Прости за любовь

- Только чтобы никак подруг и ночных шатаний по паркам, - погрозила я ему пальцем.

- Отлично, - вскинул он подбородок, - никак итальянцев и прочих брутальных мужиков.

- Не получится, - замотала я головой, - после возвращения у меня мастер-класс у него.

- Это намек, что мне придется топать с тобой и учиться лепить равиоли? - простонал Кириллов, чувствуя, что откровения могут выйти ему боком.

- Мужчины - лучшие повара. А судя по тому, что ты превращаешь все продукты в угли, удивительно, как вообще еще не скончался от голода.

Только Сашка открыл рот, чтобы начать спорить, как дверь распахнулась, с грохотом ударив о стену. От неожиданности я вздрогнула и отступила назад, прячась за мужскую спину. Кириллов встал стеной, стараясь оградить меня от всяких напастей, но от этой... от этой спасения нет.

В дверном проеме стояла Катька, скрипя от злости зубами. Одной рукой она пыталась вытащить из прически увядшие лепестки акации, а другой оторвать, прилипший к брюкам репей.

Всклокоченная, раскрасневшаяся, она придирчиво окинула нас взглядом, после чего протопала к ближайшему табурету. Сашка недоуменно наблюдал за моей подругой, не произнося ни слова. Мы вообще все молчали, будто каждый ожидал чего-то необъяснимого.

Бросив сумочку на стеллаж, блондинка вытянула ноги, устраиваясь удобнее. Скинув туфли, Катя, отцепила последний репей, глядя на нас хмуро.

- И как это понимать? - все-таки не сдержалась я, пытаясь прояснить ситуацию.

- Погоди, - подняла она руку, пытаясь усмирить одышку. - Сейчас мученицу дождемся. Донская, ну ты где застряла? - заголосила зычно Катька, заставив стайку воробьев спорхнуть с ближайшего куста.

- Варя, я надеюсь в первую брачную ночь они к нам не заявятся?! - хмыкнул Сашка, возвращаясь за установку.

Я смущенно опустила глаза в пол, предпочтя промолчать. Катька, кажется, вообще не расслышала его, потому как продолжала всматриваться в зеленые насаждения на улице. И что-то подсказывало, что не просто так объявилась моя группа поддержки. Ехать в такую даль, пробираться сквозь своеобразную тропу препятствий, тем более, если учесть, что Катька для этого слишком ленива, да и наряд обязывал к иному, то, вероятно, случилось нечто неординарное.

Наконец-то послышался треск сухих веток, и их кустов показалась Танька. Пытаясь стряхнуть с плеч жука, она тихонько повизгивала и брезгливо кривилась.

- Теперь все в сборе, - выдохнула Катерина, хлопнув ладонью по табурету рядом с собой. Танька взмахнула рукой в знак приветствия, с любопытством разглядывая Сашку, и устроилась рядом с блондинкой.

- Времени мало, поэтому коротко, - отдышавшись, скомандовала Донская. - Роман Дмитриевич не тот, за кого себя выдает.

Глава 5

Остаток выходных прошел относительно спокойно. В субботу после обеда Сашка наконец-то встретил свой контейнер с установкой, коробки которой расположились у меня на балконе. И чем больше их становилось, тем шире улыбалась мама, считая, что Кириллов всерьез и надолго устраивается в моей жизни. Будто количество его вещей пропорционально месту в сердце.

Я на все смотрела сквозь полуприкрытые веки, потому что с легкостью воспринимать перемены не получалось, а всерьез относиться к ним - не выдержит никакая нервная система. К счастью, во второй половине дня мама отправилась на конкурс со своими четвероногими детьми, и пообещала, что встретимся мы в следующие выходные, но уже в полном составе. Я лишь тихонько взвыла, прикусив губу. Хотя на самом деле желание было стукнуться как следует о бетонную стену.

Сашка лишь ухмылялся, вообще, не обращая внимания. Он тепло попрощался с моей мамой, пожелав ей удачи, а в оставшееся время занят был поиском адреса звукозаписывающих студий.

Воскресенье пробежало на одном дыхании. Мы спокойно позавтракали, а потом наслаждались прогулками по весеннему городу, подставляя лица лучам солнца, ели сладкую вату и кормили уток, сидя на скамье в парке. В общем, вели себя, как семейная пара, прожившая в браке лет тридцать. Кажется, даже мои родители проводят выходные активнее, но меня в это мгновение все устраивало. Видимо, необходимо было переварить события последних дней.

