силу.

С нежностью на устах улыбнулся. Сердце Карины действительно было подобно океану, наполненному мечтаниями. Оно как вулкан. Храм, в котором мне хотелось поселиться. Но как это сделать, если в её невинном сердечке живёт мерзкий, подлый бывший паренёк по имени «Саша».

Злобно сверкнул глазами. Инстинкты собственника взыграли в глубине души. Нет. Она моя. Отец прав, надо вытравить из её сердца прошлое и заставить жить настоящим.

Удивительные метаморфозы происходили в моей душе. Даже не думал, что способен так увлечься. И кем!? Капризной принцессой, которая страшно бесила меня и параллельно безумно возбуждала. И она тревожила не только плоть, но и сердце трепетно вздрагивало в её присутствие.

– Сынок, ты никогда не прислушивался к моему мнению, – огорчённо проговорил отец. – Но сейчас прошу принять серьёзно мои слова. Карина – молодая и временами вспыльчивая девушка, но она очень светлая. Ты знаешь, – мужчина приглушённо усмехнулся, – она та самая путеводная звезда, которая сможет наполнить твой мир светом. Не упускай свой шанс. Эта девочка, – он отчаянно постучал пальцем по столу, – не просто выгодная партия. Она самый настоящий дар судьбы. Ваша встреча – это ничто иное, как промысел божий.

Ничто не мешает человеку, будучи атеистом, быть счастливым, уравновешенным, глубоко интеллигентным и высокоморальным.

Мой отец никогда не отличался высокой моралью. Да и в бога особо не верил. Удивлённо приподнял голову и с негодующей ухмылкой осмотрел старика.

– Я тебя не узнаю. Давно ли ты стал верующим человеком? О каком божьем промысле говоришь?

Отец немного нахмурился.

– С рождением и смертью спор вести бесполезно, это – промысел божий, – прошептал он. – Но обстоятельства заставляют это сделать несмотря на предчувствия или печальный опыт. Надо вздохнуть и положиться на Промысел Божий, как Вайолетт Джессоп. Она всегда полагалась на Промысел. Другого выбора у неё не было. А миссия – была.

Ошарашенно округлил глаза. Отец говорил загадками. Прямо не отвечал на вопросы.

– Раньше был атеистом. Но с годами осознал, что есть высшие силы. Наверно, ощущая, что мой путь скоро завершится и очень хочется верить, что душа бессмертна.

– Папа, прекрати. У тебя вся жизнь впереди, – его прискорбные речи вгоняли меня в унынье.

Отец махнул головой.

– Сынок, я прошу у бога лишь одного, чтобы после того, как придёт мой час, ты в этом мире не остался один.

– Папа, пожалуйста. Ну, прекрати ты эти унылые разговоры.

Мужчина улыбнулся.

– Хотя, знаешь, я ещё одного очень хочу.

Устало вздохнул.

– И чего же требует твоя душа?

В глазах отца мелькнули озорные огоньки.

– Внука. Я желаю увидеть своё продолжение.

Невольно усмехнулся.

– Папа, о детях у нас с Кариной разговор не заходил.

– Вот и плохо. Вы семья. Что вам мешает наполнить дом звонким, детским смехом?

Глава 6. Алина

Соня ловко лавировала между автомобилями, умело играя в автомобильные шахматы на дороге.

– Милая, можно поаккуратнее. Мы никуда не опаздываем.

Снисходительно усмехнулась, негодуя над лихаческом подруги, которая всегда обладала феноменальной выдержкой и спокойствием сытого удава.

Никогда не сомневалась в профессиональных способностях подруги в вождении автомобиля, но вот сейчас моя тревожность была повышена, после того как беременность подтвердилась, я не могла рисковать своим здоровьем, теперь на мне лежала двойная ответственность.

Теперь во мне образовалась новая жизнь. Драгоценная жизнь…

Девушка снизила скорость, но это не потому что она прислушалась к моей просьбе, просто на нашем пути появился спасительный светофор.

