Прости за любовь

- Это надолго? - только и смогла вымолвить я.

- А что ты так беспокоишься?

- У нее жених приезжает на днях, - очухавшись, выдала Катерина, - а он ревнивый.

Босс изогнул бровь, похоже не находя ту параллель, по которой шагала моя подруга, а она вместо того, чтобы прикусить язык, продолжила:

- Вы ж красавчик, так что... может не стоит вносить коррективы в личную жизнь Соколовой?!

Почему нельзя испариться по одному лишь желанию?! Я б с радостью сейчас перенеслась в другое место, прихватив Катьку пока она окончательно не довела Морозова до икоты. Тот лишь тряхнул головой, что-то прошептав одними губами, и вышел в коридор. Легче не стало с его уходом, по крайней мере, мне. К нему в приемную я не хотела, не представляла, что я там вообще буду делать, а главное надолго ли.

Солнце медленно уходило за горизонт, прощаясь до завтра. Ветер трепал волосы, кутая в апрельское тепло: нежное, ласковое. Воздух за день пропитался соляркой и пылью, а я все равно чувствовала себе легкой, воздушной, как «Безе». Мимо проносились автомобили, и, оглянувшись на запад, я медленно выдохнула. Уже скоро мой друг будет рядом... Жаль, наверное, что в ту минуту я еще не подозревала, чем обернется для меня его приезд.

Любуясь огнями столицы, я сидела на балконе с чашкой крепкого кофе. Организм, кажется, был не в восторге, но лучшего средства - не спать, мне пока что не удалось найти. А ночь обещала стать чуть ли не самым активным временем суток. Руки чесались в предвкушении, и я вдыхала воздух глубже, чувствуя, как кофейный аромат проникает внутрь меня. Он заполнял каждую мою клеточку, и нет, пожалуй, лучших минут, чем вот так сидеть и наблюдать, как один за другим зажигаются уличные фонари в сквере напротив.

Мобильный телефон внезапно заиграл привычную мелодию, и я, отставив чашку, нагнулась, чтобы подобрать его с пола. Лучше бы я в тот момент не ленилась и просто бы оторвала свою пятую точку от стула. Но, в общем, факир был пьян и фокус не удался, или гимнастика просто не мой конек. Наклонившись, я благополучно растянулась на полу, заваливая параллельно и кадку с пальмой. Барабанные ритмы заполняли пространство балкона, а я, отбрасывая комья грязи, пыталась выдохнуть, чтобы продемонстрировать хорошие манеры и не выругаться, как наша уборщица в офисе по утрам понедельника.

- Да, - процедила я, все-таки вытащив мобильный из-под слоя дерна.

- Все в порядке? - первое, что довелось услышать от Саши.

- Вполне.

- У тебя голос странный. Что-то случилось?

Я на секунду задумалась, поведать ли ему о событиях сегодняшнего дня, но в последний момент все-таки решила, что, пожалуй, не стоит. Лишнее это. К тому же он начнет подкалывать по поводу смены рабочего места, я буду злиться, в итоге разнервничаюсь так, что напеку гору блинов и пока все не съем - не успокоюсь.

- Нет, все в норме, - заверила я его, стряхивая грязь с колен.

- Я завтра приезжаю, вечером, - заявил Сашка, немного смущаясь.

- Отлично, я тебя встречу, как раз на носу выходные.

- Точно не помешаю?! - хихикнул он. - А то может, поищу пока другой вариант с жильем? Стеснять тебя не хочется.

- Угу, - пробурчала я. - Ты просто боишься, что не сможешь устоять перед моими десертами. И парочка лишних кило тебе обеспечена.

- Варя, - засмеялся Сашка, - толстый музыкант не значит хороший музыкант.

- Тебя все равно не видно за установкой будет, - пожала я плечами, отыскивая глазами чашку с кофе.

- Тогда до завтра, - попрощался он, замешкавшись в конце, - целую, Варя.

- Я тебя тоже, - как ни в чем не бывало протараторила в ответ, улыбнувшись устало.

Похоже первоначальным планам на ночь сбыться сегодня не суждено. Комбайн отдохнет вместе с духовым шкафом, а вот я могла об этом лишь мечтать. Глядя на масштабы катастрофы, лишь простонала, прикинув, сколько займет времени уборка. Мало мне разгрома на кухне после прихода Катьки, так теперь еще и балкон. К тому же необходимо было освободить место в шкафу для Сашиных вещей, и вот тут-то я и поняла, что дико нервничаю. Общаться мне с ним было легко, а как это жить с кем-то?!

