Ипотечная жена по совместительству

Злата и Егор слушали его, кивая. Они уже не спорили. Они изучали. Потенциал. Всё здесь требовало вложений, сил, времени. Но костяк был хорош. Тихий двор. Высокие потолки. Крепкие стены. И этот свет.

На обратном пути они молча ждали автобус на холодной остановке. Ольга Петровна что-то бодро говорила про отличную возможность и цену ниже рынка. Они почти не слышали.

Автобус был полупустой. Они сели рядом на жёсткое сиденье. За окном плыли тёмные улицы, мелькали огни других окон, других жизней.

И почти одновременно, не глядя друг на друга, они сказали: — Мне понравилось.

Слова повисли в воздухе, столкнулись и слились в одно признание. Злата медленно повернула голову. Егор уже смотрел на неё. В его глазах не было иронии, только та же сосредоточенная серьёзность, что и в её.

Это было не просто неплохой вариант. Это было да. Первое общее, невынужденное да за всё время их странного альянса.

Но это датянуло за собой шлейф новой, пугающей реальности. Цену ниже рынка давали не просто так. Квартира требовала капитального ремонта. Их бюджет был исчерпан ипотекой.

Злата набрала номер риелтора: — Ольга Петровна, — тихо, но чётко сказала Злата, не отводя взгляда от Егора. — Мы берём.

— Но ремонт… — начала риелтор.

— Сделаем сами, — закончил за неё Егор. Его голос звучал так, как будто он только что взял на себя обязательство переписать ядро операционной системы. Трудно, почти невозможно, но если разбить на задачи…

В автобусе стало темно, только свет фонарей мелькал на их лицах. У них теперь был адрес. Пустой, обшарпанный, с вечным унитазом и призраками старой жизни. Но их. Их общий проект только что перешёл в самую сложную и затратную стадию — реализацию.

Они сидели плечом к плечу, и каждый уже составлял в голове список. Список материалов, инструментов, работ. Список того, во что они теперь должны были вложиться по-настоящему. Не деньгами — их уже не было. Своими руками, временем, нервами. И делать это предстояло вместе.

Глава 11. Подписи и паника

Воздух в банковском зале для VIP-клиентов был прохладным, пах бумагой и дорогим кофе. Кофе им никто не предложил. Перед Златой и Егором лежала не папка — а монолит. Толстый, пружинящий под пальцами блок документов, прошитый ниткой и опечатанный сургучной печатью.