– Не понимаю. Как ты можешь сохранять спокойствие? Вдруг Карина что-то заподозрила? Тем более, твоё провокационное заявление могло вызвать подозрения с её стороны.

Сонька стала темнее тучи, фразы глупой Карины не на шутку её переполошили.

– От этой девушки что угодно можно ожидать. Как ты можешь быть такой спокойной? Ни капли возмущения.

Ехидно усмехнулась.

В отличие от подруги я не считала, что в глупой башке избалованной, самолюбивой девицы, которая «не видит дальше своего курносого носика» может зародиться хоть какая-либо мало-малайская здравая мысль.

Карина полностью поглощена собой, ей плевать на других, есть только она, а всё остальное подождёт.

Эта избалованная принцесса ничего не поймёт, даже если я прямо скажу, что являюсь любовницей Северова. Она всерьёз не воспримет мои слова. Дочь Архипова способна заниматься лишь самолюбованием.

Невольно провела ладонью по плоскому животику, чувствуя лёгкую тревогу, пусть небольшое, но всё же сомнение закралось в мою душу. Интересно, как отреагирует Егор на новость? Конечно, он не будет разделять моего безграничного счастья, но это лишь временно…

Убеждена, что как только малыш появится на свет, сердце Северова смягчится. Больше не буду для него очередной бабой из огромного послужного списка, теперь я стану матерью его ребёнка. А дальше посмотрим. Жизнь покажет, сможет ли он продолжать вести отвязанный образ жизни или всё-таки осознаёт, что пора остепениться и стать примерным семьянином.

Робко улыбнулась. В своей голове представляла прекрасные картинки нашей совместной счастливой жизни. Безумно желала, чтобы Егор принял меня, понял, что лучше женщине ему не встретить. Пора прекратить сопротивляться судьбе.

– Алина, может не стоит пока обо всё рассказывать Северову.

– Стоит. Ещё как стоит, – решительно заявила я и, подняв глаза, увидела, что горит зелёный свет.

Автомобили, которые стояли позади нас яростно засигналили, призывая мою задумчивую подругу, всё-таки продолжить движение.

– Соня, поехали. Пока нам по башке не настучали, – резко скомандовала, активно кивая, осознавая, что наш разговор с Егором обязан состояться в кратчайшие сроки.

Пора разъяснить все недосказанности.

– Что? Чёрт. Точно.

Соня молниеносно выжила педаль газа, и автомобиль тронулся с места.

– И чего так сигналить? Подумаешь, девушка задумалась!

Улыбнулась подруге и с благодарностью посмотрела на свою верную и преданную подругу. Понимала, что она желает лишь добра.

Иногда Соня бывает жёсткой, но это лишь для того, чтобы уберечь меня от нерадивых поступков, которые по её мнению могут причинить вред. Но сейчас мой поступок по определению был правильным и обдуманным. Сердце подсказывало, что именно Егор является отцом моего будущего ребёнка. Это уже связь на всю оставшуюся жизнь. Наша общая ответственность. Северов не сможет отмахнуться от меня, словно от назойливой, постоянно жужжащей мухи.

Егор мог отказаться от меня, но ребёнка обязан принять. Отчаянно верила, что малыш сможет укрепить наш союз. Он должен осознать, что эта Карина лишь временное увлечение. Ему нужна настоящая, любящая женщина, а вовсе не маленькая, капризная, эгоистичная девица.

– Алина, пожалуйста, подумай о последствиях, – с сожалением проговорила подруга, останавливая транспортное средство возле огромным стеклянных дверей. – Прежде всего ты обязана думать о своём ребёнке.

– Я уже обо всё подумала. И не один раз.

Девушка нервно постучала острыми коготками с ярким маникюром по кожаному автомобильному рулю.

– Не знаю. Не думаю, что Северов будет рад узнать о том, что в скором времени станет отцом. Ты хоть представляешь, сколько женщин – охотниц за его состоянием пытались с помощью детей охомутать его. И что-то я не наблюдаю у него наличие детей?