За все свои двадцать три года жила я только с родителями и искренне была рада, когда настал момент обучения в институте. Не задумываясь ни секунды, я съехала в общежитие и, кажется, в первый раз насладилась тишиной. Парадоксально, но там было спокойнее, несмотря на снующих туда-сюда студентов. Родители у меня хорошие, но немного с чудинкой. Хотя друзья всегда завидовали мне в этом, считая, что мои предки - просто золото. Ага, сейчас и мне так кажется, и только потому лишь, что живем мы на расстоянии.

Держа в руке веник, я поймала себя на мысли, что улыбаюсь. Оказывается, уборка может стать приятным моментом, вместе с крошками от бисквита я, кажется, выметала из своей жизни и события сегодняшнего дня. Уже и Роман Дмитриевич не выглядел монстром в моих глаза, пропал страх и стеснение перед этим двухметровым шкафом с горой мышц. Все отошло на второй план по сравнению с тем, что завтра состоится встреча, о которой мы мечтали с Сашей ни один год. Прекрасно, когда у дружбы нет границ. У нашей стирались последние - географические.

До трех ночи я мыла, стирала и гладила. Потом все-таки удалось заснуть, но сон вышел рваным и тревожным. Я просыпалась каждые полчаса, боясь не услышать трель будильника и с облегчением выдыхала, отмечая, что время поспать еще имеется.

На работу шла с небольшой опаской, коллеги все выглядели в моих глазах заговорщиками, и я чуть ли не каждого подозревала в том, что он или она подсказали Морозову сделать ход конем.

Приемная босса встретила тишиной, лишь Таня спешно паковала коробки, хотя мне казалось, что мое нахождение в этом месте займет всего лишь пару дней.

- Ты как? - убирая прядь за ухо, поинтересовалась она.

- Пока что не очень понимаю происходящее, - медленно и с расстановкой произнесла я в ответ. - В чем причина великого переселения народов?

- Форс-мажор, - пожала Донская плечами, опуская глаза.

- А конкретнее можно? Таня, - повысила я голос, желая, чтобы она сосредоточилась не на перекладывании канцтоваров, а на мне.

- Я его ущипнула, - опустив плечи, прошептала Донская.

- Что ты сделала? - оглядываясь на дверь кабинета, фыркнула я.

Танькины глаза заметались от одной двери к другой, и она, приблизившись ко мне, начала тараторить.

- В лифте ущипнула его за...эээ..., - очерчивая в воздухе фигуру Морозова, Таня пыталась пояснить, что маневр был направлен на касание его ягодиц. - Попу, - потупив взор, призналась она.

Хотелось поинтересоваться: а есть ли в нашем офисе адекватные люди?! Но я сдержалась, хоть и стоило мне это неимоверных усилий. Ну вот как ей в голову это только пришло?! Ладно бы еще призналась, что безнадежно влюблена или поцеловала его б на худой конец. Но ущипнуть... это теперь в двадцать первом веке девушки так заигрывают с парнями?!

Я моргала глазами, слабо понимая в это мгновение, неужели на такой шаг решилась скромница Донская. Скорее от Катьки я еще могла бы ожидать подобного, но от этой брюнетки ни за что.

- Там было много народа, - попыталась Таня уточнить детали, - все стояли почти вплотную, и Морозов... - она закатила глаза, - был так близко. И я подумала, что он не угадает, кто это сделал, но данный факт его заинтригует.

- Заинтриговал, - выдала я, покачав головой, - да так, что ты отправляешься теперь на другой этаж. Спасибо, подруга, - сложив руки домиком, поклонилась я Таньке.

- Он бы ни за что не догадался, если б не...

- Что не? Солнце зашло в созвездие Козерога в этот момент, или ты увлеклась, что на попе не остановилась?

- Кто ж знал, что он пойдет к охране и посмотрит камеры...

- Понятно теперь, - прыснула я от смеха, - догадался по твоему довольному взгляду. Ты на всякий случай носи с собой нашатырь, чтобы в следующий раз, когда начнешь исподтишка трогать Морозова, случайно не упасть в обморок.

- Не завидуй, - вздёрнув подбородок, хмыкнула Таня, а я даже опешила.