А вот утро понедельника началось весьма неожиданно, потому что проклятый будильник не прозвенел вовремя. Потом я еще некоторое время топталась возле дверей ванной комнаты, умоляя Сашку освободить быстрее территорию. На что он мне ответил, если я не прекращу барабанить в дверь, то он обещает выйти оттуда голым. В результате умываться мне пришлось на кухне.

Зато офис встретил тишиной. Такой могильной. Подозрительной.

Казалось, если остановиться и прислушаться, то создастся впечатление, что на земле наступил апокалипсис и все живое разом покинуло нашу планету.

Я даже заглянула в календарь с мыслью уточнить, а точно неделя началась, или мне все это снится?! Но радость моя была недолгой в принципе, как и непонимание. Спустя минут десять появился Морозов, сжимая кулаки и скрипя челюстью, и мне уже захотелось прикинуться невидимкой.

В первое мгновение я даже не поняла в чем причина его бешенства, он прошел в кабинет, лишь кивнув в знак приветствия, и только устроилась за письменным столом, как раздался звонок телефона.

Внутренняя линия, будь она неладна. Руки сразу потянулись к трубке, но на миг я все же замерла, покосившись в сторону кабинета Романа Дмитриевича.

В общем, пока раздумывала брать или нет - телефон успокоился, а вот шеф, кажется, только еще больше закипел. Дверь с шумом распахнулась, и в приемную вновь вышел Морозов, и теперь уже мне пришлось скрипеть зубами. Взъерошенный, он был без пиджака и без рубашки, и даже не старался прикрыться. Находясь в состоянии шока, я умудрилась успеть пересчитать все кубики на его прессе, потому что куда-то в иную сторону перевести взгляд просто не могла. Радовало одно - он хотя бы в брюках, но закралась мысль, а чего это мужчины в последнее время рядом со мной все стараются обнажиться?!

- Варвара, - рявкнул Морозов, после чего развернулся, как солдат на плацу, и лишь взмахнул рукой.

Просьбу я поняла сразу, но все равно двигалась так, словно только научилась ходить.

Нехотя поплелась следом, прожигая глазами его широкую спину. Бог мой, там, конечно, было на что посмотреть. Интересно, а перед Танькой он тоже так щеголял?! Хм, наверное, нет, иначе бы Донская по утрам была бы в лучшем настроении.

- Здравствуйте, Роман Дмитриевич, - проблеяла я, как жвачное животное, у которого рот набит травой.

- Помоги, пожалуйста, - мазнул он взглядом по спинке стула, что стоял в стороне. - Сможешь завязать мне галстук?

- Попробую, - смущаясь, ответила я. - Вы уезжаете? - с некоторой надеждой в голосе поинтересовалась все-таки у него.

- Нет, - качнул он головой, - свет в лифте погас и...

Я закатила глаза, надеясь, что Морозов этого не увидит. Похоже следовало опустить вопрос, с кем он там был?! Но что Таня сделала на этот раз?!

- Лучше бы кофе на голову вылили, в самом деле, - вздохнул он, протягивая галстук.

Темно-синий, он идеально подходил к его глазам, делая их еще глубже и пронзительнее. Взгляд напоминал океан, такой безбрежный, спокойный, но только до первого порыва ветра. Океан - опасен, и расслабляться никогда нельзя. Он может поглотить, уничтожить и выплюнуть, забывая о твоем существовании. Я своей работой дорожила, хоть и не очень ее любила, поэтому к начальству относилась с уважением, может быть капелькой восхищения, но оно было спрятано где-то очень далеко.

- Хорошо додумался взглянуть в зеркало в коридоре, - усмехнулся он, застегивая рубашку.

Действительно, этот цвет помады я уже где-то видела. Кажется, Донская решила задействовать тяжелую артиллерию, что ж Морозову я не завидую. Ему предстоит либо затяжная оборона, либо капитуляция. Главное, чтобы без кровопролития. Надеюсь, Танька не решится на куклу-вуду в конечном итоге.

- И еще, Варвара, сегодня вы обедаете со мной, - выдал Роман Дмитриевич, а я чуть не переборщила с узлом, затягивая его слишком крепко.

