Удобная жена

- Продолжай, ты же один в комнате, - испепеляю взглядом Сарматова, вздумавшего при мне расстегнуть брюки.

- Прости, - спохватывается он и, насупившись, выскакивает в кабинет. Дает мне минутную передышку.

Вся моя заранее заготовленная речь уже давно провалилась. А стоило Сарматову снять мокрую рубашку и остаться с голым торсом, так я вообще все слова забыла.

«Соберись. Сейчас же!» - приказываю самой себе. В случае моей неудачи придет Филипп. А этого допустить нельзя!

Марк с чужими ужасно противный. Точно обсуждать семейные трудности ни с кем посторонним не пожелает. Поэтому лучше решить проблему самой. По-семейному.

- Так Джо был с подружкой? Это хорошая новость. Три года целибата… я бы не смог, – возвращается в комнату Сарматов. Улыбается, не скрывая интереса.

А мне хочется изо всех сил треснуть его по голове. Вот же гад! Даже не скрывает свои похождения.

- Ты в этой рубашке похож на цыганского барона, - стараясь не закричать, роняю я, снова разглядывая мужа. И прикусываю язык. Ну вот кто опять ляпнул, не подумав?!

- А где вы виделись? – Муж садится в кресло напротив. Закидывает ногу за ногу. Растягивает губы в улыбке. Но серьезные синие глаза смотрят на меня внимательно. Изучают.

Сарматов, как обычно, хочет загнать меня в ловушку. Плавали, знаем. Только мне уже не восемнадцать, когда я как дура согласилась…

- В «Колибри», - называю самый известный и пафосный ресторан в городе. – Мы уже выходили, когда они вошли. Но какая разница, Марк? Развод касается только нас с тобой.

- Это у обычных пар, дорогая. А в нашем случае нужно согласие моего старшего брата. Георгий Алексеевич нас с тобой поженил. Вот пусть и даст отмашку разводиться…

- Он мне обещал, – смотрю напряженно на развалившегося в кресле мужа.

- Ну мало ли, - равнодушно пожимает он плечами. – Мы же с тобой, девочка, солдаты семейного бизнеса. Понимаешь? Тут все просчитать надо заранее. Подготовить.

- Нет! Я никому ничего не должна! Я хочу развода! Немедленно! Сейчас! – кричу, подскакивая с места, и мчусь к двери не разбирая дороги. Слезы застилают глаза. Руки нервно сжимают сумочку. Только врезавшись в накачанный торс, обтянутый шелком, понимаю, какой дурой выгляжу в глазах Сарматова.

Встречу я провалила. Переговорщик из меня не очень. И какой надо было быть идиоткой, чтобы прийти к Марку. Начинать нужно было с Джо. Он один все решает… И он обещал!

- Погоди, - обнимает меня за плечи Марк. – Не гони волну, малышечка! – басит в ухо. Обжигает дыханием, сбивая напрочь весь боевой настрой.

Торопливые пальцы Сарматова уже бегут по моему позвоночнику. А я, затаив дыхание, не могу вымолвить ни слова. И внутреннюю дрожь не могу унять, как ни пытаюсь.

- Так хочешь замуж? – насмешливо интересуется муж, оглаживая мою спину. – Он хоть хороший человек? Достойный? Расскажи мне о нем. - Крепкие руки мужа направляют меня, словно маленькую, к дивану.

Послушно сажусь обратно и с удивлением наблюдаю, как Марк устраивается рядом. Да еще руку кладет на покатую кожаную спинку прямо над моей головой.

Нервирует страшно!

- Так что за мужик? – тянет снисходительно и нетерпеливо.

- Доктор, как и я. Мы в одном Центре работаем, - вздыхаю, стараясь не смотреть на Сарматова. Даже дышать остерегаюсь. Вся и так пропиталась его дурацким парфюмом. Терпким и ужасным. Аж нос закладывает от этого запаха. Даже думать не могу связно.

- А что лечит? Может, запишешь меня на прием?

- А у тебя ЗППП? – улыбаюсь жалостливо.

- Нет, ты что? – возмущается Сарматов. – Я часто проверяюсь, - сообщает порывисто.

- Филипп – венеролог, - поясняю печально.

А у самой все внутри кипит от ярости. Сарматов – скотина! Проверяется он.

- А зачем тебе нужен спец по гнилым свисткам? – недоуменно пялится на меня муж и, словно что-то вспомнив, бьет себя по ноге. – Погоди, ты за Елимова замуж собралась, что ли? – выдыхает гневно. – Ты что, сдурела, мать?

