Полная версия
Я смерила её взглядом из-под ресниц. Нет, я понимала, о чём она. Но тот факт, что мужчина избивает жену и заявляется на приёмы с любовницей, а репутация страдает почему-то у его жены, бесил ужасно.
Хотелось снова схватиться за свою волшебную сковороду и надавать этому полуфабрикату по щам.
И чего я её с собой не взяла? Ну, тяжело. Зато полезно как!
— Леди Оливия, а почему вы уверены, что не можете пойти на приём?
Она повернулась, смерив меня нечитаемым взглядом.
— Как тебя зовут?
— Элейн, госпожа. Элейн Ланс.
Именно так я сократила свою родную фамилию Ланскова. Хоть что-то родное оставить.
Впрочем, можно было и не напрягаться, у большинства крестьян здесь вообще фамилий не было.
— Скажи мне, Элейн, как, по-твоему, я должна туда пойти? Чтобы все увидели это, — указала она на своё лицо. — Не знаю, в какой пещере ты воспитывалась, но это неприемлемо.
Я поджала губы. Как же сложно, когда клиента нельзя обматерить. Точнее, не самого клиента, а её мужа. Это вообще почти невыполнимая задача!
— Это я понимаю. Но если позволите, я могу с этим помочь.
— Ты владеешь целительной магией? — хмыкнула леди, выражая явное сомнение.
— Просто… подождите пару минут.
Сказав это, я бросилась на выход и побежала в комнату, которую делила с Зарой. Там, на дне чемодана, был мой набор юного Джокера… Мастерская гримёра-маньяка… Косметика, в общем.
Схватив тщательно упакованные баночки, за которые я отдала целое состояние по своим меркам, я ринулась обратно. И только уже у самой двери остановилась, немного отдышалась и постучала.
— Знаешь, я очень не люблю, когда прислуга начинает вести себя странно, — выдала леди Оливия.
— Простите. Мне нужно было взять косметику.
— Косметика и у меня есть, — кивнула она в сторону туалетного столика. — Думаешь, я не пробовала? Его всё равно видно. На это он и рассчитывал.
— Я сделаю так, что видно не будет.
Леди смотрела на меня с сомнением, но через минуту раздумий кивнула и уселась на пуфик возле зеркала, позволяя мне попробовать.
А дальше началась привычная работа. Да, синяк был сложным заданием. Такие неприятности всегда требуют художественного подхода.
Обычным тональным кремом или даже консилером такое не замажешь. Будет видно, это правда.
Нужна хорошая подготовка кожи, цветокоррекция, правильная работа с текстурой. И самое сложное как раз — подобрать оттенок, противоположный тому, что на лице, согласно цветовому кругу.
Синяк, он ведь не однородного цвета. Тут тебе и фиолетовый, и лиловый, и жёлтый. Каких только оттенков нет. Поэтому работа с цветокоррекцией на синяках похожа на создание картины импрессиониста. Мазок таким цветом, мазок другим.
И каждый слой обязательно запудривать, чтобы всё это великолепие не «поплыло» через полчаса.
Но в целом ничего слишком уж сложного для меня не было. Мне бы сюда ещё привычную для меня косметику, кисти, и вообще была бы красота.
Но и так я управилась достаточно быстро. Выровняла тон, нарисовала тени на лице, чтобы оно не казалось плоским после тонального крема, слегка тронула щёки румянами. Не сильно. Тут была опасность снова подчеркнуть синяк. Лучше пусть будет благородная бледность.
Ну и каюсь, слегка увлеклась.
После того, как я закончила с кожей, захотелось подчеркнуть брови, которые сразу потерялись. А там и глаза. Передать их глубину.
Отошла от леди я только через час, когда поняла, что скоро создам полноценный вечерний макияж. Но при таком плотном тоне другой вариант я не рассматривала. Там столько слоёв, что на «нюдик» всё это явно не тянет.
— Хм… Действительно не видно, — протянула леди Оливия удивлённо.
— При ярком дневном свете можно разглядеть. Но вечером при свечах — вряд ли, — ответила я.
— Где ты этому научилась?