Слов у меня не было, особенно приличных, поэтому я предпочла промолчать. В голове не укладывалось и было непонятно, то ли весна так влияет на коллектив, то ли нам всем пора делать прививки от бешенства. Надеюсь, воздушно-капельным это не передается...

Да, в то мгновение я еще не осознавала и даже представить не могла во что вскоре влезу сама, по своей воле и с счастливой улыбкой.

Проводив Таню, я вернулась на новое рабочее место и уставилась в стену, посылая в космос просьбу, чтобы этот день прошел как можно спокойнее. И надо же повезло... Морозов отзвонился ближе к обеду и заявил, что его сегодня не будет, чем несказанно меня порадовал. Взгляд его зеленых глаз вызывал оторопь и общаться с ним мне совсем не хотелось. Наверное, в душе я его боялась немного, потому что не знала, чего ожидать от этого мужчины. Зацикленный на своей внешности, в первое время он производил впечатление тупого качка, и я не могла никак взять в толк, как у него хватает серого вещества, чтобы руководить фирмой. Но постепенно остов гуру фитнеса обрастал довольно-таки положительными качествами и, если бы он избавился от привычки заглядывать в душу было бы вообще идеально.

Стрелки часов бежали вперед, приближая нашу встречу с Сашей. Чем меньше времени оставалось, тем сильнее я нервничала и уже под конец рабочего дня расхаживала по приемной, считая шаги. Как только большая стрелка очертила полный оборот, я сорвалась с места, и, махнув всем на прощание, ринулась к метро.

Полчаса до вокзала, десять минут от конечной станции и вот уже совсем скоро должна произойти наша встреча.

Обхватив себя руками, я стояла посреди небольшого островка, где людей было чуть меньше. В толпу не лезла, давая Сашке возможность меня заметить. И он заметил, а я вздрогнула от неожиданности, когда мужская ладонь коснулась моего плеча.

Глава 13

Это было плохой идеей. Очень плохой. Но Сашку в тот вечер было не остановить. Взгляд обжигал, и сказать «нет» я побаивалась. Слишком много страсти, эмоций, душераздирающей нежности. Хотелось бросаться и бросаться в этот водоворот, отдавая себе отчет, что очередное падение может закончиться плачевно. Но разве, когда в сердце живет чувство, легко услышать голос разума?! Наверное, нет. Мой мозг предпринимал тщетные попытки повернуть ситуацию в иное русло, я много над этим размышляла, но в результате ничего сделано и не было, чтобы помочь самой себе. Наоборот, я упрямо шла на плаху, гордо подняв голову. А надо бы развернуться, броситься на шею к Кириллову и жить долго и счастливо. Только вот неувязочка - а нужна ли ему я?!

- Саша, может не стоит?! Зачем вот так сразу пугать человека?! - лепеча, будто желторотый птенец, пыталась я отговорить Кириллова. Но, видимо, уровень моего красноречия еще не достиг ораторских высот, потому как Сашка даже не обернулся. Он что-то пробурчал себе под нос, и с легкостью пересек лужайку.

Заметив приближение странной парочки, от которой, кажется, исходил заряд, что впору подключать лампочки, Луиджи поднялся с земли. Отряхнувшись, он в секунду весь подсобрался, словно приготовился держать оборону. И это, кстати, было с его стороны правильным ходом. Я не знала, что творилось в голове у Сашки, конечно, но вряд ли этот музыкальный громила начнет размахивать кулаками, не удосужившись хотя бы поздороваться.

- Луи, - вынырнула я из-за плеча Кириллова, - этот гранд неотесанный болван, - ткнув нагло локтем Сашку, мне пришлось подскочить к своему новоявленному приятелю...

- Ее жених, - широко улыбнувшись, Саша протянул руку повару. - Вареник, он понимает по-русски? - метнув взгляд в мою сторону, выдал горе-барабанщик.

- Он да, а ты, кажется, нет, - прошипела я, - око за око, значит?!

- Да брось, милая, - сарказм послышался в голосе Кириллова, а мне захотелось закопать его в ближайшей клумбе. Можно было и промолчать, и не посвящать Луи в наши запутанные отношения. Достаточно ему уже того, что я свалилась на голову, как снежный ком, и вряд ли он способен выдержать еще и Сашку.

