Полная версия
— Больше всего я ненавижу лицемерие, — выдал он.
Господи, ну достал! Лицемерие он ненавидит! А я ненавижу мужланов, которые заставляют девочек выйти за них замуж и при этом ни во что не ставят этих самых девочек.
— Я правда не хотела вас расстроить.
После этих слов герцог сморщился так, словно я ему под дверь собачьи экскременты подложила. Или не собачьи…
— Для леди, которая всё ещё страдает от последствий удушения, вы слишком много разговариваете, — выдал он.
Держать лицо всё сложнее. Кажется, на скулах начали ходить желваки.
Неимоверным усилием воли я расслабила челюсть и улыбнулась.
— Мне уже легче, спасибо за заботу.
— Прекратите, — снова поморщился он. — Я позвал вас не для того, чтобы выслушивать этот бред.
Он снова смерил меня презрительным взглядом.
— Идите в центр зала для магических тренировок, — указал он на ту часть помещения, которая была отгорожена от остальных незнакомыми мне символами. — Будем пробовать резонанс. И лучше бы вам постараться.
Глава 11
Легко сказать: «Будем пробовать резонанс». Если бы я ещё знала, что это такое и с какой стороны за него браться!
Причём в идеале мне нужно эти свои неизвестные способности ещё и сдерживать!
Так, нужно успокоиться. Ничего плохого не случится.
Ну не будет ведь он меня сразу убивать, если с первого раза не получится? Правда ведь? Как минимум ещё пару раз должен попытаться. А за это время я сбегу. Ну, я надеюсь на это.
— В чём причина заминки? Я неясно выразился?
— Нет, что вы. Всё предельно ясно. Просто… Я никогда раньше не использовала свои способности.
— Что, неужели вы даже придворных магов не усиливали, леди?
И почему в этом его «леди» отчетливо слышна насмешка?
— Нет. Отец боялся, что обо мне узнают.
Ариан хмыкнул. Обидно так, словно сомневался, что кому-то вообще было до меня дело.
Козёл он, а не дракон!
Ну да, немного слукавила, сказав, что никогда не пробовала применять свои способности. Изабелла, может, и пробовала, но я-то откуда знаю? Лучше сразу обозначить: не был, не участвовал, не привлекался. Чтобы если что, взятки гладки.
Может, хоть так получится время потянуть?
Не будет ведь он требовать от наивной дурочки, чтобы та сразу его усилила в десятки раз, правда?
Даже прошлые его жёны скончались не сразу после свадьбы. Время он им на попытки давал. Ну, всем, кроме одной, которая почила ещё до свадьбы.
После неё, кстати, он решил не затягивать с церемонией и не устраивать традиционные приготовления. Сразу с корабля на бал. В смысле, к алтарю.
Прилагая все усилия, чтобы не скривиться, я последовала туда, куда сказали, прямиком к зоне с магическими символами.
— Зачем они? — спросила я, указав на надписи.
Меня наградили ещё одним очень недовольным взглядом.
Ну что смотришь, морда вампирская? Не нравится, когда вопросы задают? А мне нравилось, когда студенты спрашивали, был ли Рокоссовский знаком с князем Олегом? Ничего не поделать, у каждого свой крест.
Это ведь только говорят, что глупых вопросов не бывает. Ещё как бывают!
Но мой к этой категории не относится, так что попрошу не кривить ваше высокородное лицо.
— Чтобы магия не вырвалась за пределы круга.
Казалось бы, что может быть проще, чем сказать это несчастное предложение? Но всё это было через губу.
Ну спасибо, вашевство, что снизошли до меня и пояснили.
Ох, хоть бы мысли на лице не отразились!
Вообще, не должны, конечно. Я годами училась владеть своей мимикой.
В основном для того, чтобы в моменты, когда очередной гений на паре по новейшей истории доказывал мне, что Дания — самая большая страна в мире, на моём лице не было написано, что именно я думаю о подобных студентах.
— Что делать дальше?
— Дайте руку, — процедил он, закатив глаза.
А, ну как я сразу не догадалась? Сказать ведь нормально нельзя было, да?