Я только пожала плечами. Вряд ли ей стоит знать про курсы, которые я заканчивала.
— А хотите, я вам волосы уложу?
— Знаешь, пожалуй, хочу. Кажется, у меня появились шансы сорвать планы моего драгоценного супруга, — процедила она.
Что ж, я была только рада ей в этом помочь.
Глянув в окно, я поняла, что до вечера оставалась пара часов, а поэтому стоило торопиться. Без фена, плойки, утюжка для волос и даже без привычных стайлингов создание причёски могло сильно затянуться.
Но я не была намерена халтурить. Хоть и слабо представляла, какие здесь причёски в моде среди аристократии, но, судя по всему, ничего сверхъестественного. Никаких напудренных париков с мышами и прочих прелестей.
А значит, любая классическая укладка должна быть к месту.
— Неплохо, — выдала леди Оливия, когда я с ней закончила.
Высокая причёска подчёркивала изящную шею, создавала впечатление, словно в ней скрыта просто огромная копна волос.
А ещё я уложила таким образом, чтобы насколько тёмных прядей были зафиксированы с левой стороны лица, немного прикрывая место удара. Да, синяк я замазала, но это тоже не лишнее.
— Спасибо, — кивнула я, принимая похвалу.
Больше графиня ничего не сказала. Отпустила меня, велев отдыхать.
Но я знала, что мои труды не прошли даром. Она всё же отправилась на тот приём, чтобы расстроить планы своего мужа.
И на следующий день Зара влетела в комнату, вытаращив глаза и пылая праведным гневом.
— Собирайся! Ты отсюда съезжаешь.
— Что? Меня уволили?
Вот так и делай добрые дела! Ну кто ж знал, что графиня всё же решит устранить свидетеля её «позора»? Хотя с таким мужем всех слуг выгонять придётся.
А может, у них поэтому текучка такая?
— Нет, — скрипнула зубами девушка. — Её Светлость потребовала тебя в качестве камеристки.
Глава 15
Что ж, были в моём новом положении и плюсы, и минусы.
К плюсам стоило отнести новое место жительства вблизи от хозяйских покоев. Небольшая, но очень удобная комната находилась в «женском» крыле.
Да, супруги жили не просто в разных спальнях, а в разных частях дома. Насколько я поняла, у них было негласное правило не сталкиваться друг с другом лишний раз и не заходить на «чужую территорию». Даже памятную пощёчину лорд Корбетт отвесил своей жене на нейтральной территории.
Меня же их «раздельное проживание» более чем устраивало, ибо видеться лишний раз с графом не хотелось.
Повышение зарплаты тоже приятно порадовало. Теперь мой заработок уже мог посоперничать с шахтёрским.
Обязанности стали более приятными. В основном они заключались в том, чтобы помогать леди одеться и раздеться, вовремя отдавать её вещи в стирку, а ещё убирать волосы и наносить макияж. В общем, ничего сложного.
К минусам я причислила атмосферу всеобщей ненависти среди остального персонала.
Меня вполне справедливо считали выскочкой, а Линда, чьё место я заняла, и вовсе поглядывала на меня так, словно хотела отравить.
Один раз она даже попробовала мне тёмную устроить. Подкараулила, когда никого рядом не было, и схватила за руку так, что на предплечье потом синяки проступили.
Логика у неё была железная. Видит человек, что хилая «полторашка» перед ним. Почему бы не попробовать лицом об стену повозить, чтобы знала, как старших товарищей подсиживать.
Но ещё до того, как Линда успела осуществить свой план, я наступила ей на ногу, вывернулась из хватки, а потом сама дёрнула девушку за волосы и обложила старым добрым трёхэтажным.
— Ты решила меня покалечить? Умнее ничего в голову твою дурную не пришло?
— Ты почему такая сильная? — пропыхтела Линда, стараясь спасти остатки волос от моей хватки.
— Это всё потому что я — Чак Норрис, — огрызнулась я.
Ну и отпустила. Не убивать же.