- А как ты догадался? – охаю безотчетно.

- Много ума надо, - морщит идеальный нос Марк. – У них на трех братьев один не от мира сего. Филипок! Венеролог хренов. И ты туда же! – вздыхает расстроенно.

- Ну и что? Я – педиатр, он - венеролог. Не вижу ничего смешного. Это личное дело каждого – выбрать специализацию. Тебе-то что?

- А мое личное дело – не дать себя облапошить. Ну и тебя заодно, - рычит Сарматов, подрываясь с места. Скалой нависает надо мной. – Поняла, девочка? Никакого развода не будет. Я сейчас забодаюсь твои фирмы перерегистрировать. Еще и за Елимова замуж! Даже не надейся, - выдыхает он зло.

Тяжело поднявшись с дивана, Марк лениво плетется к окну. А я снова как дура обалдело пялюсь на атлетическую фигуру мужа и не могу связно мыслить. Как это - не надейся? Джо мне обещал!

Засунув руки в карманы, муж стоит у окна неподвижно. Наверняка с высоты четырнадцатого этажа открывается роскошная панорама города, реки и окрестностей. Марк хладнокровно любуется видом. Или придумывает очередную пакость? С него станется!

- Ты с ума сошел! – выпаливаю я, подрываясь следом. – Корона не давит, милый?

- Я бы просил тебя быть повежливее, - не оборачиваясь, холодно роняет Сарматов. – Развода не будет, Николь. Даже десятая доля состояния, не говоря уже о половине, не должна достаться конкурентам.

- Да Филиппу ничего не надо! Ни власти, ни ваших денег проклятых! – кричу, подбегая к Марку. Колочу по спине кулаками. – Ты - сволочь холодная! Отпусти меня! Дай мне свободу! Я жить хочу!

Резко развернувшись, Марк хватает меня за запястья. Одним точным движением дергает на себя. И когда я, совершенно ошалев, падаю к нему на грудь, стискивает меня в жестких, совершенно не любящих объятиях.

- Запомни, куколка, - угрожающе шипит он мне в ухо. – Из-за этих так называемых проклятых денег погибли наши родители. И роль Елимовых в этой гадской истории до конца не ясна. Заказчика мы так и не нашли.

- Но? – поднимаю заплаканные глаза. – Филипп не виноват…

- Возможно, - пожимает плечами наше доморощенное чудовище. – Но его семья не оставила старые планы. Теперь решили зайти через брак. Хорошая идея. Только тут у них облом вышел. Ты замужем, дорогая. Хочешь жить на полную катушку? Велкам! Сегодня перевезу тебя к себе и предъявлю свои права.

- Ты с ума сошел, - лепечу, не веря в происходящее. – Джо мне обещал…

- С братом я поговорю. Есения и баба Люба тоже вместе с тобой переедут, - заявляет Сарматов, наклоняясь ко мне с поцелуем, таким же наглым, как и он сам. Отталкиваю ненавистное чудовище. Не хочу. Не могу…

- Зоя! Зайди, пожалуйста! – снова зовет помощницу Сарматов, оставив попытку поцеловать меня. Но из объятий не выпускает.

- Там бюджет уже по новой сверстали, - войдя, докладывает Зоя Михайловна. Подозрительно оглядывает шефа, потом таращится на его руки, лежащие на моей талии.

- Перестань страдать ерундой, - раздраженно выдает Марк. – Сейчас важно перевезти ко мне Николь и ее близких. Мы решили жить вместе.

Мы решили! Хорошенький вариант! Да я видеть не хочу Марка. И слышать о нем. Только развод и никаких других вариантов.

- Поздравляю, - сипло цедит Зоя. – А народ в переговорной пусть расходится? – уточняет, направляясь к выходу. – Или нальем им шампанского. Пусть кричат «Горько!».

- Нет, мы с Николь с удовольствием послушаем, если презентация готова. А ты займись переездом. Это сейчас самое важное, - отрезает Сарматов и, сжав мою ладонь в своей, ведет к выходу. – Пойдем, девочка, примем новый бюджет. Это наши с тобой общие деньги. Хочу, чтобы ты понимала, как они достаются.

Дергаюсь раненой птицей. Пытаюсь вырваться. Но из стального захвата не получается.

- Без глупостей, Николь, - угрожающе рычит Марк. – Не усугубляй ситуацию. Я не позволю.