Морозов кашлянул и обхватил мои ладони своими. Такими горячими, сильными, что меня пронзила тревога. Я смотрела снизу вверх на него и не могла понять, что это за игры такие?!

- Отказ не принимается. Помните, скоро премия. Я не люблю обедать в одиночестве, тем более, когда такая прекрасная девушка у меня в роли секретаря, - подмигнул он мне, отходя в сторону, а я пожалела, что Танька измазала его всего лишь помадой. Наверное, надо было все-таки вылить Морозову на голову кофе.

И если верить Кате, то иногда полезно побыть эгоисткой. А мне меньше всего хотелось идти куда-то с Морозовым. Во-первых, Танька. Она вряд ли поймет такое, и, наверное, будет права. Надует губы, обидится, посчитав меня врагом, хотя мне Роман Дмитриевич по барабану в принципе. Кстати, насчет барабанов...

Я почесала макушку, опустив тоскливый взгляд в документы коими завалила всю поверхность стола. Да, я создавала видимость перед начальством, что без дела не сижу и работы у меня по горло, такая милая попытка соскочить с крючка. Ну не хотелось мне никуда идти с боссом. Я не желала, чтобы за моей спиной потом перешептывались окружающие, отпускали сальные шуточки и бросали косые взгляды.

Мозг отчаянно придумывал отговорку, и каждая последующая мне казалась бредовее предыдущей. Как же это тяжело все-таки врать и изворачиваться.

Встав из-за стола, я прошлась по приемной и, на цыпочках подойдя к двери кабинета Морозова, прислушалась. Босс с кем-то спорил по телефону, а я, воспользовавшись моментом, ринулась за мобильником.

Накручивая прядь волос на палец, такая у меня вот дурацкая привычка в нервозном состоянии, я процедила шепотом в трубку, как только на том конце провода ответили.

- Кать, он позвал меня пообедать вместе.

- Ну, молодец, - пережевывая, ответила Катерина, - я всегда в него верила. Время зря терять не стал. Передай, что горжусь им.

- Ты уверена, что это следует произносить вслух? - растерявшись, поинтересовалась я.

- Конечно, дурочка, иди и ни о чем не думай. Такой шанс выпадает, а ты?

- Что я?

- Снова сомневаешься. Наверняка извела себя уже, выискивая подоплеку.

- Ты права, - не стала я спорить с подругой, кивнув от досады. - Просто это все неожиданно.

- Варя, - зевнула Катька, видимо, умаявшись от безделья, - ты порой такая непроходимая дура, уж прости. Мужчина позвал ее обедать вместе, надо делать правильные выводы... Господи, - простонала она, - кому я все это объясняю, твоя сообразительность и намеки - пустое дело. Варя, вспомни на секунду, что ты молодая и красивая девушка, забудь про все остальное и в путь.

- Ну не знаю, - промямлила я, - как-то неудобно перед...

- Погоди, я перезвоню, - послышались мужские голоса фоном, и Катька, хихикнув, бросила трубку.

Мне оставалось только вернуться за свой стол и уткнуться лбом в кипу бумаг. Стрелки часов, как назло даже не бежали, а летели вперед, и когда ровно в полдень Роман Дмитриевич с пиджаком наперевес вышел из своего кабинета, я еще сильнее опустила голову.

- Варвара, - усмехнулся он, - сон на рабочем месте грозит штрафом.

- Я не сплю, - тут же подскочив со своего кресла, отрапортовала в ответ.

Щеки стали пунцовыми и руки предательски задрожали. То же мне проницательный какой, сон да в приемной?! Нет уж, я не до такой степени экстремал, конечно.

- Тогда чего вы так усердно рассматриваете на белом листе бумаги?! - вскинул Морозов бровь.

Наверное, ему необходимо было выполнить план в острословии на сегодняшний день и, судя по всему, лимит там огромный. Мне ж оставалось лишь набраться терпения и в конце рабочего дня не выйти отсюда с седыми волосами.

- Роман Дмитриевич, там сейчас все места займут в столовой, - жалобно пропищала я, понимая, что быстрее бы это все закончилось. А завтра... может стоит уйти на больничный?!

Морозов улыбнулся, протягивая мне руку, я взглянула на него с опаской, но ладонь подала. Всю дорогу до столовой я честно пыталась успокоить свою совесть, уговорить ее, и в конечном итоге уже готова была пойти и на подкуп. Но внутренний голос упрямо кричал, что выбрала я неправильный вариант, и лучше бы мне сидеть и не высовываться.