Я её даже где-то понимала. Сидишь тут на хорошем месте, занимаешься непыльной работой, а потом приходит пигалица, которая выглядит как подросток времён голодомора, и лишает тебя всего этого.
Ладно. Должна осознать, что лезть ко мне — себе дороже. А без друзей здесь я как-нибудь проживу.
Хватало того, что с леди Оливией мы на удивление нашли общий язык.
Меня совершенно не смущала её манера общаться так, словно её всё раздражает. А она пропускала мимо ушей то, что иногда у меня вырывались крепкие словечки в моменты особого душевного порыва.
Например, когда мизинчиком о тумбочку ударилась. Или когда меня птица, влетевшая в окно, испугала.
Иногда даже записывала что-то в такие моменты, хоть и не говорила, что именно. А я не спрашивала.
В целом, отношения установились неплохие. Она общалась со мной достаточно уважительно, могла спросить моего мнения, а иногда и просто поговорить на отвлечённые темы.
Разумеется, я не могла назвать её своей подругой. Для этого у нас была слишком огромная пропасть в социальной иерархии. Но нам было приятно общество друг друга.
Жизнь как-то устоялась, и больше месяца прошло в спокойном темпе, который позволил заметно отдохнуть.
***
— Элейн, начинай готовиться к поездке в столицу, — сказала леди Оливия как-то утром.
Конечно, готовиться нужно было не мне. Я-то что: все вещи в одну сумку можно уложить. Хоть и прикупила я себе несколько более симпатичных платьев и обуви, которая не похожа на оружие пыток, всё ещё могла путешествовать налегке.
Зато гардероб леди нужно было подготовить, тщательно упаковать, чтобы в дороге ничего не испортилось. Собрать безделушки, не забыв ничего важного. И вот у неё должен был быть примерно КАМАЗ вещей.
— Намечается что-нибудь важное? — уточнила я.
— Кажется, будет договор с Рано’оком. Собирают посольство, принцесса Алиенора должна выйти замуж за их императора.
Я пожала плечами. Династический брак — дело такое. Привычное в любых мирах. И если крестьянок и купеческих дочек запросто выдают замуж за того, за кого выгоднее, то странно ожидать, что принцессу ждёт другая судьба.
— Вы войдёте в посольство, леди?
— Вряд ли, — протянула Оливия, как будто такой сценарий был бы для неё на самом деле очень даже желанным.
Ну ещё бы. Хоть немного от муженька отдохнуть. Я его не видела с тех самых пор, как он леди избил в гостевом крыле. В её покоях он не появлялся, а я старалась не высовываться, как Зара когда-то советовала.
Мне везло, и граф ходил где-то мимо меня.
Леди Оливия тоже редко со своим супругом пересекалась. Но пару раз конфликты случались, особенно когда этот индивид снова порывался уронить её репутацию в свете. Специально, что ли, пытался супругу очернить?
В общем, за этот месяц графиня ещё два раза с синяками приходила, которые достаточно быстро сводила при помощи мазей с магической составляющей. И каждый раз у меня руки чесались познакомить её мужа со сковородой.
Останавливало то, что это не деревенский пьяница. Это целый граф. Если он что-то заподозрит, как Тоби в своё время, молчать не будет, а быстро меня на костёр отправит.
Эх, и почему я не в принцессу какую-нибудь иссекайнулась? Приняла бы закон о домашнем насилии.
Хотя не факт, что здешняя так может. Патриархат процветает на всех уровнях.
Принцессу-то ведь почему замуж в соседнюю страну отдают? Потому что на трон она точно не сядет. Даже при условии, что у местного короля наследников мужского пола нет.
Так что от принцессы одно требуется — внуков вынь да положь.
Мальчиков, разумеется. Кто ж девочек считает за людей?
— В посольство обычно берут либо уже престарелых вдов, либо совсем молодых и незамужних девушек, чтобы с помощью браков связи укреплять, — продолжила свою мысль леди Оливия.
— Жаль, — признала я.
Поездка в империю с посольством — шикарный способ выехать из этого негостеприимного королевства и забыть его как страшный сон.