Стараясь не последовать его примеру, в смысле не закатывать глаза, я протянула ладонь. Она тут же утонула в лапище этого дракона.
Спасибо хоть, сжимать не стал, иначе переломал бы мне все кости.
Сначала ничего не происходило, а потом в груди начало зарождаться какое-то странное, болезненное чувство. Как будто не хватает воздуха. Или бронхит одолел в моменте.
Зато Ариан, кажется, чувствовал себя с каждой секундой всё лучше и лучше.
Ну точно, морда вампирская!
От наших соединённых рук начало исходить слабое свечение. Словно мы зажали маленький фонарик, и свет пытается пробиться сквозь щели в этом рукопожатии.
Герцог улыбнулся одним уголком губ и поднёс наши руки к своему сердцу. А то, что для этого пришлось меня дернуть, словно я его собачка на поводке, — это уже мелочи. Подумаешь, твоя, какая там по счёту, жена едва не упала. Это уже её проблемы.
Я издала короткий протестующий звук, но всё потонуло в каком-то странном звоне.
Ариан вытянул руку, направляя поток магии вперёд. Свет от наших сцепленных рук как будто прошёл сквозь него, и уже другая ладонь начала светиться призрачно-голубым огнём, после чего от пальцев потянулись тонкие серебристые нити морозного сияния.
Магия растекалась по залу, и волны холода превращались в острые ледяные кинжалы, застывая на полу и даже просто в воздухе.
Через минуту вся часть зала для тренировок, которая предназначалась для занятий магией, была похожа на филиал зимнего Байкала. Или какой-нибудь ледяной пещеры.
Ну, нормально так тут кондиционер работает. Нам бы в графстве де Лавиль пригодился.
Увы, ничего более осознанного в голову не лезло. Дышать становилось всё тяжелее, а голова кружилась, как будто я только что с американских горок слезла.
Хорошо, что пытка продолжалась недолго. Герцог отпустил мою руку. Посмотрел на меня, оценивая состояние.
— Плохо.
Конечно, плохо. Я тут сейчас в обморок упаду из-за твоих экспериментов!
— Ничего, — попыталась я вымученно улыбнуться. — Сейчас отпустит.
— Я говорил о магии, а не о вас. Резонанс слабый. Можно считать, его вообще почти нет.
Чёрт! Только не убивай!
— Уверена, просто нужна практика. Я ведь никогда раньше не пробовала ни с кем резонировать.
Ариан скосил на меня взгляд своих красных глаз. И вот чувствовалось, что не верит ни одному моему слову.
Ой, а вдруг он мысли читает? Вот ведь вампир недоделанный! Где найти защиту от упырей? Мне срочно нужен чеснок!
Кстати, если его съесть в достаточных количествах, мысли о брачной ночи у него тоже могут улетучиться. Факт!
— Тогда вам придётся очень постараться. И не делать глупостей, — процедил он. — Не смею больше задерживать.
Я даже не стала обращать внимания на очередную грубость в свой адрес. Так обрадовалась, что мне позволили уйти, что убегала из этого проклятого холодильника так, что только пятки сверкали.
Отдышалась уже в своей комнате.
Нет, определённо нужно валить. Хорошо бы герцога. Но для начала хотя бы из дворца.
Почти до самого вечера я просидела в своих покоях, пытаясь составить план побега. Ну и успокоиться. Ибо ещё одна такая встреча с моим благоверным — и изображать наивную дурочку станет почти невозможно.
Выскажу в лицо всё, что о нём думаю, и умру счастливой.
Только на ужин спустилась. На этот раз в столовой находились только уже знакомые мне девушки. Ричард отсутствовал.
Ну, мне же лучше. Может, в чисто женской компании разговор пойдёт легче и Кэтрин с Амелией проговорятся о чём-то важном для моего побега?
Сама я продолжала оставаться немногословной, но очень дружелюбной особой, которая может обезоружить любого своей широкой улыбкой. Таким ведь хочется всё рассказать, правда?
Увы, никто не проговорился о тайном ходе из замка, который вёл бы, желательно, на другой континент.