В столовой людей оказалось немного, что порадовало, конечно. И нет бы выбрать место у окна, в углу или, вообще, поближе к выходу, так ведь босс предпочел занять столик в центре, чтобы и себя показать, и другим не дать расслабиться.

Я осторожно присела на край стула и, кажется, не переставала ерзать до тех пор, пока в поле зрения не появились мои девочки. Морозов пытался шутить, что-то рассказывал, а я лениво возила вилкой по тарелке несчастный лист салата. Но стоило поднять взгляд, как кусок у меня встал поперек горла. Достаточно было увидеть широко распахнутые глаза Тани и длину ее ногтей, чтобы сообразить - я труп.

Больше всего хотелось взять низкий старт, сверкая пятками, но Роман Дмитриевич улыбнулся во все тридцать два зуба и кивнул им в знак приветствия.

Катька внимательно смотрела на меня, крепко держа за руку Донскую. Я пожала плечами, давая понять, что ни при чем и он все сам, но подружка лишь покрутила пальцем у виска, закатывая глаза.

На мое счастье в кармане у Романа Дмитриевича заиграла мелодия, что-то до приторности романтичное, и я, под благовидным предлогом не подслушивать чужие разговоры, встала из-за столика и рванула наперерез девочкам.

- Подруга называется, - фыркнула Танька, демонстративно отворачиваясь.

- Будто я нарочно! - словно в укор бросила в ответ ей, растерянно взглянув на Катерину.

- Могла бы и придумать что-нибудь, - подбодрила та, не переставая топтаться в проходе.

- Я пыталась, но ты ж сама сказала, что ничего дурного нет в том, чтобы пообедать.

Танька тут же вырвала свою руку из Катькиных ладоней, и уже готова была расправиться с новой жертвой. Бедная, бедная Таня. Она совершенно не понимала, что здесь, вообще, происходит, и как так быстро Морозов смог ее забыть. Донскую было жаль в этот момент, а моя подружка блондинка, кажется, окончательно запуталась.

- Так я ж думала ты про Сашку, - пожала Катька плечами, - в следующий раз уточняй. Нет, ну ты посмотри, - ткнула она Донскую локтем в бок, - что творит наша тихоня?! Кажется, Танька, неправильная у тебя тактика была с Морозовым. Скромниц он любит.

- Не нагнетай, - пришла моя очередь возмущаться, наблюдая, как лицо Тани начинает просто пылать.

Ее взгляд бегал от меня к Катьке, и, кажется, наша общая подруга всерьез решала, кого первым делом подвергнуть инквизиции. Я лично была за то, чтобы расправиться с Морозовым, так как нечего пудрить девушкам мозги, особенно одиноким, когда за окном стоит солнечный апрель. Тоже мне герой-любовник!

В миг стало обидно за женскую половину нашей фирмы, и, пошептавшись, мы коллективно решили, что с этого момента будем держать ухо востро. Таньку срочно требовалось возвращать на ее прежнее рабочее место, а мне... мне необходимо было выйти из офиса ровно в семнадцать часов с минимальными моральными потерями.

- Рад вас видеть, дамы, - выдал Морозов, проходя мимо нас, отчего мы открыли параллельно рты и хлопнули ресницами.

- Здравствуйте, - выдохнув полной грудью, подала голос Катька, а то молчание затягивалось, потому что каждый из четверки таращился друг на друга.

- Отлично выглядите, Катерина Владимировна.

Что это - парад планет? Или наш босс окончательно возомнил себя офисным секс-символом, и теперь гордо разбрасывается флюидами?!

-Ты точно ничего ему в кофе не подсыпала? - прошипела мне ухо Катька, притянув к себе за локоть.

- С ума сошла?! - присвистнула я, испуганно взглянув на Таньку.

Та скрестила руки на груди и гордо посматривала на нас с высоты своего роста. Что творилось у нее в голове в этот момент - тайна за семью печатями, и я не уверена, что хотела бы знать, о чем она думает.

Скорее всего, там мало приятного для меня, но как теперь донести до Татьяны, что я тоже пострадавшая в этой ситуации, и уводить Романа Дмитриевича у нее из-под носа в мои планы не входило. Скажу больше: он вообще меня не привлекал, как мужчина. Не мой типаж. Да, симпатичный, умный и харизматичный, но... слишком идеальный, наверное. Кажется, мне по душе больше спокойные раздолбаи.

