Елена Прекрасная. Испытание любви

Кощей пришёл в обеденный зал немного позже нас и занял главное кресло с высокой спинкой, выполненной из тёмного резного дерева. По левую руку от Кощея сидела Марья. А мама, положив свой философский камень прямо на стол, заняла место справа от меня – там, где прежде сидел Иван… Мурзик как ни в чём не бывало расположился на столе, но поскольку кот был не обычный, а говорящий, то и отношение к нему было соответствующее. Коту поставили отдельную миску по центру, аккурат между запечённым картофелем и жареной курицей, и Мурзик принялся терпеливо ждать, пока кто-то ему туда чего-нибудь положит.

Кощей первым делом поинтересовался у Марьи, чего она хочет, и положил ей еду на тарелку. Потом он позаботился о моей маме, а потом и обо мне. Я попросила картофеля и паровых котлет под таёжным соусом, представляющим собой ароматную смесь томатов, лесных ягод и трав. Не обделённым остался и Мурзик: ему перепала большая порция тушёного мяса и куриная ножка, также с подачи Кощея.

– Хотел бы я поднять тост за свою удачную коронацию и предстоящую свадьбу сына, – заговорил Кощей, прежде чем кто-либо приступил к еде. – Но к сожалению, обстоятельства изменились. Коронацию пришлось отменить. А я потерял сына, едва обретя, – в его голосе ощущалась боль, но, как будущий царь, он не мог поддаваться унынию. – Не хочу, чтобы ужин проходил в скорби. Поэтому предлагаю тост за наших очаровательных гостий: Василису Премудрую и её дочь Елену Прекрасную!

Я вымученно улыбнулась и подняла свой кубок, как и все сидящие за столом. Отпив глоток смородинового вина, я отправила в рот ложку аппетитного картофеля. Он был таким вкусным, а я такой голодной, что быстро расправилась с едой. Одна проблема оказалась решена – настал черёд решать другую проблему. Мне было очень интересно, что же придумала Марья, но она не спешила раскрывать свой план. Я же не хотела больше ждать, а потому демонстративно положила приборы на тарелку, намекая, что закончила трапезу, и принялась маленькими глотками потягивать вино, сверля при этом Марью взглядом.

– Елена! – не выдержала она. – Я знаю, чего ты ждёшь.

Я отставила кубок и принялась внимательно слушать. Мама тоже заинтересованно посмотрела на неё.

– Марья Моревна, морская царевна, живёт в другом царстве, на противоположном берегу моря. Вход в то царство охраняет великан Святогор, – начала Марья.

– Великан? – повторила я, удивлённо вскинув бровь.

– Святогор давно влюблён в Марью Моревну, – продолжила Марья. – Он делает всё, что она велит, в надежде, что рано или поздно она примет его предложение руки и сердца. Но Марья Моревна лишь использует его, вертит им как хочет.

– Ему, наверное, тяжело видеть, как она приводит в свой дворец других молодцев? – предположила я, проникшись жалостью к Святогору.

Марья пожала плечами.

– Они приходят и уходят, а он остаётся. Морская царевна ни за что его не отпустит, поскольку никто не сравнится с ним в силе! И он всегда предан ей.

– Выходит, чтобы попасть в то царство, нужно убедить Святогора пропустить меня? – уточнила я.

– Верно, – кивнула она. – Однако сделать это будет не так-то просто.

– Отчего же? Если я скажу, что пришла забрать Кощея, Святогор должен обрадоваться, что соперник исчезнет.

– В теории да, – поджала губы Марья. – Но на практике он не посмеет перечить дочери морского царя. Если та сама отпустит Кощея – это одно. Но другое – если Святогор вмешается. Он боится её гнева. Боится, что она разозлится и прогонит его, и он никогда больше её не увидит.

– Это жалко и унизительно! – фыркнула я. – Огромный сильный великан пал под действием любовных чар какой-то царевны? И вынужден терпеть её издевательства, наблюдать, как она проводит время не с ним?

– Любовь – это великая сила, Елена! – напомнила мама.

Я закатила глаза.

– Теперь я понимаю смысл слов Ивана, когда он говорил, что любовь даже сильных людей превращает в слабых.

Мама уставилась на меня с недоумением, но я притворилась, что не заметила её взгляда, и опять взяла в руки кубок, чтобы допить вино.