Глава 4

Глава 4

Марк

Как ни в чем не бывало вместе с женой вхожу в переговорную. Народ сразу затихает. Смотрят с интересом. Только экономисточка игнорит. Ну и хорошо. Лишь бы без ошибок. А то еще не хватало опозориться.

- Николь, девочка моя, - спешит навстречу Андрей. Старый козлик, а туда же. Целует руку моей жене. Шепчет восхищенно: «Увидел бы на улице, не узнал».

- Знакомьтесь, господа. Николь Николаевна – моя супруга, - представляю важно и будто пробую на вкус последнее слово.

Супруга.

- Садись, дорогая, - придвигаю ей свое кресло. – Собравшихся тебе представлять не буду. Все равно всех не запомнишь.

- Вот спасибо, - шипит недовольно жена и добавляет строго: – У меня в запасе полчаса. Потом мне нужно будет уехать.

- Филипок ждет? – интересуюсь насмешливо. – Отмени встречу.

- Нет, у меня прием в поликлинике.

- Во сколько?

- С шестнадцати до двадцати.

- Ты еще скажи, что по участку ходишь…

- Да, а что? – непонимающе вскидывается жена.

Ну капеец! Женщина Сарматова в одиночку плутает на районе в любую погоду. Дожились.

- Мне нравится, - поспешно добавляет жена.

- Ясен пень, - киваю недовольно. И обведя строгим взглядом собравшуюся компанию, объявляю: – Начинаем. Только у вас на все полчаса. Потом мы уедем.

- Отвезу тебя, - мимоходом бросаю жене.

- Я на такси, - мотает она головой.

Что? Какого черта? Надо будет потом вбить в эту хорошенькую головку прописные истины или выдать машину с водителем. Последнее более эффективно.

На такси она ездит!

Перевожу взгляд на экран, где уже высвечивается диаграмма по статьям бюджета. Прикидываю мысленно каждую. Вроде все сходится. И достав из кармана листок с расчетами, сверяю цифры.

- Вроде все сходится. Едем дальше, - киваю изумленному Андрею. За столько лет работы со мной он никак не привыкнет, что я сам считаю на коленке и мои расчеты - самые точные.

Зачем я только весь этот штат держу? Не знаю. Наверное, для солидности понты колочу.

Скашиваю глаза на Николь. Девчонка что-то смотрит в телефоне, напрочь игнорируя происходящее.

- Ты хоть вид сделай, что тебе интересно, - наклоняюсь поближе к жене и погромче спрашиваю: – У тебя нет вопросов, дорогая?

- Нет, - мотает она головой и снова опускает глаза к телефону.

- Николь, - шиплю недовольно. – Отберу.

Девчонка фыркает, прячет телефон в сумочку и переводит взгляд на экран монитора. Послушная. У меня с ней проблем не будет.

- Теперь давайте пробежимся по затратам из прибыли, - велю я Андрею. И тут же на экране появляются другие таблицы. – Фитнес, ДМС… что там еще? Мои представительские учли? Где? – пробегаю глазами по столбцам цифр. У налоговиков вечно по ним вопросы. Поэтому лучше платить из прибыли.

- Да, вот они, - указывает Андрей на поражающую воображение сумму.

- А сколько наши компании тратят на благотворительность, Андрей Анатольевич? – раздается рядом голос жены.

- Э-э… хмм… Николь Николаевна… - страдальчески тянет финансовый директор холдинга. – Сложный вопрос. Сейчас не готов на него ответить…

«Конечно, не готов, - усмехаюсь мысленно. – У нас нет ни одного гребаного благотворительного фонда. И другим мы ничего не перечисляем».

- Андрей Анатольевич подготовит для тебя точную цифру, - улыбаюсь я жене. Накрываю ее ладонь своей и заявляю устало: – Нам пора, дорогая. Бюджет можно считать принятым, - киваю Андрею и персоналу. Перехватываю общий вздох облегчения. Как школьники, честное слово!

Подаю руку жене, помогая подняться из-за стола, и торжественно веду к выходу.

- Марк, по благотворительности я бы хотела получить данные, - заявляет маленький храбрый заяц. Могу поклясться, сама дрожит от страха, а туда же! Условия выдвигает.

- Андрей сделает, - киваю на ходу.

- Пришлите мне на Вотсап, пожалуйста, - неожиданно просит жена финансового директора.

- Мне, - пресекаю любое общение вне моего внимания. – А я тебе передам, дорогая.

