Сбежавшая невеста дракона. Мужской факультет

— Дело в том, — откашлявшись в кулак, начала я, стараясь говорить уверенно, придавая голосу грубости, — что моя матушка хотела защитить меня от… большого мира, она думала, что знает, что для меня лучше, — виновато улыбнулась я, понимая, что лучше уже не придумаю. — Я узнал о вашем приглашении только недавно.

Гортанный смех раскатился по залу, вызывая оживление среди преподавательской комиссии. Я обернулась, наткнувшись на жёсткий взгляд.

— И как ты собираешься учиться здесь, если прячешься за женской юбкой, а? — грубый голос того мрачного типа с жёлтыми глазами заставил внутренне содрогнуться. А разум закричал: "Опасно, беги!".

Мужчина небрежно отбросил бумаги на край стола, кажется, даже не взглянув на них.

Я сглатываю, растерянно раскрыв рот, собираясь сказать явно что-то неразборчивое, но, к счастью, меня перебивает Боулз.

— Почему вы смеётесь? Хотите сказать, что у вас не было никогда мамы, господин Гэрен, вам не известно, что значит материнская тревога и забота?

Казалось, воздух налился свинцом и давил меня к полу.

— Всё, что вы перечислили, это для слабаков. Корсоворн не терпит слабаков, — скривил губы в презрении этот Гэрен. — И вы правы, у меня не было матери, и я этому рад. А тёмная магия под запретом.

— С чего вы это взяли? — возмущенно нахмурилась Боулз.

Мои колени предательски подогнулись.

“Всё, это провал, мне не учиться тут”.

И не видать свободы как своих ушей.

Боулз приподняла подбородок и сжала губы в строгую линию.

— Корсоворну нужны не только борцы, но и умные парни, которые способны плести безопасные магические пути. По всем показателям, Кристоф прошёл этот этап, он показал свои способности, и, между прочим, не только умственные, но и магические.

Мне казалось, что господина Гэрена ударили медным тазиком по голове, такое было у него выражение лица.

— Вы серьёзно хотите взять в академию этого хлюпика, у которого нет ни родословной, ни статуса, ни физических данных?

— И вы собираетесь исключить юношу только из-за этого? — не уступала Боулз. — Он спас целый экипаж! Который кто-то оставил без защиты.

Члены комиссии в этот момент зашептались.

— На что вы намекаете? — глаза лютого мужчины сверкнули, а кулаки сжались на столе.

— Лишь на то, что некоторые члены по защите проявили халатность, оставив свой пост. Если бы не вмешательство этого, как вы выразились, «хлюпика», последствия могли бы быть куда более трагичными. Вместо того чтобы наказывать его, стоит задуматься о том, чтобы дать парню хотя бы шанс, — Боулз твердо смотрела на собеседника, не отводя взгляда.

Мускул нервно дёрнулся на суровом лице декана, видимо, боевиков, а по столу пополз обжигающий трескучий лёд.

— Вам не кажется, что вы нарываетесь? — цедит сквозь зубы.

— Вы мне угрожаете? — дёрнула удивленно она бровью.

— Прекратите спор, — жёстко оборвал на полуслове Гладстон, и расползающиеся дорожки льда застыли. Все взоры обратились на него, и мой в том числе.

— Мы ещё разберёмся с этим. Вы, господин Гэрен Варро и госпожа Боулз, если продолжите в таком духе, удалю вас из зала совещания. Всем ясно?

Вместе со скрипом «да» я слышала скрежет зубов декана.

Я так напряглась, что свело лопатки и сдавило в груди. И теперь только ожидала окончательного решения.

— Было бы всё в порядке, — пробурчал Варро, — ледяная буря случается раз в сотню лет, никто не ожидал, что она произойдёт.

— Повторю ещё раз, — терпеливо проговорил ректор, — мы вернёмся ещё к этому вопросу.

Элтон Гладстон шумно выдохнул через нос, собираясь с мыслями.

— За всю историю мы не нарушали правил и никогда не собирали приёмную комиссию дважды, к тому же для одного студента. Но нынешний случай это исключение из правил, тому несколько весомых причин. Однозначно у парня есть потенциал в магических способностях, пусть и тёмная магия редкость в нынешнее время. Конечно, это несёт некоторые сложности, ведь все уроки, практики и задания заточены под светлую магию. С другой стороны, Кристоф напомнил нам лишний раз, что нужно быть готовыми ко всему, — бросает он взгляд на Гэрена.

— Всё равно считаю, что это пустая трата времени и ресурсов, на его место могли бы взять куда более перспективного адепта.

