Бывший. Дракон, который любил меня

Что им может быть нужно? Золото? У меня с собой нет ничего ценного, кроме украшений, подаренных Райенгаром. А наш экипаж не выглядит настолько богатым, чтобы его решились грабить прилично одетые люди. Хотя что я понимаю в бандитах?

– Стой! Кому говорят! Иначе всажу арбалетный болт тебе в лоб! – в голосе, который до нас доносится нетерпение и злость.

По коже идёт дрожь, я бросаю взгляд на притихшую, сжавшуюся в комочек Феллону. Я слышу свист болта и ржание лошади, экипаж тормозит так резко, что нас бросает друг на друга.

– Иди сюда, Фелли. Полезай под сиденье, – я принимаюсь быстро вытаскивать чемоданы, освобождая место. – Скорее же! И чтобы ты не услышала – ни высовывайся! Поняла меня?

– Это экипаж старшей фрейлины Её Величества! – слышу я приглушённый голос кучера. – Как вы смеете стрелять в мою лошадь и задерживать нас таким беспардонным и наглым образом?

– Ясмин! Мне страшно! – губы малышки начинают дрожать.

Обычно она стойко переносит невзгоды, но сейчас паника захлестывает нас обеих. Сердце стучит, как бешенное, руки дрожат.

– Не советую трогать оружие, – доносится до нас грубый бас. – Иначе пожалеешь. Голос незнакомца сочится угрозой.

– Скорее, Фелли! – командую я. – И тс-с! Тихо!

– Выпусти меня! – Ирис принимается лапой открывать дверцу, но защёлка плохо поддаётся.

Я не понимаю, что мне делать. Я не хочу выпускать Ирис – противников слишком много. И Феллона… Что они могут сделать с ребёнком?

– Ясми-ин! – тянет падчерица, упираясь и не желая слушаться. – Я не могу бросить тебя! Ты должна спрятаться со мной.

Внезапно раздаётся ругань, а затем глухой удар. Экипаж слегка качает. Я обмираю, понимая, что кто-то упал с козел.

– Феллона! – я хватаю падчерицу за плечи и смотрю в заплаканные, наполненные ужасом глаза. – Делай, что я тебе говорю, иначе может случится что-то плохое. Верь мне.

Снаружи слышится возня, а затем всё затихает.

Девочка кивает, вытирая нос ладошкой, наклоняется и лезет под сиденье. Я быстро засовываю её юбки так, чтобы снаружи не было видно и прикрываю тканью, свисающей с сиденья. Едва я успеваю распрямиться, как кто-то отодвигает оконную занавеску.

– Добрый вечер, раани, – улыбается щербатой улыбкой здоровяк с бородой.

– Что вам нужно? – отвечаю я, чувствуя, как предательски дрожит голос.

Улыбка бородатого становится ещё шире:

– Выбирайтесь из экипажа, фрейлина.

Ирис прыгает ко мне на колени и мяукает, изображая обычную кошку. Я тут же прижимаю её к себе, чтобы не сделала глупостей. Уж я-то её знаю. Вцепится в рожу одному из бандитов, а что потом?

– Я не выйду, пока не скажете, что вам нужно, – отрезаю я. – Денег у нас нет.

Здоровяк становится серьёзным, он кидает взгляд куда-то вбок. Должно быть переглядывается с подельниками. Меня пугает, что я не слышу ни слугу, ни кучера.

Внезапно бородач отходит от окна, худосочный бледный мужчина с рыбьими глазами становится на его место.

– Раани, – по-издевательски тянет он. – У меня приказ доставить вас в оговоренное место. Пойдёте сама, или мне тащить вас силком?

Что-то в его взгляде сквозит неприятное. Почти жуткое. Мы даже не знакомы, но я кожей чувствую, что не нравлюсь ему.

– Кто вам приказал? – пересохшими губами спрашиваю я.

Мозг лихорадочно работает. Семья Адели решила от меня избавиться? Райенгар… нет, это не его методы, он пришёл бы сам. Они не просто бандиты, они вышколенные наёмники. Услуги таких стоят дорого… но кто же заплатил?

Тонкие пальцы рыбоглазого с грязными ногтями ложатся на прорезь окошка и стискивают прочное дерево.