- Хорошо, - соглашается она.

И только в лифте дает волю эмоциям.

- Я не понимаю, для чего это представление? – шепчет яростно. – Мы с тобой – чужие люди. И я не хочу с тобой жить, слышишь?

В душе тут же поднимается волна негодования. И масса вопросов.

Со мной не хочешь? А с кем тогда? С Филипком? Только через мой труп!

- Да мы вроде уже договорились, - улыбаюсь я как ни в чем не бывало. – Зоя уже занимается твоим переездом.

- Отмени! Сейчас же, - вырывается из захвата Николь.

- Это еще почему? – спрашиваю строго. И снова хватаю девчонку за руку. – Выходим, куколка. По дороге расскажешь.

В душной приемной подаю жене пальто, сам накидываю куртку.

- Я уехал. Сегодня уже не вернусь, - сообщаю на ходу Зое Михайловне и, обняв жену за плечи, веду к выходу.

- Как это уехал? – подрывается с места Зоя. Словно рыба, выброшенная на берег, беззвучно открывает рот. – У вас же встреча с Парголовым…

- На завтра перенеси, - велю я строго. – Что там с переездом? Я же тебе сказал, что это самая важная тема. Остальные отставь…

- Занимаемся, - хмуро кивает мой личный дракон. – Сегодня все успеем…

- Это вы зря, - выдыхает Николь, выскальзывая из моих рук и направляясь к дверям.

- Николь Николаевна шутит, - сообщаю скороговоркой и, догнав в дверном проеме жену, обнимаю ее за плечи. - Без глупостей, куколка. Мы пока можем договориться.

- Договориться? С тобой? – усмехается она, опаляя меня яростным взглядом. – Не смеши, Марк. Лучше отпусти меня, дай мне развод, - цедит она, как только за нами закрываются створки лифта и мы остаемся в кабине одни. Ну как одни? Прослушка все равно работает. И мой младший при желании может услышать каждое слово.

«Перебьешься, Артем Алексеевич!» – мысленно показываю брату фак.

И только церемонно усадив жену в свой Гелендваген, снова задаю главный вопрос дня:

- Так почему ты не хочешь жить со мной, Николь? Я все-таки твой муж.

- Я тебе не верю. Ни одному твоему слову, - гневно опровергает она. – И хватит уже изображать из себя заботливого супруга. Ты бросил меня. Предал. Изменял с кем попало. Видеть тебя не хочу.

- Закрой глаза, - пожимаю плечами. – Я никуда не уйду. Не надейся.

Глава 5

Глава 5

- Закрой глаза, - предлагает мне Марк, заводя машину.

Ну какой же гад!

Демонстративно отворачиваюсь к окну. И больше не поддаюсь на провокации. Хватит! У меня сейчас прием. А нервы и так на пределе. Хороша я буду - заплаканная сидеть перед пациентами.

«Ты говорила с Марком?» - приходит сообщение от Филиппа.

«Сейчас разговариваем», - отбиваю эсэмэску и лениво смотрю в окно.

Внедорожник Сарматова несется по закругленному подъему парковки и, вынырнув на свет божий, агрессивно перестраивается сразу в левый ряд. Сзади сигналят машины, кто-то тормозит срочно-обморочно.

- Да пошли вы, - выдыхает небрежно Марк. И сам давит на клаксон, требуя его пропустить. Срочно. Немедленно. Барин едет.

Может, и хорошо, что мы с ним ни одного дня не жили вместе. Бесит реально. Я бы его точно прибила и уже отбывала срок где-нибудь за Полярным кругом и телогрейки шила. А так хоть на врача выучилась. Работаю в свое удовольствие. Замуж собираюсь. Только развестись надо. Но это уже вопрос технический. С ним проблем не будет. Марк поупорствует, характер свой гадкий покажет и согласится. Джо обещал. А он всегда выполняет свои обещания.

«Жора, привет! Хочу развестись с Марком. Дай, пожалуйста, указание адвокату», - печатаю, не обращая внимания на манеру вождения мужа. Сейчас он высадит меня перед поликлиникой и смоется. Надеюсь, что навсегда.

«Если Марк в курсе, ты могла бы переехать ко мне», - приходит сообщение от Филиппа. Могла бы! Но я пока не готова. И не хочу до свадьбы. Один раз я уже поверила. Хватит. Нужно учиться на своих ошибках.

«Пока нельзя», - отправляю любящему меня мужчине кучу смайлов.