— Не соглашусь, у академии достаточно ресурсов, чтобы вести любого адепта, — снова вмешалась Боулз.

Варро раздражённо сжал челюсти и отвёл взгляд.

— Кристоф Линс спас людей, и тут мы должны не только благодарить его, но и наградить, — добавляет она.

— Простите, но я не считаю, что это какой-то подвиг, прежде всего я хотел сам выжить, — справедливости ради признаюсь я, слыша свой неуверенный голос. Наверное, я действительно веду себя как хлюпик, но невозможно перебороть жуткое волнение, когда на тебя смотрят магистры.

— Вот именно, — подхватывает Варро, — мальчишка просто спасал свою шкур… эм себя.

— Это неважно, в любом случае Кристоф проявил отвагу. Меня интересует другой вопрос, — обратил на меня внимательный взгляд ректор. — Кем были твои родители?

Вопрос буквально застал врасплох, ладони мгновенно вспотели.

— Моя мама — обычная швея, а отец… — сердце подпрыгнуло куда-то горлу. — Мне ничего о нём не известно, — соврала я.

Гэрен Варро громко хмыкнул, ректор же снова наградил его хмурым взглядом.

— Мы поговорим с тобой ещё об этом позже, Кристоф. Итак, ваши голоса, прошу поднять руку, кто против, чтобы Линс учился в академии.

Вокруг поднялся шорох, но руку поднял только Гэрен Варро, что не удивило никого. А я была ошеломлена, ведь кроме него больше никто не высказал протеста.

— Хорошо, — откидывается на спинку кресла ректор. — Кто готов принять парня в ряды элиты, поднимите руку.

Первой подняла руку госпожа Боулз, за ней декан стихийников с заинтересованным взглядом, следом другие преподаватели, большая часть, несколько остались нейтральны.

— Хорошо. Ты принят, Кристоф Линс, — громко заключил ректор.

Моё сердце подпрыгнуло в радостном кульбите. Неужели я слышу те желанные слова, о которых так мечтала?! Просто не верится. От переизбытка эмоций даже перед глазами поплыло.

— Поздравляю, — искренне улыбнулась Боулз.

Единственный, кто сидел мрачнее тучи, это Варро, которому я встала костью поперёк горла. Кажется, от него стоит держаться как можно дальше, надеюсь, с ним я больше не столкнусь в Корсоворне.

— Теперь по поводу факультета, — продолжил ректор. — С тёмной магией хорошо бы в боевики.

Боевики? Чуть не закашлялась, не успев обрадоваться.

— Я против, — побагровел Гэрен. — Он сломается при первой же тренировке.

— Я не договорил, — строго добавляет Гладстон. — Согласен с господином Варро, что физически ты мало подготовлен, поэтому пока что пойдёшь на мужской факультет архитекторов, а там посмотрим, — заключает он и поворачивается к декану стихийников. — Господин Боквуд, принимайте адепта в свои ряды.

Мужчина с короткой стрижкой и мускулистым телом кивнул.

— На этом закончим, — взял Гладстон бумаги и протянул мне.

— Спасибо вам, — произношу, едва дыша от счастья.

Я смогла!

8.

— Подожди в коридоре, — просит Боквуд, и я не заставляю себя ждать, исполняю указание.

Выхожу из малого совещательного зала и удерживаю себя от того, чтобы сорваться с места и вспорхнуть до самого потолка.

“Я буду учиться здесь. Адепт Кристан Рейв, точнее, Кристоф Линс!”

Голова закружилась, а в груди не хватало места для фонтана эмоций. Не могу поверить, что мечта, которая казалась недосягаемой, наконец-то станет реальностью. Конечно, поступить — это ещё не значит закончить, и впереди много сложностей.

Дверь за моей спиной вдруг со щелчком отворилась, и в коридор вышел декан стихийников.

— Найт, проводи Линса к коменданту, — показывает ему какой-то бланк, — пусть даст форму, студенческий инвентарь, ключи от мужского жилого корпуса и комнату. Здесь всё указано, — отдает бланк и смотрит на меня. — Даже не знаю, можно ли это назвать везением, но ты удивил, хм… Линс… и перевернул с ног на голову весь преподавательский состав. Медаль тебе, конечно, никто не даст, но уважение заслужил, теперь главное не потерять его.

— Я же не один удержал корабль, магия Брайена помогла.

Серые глаза мужчины сузились, так что вокруг собрались задорные морщинки.

— Сегодня можешь отдыхать, Линс, и подготовиться к учебным будням, с завтрашнего дня ты в строю.