Конечно, там тоже, скорее всего, не сказка. Но, судя по информации из книг, которые мне любезно позволила брать леди Оливия, не в пример лучше, чем в Виндзоре.
— Да, — согласилась она. — Жаль. Но столица — тоже неплохо. Иди собирайся. Завтра можешь взять выходной, купи, что тебе нужно. А сейчас займись моим гардеробом. И пару книг в дорогу подбери на свой вкус.
Это мне леди Оливия тоже стала поручать.
Когда я робко спросила у неё, можно ли мне воспользоваться местной библиотекой, она посмотрела на меня как на умалишённую.
Во-первых, грамотных людей было не особо много, поэтому само по себе умение читать у такой, как я, вызывало удивление. Во-вторых, наглость тоже была колоссальной.
В свои выходные я периодически выходила на местный рынок. То платье новое купить, то банные принадлежности, то ещё мелочь какую. Хотя основную часть дохода откладывала, разумеется.
И вот на моменте с покупкой книг обнаружилась проблема. Стоили они здесь как крыло от самолёта. За одну книжонку нужно было выложить две мои месячные зарплаты.
Я ещё даже столько не заработала. А отдавать все свои накопления, честно сворованные у Тоби, мне не хотелось. Так и возник вопрос про библиотеку.
На удивление, леди Оливия хоть и обозвала меня наглой пигалицей, но вечером того же дня подсунула мне роман. Не слишком интересный, весьма затянутый, но в целом неплохой. И через пару дней мы с ней обсудили сюжет и персонажей.
Так она мне подкидывала книги иногда, как будто случайно. А потом всё так же, словно ненароком, обсуждала со мной прочитанное.
И даже когда я намекнула, что мне больше интересны книги по истории, географии и юриспруденции, не отругала меня и не выгнала. Просто теперь к романам добавились ещё и эти научные труды.
Благо, навык беглого чтения сохранился, да и время у меня было, учитывая полное отсутствие любой социальной жизни.
Правда, раньше она никогда не отправляла меня в библиотеку. Приносила книги сама. А сейчас, перед поездкой, наверное, была слишком занята. Да и к тому же я действительно уже изучила её вкус и понимала, что стоит выбрать ей в дорогу.
И только потом поняла, как сильно просчиталась, отправившись в эту клятую библиотеку.
Глава 16
Библиотека была огромной. Ещё бы!
В этом обществе, где любая книжонка стоит как почка, библиотека является показателем статуса и богатства. А граф Корбетт явно не хотел показаться нищебродом и скупал всё подряд.
Это и радовало, и расстраивало одновременно.
Я уже разобралась с гардеробом леди Оливии: что-то отправилось прачкам, что-то было уложено в чемоданы. Косметические средства тоже были поделены на важные и не очень.
Тащить всё с собой однозначно не стоило. Только то, что пригодится в дороге. А уже в столице леди приобретёт все наборы ухода за собой с нуля.
Таскать косметичку по городам и весям — это удел черни, то есть меня.
В общем, рабочий день закончился, а отдыхать мне пока не светило, ибо нужно было выбирать романы, которые по вкусу леди. Не слишком сентиментальные, но и не чрезмерно заумные. Такие, чтобы присутствовали приключения.
Если сравнивать с литературой моего мира, я бы сказала, что Оливия любит на досуге Джека Лондона или Александра Дюма почитать. Очень уж похоже было.
Я перебирала отдел с романами, читая аннотации, когда за спиной раздался незнакомый голос:
— А вот и мышка показалась. Тебе помочь что-то найти?
Обернувшись, я уставилась на графа.
Ну что сказать. Обычный мужчина. Таких в моём родном городе в любой маршрутке десятками можно было насчитать. Около сорока лет на вид, лёгкая щетина, первые ниточки седины в волосах. Лицо… самое обычное. Такого на улице встретишь — не обернёшься.
Вот только гадкая улыбка, которая делала его губы похожими на слизняков, вызывала желание поморщиться.
Ну и сальный взгляд не добавлял ему привлекательности, а мне — оптимизма.
Ох, не прибить бы графа.
— Добрый вечер, Ваше Сиятельство, — поклонилась я. — Прошу меня простить, леди велела не задерживаться.