Я так и ушла обратно в свою комнату, не узнав ровным счётом ничего.
А вот в спальне меня ждал очень неприятный сюрприз. Записка, проигнорировать которую очень хотелось, но нельзя было.
«Тренировочный зал. Полночь. Не опаздывай».
Глава 12
Я им тут что, девушка по вызову? Хотя, если рассудить, надо радоваться, что меня ночью в тренировочный зал вызывают, а не в его спальню.
Радоваться почему-то не получалось.
Каждая неудачная попытка резонанса приближает меня к смерти. Интересно, насколько хватит терпения герцога?
По моим предшественницам ориентироваться не получалось. Три из них прожили в замке перед смертью несколько месяцев. Одна так вообще до полугода дотянула. Но вот вторая по счёту невеста скончалась ещё до свадьбы.
Можно ли предположить, что к её смерти Винтерхолд не приложил свою когтистую драконью лапу?
Да, собственно, всё возможно. Теоретически можно предположить, что он ни одну из своих жён не убивал. Может, это его противники постарались.
Но, судя по поведению самого герцога, верилось в это с трудом.
Теорию о том, что все смерти его жён — просто совпадения, я не рассматривала даже смеха ради. В два таких совпадения можно поверить. В четыре — нет.
До половины двенадцатого я наматывала круги по спальне, думая, что делать. Бежать сейчас — не вариант. Я не знаю, как и куда. Хотя бы пару дней ещё нужно, чтобы изучить выходы.
Ещё раз провернуть трюк со снотворным? Ага, конечно. Учитывая, что меня и в первый раз раскрыли.
Посмотрев на часы, я плотнее закуталась в шаль. Ночью сквозняки здесь могли гулять знатные. Я бы сказала, что на улице в это время не больше пятнадцати градусов.
А тут ещё и этот холодильник на ножках, наверное, добавляет.
Ладно, делать нечего, придётся идти.
Выглянув за дверь, я уставилась на мирно дремавших у моей двери охранников. Как истинные солдаты, они могли спать стоя, прислонившись к стене.
Ну что ж, будем знать, что ночью эта парочка свою работу выполняет из рук вон плохо. Пригодится.
Даже будить их не стала. Вдруг им станет стыдно, что их поймали, и они решат больше не спать на посту. А этого допустить никак нельзя.
Проскользнув мимо них, я направилась к месту встречи. Заблудиться не должна. Я отлично помнила путь от этого зала до собственной спальни.
Замок уже спал. Это не могло не радовать.
Я шла по пустынным коридорам и думала о том, что если всё действительно так просто, то через пару дней я смогу просто выйти ночью и не вернуться.
Главное — на мужа не нарваться. Похоже, он один не спит по ночам.
Мужа!
Внезапная мысль заставила остановиться. Я подняла руку с браслетом, вглядываясь в это ненавистное украшение.
Застёжки по-прежнему не было. Как его снять, я так и не придумала.
Нужно было не в спальне своей сегодня киснуть, а попытаться найти информацию в местной библиотеке! Мне ведь в неё вход не закрывали. А герцог — сам маг, у него должны быть книги определённого характера.
Очень хотелось хлопнуть себя по лбу и отругать идиоткой. Но я сдержалась.
Не время и не место. К тому же вовремя признать свои ошибки бывает полезно. Нужно не сокрушаться, а попытаться исправить собственную оплошность.
Кивнув этим мыслям, я снова взяла себя в руки и продолжила путь.
Но уже через пару минут запнулась, услышав странную мелодию. Лёгкую, словно невесомую. Но кто-то определённо пел, и это уже вызывало как минимум удивление.
Причём чем дальше я шла, тем отчётливее становилась эта мелодия.
В какой-то момент я остановилась посреди коридора. Мне нужно было идти прямо, но пел кто-то слева. Это была музыка без слов. Как будто кто-то просто напевает себе под нос какую-то мелодию.
Ну, мало ли, служанка голосистая убирается, мне-то что. Но любопытство пересилило. Мне вдруг очень захотелось хоть одним глазком взглянуть, кто же это поёт во дворце герцога посреди ночи.