«Почему?» - настаивает он.

«Марк настроен агрессивно. Я хочу дождаться помощи Джо», - печатаю, краем глаза замечая, как внедорожник Сарматова сворачивает к больничному скверу, а затем резко тормозит около поликлиники.

- Приехали, принцесса, - заявляет с ехидцей Марк и предупреждает хмуро: – Подожди, я тебе помогу.

- Да ладно, - отмахиваюсь я. Любой политес через пять лет забвения кажется мне смешным и глупым. – Пока, Марк. И поговори с братом, пожалуйста. Жить я с тобой не хочу.

- Посмотрим, - выходит из машины Сарматов. Изумленно смотрит, как я, распахнув дверцу, спрыгиваю с высокой ступеньки. – Я же тебя просил…

- Пока, - мотаю головой. Не хочу ничего слушать, да и видеть мужа не хочу.

- Я с тобой, - догоняет он меня, поспешно поднимаясь на крыльцо.

- А машина? Тут нельзя оставлять, - охаю изумленно. За последний час Марк второй раз вводит меня в полное замешательство.

- Сейчас отгонят, - кивает муж на припаркованный чуть сзади точно такой же внедорожник. Машина охраны.

Как объяснял когда-то Джо, мой опекун, одинаковые тачки необходимы. Неясно, кто в какой едет, и невозможно выследить основные перемещения. Говорят, эту схему придумал мой папа… Эх, ему она не помогла!

- Мне не нравится, где ты работаешь, - морщит холеную физиономию муж. – Кто тебе разрешил…

- Я взрослый дееспособный человек, - отрезаю, входя в холл. – И мне не требуется ничьих разрешений. Запомни это, пожалуйста.

- В любом случае, мой брат свалял дурака…

- Он уже не мой опекун, - напоминаю излишне вежливо. И кивнув девочкам в регистратуре, останавливаюсь недалеко от поста охраны. – Все, Марк. До свидания.

Но похоже, на Сарматова мой строгий голос не действует.

- Я тебя до кабинета провожу. Нужно знать, где ты работаешь, девочка. И охрану выставлю.

- Но, - трепыхаюсь я, разозлившись. – Не нужна мне никакая охрана.

- Ты моя жена, Николь, - напоминает мне Марк. Будто я могла забыть!

- Хорошо. Пойдем, - киваю холодно и, проходя мимо охранника, представляю: – Это мой муж, дядя Миша. Пропустите, пожалуйста.

- Муж? – поднимает на Сарматова строгие глаза охранник. – Ты же вроде не замужем, девонька! Паспорт предъявите, пожалуйста, - просит официально и напоминает: – Наденьте бахилы.

- Минутку, - протягивает красную книжицу Марк. Послушно натягивает на ноги оранжевые кульки и снисходительно оглядывает начальника КПП.

А тот, уже открыв страницу «Семейное положение», бубнит себе под нос.

Сарматов. Милютина…

- Проходите, - кивает со вздохом. – Только не задерживайтесь в здании. У нас тут строго.

- Он ненадолго, - роняю на ходу.

- Как попрет, - огрызается муж.

- В смысле? – в ужасе останавливаюсь на лестнице.

- В коромысле, - рычит разъяренный Сарматов. – Я посижу у тебя в кабинете. Мне важно знать, что ты в безопасности.

- Ни в коем случае! – шиплю тихо. Мимо спешат сестрички с историями болезни, проходят мамаши с детьми. Кто-то ревет, кто-то требует конфету или игрушку. И все оглядываются на великолепную мужскую особь, стоящую посреди лестницы

А я, кажется, встряла по полной. Марк, если что-то замыслил, не отвяжется.

- Ладно, я в коридоре посижу, - заявляет милостиво.

Разворачиваюсь круто на лестнице и несусь в детское отделение. Уже ровно шестнадцать часов, а я тут стою и пререкаюсь.

У тебя прием, Милютина! Забыла, что ли?

Влетев в кабинет, быстро стягиваю пуховик, надеваю халат.

- Приглашай народ, - прошу медсестру Галочку. Она распахивает дверь, роняет дежурное «Проходите» и, вернувшись за стол, смотрит на меня изумленно.

- Ты кого там увидела? – спрашиваю, заранее зная ответ.

- Там такооой мужик, Николь Николаевна! Такой мужик. Просто обалдемон, - вздыхает она и добавляет уверенно: – Но наверняка гулящий…

- Вот ты умеешь выводы делать, - усмехаюсь я. С виду Сарматов красавец, а о его пристрастиях вот так с полувзгляда и не догадаешься.