Схватив первую попавшуюся книгу, я направилась к выходу, но не тут-то было.
Высокородный чудак через букву «м» перегородил мне путь, не выпуская из этой секции библиотеки.
— Не так быстро, — усмехнулся он. — Признаться, я успел забыть о тебе. Но вот увидел и вспомнил. Ты такая маленькая. Это мило. Где ты пряталась всё это время?
Вот ведь хренов дед! Попала.
Теперь понятно, почему меня на работу взяли. Сыграла встреча с этим гадом в день собеседования.
Вот и приводи себя в порядок после этого!
Нет, я не спорю, это тело изначально было очень даже симпатичным. Во-первых, окрас не подвел. Блондинка с зелёными глазами — сочетание великолепное. Во-вторых, кожа белая, ровная, никаких тебе прыщей, расширенных пор и прочих прелестей.
А если учитывать, что я начала за всем этим богатством ухаживать, то смотрелось действительно прелестно. И фигура немного округлилась. Я подозревала: из-за того, что эта девочка много лет жила впроголодь, сильно набрать вес не получится. Но хотя бы перестала себе скелет напоминать.
Кто ж знал, что в этом доме нужно было грим для фильма ужасов накладывать.
Господи, мне в этом мире хоть один адекватный мужчина попадётся? Они все что, в одном месте воспитывались?
— Простите, Ваша Светлость, мне нужно идти, — повторила я.
Не знаю, на что надеялась. На то, что граф решит, что раз я повторяю одно и то же, как попугай, то слишком глупа и не подхожу для амурных поползновений с его стороны?
Ага, разбежалась.
И ведь знала, что этот нехороший человек заваливает всё, что движется. Леди Оливия прямо не жаловалась, но обрывки разговоров давали понять характер её мужа.
— Подождёт моя жена немного, никуда не денется. А ты не дрожи, мышка, не обижу. Может, даже, что подарю с самоцветами. Если постараешься.
А дальше произошло закономерное. Граф полез под подол. И правильно, зачем дальше на разговоры размениваться? Перед тобой бесправная служанка, которая не пикнет, что бы ты ни делал.
Он ведь благодетель! Осчастливил! Брошку пообещал.
Почувствовав на себе грубые, жадные руки, я вскипела моментально. Ну, терпение никогда не было моей сильной стороной.
В глазах потемнело, а окружающий мир снова замедлился.
Наверное, можно было просто вывернуться и убежать. Это было бы правильно.
Но гнев уже застил глаза, и я окончательно перестала себя контролировать.
Раз.
Книга, которую я держала в руках, обрушилась на голову графа, который как раз склонился с намерением меня поцеловать.
Два.
Колено бьёт в то место, которым граф думать изволит.
Три… Четыре…
Ещё несколько ударов той самой книгой по больной голове Его Светлости довершили дело, и у моих ног разлеглось очередное бесчувственное тело.
— Ну, жёваный крот! Сколько можно?
Время потекло в привычном темпе, и только после этого я осознала, что сделала.
Мне как, сразу к обезглавливанию готовиться?
Я потёрла шею.
На плаху не хотелось. А влипла я знатно.
Это вам не пьяницу Тоби избивать, которого никому жаль не было — всем в деревне успел подгадить. И даже не деревенского Отто обмануть, немножечко отравив того берёзой.
Тут у нас целый граф. И нужно заметить, сей представитель местной аристократии гуманностью не отличается. Жену свою избивает только так. И любовниц не прячет.
В общем, как и многие продукты патриархата, этот мужичонка уверился в собственном превосходстве и вовсю пользовался привилегированным положением.
Хорошо, если он, как Тоби, ничего помнить не будет. А если будет?
И что этот потомок шимпанзе сделает, когда очнётся и поймёт, что его поколотила служанка, которую за табуреткой не видно?
— Песец котёнку, — вынесла я вердикт.
Глава 17
Наверное, нужно было собрать вещи и свалить по-тихому, пока никто ничего не понял. Но мне очень не хотелось подставлять леди Оливию.
