Близнецы от босса. Моя маленькая тайна

Подходим к внедорожнику, открываю дверь, помогаю малышам забраться на заднее пассажирское сидение. Усаживаю в специальные автокресла и пристегиваю.

— Удобно? — уточняю. Проверяю ремни, не жмут ли где. Для меня сейчас важна каждая мелочь. Я хочу, чтобы моим деткам было хорошо.

— Да.— Настя кивает. — Красивое, — с интересом рассматривает специальный дорожный детский стол.

— Это тебе, — защелкиваю столешницу так, чтобы малышка без труда могла играть в различные игры. Открываю небольшой рюкзак, где собраны занимательные вещицы. — И это тоже, — киваю на него.

— А мне? — Ваня спрашивает с тревогой. В глазах застыло разочарование вкупе с ожиданием. Малыш почему-то настраивается на отрицательный ответ.

— Тебе тоже есть, — достаю голубой рюкзак, протягиваю сыну. Он, счастливо улыбаясь, принимает его из моих рук.

— Спасибо, — прижимает к груди, затем отстраняет и хочет открыть.

— Подожди, — прошу Ванечку. — Давай столик закрепим, — показываю на пластиковую столешницу, что держу в руках.

— Мне и стол тоже есть? — удивляется мальчик.

— Конечно! — улыбаюсь сквозь слезы. Испытываемые чувства словами не передать. — У вас всего поровну будет, — заверяю сынишку. — Поверь, я люблю и тебя, и Настеньку одинаково сильно, — произношу, глядя Ванечке прямо в глаза.

Он молчит. Кусает губы. Из глаз льются слезы, между нами падает очередная стена.

Вытаскиваю сына из кресла, сажаю к себе на колени, обнимаю. Он меня обнимает в ответ.

Покрываю Ванечку поцелуями, шепчу нежности, даю обещания. Глажу по голове, по спине.

Мальчик мой… Родненький, любимый, дорогой! Ты самый замечательный и чуткий сынишка на свете! Все у нас с тобой будет хорошо!

Ваня плачет. Тихо так, практически бесшумно. Он привык быть защитником. Старшим. Привык отвечать за себя и сестру, нести ответственность за поступки. И получать за них…сполна.

Валентин, ну и скотина же ты! Ваня всего лишь маленький мальчик! Ему любовь и ласка нужны, а не муштра и наказание.

— Ш-ш-ш, — успокаиваю сына. — Все в порядке, — шепчу ему на ухо. — Мамочка рядом. Больше тебя никто не обидит. Я не позволю! — обещаю ему.

— А если опять нас заберут? — спрашивает, не скрывая своего страха. Смотрит на меня своими невероятными глазами, аж внутри все переворачивается! Там столько чувств!

— Не заберут! — произношу четко и твердо. — Я никому никогда больше не позволю вас забрать!

— Спасибо, — шепчет Ванечка, вытирая слезы. Он мне верит. Я просто обязана эту веру сохранить.

— Я твоя мама, — улыбаюсь сквозь слезы. От образовавшегося в горле кома становится тяжело говорить. — И я люблю тебя. Сильно.

Сын ничего не отвечает,лишь крепче обнимает меня.

Какое-то время мы так и сидим. Настя играет, Ваня у меня на коленях. Я напряженно смотрю за тонированное стекло.

Поджилки трясутся от страха. А если кто нас заметит? Если Валентин придет прямо сейчас и дети побегут к нему?

Нужно уезжать! Но Антона нет… Брат ушел за щенком и не возвращается.

Страшно… Я совершенно беспомощна против Семенова. И это просто ужасно осознавать.

Из-за угла выворачивает Антон. В руках держит собаку. Быстрым уверенным шагом направляется прямо к нам.

Даже не собираюсь спрашивать, как ему удалось забрать щенка. В конкретном случае чем меньше я знаю, тем лучше.

Он переходит дорогу, кивает кому-то. До нас остается всего лишь пара десятков шагов.