— Есть.

— Шагай, — хлопнул он меня по плечу совсем слегка, но ощущение, что на меня упал кирпич. Боквуд вновь глянул на меня, усмехаясь явно моим габаритам.

Опомнившись, я приняла беззаботный вид и направилась вслед за Найтом, который провожал меня везде, чувствуя на спине взгляд декана. Он не увидел во мне девушку, никто не увидел. Если это так, какова же реальная сила моей вынужденной тёмной магии?!

— Мне нужно забрать свои вещи, — догоняю я Найта.

В коридоре «пансионата» меня встретила Эллионора, когда я вышла уже со своей сумкой.

— Как?! Уже так скоро? — возмутилась она на Найта, будто он был причиной случившегося. — Я поговорю об этом с ректором, настаиваю, чтобы у него был облегчённый режим, без лишней нагрузки, — посетовав, вздохнула она и переключилась на меня. — Обязательно приходи после занятий на приём, есть ещё некоторая нестабильность в резерве и вопросы, которые нам нужно обсудить. А пока я выпишу справку, освобождающую от физических занятий до полного восстановления.

Задерживаю дыхание. Госпожа Люм до сих пор не выдала меня, а значит, я могу ей доверять. Но не полностью, никто не должен знать, кто я на самом деле и от кого скрываюсь. С одной стороны, я чувствовала облегчение, что можно положиться на кого-то, но с другой — это большой риск. И неизвестно, какие последствия принесёт моё враньё. А обманываю я всех тех, кто мне поверил и дал шанс.

Стараясь сбросить тяжелые мысли, я кивнула, и вместе с Найтом мы покинули лазарет.

Найт как всегда шагал молча и не утруждался тем, чтобы рассказать, что где находится, поэтому приходилось просто угадывать, чем служит то длинное здание или та башня у крытой площади. И что это за многоэтажное, как дворцы, здание из красного камня, видимо — женское крыло, находившееся напротив мужского, из серых стен. Разумеется, это был не просто целый жилой комплекс, в центральный вестибюль, соединяющий два огромных корпуса, ничем не отличался от дворцовой парадной.

— Здесь женское крыло? — уточнила всё же я, но Найт посмотрел меня с такой ухмылкой, что покраснели не только уши, но и корни волос.

— Нет, условно здесь живёт элита из мужского сегмента. А здесь, — указывает на правое крыло, — полуэлита.

Впрочем, больше объяснений не понадобилось, всё достоточно понятно.

— И молодняк, — добавляет он. — А там, — указывает куда-то очень далеко, — женская часть.

— А там? — указываю в сторону башни и высокой каменной стены.

— Закрытый сектор.

Больше он ничего не стал говорить, потому что мы вошли в просторный вестибюль.

— Сейчас занятия, поэтому здесь тишина, — проговорил тихо Найт, и его голос утонул в вышине свода арочного потолка. — Ты можешь раздеться в гардеробной, она там, — указал в сторону резных двустворчатых дверей, — можешь ею не пользоваться, но только осторожнее, если Альберт увидит, что ты в верхней одежде поперся на этаж, выпишет штраф, — Найт снял с себя сюртук и повесил на локоть.

— Понятно, — последовала его примеру.

Он повёл меня прямо к гардеробной, точнее, к двери, что была рядом. Я шагала по мягкому ковру, оставляя снежные комья на нём, боясь вдохнуть.

Комендант по имени Альберт Стер оказался довольно зрелым полноватым мужчиной, и очень громким.

— Что за новенький?! Где?! — прогремел его голос, и я вышла из-за спины Найта.

Взгляд мужчины упал ниже, его массивные челюсти захлопнулись.

— Ты кого привёл?! — вернул взгляд на Найта. — Это мужское общежитие, балбес!

Найт хотел было ответить, но я опередила его.

— К-хм, простите, но никакой ошибки нет, я Кристоф Линс, — расправив плечи, насколько это было возможно с повреждённой рукой, заявила я.

Комендант недоверчиво сузил глаза и выдернул бланк из рук Найта. Опустил взгляд на него, потом снова посмотрел на меня — и снова на бланк, за это время я уже десять раз успела проститься с жизнью.

Как же так? Даже ректор не мог узреть во мне девушку, а здесь просто комендант, следящий за порядком…

Альберт продолжал изучать бланк, затем в последний раз перевёл взгляд на Найта, словно ожидая какого-то подвоха. Пауза затянулась, и в тишине, казалось, было слышно, как снег тает и капает не только с моей обуви, но и с волос на ковёр.