– Как кстати ты вспомнила об Иване, Елена! – воскликнула вдруг Марья, отчего я практически подавилась.

– Кс-тати? С чего это кстати? Кхе! – я легонько похлопала себе по груди и отпила немного чистой воды из кружки, что стояла рядом с моей тарелкой.

– Твоим обучением опять должен заняться Иван! – выпалила Марья. Хорошо, что я успела проглотить воду, иначе она вся была бы на столе.

Мне казалось, Марья шутит. Она не могла так поступить со мной… Да, прошлый раз она отправила меня к Соловью, но тогда для пробуждения ментальной магии мне необходимо было соприкосновение с самым сильным её обладателем. Сейчас же её у меня было в избытке. А потому я не представляла, с чего мне требовалась помощь именно Ивана.

– Что? – еле слышно спросила я. Однако вновь затрясшийся дворец выдал мои эмоции с головой.

Мама успокаивающе погладила меня по руке и тотчас встала на мою защиту:

– О чём ты говоришь, Марья? Если ты решила жестоко пошутить, то для этого прошло недостаточно времени!

– Эмоции Елены нестабильны, – поведала Марья, сохраняя всю серьёзность на лице. – Её ментальная магия возросла, и ей нужен тот, кто силён в этой стихии. Тот, кто научит её управлять своей магией.

Я бросила на неё наполненный злобой взгляд, и дворец затрясся сильнее. Кувшины и кубки, что стояли на столе, завалились на бок, заливая блюда и скатерть своим содержимым. Мурзик, до этого спокойно умывавшийся после сытной трапезы, поспешил поскорее спрыгнуть на пол.

– Я напомню, – сердито произнесла мама, – что Иван пытался изнасиловать мою дочь и подчинить себе её волю! Уж я понимаю Елену как никто другой, потому что сама была на её месте. И я ни за что бы не стала иметь никаких дел с Берендеем, пусть он хоть трижды сильнейший чародей! С чего моей дочери забывать все обиды и принимать покровительство этого мерзавца Соловья-разбойника?

Я с благодарностью посмотрела на неё и крепко сжала её ладонь. Тряска прекратилась.

– Василиса! – вставил слово Кощей. – Моя жена вовсе не желает зла твоей дочери. Наоборот, она хочет помочь ей!

– Вот пусть сама и помогает, а не перекладывает свои обязанности на других, – буркнула я, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди.

«Так и знала! – злилась я про себя. – Вот чуяла же, что история повторится! Похоже, я действительно ей не нравлюсь. Наверняка она спит и видит, как бы избавиться от меня раз и навсегда!»

– Елена, я не могу обучить тебя, как бы ни хотела! – оправдывалась Марья. – Ты самая сильная чаровница, и обучать тебя конкретной стихии должен самый сильный её представитель. А в ментальной магии – это Соловей-разбойник, он же Иван, сын Берендея.

– Спасибо, я в курсе его личности. Ведь именно я её раскрыла! – с презрением бросила я.

– Потому что он показал тебе своё истинное лицо. Он доверил тебе свой секрет…

Я рассмеялась и, подавшись вперёд, облокотилась о стол:

– Секрет? Теперь всем известно, кто скрывался под маской Соловья-разбойника. Он доверил мне его, потому что надеялся, что я сдамся, проведу с ним ночь, а впоследствии выйду за него замуж и уже никому не смогу проболтаться. Но он просчитался! Одержимость мной заставила его совершить множество ошибок. Пусть он и говорил, что любовь – это слабость, но именно вожделение заставляет людей совершать необдуманные поступки. Берендей был прав, когда говорил, что его младший сын думает не тем местом. И вы хотите, чтобы парень с членом вместо мозгов снова стал моим учителем?! – дерзко выпалила я, и дворец вновь затрясся.

– Елена! – одёрнула меня мама. – Мы за столом, выбирай выражения!

Я бросила на неё сердитый взгляд. Она смотрела на меня с осуждением. Как и все за этим столом, включая Мурзика. Вот от него я такого не ожидала, учитывая, как часто он любил сверкать своими яйцами.

– Без Ивана ты не освободишь Кощея, – привела контраргумент Марья, сохраняя спокойствие в голосе.

– Почему? – озадачилась я.

– Он поможет тебе добиться прохода в царство Марьи Моревны, повлияв на Святогора.