– Кто приказал не вашего ума дело, благороднейшая.

Я чувствую, как внизу, под сиденьем дёргается Фелли, как напрягается Ирис. Они тоже ощущают угрозу.

– Отойдите, – приказываю я, бросая на наёмника ледяной взгляд. – Не могу же я открыть дверцу, пока вы тут стоите.

Рыбоглазый отходит и презрительно сплёвывает на землю, но взгляда с меня не сводит.

Я начинаю жалеть, что на мне платье с вырезом. Да, скромным, но всё-таки… Неизвестно, должна я прибыть в то «оговорённое место» целая, или слегка потрёпанная.

Выбираюсь из экипажа, юбки подметают дорожную пыль, и тут же бросаю взгляд на то место, где были кучер и слуга. Мне требуется вся моя выдержка, чтобы не вскрикнуть и не впасть в панику.

В вечерней полутьме вижу, что слуга лежит на земле, прямо у экипажа, в его груди арбалетный болт, а возле руки маленький кинжал. Всё-таки у него было оружие… и, к сожалению, он попробовал им воспользоваться. Кучера не вижу, но думаю, с ним тоже самое.

– Они пытались сопротивляться, раани, – будто бы оправдывается борадач.

– Поэтому лучше этого не делать, – многозначительно добавляет рыбоглазый, а затем он резко отстраняет меня с прохода с такой силой, что не упасть мне помогает лишь дверца экипажа, на которой я буквально повисаю.

Едва оборачиваюсь, как тут же слышу рычание Ирис, которая уже тихонько выбралась наружу. А затем тишина. Почему она не обращается? Рыбоглазый закрывает мне обзор на несколько секунд, я подаюсь вперёд и вижу лежащее на земле кошачье тельце.

Не помня себя от ужаса, я вцепляюсь в серый дорожный сюртук рыбоглазого с воинственным криком, пытаясь оттащить его Ирис, но меня тут же хватают чьи-то руки. Борадач держит крепко, от него пахнет жареным мясом и табаком. Я взвываю, наступая ему на ноги.

– Что ты творишь, проклятый урод? – кричу я, буквально захлёбываясь.

– Ясмин! Ясмин! – раздаётся из экипажа голос Феллоны.

– Так-так, кто там у нас? – нарочито медленно рыбоглазый идёт к экипажу.

Оттуда показывается взволнованное, заплаканное личико Фелли. Она видит Ирис и тут же бросается к ней, но её перехватывает рыбоглазый. Он держит девочку за плечи, она тут же затихает, бросая на меня полный отчаяния взгляд.

Внезапно Ирис двигает лапкой, а затем приподнимается. Она тяжело дышит, на её мордочке какая-то чёрная пыль.

– Ноаты, – брезгливо качает головой предводитель бандитов.

Кошка открывает рот, она хочет что-то сказать, но изо рта вырывается лишь обычное «мяу».

– Что ты с ней сделал? – яростно спрашиваю я. – Ирис! Ирис!

– Мя-я-яу! – протяжно кричит кошка, она встаёт и хочет броситься на обидчика, но лапы не держут, и она снова заваливается на бок.

Я принимаюсь биться в удерживающих меня руках. Феллона изворачивается и хочет укусить рыбоглазого за руку, но он лишь крепче перехватывает падчерицу.

– Всего лишь пыль, сковывающая магию, – небрежно хмыкает бандит.

Кто-то предупредил его об Ирис. Поэтому он был готов…

– Бабу на моего коня, кошку пусть кто-нибудь засунет в клетку, – командует рыбоглазый. – Про девчонку уговора не было, поэтому от неё избавиться. Нам лишние свидетели не нужны.

Тут же кто-то хватает едва пришедшую в себя Ирис и пихает в заранее заготовленную деревянную клетушку.

– Послушайте, – я пытаюсь привлечь внимание главаря. – Как вас зовут?

Рыбоглазый щурится, кривится, но отвечает:

– Зови меня Фирно.

Я сглатываю. В конце концов с кем я только не имела дел при дворе. Но я всегда умела убеждать, могла найти подход к любому. Даже самому закоренелому пройдохе или чёрствому придворному из свиты безумного короля.