Наконец он тяжело вздохнул, вернул бланк и произнёс:

— Ладно, Линс, но только попробуй проблемы создать — моментально поселишься в подсобке!

Я кивнула, стараясь скрыть облегчение. Найт, похоже, тоже немного расслабился.

Комендант громко хмыкнул:

— Кристоф Линс, и откуда ты такой? А?!

У меня, кажется, даже уши начало закладывать от его голоса. Он всегда на последних словах повышает интонацию?

— Это тот самый теневик, спасший вместе с Ламберсом дирижабль, — принялся объяснять Найт.

— Это не Ламберс, а Лоботряс, будь моя воля, я бы всем ремня отсыпал! — открыл шкафчик, где рядами выстроились крючки, на некоторых из них висели ключи. — Погоди, что ты сказал? — выгнул Альберт густую бровь, обернувшись.

Я выдавила из себя нечто наподобие смущения.

— Молодец, конечно, но что-то не смахиваешь ты на героя. Ладно, постарайся вписаться в коллектив, это всё, что от тебя требуется. Здесь, знаешь ли, учатся не то чтобы гордые орлы, а самые натуральные стервятники! Ты в Корсоворне, Кристоф Лис, — намеренно исказив моё имя.

Я переглянулась с Найтом, не понимая, шутит он или всерьёз говорит, но мой провожатый был совершенно спокоен.

— Я этих лис за версту, — положил ключ на стол, — вижу! — гаркнул он, и я вздрогнула.

Комендант садится за стол и записывает что-то в журнал.

— Расписывайся, — указывает пальцем на пустую строку.

Сглотнув, беру перо и пишу свою фамилию левой рукой, вспотев от напряжения, не совсем красиво, но, может, оно и хорошо.

— Форму заберёшь в технической, бельё и инвентарь в бытовой, — пододвигает ключ и табель. — Свод правил выучишь наизусть!

Я киваю и беру его, холодный и тяжёлый. Что же это за комната?

Вышли из кабинета и направились по коридору в правую часть.

— Не обращай на него внимания, его контузило на шахте, с тех пор у него со слухом проблемы и подозрительностью, но это издержки работы. Знаешь, тут всякое случается.

А я даже не сомневаюсь в этом. Интересно, случай, когда девушка притворяется парнем, первый, или уже были прецеденты?

Кладовая белья находилась на первом этаже, как и технический кабинет, где мне выдали целые коробки с вещами, которые я бы никогда не подняла с повреждённой рукой на второй этаж. Спасибо Найту, который по-человечески помог, загрузившись коробками. Посмотрела внимательнее на парня. Он был определённо старше меня, но ненамного, наверное, как Фарингрейв, и его уверенность в движениях сразу бросалась в глаза. Волосы мягкими волнами спадали на лоб, выражая некоторую небрежность, но в глазах читались ум и сосредоточенность.

Мы направились к лестнице, соответственно, в ту часть, где жила «полуэлита», и я чувствовала, как рука немного дрожит от напряжения, держа под мышкой коробку.

Я обернулась, посмотрев в сторону лестницы, где обитала чистокровная элита, её мужская часть.

Фарингрейв ведь поступил на второй курс боевой магии, а что, если он учится здесь?

В глазах как-то потемнело, и я схватилась за гладкие перила, отстав от Найта.

Я не подумала об этом раньше, да и не это меня волновало, единственным местом, где я могу получить все разрешения и создать магический путь, был Корсоворн. Даже если он учится здесь, что, скорее всего, это не должно меня тревожить. Вряд ли мы будем пересекаться.

Я на это очень надеюсь. И вряд ли он будет искать меня здесь, под своим носом.

Невольно закралась мысль погрузиться в астрал и выяснить, где сейчас находится дракон, но я тут же отмела эту идею. Я ещё слишком слаба после кораблекрушения, и пользоваться астралом в стенах академии небезопасно, вдруг здесь стоят защиты, которые поймают меня, едва выйду в тонкий план?

Пока я думала обо всём этом, парадная дверь в вестибюль распахнулась, привлекая мой взгляд.

В холл вошла целая группа студентов, а точнее, трое. По одному взгляду на них было понятно, что это часть той самой чистой элиты. Не иначе как короли мира.

Но самым, как мне показалось, внушительным был брюнет, высокий, широкоплечий, лица не разглядеть из-за того, что тот стоял против дневного света, что лился через окна. Сюртук был нараспашку, будто снега и холода для него не существовало, он сам был как из холода. Безупречный, обжигающий и богоподобный. Почему-то именно эти слова приходили мне на ум.