– Стойте! – нервно улыбнулась я. До этого я думала, что хуже предложения поступить не может, но нет, вот оно – поступило. – То есть вы хотите сказать, что Иван должен не только обучить меня справляться с эмоциями, но и отправиться со мной на вызволение Кощея?

По тому, как она виновато посмотрела на меня, я догадалась, что ответ «да».

– Вы здесь совсем рехнулись?! – воскликнула я, подскакивая из-за стола. Дворец затрясся с удвоенной силой, со стола на пол начали падать блюда. Хорошо, что все они были золотыми, а потому куча битой посуды нам не грозила. Но вот еду уже было не спасти. Хотя Мурзик мог бы попытаться. Но вместо этого он решил подойти ко мне, чтобы успокоить:

– Ну чего разволновалась?..

– Брысь! – рявкнула я, и он, зашипев и выгнув спину, тут же отскочил от меня на полметра.

– Елена, успокойся! Сейчас всё проясним, – мама снова погладила меня по руке, но я отдёрнула её, как если бы моей кожи коснулся огонь.

– Елена, ты обладаешь сильной магией, – абсолютно спокойным голосом проговорил Кощей, как будто не ощущал землетрясения. – Достаточной, чтобы применить её к Святогору. Однако тебе необходим тот, кто направит твою магию. К сожалению, Святогор не поддастся на твои уговоры и доводы – убедить его можно лишь с помощью магии. Так что хотим мы того или нет, но нам нужна помощь Ивана.

– Прости, Елена! Так надо, – поддержала его Марья.

Я смотрела в их лица и видела в них искреннее сожаление. Похоже, они не издевались. Да и зачем бы им это понадобилось? Осознав, что обратиться за помощью к Ивану – единственный выход, я опустилась обратно на стул и прикрыла лицо ладонями. Тряска прекратилась.

– Я всего лишь хочу освободить Кощея, – всхлипывала я. – Я даже сделку с дьяволом заключу ради него. Что мне нужно сделать? – я осторожно подняла глаза на Марью.

– Нужно убедить Ивана помогать нам, – ответила она.

– То есть я должна его ещё и убедить? Мало мне было унижений? – я быстро заморгала, чувствуя, что поток слёз усиливается. – А если он попросит?.. – я указала на себя. – Мне что, соглашаться? Кощей меня никогда не простит! – от безысходности я разрыдалась. Мама тут же обхватила меня за плечи и принялась успокаивать.

– Не стоит идти на такие жертвы, Елена! – заявила Марья. – Уверена, Иван будет рад и тому, что наконец покинет заточение.

– Елена, Марья права! – продолжала утешать меня мама. – Давай дадим Ивану шанс на искупление. Если он не захочет возвращаться в темницу, то непременно поможет нам. А потом он может последовать за своими братьями и поселиться в другом царстве…

– Я не верю ему. Он подлец! Вдруг он опять заманит меня в мрачный лес? Или сразу сбежит в другое царство, не освободив Кощея? Что тогда? – я вопрошающе посмотрела на Марью. Но вместо неё ответил Кощей:

– Связь с темницей остаётся, пока я или тот, кому я передам управление, не разорвёт её. Я передам управление свободой Ивана в твои руки, Елена! Если почувствуешь опасность, исходящую от него, или он попытается сбежать, ты сможешь заточить его обратно в темницу. Уже навсегда.

Я хмыкнула и резко перестала плакать. Вытерев ладонью щёки, я уточнила:

– Значит, теперь не он будет управлять моей свободой, а я – его? Так с этого и надо было начинать!

Глава 9

Темница полностью оправдывала своё название: она располагалась прямо под дворцом, и яркие солнечные лучи сюда совсем не проникали. Помещение освещалось лишь прутьями магических клеток, в которых были заточены преступники.

Я отправилась сюда утром следующего дня. Накануне вечером Кощей старший наделил меня способностью управлять клеткой Ивана: будущий царь просто взял меня за ладонь и крепко сжал её, но через это рукопожатие я почувствовала, как магия из руки Кощея перетекла в мою.

– Теперь ты управляешь свободой и заточением Ивана, – сказал он. – Когда потребуется, сосредоточься на магии внутри себя и найди эту ниточку.

Но мне не нужно было сосредоточение: я ощущала её постоянно! Вероятно, из-за той связи, что возникла между мной и Иваном, стоило мне впустить его в свой разум.