- Тогда чего он такой возбужденный?! - хмыкнула Катерина, потерев переносицу указательным пальцем.

- Откуда мне знать, я с ним не живу, а вот некоторые должны быть в курсе, - фыркнула я, просверлив Таньку взглядом. - Кстати, пресс у него ничего такой, прям хоть сейчас на обложку спортивного журнала.

Девочки переглянулись и разом насупились, кажется, они окончательно запутались, а во мне закипела злость и обида. Внутри я понимала, что не стоит давить на больное, но сама мысль о том, что подружки могли подумать, будто мне нужен босс, уже огорчала.

- Сколько дают за убийство в состоянии аффекта? - пробурчала Танька, покосившись в сторону.

- У меня есть наказание получше для нее, - судя по взгляду, Катька придумала месть изощрённее.

Ее губы растянулись в улыбке, и это выражение лица не предвещало ничего хорошего. Что она там задумала - я могла только догадываться.

- Ты ж пацифист, - напомнила я ей, делая на всякий случай шаг назад.

- Не спеши выбрасывать белый флаг, - подмигнула она мне, - думается, Роман Дмитриевич решил либо нас рассорить, либо что-то еще.

- Кать, у Морозова там дел невпроворот, вряд ли он будет лезть в женские дрязги. И вообще, Таня, заканчивай уже трогать его и целовать исподтишка. Соберись, тряпка, - повысила я голос, - и пригласи на свидание этого монстра.

Донская моргнула пару раз, икнула и, поправляя волосы, вскинула подбородок. Вот такая Танька мне нравилась больше. Ни понурого взгляда, ни тени сомнения в своих силах. И пусть эта уверенность мимолетна, пусть через несколько минут она снова начнет маяться и считать себя недостойной внимания Морозова, но сейчас, в эту секунду она знала, что сможет обуздать этого жеребца.

- Как Сашка? - решила все-таки сменить тему Катерина, медленно двигаясь по коридору.

Я плелась рядом и томно вздыхала, не решая признаться подружке, что Кириллов произвел впечатление, конечно. Но все было слишком сложно. Мы разные, у нас мало точек соприкосновения. К тому же его спокойствие меня порой бесило, я-то привыкла жить на эмоциональной волне, а в Сашке зрело рациональное зерно. Я пыталась взвешивать слова в его присутствии, поэтому временами выглядела так, будто проваливалась в себя, впадала в транс и, вообще, терялась в трех соснах. К тому же никак не могла забыть сцену знакомства с мамой и предстоящую встречу с родственниками. Голова от этого готова была расколоться, как кокосовый орех. Хотелось спрятаться в шкаф и сидеть там, в полутьме до лучших времен.

- Нормально он. Веселый, милый...- пожала я плечами, надеясь отделаться общими фразами.

- Он тебе понравился, - утвердительно закивала Катька, словно знала, что творится в моей душе.

- Я дружу только с теми, кто мне априори нравится.

- Ну, конечно, - засмеялась она, - давай слово «влюбленность» завуалируем дружбой, если тебе так проще говорить о своих чувствах.

- Кать, какие чувства?! - замотала я головой. - Мы два дня, как встретились.

- А до этого полтора года общались по средствам связи, - уточнила она, - кстати, благодаря мне.

- Да уж, - выдохнула я, вспоминая, как произошло наше знакомство с Кирилловым.

Катька умеет находить приключения и для себя, и для окружающих. Будто все было вчера, так отчетливо запомнился тот вечер в кафе.

За окном падал снег пушистыми хлопьями, словно кто-то сбрасывал сверху белоснежные перья, они медленно опускались на холодный асфальт, а в витринах сверкали огни. Город жил в предвкушении праздника. Гирлянды, лампочки, улыбки на лицах прохожих, и аромат елей, кажется, царил в воздухе повсеместно. У Катьки в ту зиму на личном фронте было затишье, у меня все, как обычно. Разговоры о работе медленно перетекли в иную плоскость и, когда симпатичный официант принес нам счет, у подружки созрела гениальная идея в голове. Не знаю, что ее натолкнуло на это, возможно, сумма в чеке, но Катька, мило улыбнувшись, достала мобильный и наобум набрала цифры, добавив в качестве последних четырех именно те, что были в счете. Удивительно, но ей ответили, и она, недолго думая, всунула телефон мне в руки. Вот так вот и началось наше знакомство.