Нужно было сделать всего несколько шагов. Завернуть за угол, из-за которого особенно сильно тянуло холодом.
И я почти сразу пожалела, что сделала это.
Сначала я увидела только свет: голубоватый, почти как от магии Ариана. Он исходил от какого-то камня размером с мой кулак. А потом стало не до разглядывания драгоценностей. Потому что этот камень находился в лапах у химеры.
Она стояла в раме распахнутого окна и пела, приманивая таких жалких идиоток, как я.
Что я там говорила о необходимости притворяться наивной дурочкой? Я себе очень льстила. Притворяться не нужно!
Я застыла, не в силах ни пошевелиться, ни даже закричать. Мифическое существо, о котором я читала в бестиарии, смотрело прямо на меня.
Человеческое тело было покрыто перьями, которые сильно смахивали на острые, как бритва, льдинки. Крылья за спиной тоже выглядели грозным оружием, ибо на каждом были десятки ледяных кинжалов. Когти на пальцах могли бы проткнуть меня насквозь.
Но главным было птичье лицо, похожее на голову полярной совы.
Глазки-бусины смотрели хищно, так, что становилось понятно — я явилась как раз вовремя. К ужину.
Химера прекратила петь, и даже свечение того камня куда-то исчезло. Внезапно стало так тихо и темно, что показалось, будто я уже умерла.
Но затем чудовище закричало: высоко, пронзительно, угрожающе. От этого крика могли бы треснуть стекла в витражах. И я отчетливо поняла, что этот крик был даже не предупреждением, а радостью от предвкушения скорой добычи.
Да, именно добычи. За противника меня никто не считал. И правильно. У меня нечем защититься. Да и не смогу я.
Кажется, сейчас у герцога Винтерхолда станет на одну мёртвую жену больше.
Глава 13
Кажется, сейчас у герцога Винтерхолда станет на одну мёртвую жену больше.
Я ведь даже двинуться с места не могла.
Дурацкая, дурацкая реакция! Хоть бы убегать начала! Так нет, застыла как изваяние и всё.
Единственное, что сделала — зажмурилась, когда химера раскрыла крылья, заклокотала по-птичьи и понеслась на меня, нацелив свои когтистые лапы.
Толчок, удар, грохот, лязг стекла, пронзительный визг и какое-то бессвязное бульканье. Всё слилось в одну отвратительную симфонию.
Мир перевернулся несколько раз, а из лёгких вышибло весь воздух.
Я больно ударилась спиной и приложилась головой о камень так, что искры из глаз посыпались. Из-за этого соображать стала ещё хуже.
Но через несколько секунд всё же поняла: несмотря на это жёсткое падение, я ещё жива!
И нужно бы уже отмереть и попытаться хотя бы спастись бегством, а не ждать, пока тварь из мифов сожрёт меня!
Вот только открыв глаза, я поняла, что убегать не от кого. Отсечённая голова твари валялась на полу, а тело наполовину вывалилось из разбитого окна.
И рядом с этим стоял лорд Винтерхолд. Его красные глаза сверкали особенно злобно, с короткого меча капала кровь.
Он пнул отрубленную голову и направился ко мне.
— Что я говорил по поводу глупостей?!
Очень захотелось вжать свою больную голову в плечи и извиниться.
Хотя было бы за что! Это у него по замку химеры ходят, как у себя дома.
— Так хочется умереть? — продолжал цедить слова этот изверг. — Это была жалкая попытка.
Подойдя ко мне, он схватил меня за предплечье, заставляя подняться на ноги.
— Если ты ещё раз выкинешь подобный номер, я посажу тебя на цепь.
Несмотря на пережитый ужас, больную голову и путающиеся мысли, я всё равно возмутилась. Мало того, что на «ты» перешёл, ещё и отчитывает, как будто я враг народа.
А я ведь здесь жертва!
— Но я ведь шла к вам!
Он смерил меня взглядом, скривившись.
— Поэтому открыла окно и стёрла защитные символы? — протянул он, не скрывая злую иронию в голосе.