Я размышляла об этом, пока спускалась в темницу по каменным ступеням, освещая себе путь огнём из своих ладоней. Мама не хотела отпускать меня одну и собиралась пойти со мной, но я отказалась. Вряд ли бы её присутствие дало мне преимущество в разговоре с Иваном. Всё-таки связь была лишь между мной и им. Настолько сильная, что мне даже не требовался проводник в этих длинных и мрачных коридорах темницы. Я шла как Тесей, ведомый нитью Ариадны. Я точно знала, где находился Иван, и направлялась прямо к нему.

Здесь не было стражи, потому что магические клетки не нуждались в охране. От каждой клетки к будущему царю тянулась незримая нить. Если бы кто-то попытался взломать систему, Кощей бы это сразу ощутил. Но теперь он был избавлен от груза одной связи, что лёг на мои плечи.

Я волновалась, даже побаивалась этой встречи с Иваном, несмотря на то что сейчас он был заперт. Но я-то шла затем, чтобы освободить его! И чем ближе я к нему подходила, тем ярче в голове всплывали образы месячной давности, когда он манипулировал моим сознанием, пытался изнасиловать, а потом и вовсе – убить. Только благодаря нашей с Кощеем любви я смогла одолеть его. А теперь мне просить его о помощи? Всё внутри противилось этому! Но вместе с тем я чувствовала злорадство, потому что хотела наконец заставить Ивана ощутить то, через что прошла я.

«Пусть он окажется на другой стороне и поймёт, каково это – подчиняться, а не управлять!» – думала я, ощущая власть над Иваном. Хоть я и не могла ментально принудить его делать всё что попрошу, но я могла убедить его с помощью шантажа – и такой способ меня вполне устраивал.

На пути к Ивану мне встретились клетки с тремя богатырями. Бывшие могучие воины больше не представляли угрозы и выглядели достаточно жалко. При виде меня их взгляды наполнились яростью. Похоже, в своей нынешней судьбе богатыри винили исключительно меня. Однако они не могли ничего мне сделать и даже обругать: магия клеток не позволяла звуку выходить наружу, чтобы пленники не имели возможности переговариваться между собой.

Гордо вскинув подбородок, я прошла мимо. Следующая клетка была с Иваном. Признаться, увидев его, я на мгновение струхнула и чуть было не остановилась, но мысленно приказала себе идти вперёд.

«Он не должен видеть мой страх! – подбадривала я себя. – Я сейчас владею ситуацией, а не он. Пора перестать играть роль жертвы!»

Заметив меня, он искривил рот в ехидной улыбке одним уголком губ и схватился за прутья клетки. Они тут же засияли ярче, добавляя чуть больше света в это тёмное помещение. Оттого ли они сияли ярче, что сочли прикосновение Ивана к себе за попытку к бегству и потому мгновенно раскалились? Я чувствовала, как они обжигали ладони бывшего царевича, но он словно не замечал боли, а вот мои ладони горели! Я посмотрела на них: поперечные полосы, как если бы я сама схватилась за горячие прутья, исчерчивали кожу обеих ладоней, образуя на ней ожоги, что с каждой секундой усиливались. Но поскольку за прутья держалась всё же не я, то и боль ощущала терпимую. Однако она продолжала нарастать…

Решив не показывать слабину, я опустила руки и подошла практически вплотную к клетке. С помощью нити, дарованной мне Кощеем, я сняла звуковой барьер.

– Можешь говорить, – сообщила я Ивану.

– Так это ты ко мне пришла, Елена, – ещё шире улыбнулся Иван, отпустив-таки прутья клетки, отчего я вздохнула с облегчением, почувствовав, что боль начала утихать. Этот жест не остался незамеченным. – Если ты ощутила боль от ожога, получается Кощей передал тебе право распоряжаться моей свободой. Неужто он преподнёс тебе в качестве свадебного подарка месть?

– Я не собираюсь мстить!

– Правда? – усмехнулся Иван. – Но твои эмоции говорят об обратном. Ты помнишь, что мы связаны, Елена? Я не могу знать, о чём ты думаешь, но твои чувства и эмоции открыты для меня. И сейчас я ощущаю жажду мести, ненависть, обиду, скорбь, грусть… Где любовь, Елена? Ты же должна быть счастлива, что сломала стрелу. Ты так стремилась к этому, а когда получила, оказалась более несчастной, чем была до. А я ведь говорил, что дам тебе счастье! Чем была плоха магия привлечения? Теперь её нет, и твои истинные эмоции и страхи вышли наружу.