Обида прожгла моё сердце, гневно поморщилась и сурово процедила сквозь плотно сжатые зубы, – не стоит сравнивать меня и других баб Егора. Я ни одна из тысячи. Я для него единственная. Он меня любит, просто ещё сам до конца не разобрался в своих чувствах. Уверена, что ребёнок сможет улучшить наши отношения, которые сейчас дали небольшую трещину.

Ярость, как будоражащей пожар, полыхал в моём взгляде. Никогда не обладала заниженной самооценкой.

– Наивная.

– Что?

– Наивная, – с плохо прикрытой горечью, повторила София. – Боюсь, что Егор в очередной раз обидит тебя. Сейчас ты к нему придёшь, а он, глядя на тебя своими огромными холодными, как айсберг глазами вынесет вердикт, – она едва уловимо усмехнулась, – Алина, такой человек легко может отправить тебя на аборт. Не рассказывай ему про ребёнка. Умоляю тебя, повремени пока.

Она повернулась ко мне и бережно сжала мою руку.

– Это единственный способ сохранить беременность. Если все будут думать, что малыш от Архипова, то Северов не будет чувствовать никакой угрозы с твоей стороны.

Ощущала, как холодные девичьи пальцы держат меня мёртвой хваткой…

– Алина, ты слишком плохо знаешь Северова. Архипов достойный, проверенный мужчина. Тебе, а главное, ребёнку с ним будет хорошо. Он будет вас оберегать и во всё помогать. Только с ним ты ни в чём не будешь нуждаться. Костя будет любить ребёнка.

Замерла, не могла поверить словам подруги, неужели она действительно считает Егора самым настоящим кровожадным чудовищем, который так просто заставит меня убить его же собственного ребёнка. О какой угрозе она говорит? Я и мой малыш должны стать его опорой и поддержкой.

Ошарашенно прикрыла рот, чувствуя, как невидимая соль, приправленная острым перцем, разъедает кончик языка. Внутри всё полыхало и бушевало.

– Глупости, – резко провозгласила я и рывком вырвала руку из-под её ладони. – Ты с ума сошла. Егор не такой человек. Он не заставит меня погубить собственного малыша. Как такие глупости могли проникнуть в твою голову.

С диким ужасом смотрела на подругу, словно она сумасшедшая, сбежавшая из психиатрической больницы.

Соня глубоко вздохнула и на её лице с новой силой заиграли нотки сожаления, печали, болезненной грусти.

– А что он, по-твоему, сделает? С распростёртыми руками примет тебя. Нет, Алина, это твоя иллюзия. Несбывшаяся мечта.

Она снисходительно ухмыльнулась.

– Может, ты считаешь, что он сразу же разведётся с Кариной и тебя замуж позовёт? Прости, дорогая, но это абсолютный абсурд. Ты не можешь увидеть очевидные вещи. Слишком идеализируешь Северова.

Угнетённо усмехнулась, поймала себя на мысли, что идеализировала я только одного мужчину и это вовсе не Егор. Я идеализировала и боготворила Архипова.

Всё случается в первый раз. И первая влюблённость, и первая любовь, и первый мужчина. Половодье чувств настигает нас в том нежном возрасте, когда душа ещё наивна и чиста. Флёр романтики отключает инстинкт самосохранения, способность объективного восприятия, как самого объекта любви, так и всего того, что с ним связано. Первая любовь редко бывает счастливой, но по накалу страстей обгоняет все последующие увлечения. Сердца, разбившиеся в это время, мы худо бедно собираем по кусочкам, но склеенное сердце утрачивает звонкость и чистоту звучания в дальнейшем.

Как писал Александр Сергеевич о Татьяне Лариной: «Пора пришла, она влюбилась!» Популярная иллюстрация: только что вылупившиеся утята следуют за первым движущимся объектом. В последствие они могут игнорировать родную маму, если по иронии судьбы первым увидели катящийся мяч, либо бегущую собаку. Сама по себе реакция эта врождённая, но в течение первых часов после вылупленной молодой птицы должны «запечатлеть» облик матери. Если в этот период утята не увидят утки, то впоследствии будут её бояться. Более того, у утёнка, не встретившего в соответствующий период подходящего для запечатления объекта, в дальнейшем поведение будет резко нарушено: он будет избегать контактов со всеми живыми существами.