- Жених - это... - щелкнув пальцами, будто подыскивая необходимое слово, произнес Луи, - бойфренд?!

- Нет, - покачала я головой.

- Да, - кивнул Сашка, довольно ухмыляясь.

Я даже попыталась дотянуться ногой до него, пользуясь тем, что вокруг было темно, но, к сожалению, расстояние не позволяло произвести маневр, а жаль. Очень уж хотелось пнуть его как следует, чтобы держал язык за зубами. Сама толком не могла понять, почему мне не хотелось афишировать перед Луиджи свою личную жизнь. Казалось, что будет намного проще, если для него я останусь свободной птицей. Странно, конечно, влюбленность в Сашку каким-то образом бросала тень на остальные сферы жизни, и, возможно, если не эта фикция, то я бы чувствовала себя намного уверенней. Неопределенность выводила, заставляя скрипеть зубами по ночам.

Луи переводил взгляд с Кириллова на меня, хлопая пушистыми ресницами. Они были слишком длинными и темными, такие бы больше подошли девушкам, но благодаря им итальянец обретал еще большую притягательность. От него исходили какие-то сумасшедшие импульсы, словно каждый удар сердца сопровождался залпом салюта. Темп, реакция, страсть - все это наполняло каждый вдох Луи. Кажущаяся простота отлично дополнялась умом, мастерством и теплым голосом. В его интонациях был свет закатного солнца, и хотелось подставлять ладошки, чтобы поймать эти блики. С Сашкой они были совершенно разными. Такт и напористость, точное знание маршрута для достижения своей цели и ориентирование на местности, как небо и земля. Такие непохожие мужчины, и единственное, что их могло столкнуть на жизненном пути - это нелепая встреча со мной. Перед Луи вдруг стало стыдно, будто я привнесла в его мирный уклад толику хаоса.

- Это мой друг, - коснувшись кончиками пальцев плеча итальянца, спокойной произнесла я. - Он приехал в столицу по работе и некоторое время мы живем под одной крышей.

- И спим в одной постели, - выдал Кириллов как ни в чем не бывало.

- Один раз, - прошипела я с такой силой, что впору обернуться змеей и уползти под корягу.

- Что? - переспросил Луи, заставив меня выдохнуть. Кажется, он не до конца понял, что имел в виду Сашка, а я победоносно улыбнулась Кириллову, надеясь, что, несмотря на мрак, он почувствует меня.

- Саша музыкант и пытается взобраться на вершину, в настоящее время оккупирует студии, чтобы его заметили.

- Музыкант, - хлопнул в ладони Луи, - я тоже когда-то играл, правда, на рояле.

- Но кухня одержала победу? - поинтересовалась я, сложно было удержаться, чтобы не спросить.

До того меня распирало от любопытства, и приходилось даже себя одергивать, чтобы не переходить грань. Но этот мужчина был настолько разносторонний, что порой подкрадывалось ощущение, будто я находилась в музее, где битый час стояла перед картиной, желая рассмотреть каждый мазок на холсте.

- Кулинария - это искусство, - восторженно произнес Луи, заставив вырваться из моей груди вздоху понимания.

- Началось, - недовольно пробурчал Сашка, наверняка закатывая глаза к небу.

Ну и как вот с ним общаться-то?! Весь его интерес умещается в тарелку с борщом, а мне так порой не хватала разговоров... хотя он этого никогда не понимал.

- Уже поздно, пожалуй, пора домой, - тактично добавил Луи, незаметно для глаз Саши, погладив меня по спине. Я кивнула в знак поддержки, даже не стараясь увеличить расстояние между нами.

- Я ее провожу, не беспокойтесь.

- Да, Луи, спасибо за интересную беседу, и до встречи на днях.

Мужчины обменялись рукопожатиями, и итальянец заспешил по аллее к выходу. Я провожала его спину взглядом, думая об аппетитной пасте и огромной пицце, а Кириллов, похоже, все это время вынашивал план мести.

- Странный тип...- почесав переносицу, произнес Сашка задумчиво.

- Это ты сейчас о себе?

- Это я о нем, дорогая. Вот скажи мне, почему все твои приятели такие...

- Красавцы? Хотя нет, дорогой, - щелкнула я по носу Кириллова, - ты выбиваешься из их числа. Потому что являешься упрямым нахалом, - понижая голос до шепота, процедила я.