Мне нечего было возразить: всё это было правдой. Я полагала, что все трудности позади, что впереди меня ожидает безоблачное будущее с Кощеем, но оно ускользало как песок сквозь пальцы, и я злилась на мир за то, что он позволил отнять у меня Кощея!

– Мне… нужна твоя помощь, – собравшись с духом, выпалила я.

Иван удивлённо вскинул брови, но понимание быстро опустилось на его лицо.

– А, та тряска – результат нестабильности твоих эмоций, – утвердительно произнёс он. – Что ж, поздравляю с прогрессом в магии! Но где Кощей, Елена? Неужели бросил тебя взаправду, и потому ты так страдаешь?

– Он бы никогда так не поступил! – воскликнула я, сжав ладони в кулаки. И дворец снова затрясся.

– Впечатляет! – оценил Иван. – С ним что-то произошло, – догадался он.

– Его пленила Марья Моревна, – нехотя созналась я, разжимая ладони, и тряска прекратилась.

Иван чуть усмехнулся:

– Потеряла женишка и просишь меня помочь вернуть его? Каким образом? Кинешься ко мне в объятия, тем самым надеясь вызвать ревность? Считаешь, Кощей осознает, какую девушку оставил, и опять прибежит к тебе?

– Что за чушь?! – осадила я Ивана. – Кощей меня не бросал! Марья Моревна вынудила его пойти с ней. Возможно, она приняла мой облик и обманула Кощея. Ты ведь в курсе, что она владеет сильной ментальной магией?

– Не сильнее моей! А ты всё так же ведёшься на провокации, – Иван рассмеялся. – Марью Моревну я знаю хорошо. Если она чего-то или кого-то хочет, то обязательно добьётся. Тебе бы поучиться у неё целеустремлённости, Елена!

– Ты не в том положении, чтобы оскорблять меня! – напомнила я.

– Ну да, – с насмешкой закивал он. – Дерзости и гордости тебе не занимать. Диву даюсь, как такую сильную магию вложили в твои руки! Ты же действуешь на эмоциях. С которыми не справляешься.

– Так научи меня! – я шагнула вперёд и обхватила уже зажившими ладонями прутья клетки. Правда, вопреки ожиданиям, снаружи эффект был вовсе не такой: прутья не разгорелись и кожу не жгли.

Иван вновь ухмыльнулся и обхватил своими ладонями мои кисти. Его прикосновения жгли сильнее раскалённых прутьев! Нет, боли я не ощущала, зато вспомнила все его касания, даже иллюзорные. Стало тяжелее дышать. Я держалась изо всех сил, чтобы не уйти в паническую атаку, и не сводила с него глаз…

– А ты неплохо держишься, – произнёс он, и я почувствовала, что дышать стало легче, несмотря на то что свои ладони он с моих рук не убрал.

– Что ты сделал? – спросила я.

– Заставил тебя прочувствовать одновременно все те моменты, когда ты ощущала неприязнь ко мне, – непринуждённо ответил он. – А ты даже не шелохнулась. Похвально! Считай это началом обучения.

– Так ты поможешь мне? – неподдельно обрадовалась я.

– Ого, какие перемены! – воскликнул Иван. – Надежда, любовь… Узнаю Елену!

Я улыбнулась.

– Вот только какая мне выгода? – быстро стёр он улыбку с моего лица.

– Я выпущу тебя из клетки. А когда ты поможешь мне освободить Кощея, дарую тебе свободу, но с условием, что ты будешь жить не в этом царстве. Встретишься с братьями, найдёшь себе другую невесту…

Он сделал вид, что задумался. Однако его жест был настолько наигранным, что я поняла, какой ждать ответ.

– Чего ты хочешь? – выдохнула я.

Взгляд Ивана снова стал заинтересованным.

– Я помогу тебе, – здесь Иван специально выдержал паузу, чтобы помучить меня.

«Ну что за театральность?» – думала я, продолжая снисходительно смотреть на него и терпеливо ждать, когда он продолжит.