— Что? Я не…
— Пытаться покончить с собой здесь — бессмысленно. Здесь нет папочки, который пожалеет.
От такой несправедливости я задохнулась.
— Что это значит? — спросила я строго, забыв, что нужно говорить мягким тоном наивной дурочки.
Лорд Винтерхолд улыбнулся очень холодной, почти пугающей улыбкой. Зато было видно, что взял себя в руки, вернув прежнее, вроде бы вежливое, но почёркнуто презрительное, обращение.
— Не пытайтесь убедить меня, леди, что вот это, — он дотронулся до моей шеи, где все ещё был видим едва различимый след от удавки, — не была глупая попытка привлечь к себе внимание.
— Да как вы смеете?!
— Те, кто хотят умереть, доводят дело до конца.
Казалось, я сейчас надуюсь, как иглобрюх.
Ну гад! А если бы перед ним не я, а изначальная версия Изабеллы стояла? С ума сошёл — такое говорить девочке с суицидальными наклонностями?
Вот теперь ещё сильнее верю, что он к смертям своих жён причастен. Наверняка доводил до такого состояния, что девочки сами готовы были убиться об ближайшего монстра или с балкона сигануть.
Господи, ну до чего же мерзкий характер!
А этот самый гад не стал дожидаться, когда я придумаю, что такого едкого ему ответить. Снова схватил меня за руку и потащил.
Не больно, но очень обидно. Так тащат нашкодившего щенка. Разве что за холку брать не стал. Но я всё равно чувствовала себя отвратно.
Вот как у него получается? Вроде бы спас меня, но от благодарности, которая начала зарождаться после чудесного избавления от химеры, не осталось и следа.
Пока я пыталась поспевать за его широким шагом, не заметила, как меня отвели обратно в мои покои.
На спящих охранников Ариан взглянул лишь мельком, хмыкнув.
А как только за ним закрылась дверь моей спальни, он, наконец, отпустил меня.
— На этот раз вы решили применить снотворное не на себе, а на окружающих? Надеюсь, в вашу светлую голову не придёт идея подмешать мне что-то?
— Я ничего не делала!
— Ну конечно, — протянул он, не пытаясь скрывать издёвку в голосе. — Не знаю, чему именно вас учил отец, но вы, леди, должны сидеть тихо и не создавать мне лишних проблем.
Ну всё, сейчас я этого снеговика раскатаю. Всю морковку повыдёргиваю!
Он как с преподавателем общается?
— А ещё что сделать? — спросила я. — Это вы настояли на свадьбе, угрожая графство с лица Земли стереть, а теперь делаете вид, что я сама заставила вас с собой нянчиться? А дальше?! Это вы позвали меня в тренировочный зал, а по пути меня чуть химера не сожрала. В вашем же замке, прошу заметить. Но претензии снова ко мне?!
Он смотрел на меня, слегка склонив голову. Так разглядывают что-то занятное, но малопривлекательное. А потом улыбнулся.
— А вот и голос прорезался.
Он совсем больной, что ли?
— Больше нечего сказать?
— Вы не в том положении, чтобы что-то предъявлять мне. Просто знайте, что этот брак радует меня не больше, чем вас. Это необходимость, иначе я бы никогда не связался с вашей гнилой семейкой.
Так. И чем этому вампиру чешуйчатому моя семья не угодила?
— Ещё одно слово о моей семье…
— И что вы сделаете? — спросил он.
А затем склонился надо мной так, чтобы расстояние между нашими лицами было не больше десяти сантиметров.
Я задохнулась и не смогла продолжить. Внезапно весь запал пропал.
Как-то вспомнилось, что этот мужчина намного больше и намного сильнее меня. Что он похоронил уже трёх жён и одну невесту, а слухи про него ходят весьма специфичные.
Подумалось о том, что мы с ним ночью одни в моей спальне, он официально является моим мужем, и даже если буду звать на помощь, никто не придёт. Законов о домашнем насилии здесь нет, тем более когда этот конкретный мужчина сам закон на своих землях.
— И прекратите уже врать, — добавил он. — На меня ваши гримасы и жалобные истории всё равно не действуют.