– Наар Фирно, – я пытаюсь придать голосу мягкость и покорность, хотя внутри всё горит лютой ненавистью. – Понимаю, вы выполняете свою работу. Мы с моими спутниками абсолютно безобидны. Всего лишь женщина, девочка и кошка.

На «кошке» Фирно хмыкает.

– Уверена, вы добропорядочный человек и не обидите ребёнка. Я могу заплатить вам. У меня есть драгоценности.

Я рискую. Он может просто отобрать всё, и не послушать меня. Но раз передо мной бандиты не самой последней масти, судя по одежде и оружию из добротной, хорошей стали, то есть шанс, что у них хватит ума и сострадания не избавляться от Феллоны.

– Драгоценности – это интересно, – раздаётся бас бородача за моей спиной, его руки держат меня уже не так крепко. – Да и зачем губить юную душу. Нам несколько часов езды… сдадим всех троих, да и будем таковы. С бонусом в виде драгоценностей.

Я понимаю, что борадач на моей стороне. Кажется, он настроен, чтобы всё кончилось мирно. Но рыбоглазого так просто не переубедить.

В его взгляде я читаю весь спектр эмоций. Он думает, я счастливая и богатая раани прямиком из королевского дворца. Пока они здесь вынуждены биться за каждую серебрушку, я купаюсь в роскоши и вседозволенности… но ведь это не так.

– Не обессудьте, фрейлина. Мне не велено трогать ваши вещи, – ухмыляется Фирно.

– Это не совсем мои вещи, – поспешно поясняю. – Я бедна, как мышь при храме самых низших богов, наар Фирно. Но недавно мне сделали дорогой подарок. Никто не знает, что эта вещь у меня, кроме дарителя. А он покинул не только Стоунхард, но и золотые земли Шердании. Клянусь, я никому не скажу, что вы взяли драгоценности. Они стоят дороже, чем особняк в центре столицы.

Я говорю полуправду, надеясь, сыграть на алчности наёмника.

Он прикусывает сухую губу и задумчиво жуёт её.

– Пусти её, давай поглядим на эти цацки, – командует он бородачу.

Руки отпускают меня, я степенным шагом начинаю двигаться к экипажу, не показывая насколько сильно нервничаю. Вдруг они мне не поверят, что ньёрдамардские украшения стоят так дорого? Вдруг решат, что это просто побрякушки, и что даже конь нынче стоит куда больше?

Я с явным усилием достаю чемодан, открываю его, нащупываю потайной кармашек и извлекаю драгоценности. Они блестят даже в вечерней полумгле. На секунду я останавливаю на сапфирах заворожённый взгляд. В них будто играют сотни оттенков снегов Штормхелла – столицы Ньёрдмара.

– Давай уже сюда, фрейлина, – рыбоглазый продолжает одной рукой удерживать бледную, дрожащую Фелли, а вторую ладонь жадно протягивает ко мне.

Скрывая отвращение, я отдаю наёмнику подарок бывшего жениха. Пусть подавится! Жизнь Фелли стоит тысячи таких камней!

Фирно грубо толкает девочку ко мне, а сам принимается разглядывать камни. Вокруг него собираются ещё несколько человек, он отмахивается от них.

Я прижимаю к себе падчерицу, надеясь, что главаря наёмников удовлетворит «подарок». Осторожно бросаю взгляд на клетку с Ирис. Она уже встала и смотрит на меня полными боли и недоумения глазами. Я едва заметно мотаю головой, давая ей понять, что пока мы не в силах ничего изменить. Нужно ждать. Может быть, магическая пыль развеется?

– Сойдёт, – громогласно заявляет Фирно. – Я принимаю твою плату, фрейлина.

Я едва заметно выдыхаю, опуская плечи. Феллона всхлипывает не сводя глаз с Ирис.

Рыбоглазый засовывает драгоценности во внутренний карман, а затем кивает мне на своего коня.

– Полезай, раани, быстро.

Боги! Леда защити нас! Мне придётся ехать на одной лошади с этим отвратительным человеком. Ладно… я-то перенесу.

– А девочка и мой ноат? – упрямо спрашиваю, не двигаясь с места.

Фирно снова кривится, но затем всё-таки зыркает на своих подельников:

– Девчонку и кота забрать. Экипаж снять с дороги и сбросить в пропасть. От тел избавиться.