- Какие подробности, Вареник... И как, оказывается, мало тебе необходимо, чтобы стать горячей штучкой.

Я хлопнула ресницами, забыв закрыть рот. Было вполне неожиданно услышать нечто подобное из уст Сашки, но, кажется, мой друг решил продемонстрировать свою эмоциональную сторону во всей красе. Резко притянув меня к себе, он оказался непозволительно близко. Я ощущала кожей его дыхание, и сердце кричало, что желает оказаться в плену этого мужчины. Глупое оно! Не понимало, что тем самым подписывает нам смертный приговор. Открывшись ему, я пропаду, растворюсь в его глазах, а потом уже просто-напросто не смогу жить без него. Не смогу дышать и просыпаться в холодной постели одна.

Жадно вобрав ноздрями кислород, которого было так мало, я попыталась выровнять дыхание. Это было чертовски сложно, потому что горячие ладони Кириллова касались моих ключиц, и мир давно уже, кажется, остановился. Пытка. Самая настоящая. Изощренная, сладкая, как карамель, липкая, как сахарная вата. Это было сильнее меня, и звезды, что так внезапно показались из-за облаков, отражались в его глазах моими надеждами.

Тело начало дрожать, то ли от майского ветерка, то ли от непосредственной близости Саши.

Убежать бы, накинуть бы плащ-невидимку, чтобы избежать мужского взгляда, но, увы. Слишком крепки были его объятия. Такой мучительно-необходимый мне плен.

- Когда-нибудь, Вареник, ты сдашься, - проникновенно произнес Саша.

Такие родные интонации любимого голоса. Мелодия, что звучала всегда в моей голове. Неотъемлемая часть нашей жизни.

- Не дождешься, - упрямо промолвила я, не желая казаться слабачкой.

Сашка ухмыльнулся, но вместо того, чтобы отстраниться и рассмеяться, как обычно он это делал, в этот раз Кириллов лишь молча качнул головой. А в следующий миг его губы коснулись моих. На долю секунды я провалилась между облаков, потеряла опору, поддавшись порыву. Вцепилась в его шею, бесстыдно прижавшись к груди. Целовала и никак не могла остановиться, словно всю жизнь только и ждала этого момента. А слезы катились горохом по щекам, как предзнаменование того, что все только больше запутывается. Завязывается клубком, переплетая сотни нитей.

Сашкина борода колола лицо, заставляя морщиться, но отпрянуть от него было выше моих сил. Он, как запретный плод, манил, будто в него был вшит магнит. У меня срывало клеммы лишь от того, что он находился рядом. Такой знакомый, сложный... не мой.

Плохо помню, как мы добрались до дома. Все было, как в тумане, и будто не со мной. Единственное, что я ощущала, так это пожар внутри. Огонь все превращал в золу: мысли, эмоции, сердце, что так тянулось к нему. Сашка же был невозмутим, словно ничего и не случилось. А может так и есть. Возможно, для него все осталось на прежних местах, и только я, как истинная девушка, уже набросала эскиз свадебного платья на бумагу из своих наивных розовых фантазий.

Мне стыдно было смотреть ему в глаза, будто я совершила преступление, хотя подстрекателем явно был Кириллов. Его провокации не прошли для меня даром, так что винить в первую очередь, если уж на то пошло, нужно Сашку. Но понимая, что это так безумно сложно - находиться с ним рядом, я предпочла провести эту ночь на балконе, заявив домашним, что у меня мигрень. Мама с папой под улюлюканье бабушки проводили меня понимающим взглядом, Кириллов даже вызвался помочь поставить там раскладушку, а мне хотелось просто тишины. Остаться одной и дать волю слезам. Наверное, я ожидала от него иного проявления чувств. Мне хотелось заботы, ласки, лишних фраз. Но Кириллов лишь хмурился, зарабатывая дополнительные морщины.

- Ты уверена, что желаешь остаться здесь? - попытался Сашка начать со мной разговор.

- Да, - буркнула я, не желая поворачиваться к нему лицом.

Потому что не могла, это было сильнее меня. Видеть его глаза, губы, и понимать, что мы допустили ошибку, что не стоило портить то, чем мы так дорожили все это время.

- Если вдруг станет холодно, приходи, договорились?!

- Конечно, - кивнула я, считая про себя до десяти.