- А что тут думать? – фыркает Галочка, наблюдая, как в кабинет входит мамаша с грудничком. – Он с вашим Елимовым разговаривает. Наверняка его пациент…

Глава 6

Глава 6

Марк

- Какие люди и без охраны! – тянет ко мне потные ручонки Елимов, невысокий лысоватый мужчинка на коротких ножках, но с накачанным торсом.

- Да вон сзади Гриша болтается, - киваю, поморщившись, на личного телохранителя, каким-то образом просочившегося в детское отделение. – А ты чего здесь бродишь, Филипп Аркадьевич? Заразу по детскому отделению разносишь? – демонстративно убираю руку в карман.

- Что ты несешь? – вспыхивает Елимов, да еще по сторонам осматривается, будто его поймали за распылением спор сибирской язвы.

- Так что ты тут делаешь, Фил? – слегка придавливаю взглядом незадачливого женишка. - К моей жене клинья подбиваешь? – спрашиваю глухо. – Братья знают? Или вы решили похерить мирное соглашение?

- Марк, я тебя умоляю, - охает как баба Филипп. И в это чудище влюбилась моя Николь? Вроде бы у девчонки хороший вкус…

- Так в чем дело, Фил?

Фил-дрозофил, мать вашу!

- Я тут работаю, в Центре, - с важным видом сообщает мне Елимов прошлогодние новости.

- В детском отделении? Не смеши, - пресекаю глупую болтовню. – Вали к своим сифилитикам. Еще раз увижу, что ошиваешься рядом с кабинетом Николь, пеняй на себя, - угрожаю, ощерившись. – А братанам твоим я сегодня позвоню. Путь угомонят твою буйную голову.

- Да ты все не так понял, Марк, - тараторит Филипп, хватая меня за рукав куртки. – Мы с Николь друзья. Все абсолютно безвинно. А я вообще-то к Мише шел, - взмахивает рукой в сторону кабинета ортопеда. Хороший мальчик! Быстро придумал предлог. Николь, конечно, расстроится. Но на войне все средства хороши.

– Николь тебе жена только на бумаге. Это весь город знает, Сармат. Нормальный мужик никогда не позволит своей жене остаться на девичьей фамилии. А ты… - прежде чем там стремительно скрыться, разглагольствует Елимов с усмешечкой.

- Вали отсюда, пока цел, - нависаю угрожающе. И как только наш храбрый венеролог скрывается за соседней дверью, оторопело смотрю на табличку на двери Николь.

«Милютина Н.Н.»

Николь оставила девичью фамилию в память о родителях. И что тут плохого? Раньше меня этот вопрос не волновал. А сейчас задел за живое.

Николь Сарматова звучало бы лучше… Но теперь уже не поменяешь. Или можно? Надо дать задание юристам. Пусть пробьют эту тему.

- Вы к Николь Николаевне, молодой человек? – раздается рядом сварливый голос. Оборачиваюсь лениво. Мамаша с ребенком. Взлохмаченная, раскрасневшаяся от быстрой ходьбы, и пацан лет десяти смотрят на меня изумленно.

- Я пока жду. Вы проходите, - киваю поспешно. И отвернувшись к окну, пытаюсь сообразить, как поступить дальше. Работы до фига. А я тут Николь караулю. Если вдуматься… она никуда не денется с подводной лодки.

Нужно оставить кого-то из пацанов, чтобы дубиной отгоняли Елимова, а самому валить в офис.

«Парголова перенести?» - приходит сообщение от Зои. Вот же баба настырная! Но за это и люблю.

«Нет. Я сейчас буду», - печатаю поспешно и поворачиваюсь на жуткий рев, доносящийся с лестницы. Обычно так орет мой родной племянник. Но наверное, есть еще дети.

«Нет, только он», - усмехаюсь радостно, увидев, как в коридор выворачивает сестренка с младенцем. А тот уже красный от крика.

- Ты что здесь делаешь? – охает Алена, подойдя к кабинету.

- Тебя жду. Вот очередь занял. Сейчас сразу зайдешь, - говорю нарочито громко, пришпиливая взглядом тетку с мальчиком. – Чем опять холопы не угодили принцу? – спрашиваю, дергая малыша за ручонку. – Эй, Лешик, как дела? – цокаю языком, пытаясь отвлечь малыша.