Это он о чём?
Наверное, недоумение отпечаталось на моём лице.
— Зачем вы придумали, что я вас звал? И зачем вообще вышли в такое время? Если не впустить химеру, то для чего?
— Но я говорю правду! Я шла к вам.
Он отодвинулся, чем уже принёс ощутимое облегчение, а затем сложил руки на груди, глянув на меня с изрядной долей скепсиса.
— Правда, что ли? И для чего? Неужели решили попытаться меня соблазнить? Можете забыть об этом. Меня не интересуют ваши сомнительные прелести. От вас мне нужна всего одна функция. И лучше бы вам начать её выполнять.
Функция! Вы посмотрите. Я ему что, пауэрбанк?
— Во-первых, меня ваши прелести интересуют не больше. Это вы вчера ночью в мою комнату наведаться решили.
— И вы сразу сделали вывод, что ради вас? Какое самомнение!
Я пропустила эти слова мимо ушей, продолжив:
— А во-вторых, я не сама придумала выйти ночью. Это ведь вы мне прислали записку, приказав встретиться в зале для тренировок.
Он заинтересованно выгнул бровь.
— И где записка?
Я фыркнула и пошла к столику, на котором и обнаружила записку, когда пришла с ужина.
Вот только предъявить этому наглому дракону ничего не смогла. Записки не было на том месте, где я её оставляла.
Глава 14
Итак, меня пытались убить. И сделал это явно не мой муж. Иначе зачем спасать?
Открытие должно было обрадовать, но почему-то я не спешила пускаться в пляс.
Во-первых, Винтерхолд всё ещё не против меня прибить, просто пока я ему нужна. Во-вторых, он мне не поверил, решив, что я сама для каких-то целей химеру впустила.
Ну не идиот ли? Четырёх моих предшественниц уже похоронил и до сих пор не принял никаких мер предосторожности!
Предыдущих жён всё же он убил? Только это может объяснить его поведение.
Ладно, не плевать ли на его поведение, если я всё равно собралась дать дёру? Ну, вот как придумаю что-нибудь с этим проклятым браслетом, так сразу.
В итоге следующий день я планировала посвятить библиотеке. Как и последние два месяца моей жизни в этом мире, кстати.
Вспомнились первые годы в университете. Будучи студенткой, я искала информацию для своих работ именно по старинке.
Компьютера у меня не было, постоянно брать у одногруппниц не позволяла совесть. О мобильном интернете тогда даже не мечтали, так что приходилось просиживать штаны в библиотеке.
Что ж, опыт пригодился.
Кстати, стоило мне высунуть нос из моей комнаты, я поняла, что охрана у меня сменилась. Это всё ещё были здоровенные и вооружённые до зубов мужчины, но не те, что я видела последние пару дней.
Они поприветствовали меня, склонив головы, представились достаточно вежливо, но смотрели с некоторой опаской.
Ну, понятно, если они такой полезный ресурс, как я, где-то потеряют, шкуру с них спустят. Наверное, как с их предшественников.
Вот только предыдущих мне было не жаль. За дело получили. Кто-то ведь их усыпил. И этим кем-то являлась не я. Интересно, они хоть рассказали, кто это был? Или мой драгоценный муж даже спрашивать не стал?
Скорее, второе. Он тот ещё самодур.
А хуже всего то, что новенькие теперь из моих рук ничего не возьмут даже под страхом смертной казни.
Вздохнув, я распорядилась проводить меня в библиотеку. Вот только не дошла до неё.
По пути я услышала диалог на весьма повышенных тонах. И привлекло меня то, что голос принадлежал Кристиану.
— Я никуда не уеду! И вы не заставите меня! — почти кричал брат.
Пришлось подойти поближе и прислушаться.
— У вас нет причин оставаться. И вам не рады в этом доме, — последовал спокойный ответ.
— Я не оставлю Изабеллу!
За спиной кашлянул один из охранников, намекая, что подслушивать нехорошо.
Ну, нехорошо, так нехорошо. Пожав плечами, я направилась прямо в комнату, из которой доносились голоса. Но так и не дошла.