Неприятное замечание подруги с откровенным сарказмом вызвал бурю негодования, но я сдержалась и, равнодушно дёрнув уголками губ, ответила, – да. Только не надеюсь, я уверена в том, что Северов очень скоро разведётся с этой девицей и женится на мне. Я мать его будущего ребёнка, а не какая-то девица подзаборная, которую он пару раз трахнул и забыл даже имя.

Мгновенно развернулась и, схватив с заднего пассажирского сидения сумку, в которой у меня лежала драгоценный медицинский документ.

– Алина, – когда я уже была на улице и собиралась закрыть автомобильную дверцу, неожиданно ко мне обратилась София, – люди настолько наивны, что скорее бросят монетку в колодец желаний, чем купят себе еды.

Девушка отстегнула ремень безопасности и наклонилась в мою сторону.

– Не бросай свою последнюю монетку в этот колодец. Подумай, Архипов – прекрасный человек. Он примет ребёнка и будет носить тебя и малыша на руках. Не стоит из-за глупой страсти разрушать свой брак. Ты должна его сохранить ради ребёнка.

Гневно сверкнула глазами, брезгливо морща нос.

Нет, Костя не вызывал у меня чувства ненависти или злости, но я больше не могла выносить его рядом с собой. Испытав райское наслаждение в объятиях молодого, страстного Северова любой другой мужчина мерк. Мне нужен только Егор, на меньшее я не согласна.

И что я разрушаю? Наш брак с Архиповым давным-давно приказал долго жить. Костя достоин, чтобы с ним была любящая, заботливая, спокойная жена. Мне же вся эта посредственная жизнь страшно надоела…

– Архипов – достойный мужчина, Егор же слишком непостоянный.

– Вот и отлично, – надменно пробормотала я. – Пользуйся случаем. Хватай настоящего мужчину, мне же нужен только Егор.

Незатейливо толкнула дверцу и уверенным шагом направилась к стеклянным, полупрозрачным дверям.

Дорогой Читатель, огромное спасибо за внимание и поддержку. Напоминаю, лайки стимулируют автора ))). Спасибо, всем кто подарил частичку своего тепла в виде звездочки и очень жду новых светлых лучиков.

Глава 7. Алина

По мере того как кабинка лифта поднималась всё выше и выше моё волнение усиливалось, пыталась справиться с внутренней дрожью, убеждала себя, что тревоги Софии беспочвенны и Егор обрадуется тому, что скоро станет отцом. Да, сначала эта новость повергнет его в шок, но потом отцовские чувства возьмут вверх. По-другому быть не может.

Глубокий вдох и плавный выход.

Металлические двери неспешно распахнулись, и я грациозным шагом покинула кабинку лифта.

И на даже же было такому случиться, только-только смогла привести мысли в порядок и успокоить внутреннюю дрожь, как на моём пути встал несносный, вредный старик, который, к сожалению, приходился отцом моему любимому человеку и уж куда деваться должен был стать дедушкой моему ребёнку. Надеюсь, малыш в большей степени унаследует мои гены.

– Добрый день, – сухо проговорила я и, торопливо перебирая ногами, побрела по коридору, мысленно молясь, чтобы Александр Егорович проигнорировал меня. Понимала, что от этой старой пройдохи ничего хорошего ожидать не приходилось. Не было у меня никакого желания выслушивать оскорбительные фразы и различные неприятные колкости в мой адрес. Передо мной стояла куда более важная задача. Не хотелось тратить время и силы на неприятного человека.

– Добрый день.

Боже, вроде бы пронесло.

Слишком рано обрадовалась я, тому, что мне удалось избежать неприятного разговора с Северовым – старшим, как только мужчина поравнялся со мной, он грозно свёл брови и, пронзительно глядя на моё непроизвольно покрасневшее лицо с откровенным укором и неприкрытым пренебрежением, скомандовал, – подожди. У меня к тебе разговор.