Поначалу было ужасно стыдно, ведь парень мог подумать, что угодно. Например, что я не дружу с головой и состою на учете в психиатрическом диспансере. Но время шло, звонки заменяли сообщения в сети, потом на очередь пришел скайп, и вот спустя долгих полтора года, мы встретились с Сашей.

Воспоминания напоминали карусель, и вместо того, чтобы работать, я сидела в приемной и таращилась в стену напротив, улыбаясь без причины. На душе было тепло, будто лучи апрельского солнца проникали в самое сердце. На мгновение перед глазами возник образ Кириллова. Его улыбка кружила голову, этот въедливый аромат туалетной воды вызывал мурашки, и хотелось бежать подальше от этого наваждения.

- Мы всего лишь друзья, - произнесла я, словно мантру фразу, заученную до зубов. - Друзья и не более, - а рука сама потянулась к мобильному, чтобы написать элементарное: «Я по тебе соскучилась».

Глава 6

Кажется, этот город никогда не уставал. Толпы туристов, вечная беготня и суета вокруг, гул, завывание сирен и гудки клаксонов. Все это стало неотъемлемой частью моей жизни. Я привыкла засыпать и просыпаться под шум автомобильных двигателей и видеть солнце сквозь смог. Временами ментально ощущалось, как выхлопные газы проникают под кожу, смешиваясь с кровотоком.

Солнечные лучи просачивались сквозь вертикальные жалюзи, играя на стенах бликами. Я наблюдала, как меняется узор и ждала момента, чтобы выпорхнуть из офиса в весенний воздух. Закутаться в него, позволив себе щедрость, побыть самой собой. Не волноваться по пустякам, не бояться поднять глаза на окружающих. Дышать свободно и легко.

За пять минут до окончания рабочего дня Сашка прислал сообщение. И теперь мне одновременно хотелось оказаться по ту сторону нашего бизнес-центра и в то же время колени слегка подрагивали. Странное ощущение невесомости смешивалось с трепетом. Будто мне предстояло шагнуть с обрыва в манящую пучину внизу. Кириллов - он, как море. Безбрежное, пенное, приковывающее взор, заставляющее наблюдать за белоснежными барашками на поверхности.

Наконец-то стрелки показали нужное время, и я, подхватив сумку, выскочила наружу. Ветер тут же разметал по плечам волосы, а я, стоя на ступеньках, пыталась отыскать глазами Сашку. Не сразу обратила внимание на парня в кожаной куртке и со шлемом в руке. И только, когда он кивнул, я сообразила, что это Кириллов.

Бог мой! Он точно сошел с ума, и хочет определенно довести меня до полуобморочного состояния.

- Привет, - чмокнул он меня в щеку, - отлично выглядишь, только чего у тебя взгляд испуганной лани?

- Даже и не думай, - процедила я, оглядываясь по сторонам.

Нетрудно было догадаться, что я пыталась там отыскать, конечно же, мотоцикл. Не просто же так Сашка вырядился, и шлем прихватил явно не на случай метеоритного дождя.

- Трусиха, - присвистнул он, положив руку мне на плечо.

- Еще чего. Не трусиха, а здравомыслящий человек, - подняла я палец вверх, но руку его не скинула.

Этот груз был приятен, чего уж там скрывать, хотя опять же, Кириллов это мог сделать просто так. А я уж как всегда надумала, вот все-таки гены пальцем не раздавишь. Вся в мамочку пошла!

- Ну, как хочешь, - пожал он плечами, - тогда я позову, пожалуй, вон ту блондинку, - перевел он взгляд в сторону.

Я тоже повернулась и уткнулась в Катьку. Она, словно лесная нимфа, спускалась по ступенькам. Ее волосы переливались под солнцем и походили на настоящее золото. Красота.

Мне ж оставалось прикусить нижнюю губу, с печалью глядя на подружку. Нет, это была не зависть, но в глазах Кириллова проскочило любопытство, и я его понимала. Сама ж залюбовалась, а в нем явно проснулся инстинкт охотника. Все читалось во взгляде, в том, как он расправил плечи. И, наверное, на долю секунды вообще забыл, что я стою рядом.