Если бы Лика была сейчас рядом со мной, то наверняка бы заверещала от восторга, почему-то подумалось. Да и не только Лика, думаю, при виде этого олицетворения эталона мужской красоты и благородства. Если бы не то, как он смотрит на этот мир свысока. Баловень судьбы, не иначе, ему никогда не приходилось думать о хлебе насущном, и наверняка есть всё, что можно только пожелать. Наверняка тают не только студентки, но и большая часть женщин преподавательского состава.

Странную волну покалываний между лопаток и дрожь в теле я проигнорировала и будто в гипнозе смотрела на брюнета, который небрежно скинул с плеч новенький, черного цвета с золотыми нашивками Академии сюртук, бросил пепельному блондину, тот подхватил и понёс в гардеробную.

— Пока тебя не было, тут целая трагедия разыгралась, — сказал ему второй, с волнистыми каштановыми волосами парень.

— Новенькие всегда привлекают внимание, — бросил брюнет.

Его голос, едва коснувшись моего слуха, перехватил горло в напряжённом спазме. Совершенно точно я знаю его, но ум никак не хотел этого допустить.

— Согласен, вечно лезут куда-то, этот новенький, кажется, нацелен создать себе репутацию.

Я недоуменно подняла брови, понимая, о ком они говорят. Однако волна тревоги, охватившая меня, не позволяла сосредоточиться как следует.

— Ты долго, опять отец нагрузил?

— Да, возникли некоторые проблемы, хотел вернуться раньше, но не вышло, — в голосе брюнета послышалось напряжение.

Тряхнула головой, разгоняя туман, в то время как эти трое направились к лестнице, я хотела уже поспешить за ушедшим вперёд Найтом, но в этот самый момент жгучий брюнет поднял взгляд, и я увидела его лицо.

Эти карие, с кипящей лавой подо льдом глаза будто заранее вынесли смертный приговор, навсегда отпечатались в моей памяти.

Кариан Фарингрейв, мой истинный, нашёл меня.

Страх льнёт к телу, морозя спину, слабость проливается в конечности, и коробка, которую я держу под рукой, вдруг летит на пол, упав на порог, кувыркается вниз…

И рухнула прямо под ботинок Кариана.

Воздух застыл, и только слышалось моё бешеное сердцебиение. Я перестала дышать, не в силах совладать с собственным страхом.

Взгляд Фаригрейва пробежался по мне, и стоило неимоверных усилий удержать себя на месте и не убежать, не отвести в панике взгляд.

— Так это и есть тот самый новичок? Да уж, разговоров больше, чем поводов, или я чего-то не понимаю? — хохотнул шатен

Я перевела на него взгляд, потом вернула на дракона, чувствуя, как меня начало трясти, как начали трепетать крылья носа. И дракон будто что-то почуял, его глаза потемнели.

— Не понимаешь, Алекс, — спокойно ответил, слегка прищурив глаза, Фарингрейв, звуча своим бархатистым голосом. И это был не астрал, он находился в нескольких шагах, а его аура теснила мою куда-то в сторону бетонной стены, и оставалось молиться, чтобы он не увидел маскировку. — Иногда важен не внешний вид, а то, что скрыто внутри.

“А-а, о чём это он?” Кажется, пришла очередь паниковать. Что же за день сегодня? И нужно мне было задержаться! Нет, не позволю ему запугать себя.

— Совершенно точно, смелость — редкое качество, — проговорила твёрдым голосом. Боже, что я говорю, но неожиданное желание поддеть этого высокомерного и самоуверенного ящера, который думает, что ему можно обращаться с живыми людьми как с вещью, было неодолимым.

Широкие плечи дракона напряглись, взгляд вонзился в меня раскаленными углями, и воздух моментально стал тяжелее. Я приготовилась к чему-то угрожающему моей жизни, но…

…Фарингрейв, с лёгкостью поддев коробку носком, подбросил словно мяч, поймал её в руки и пульнул в меня, так что пришлось её поймать, когда она впечаталась в грудь.

— Главное, достоинство не урони.

Его дружки засмеялись, для них это было всего лишь развлечение, как, впрочем, и для самого дракона.

Фарингрейв расслабленно прошёл мимо, обдав меня прохладными зимним воздухом, смешанным с ароматом его тела. Который произвёл на меня совершенно неожиданный эффект. Меня будто пьянило, и я, сжав коробку, чтобы снова не уронить, прикрыла веки. Это был совершенно необычный тягучий клевер с морским бризом.