Хорошо, наверное, что мужчины не всегда проницательны, и Кириллов не мог считать мои эмоции в данный момент. Он не ощущал, как меня разрывает на части, как тяжело мне дышать, находясь с ним в одном помещении. Тело плавилось под его руками там, в парке. И как теперь оставаться холодной и равнодушной к происходящему, когда я знаю, каково это быть в объятиях Кириллова.

Слезы катились по щекам, будто синие звезды, что сияли на небосклоне. Боль душила, жалость к самой себе саднила, как сбитое колено. Накрывшись с головой одеялом, я прикрыла тяжелые веки, попытавшись раствориться в этой ночи. Выбросить все из головы, стереть ластиком, забыть, будто это не со мной. Это всего лишь сон. Прекрасный, чистый, но сон.

Самовнушение - штука, конечно, занимательная, но плоды приносит редко. Поэтому вскочив с первыми лучами солнца, я, будто разведчик на задании, максимально осторожно покинула квартиру. Отправившись сначала в городской парк, где влила в себя три стакана кофе, напоминающее больше помои, в конечном итоге поняла, что слоняться без дела целый день вряд ли смогу, поэтому и отправилась на работу.

- Привет, - распахнув дверь в приемную, произнесла я.

Танька от неожиданности выронила бумаги из рук, едва не поперхнувшись минеральной водой. Испуг и непонимание в ее глазах сменились удивлением, а потом она нахмурила брови, косо взглянув на дверь кабинета Морозова.

- Ты что здесь делаешь? - шикнула Донская, вскакивая со своего места.

- Трудовые будни позвали пионерским горном, - развела я руками, оглядываясь по сторонам.

- Лучше бы твой барабанщик тебя позвал куда-нибудь. Уходи, - прошипела Танька, демонстрируя кулак.

- Не командуй, - устраиваясь на ее месте с деловым видом, закинула я ноги на стол.

- Варя, - вскинув взгляд в потолок, мученически произнесла Татьяна, - ну будь ты паинькой, иди домой, а? Морозов все равно дал тебе выходной, а мне, - переходя на рычание, продолжила она, - необходимо построить личную жизнь. Но с вами это сделать невозможно. Сначала эта профурсетка, - имея в виду, скорее всего, Катьку, скривилась Донская, - теперь ты. Вы сговорились, - собирая документы с пола, бурчала Танька, будто запрыгнуть в последний вагон у нее не получилось.

- Не могу домой, - шмыгнув носом, потупила я взор, - там Кириллов.

- И что? Он тебе разонравился?

- Нет, - замотала я отчаянно головой, - но лучше бы да. Он проломил мою и без того шаткую оборону, и идти мне в общем некуда.

- Варя, - грозно потрясла надо мной Танька клавиатурой, - не вынуждай скромную и тихую девушку прибегать к решительным мерам. Если Роман тебя увидит, то все... Я останусь старой девой.

- Таньк, ты его любишь? - потянувшись в кресле, поинтересовалась я.

Наверное, на солнце в это утро были вспышки, иначе сложно объяснить, отчего меня так влекло к философским темам. Хотелось потягивать медленно вкусный напиток, кутаться в майские ароматы и вести неспешные беседы. Может, офис и не лучший вариант для этого, но идти мне больше некуда было, к сожалению. Обычно в стрессовых ситуациях я знала, чем заняться, но в этот раз форс-мажор застиг меня врасплох.

- Романа что ли? - округлила она глаза, будто я спросила несусветную чушь. - Он пробуждает во мне все лучшее, - выпалила Танька, мечтательно вздохнув. - Рядом с ним мир другой...- сложив руки домиком, закатила Донская глаза, блаженно улыбнувшись... - А ты близка к тому, чтобы привнести в этой мир хаос, - ткнула Танька пальцем мне в плечо, заставляя освободить место.

- Если я вдруг стану такой романтичной дурой когда-либо, направьте меня к психиатру сразу, - голос Катьки прозвучал набатом, заставляя нас вздрогнуть. - И чего так смотрите?!

А как не смотреть-то?! Катерина приковывала взгляд, заставляя открывать рты от зависти, я б на месте Таньки возле входа в приемную поставила бы капкан специально вот для таких. Потому что это стройная длинноногая блондинка с роковым взглядом способна была пронзить сердце любого стрелой. Думаю, даже толстощекие амуры при взгляде на Катерину лишь качали головами, считая, что она в силах очаровать любого и без их помощи.