Чёрт, ну о чём я вообще думаю?
Тут свою шкуру нужно спасать! Леди всяко не убьют. Даже не тронут, скорее всего, учитывая, что она мне не приказывала её мужа книгой по голове глушить.
Но ноги уже принесли меня на третий этаж к покоям моей покровительницы.
— Леди Оливия, — произнесла я чужим голосом, — беда.
— В чём дело?
Она повернулась, взглянув на меня. Как всегда, невозмутимо. Невозможно было понять, о чём думает эта женщина. Она всегда казалась раздражённой, высокомерной. Но не являлась таковой. Наверное, поэтому я не смогла просто сбежать.
— Там граф…
— Что с ним?
— Он… ну как бы… начал приставать ко мне в библиотеке.
Леди вздохнула, на секунду прикрыв глаза.
— Мерзавец! Я ведь говорила, что мои камеристки под запретом! — процедила она сквозь зубы, а затем посмотрела на меня даже с небольшой ноткой сочувствия. — Мне жаль, Элейн.
— Мне тоже, — кивнула я, — особенно учитывая текущее состояние Его Светлости.
Леди Оливия заинтересованно выгнула бровь, намекая, что мне нужно объясниться.
— Лучше вам самой всё увидеть.
Через пять минут мы обе стояли в библиотеке и смотрели на бесчувственное тело графа.
Всё же и без сковороды могу! Мастерство не пропьёшь!
— Мёртв? — спросила леди без особого сожаления.
— Дышит, — ответила я. — Мой опыт подсказывает, что в себя должен примерно через час прийти.
— И насколько большой у тебя опыт подобного рода?
— Приличный, — призналась я. — Кстати, есть возможность, что он не будет помнить, как получил шишку на лбу.
— Каковы шансы?
— Не стопроцентные.
Леди Оливия пожевала губами, а потом выдала:
— Час — это мало.
— А сколько нужно? Можно увеличить.
— Ещё раз по голове его ударишь?
— Нет. Есть и другие способы, — сказала я, вспомнив про сонные капли, которые я активно скармливала Отто.
— До утра ему сон организовать сможешь?
— Смогу, — кивнула я.
— Чудно. Тогда организовывай. А я распоряжусь закладывать экипаж.
— Экипаж?
— Я видела, что большую часть моих вещей ты уже уложила. И твоя исполнительность наконец-то пришлась кстати. Мы поедем в столицу немедленно.
***
Столица не особо впечатляла. Тот же Каэвин, в котором я начала свою карьеру горничной, хоть и был меньше, но смотрелся намного симпатичнее. А самый большой город страны под названием Солстед производил достаточно гнетущее впечатление.
Может, начало осени так влияет. Дождь всё делает серым и некрасивым.
Хотя мне казалось, что дело не в погоде. Мы ведь по главным улицам проезжали, там всегда должно быть красиво. Но я видела унылую картину.
Скорее всего, дело было в серых людях, на лицах которых не было и тени улыбок.
Можно подумать, у меня на родине все только и делали, что улыбались… Но здесь однозначно было хуже!
И да, едва въехав в город, мы направились сразу в королевский дворец.
Нет, у леди Оливии, разумеется, был свой дом в столице. Но его, во-первых, нужно было подготовить, а после почти двух дней пути хотелось отдохнуть.
Во-вторых, остановиться в королевском дворце было безопаснее. Меньше шансов, что муженёк, который мог пуститься в погоню, начнёт убивать и излишне строптивую горничную, и собственную жену, которая её пожалела.
Я до сих пор не понимала, почему леди Оливия решила рискнуть ради меня. Отправилась в столицу на несколько дней раньше запланированного. Наверняка разозлила мужа своей выходкой.
А это чревато, между прочим.
Разумеется, я была благодарна. И у меня сердце кровью обливалось из-за того, что мне нечем отплатить этой закрытой, но доброй женщине.
Я ничего не могу для неё сделать.
Ну разве что убить её мужа, отправившись потом на виселицу. Но здесь было сразу два минуса: мне не хотелось умирать и не хотелось становиться убийцей.