Осознав, что трюк не прошёл, он наконец выдвинул своё условие:

– После вызволения твоего жениха из плена Марьи Моревны ты выполнишь мою просьбу. Это помимо моего освобождения из темницы, конечно же.

– Какую просьбу? – спросила я, пытаясь высвободить руки из захвата Ивана. Но он не дал мне этого сделать, крепче прижав мои ладони к прутьям.

– Не сейчас. Я скажу тебе потом. Обещай, что исполнишь любую мою просьбу!

– Я не могу пообещать тебе, не зная, что ты попросишь, – отрицательно покачала я головой.

– Удачи с освобождением жениха, Елена! – он улыбнулся и наконец отпустил меня, а в следующий миг и вовсе отвернулся.

«Чёрт! – мысленно выругалась я. – Ведь это я хотела применить шантаж! А по всему выходит, что не я, а он шантажирует меня свободой Кощея и заставляет давать, возможно, невыполнимые обещания. И что делать?»

– Хорошо, – выдавила я из себя после минуты раздумий.

Он горделиво развернулся ко мне и одарил практически победным взглядом.

– Если твоя просьба не будет касаться посягательств на моё тело, – уточнила я, – или возвращения трона твоему отцу, я обещаю, что исполню её!

Иван рассмеялся и вновь обхватил мои руки, которые я так и не убрала с прутьев клетки.

– Твои предположения забавны, Елена! Но нет, моя просьба их не коснётся. Тогда договорились! – Иван убрал ладони с моих рук и отступил на шаг от прутьев. – Выпускай!

«Ох, как бы не пожалеть!» – пронеслось в голове. Но ради спасения Кощея я готова была идти на очень большие риски.

Тоже отступив на шаг от клетки, я прикрыла глаза и сосредоточилась на нити, связующей меня с ней. Мысленно я приказала прутьям раствориться. И когда я открыла глаза, Иван уже был свободен.

– На всякий случай напоминаю, что клетка исчезла лишь на время. В любой момент я могу выстроить её вокруг тебя снова! – сердито бросила я Ивану.

– Не кипятись, невестушка, – усмехнулся он, подходя ко мне. – У меня теперь свои мотивы. Ведь ты же выполнишь обещание? А ежели так, то тебе не о чем волноваться, – он легонько щёлкнул меня по носу. – Идём! – и, схватив за руку, повёл меня к выходу из темницы.

Глава 10

– Куда теперь, невестушка? – спросил Иван, как только мы оказались на свежем воздухе и свету.

– Во-первых, прекрати меня так называть! – сказала я, жмурясь от настойчивых солнечных лучей. После темницы яркий свет причинял глазам боль. – Я не твоя невеста, и ты об этом знаешь. Во-вторых, нужно сообщить Кощею и Марье, что ты согласен нам помогать, а потому идём во дворец.

– Как пожелаешь, – Иван ухватил меня под локоть и повёл к парадному входу.

Пока мы шли, Иван с интересом рассматривал фасад здания, украшенный самоцветами гораздо сильнее, чем то было при царе Берендее. А когда вошли внутрь, Иван, уперев руки в бока и оглядевшись по сторонам, хмыкнул:

– Неплохо. Сразу вижу работу камня. Яга наложила ограничения на нашу семью, так что для нас камень не производил столько драгоценностей, – зачем-то поделился он. И в его интонации я не услышала ни зависти, ни сожаления.

– Из-за магии привлечения дворец и без камня казался наипрекраснейшим на свете, – подметила я.

– Всё верно, Елена, – улыбнулся Иван, и я поняла, почему он не испытывал зависти: ему важно было не само богатство, а его спутники – почёт и уважение.

«Жажда славы и почестей, но не алчность, – задумалась я над качествами Ивана. – Ну хоть одним смертным грехом меньше», – раз уж нам предстояло провести некоторое время вместе и мы были вроде как на одной стороне, я неосознанно начала искать в нём положительные качества. Ну или отсутствие отрицательных.

– Елена, Иван! – навстречу нам вышел Кощей. – Рад видеть, что вам удалось договориться!

«Правда, о цене договора мне ничего не известно, – мысленно отметила я. – Хотя за Кощея я готова отдать жизнь! Так что в любом случае согласилась бы на любые условия и требования, – призналась я себе. – И Иван прекрасно осознаёт это, – я покосилась на него. – Расчётливость и проницательность – отнести их к хорошим качествам или к плохим?»