Мой тайный миллиардер

– Нет, такого я у меня точно нет.

– Плохо дело, – потираю я в задумчивости затылок.

– А что, без них никак?

– Ну почему, – вдруг приходит мне в голову дурацкая идея. – Есть один вариант. Он, конечно, сомнительный, но надеюсь, нам подойдёт.

Поднимаю из мокрой кучи вещей свои штаны, лезу в карман, достаю квадратик фольги. Надрываю край, извлекаю оттуда резиновое изделие номер два. Оборачиваюсь на Василису, она замерла с открытым ртом.

– Это что? Вы совсем уже? – багровеет она. – Нет! Мне такой вариант точно не подходит!

– Да не кричи ты, Вась! Это не то, что ты подумала. Ножницы дай.

– Зачем? – хмурится сердито.

– Снежинки вырезать из него буду! – смеюсь я. – На трубу его намотаю, будет отличный уплотнитель!

– А-а-а! – кривится она. – А по-другому никак?

– Ну, предложи свой вариант.

– Хорошо, держите, – достаёт из кухонного ящика ножницы, протягивает мне, при этом недовольно поджимает губы. – Хорошо, что этот материал, – кивает на презерватив, – у вас на последнем вызове не закончился, – ядовито добавляет она.

Её реакция заставляет меня улыбнуться. Мне кажется, или похоже на ревность? Как интересно.

– Ну так я мужчина свободный, поэтому «такой материал» мне важно всегда иметь под рукой, – посмеиваюсь я.

– Не сомневаюсь, – фыркает Василиса и выходит из комнаты.

Ну да, пойди позлись немного, Васенька. Я с трубой пока закончу, а потом мы выясним наши статусы подробнее!

Возвращаюсь к трубе, наматываю разрезанный презерватив на жалкие остатки резьбы, прикручиваю трубу на место. Обращаюсь с этой железной заразой очень нежно, чтобы опять не сломать.

Так! Вроде держится, хоть и на соплях.

Ну, с Богом!

– Василиса, – зову её. – Включай воду!

– А что? Уже всё? – удивляется она.

– Если повезёт, то да! Пробуй!

А я пока помолюсь ещё раз. Без высших сил мне эту трубу гадскую не победить!

Василиса шуршит чем-то около входа, потом я слышу шум воды, и с замиранием сердца слежу за трубой.

– Не течёт! – победоносно заявляю я.

– Отлично! – возвращается Василиса. – Вы волшебник! – расцветает улыбка на её губах.

– Не вы. Ты! – улыбаюсь в ответ. – Меня Миша зовут, – напоминаю ей.

– Я запомнила. И сколько я вам должна за вызов?

– Один бокал!

– Что? – не понимает она.

– Один бокал шампанского под ёлочкой. Кстати, у меня с собой! Нам на работе сегодня в качестве поздравлений выдали, – показываю на бутылку Асти, которая стоит рядом с раскрытой коробкой инструментов.

– Хорошие у вас подарки, – хмурится она.

– Ну вот какие есть. Так что? Выпьешь со мной? А то до Нового года осталось совсем немного, а меня дома никто не ждёт!

– Выпью. Только позже. Сейчас вот убрать надо всё, а вы подождите в гостиной. Я вещи ваши на батарее развешу, пусть сохнут, а то как же вы мокрый по морозу.

– Добрая ты моя Снегурочка! Не выгонишь на мороз в таком виде? – развожу руками, демонстрируя свои розовые тапки и халат, который еле сходится у меня на груди.

– Нет! – улыбается она. – Пусть вещи сохнут! А вы мне хоть шампанское откроете, а то я сама не умею! И Новый год с нами встретите. Я еды много наготовила, мы сами всё равно не поедим.

– «Ты», Василиса! «Ты»! И я с удовольствием помогу всё убрать и накрыть. Всё, что скажешь. Так что неси тряпку, будем мыть!

– Нет! – упрямо поджимает губки. – Помою я всё сама! И на стол накрою! А вы… ты, пойди, телевизор посмотри.

– Как скажешь, командир, но если что-то нужно, зови!

– Хорошо, – улыбается она. – А ты давно в нашем городке? – задаёт вдруг вопрос.

– Нет. Недавно совсем. Я из столицы переехал.

– М-м-м, понятно.

Вижу, что её подмывает спросить что-то ещё, но она сдерживается. А я не спешу ничего рассказывать, потому что легенду ещё особенно не придумал и могу лохануться на каждом шагу.

Смываюсь в гостиную, осматриваюсь внимательнее. Комната небольшая, но очень уютная. На полу цветастый ковёр, диван, укрытый плюшевым пледом, старенькая стенка, посередине телевизор. У окна разноцветными огнями светится елка.

Старомодно? Да!

Безвкусно? Возможно!

Зато так тепло и уютно. Я от этого отвык.

Сажусь на диван, включаю телевизор. Василиса суетится на кухне, а мне вдруг становится так хорошо, по-домашнему тепло.

Вот моя мечта! Чтобы такая милая красавица создавала уют, а рядом бегали наши дети… Чтобы дружно, весело, по-семейному…

Кайф!

Прикрываю в блаженстве глаза, рассматриваю огни ёлки, телевизор бубнит что-то там новогоднее…

Начинаю постепенно уплывать в сон, в котором я вижу Василису… Она такая сказочно красивая, нежная, ласковая… Я тону в её взгляде, тянусь к ней губами…

Почти улетаю в эйфорию…

Как вдруг на меня льётся что-то мокрое, ледяное, противное!

– А-а-а!

Глава 4.

Вскакиваю.

Передо мной стоит маленький белокурый варвар с детским поливальником в руках, и с хитрой улыбочкой говорит:

– Плоснулся?

– Ты совсем уже? – отряхиваюсь от воды. Да что ж это за день сегодня такой? Я так часто душ не привык принимать, да ещё и ледяной.

– Неть! Я тебя будила, а ты длых как сулок! А я тебя с пуливальничка полила! Так мама всегда говолит, когда Милка в школу вставать не хочет.

– И мама Милу поливает?

– Неть. Только лугается. А я лешила на тебе поплобовать. Милку жалко поливать, а тебя неть!

– Вот значит как! Не жалко? А если я тебя сейчас поймаю? – встаю, пытаюсь схватить разбойницу, она с визгом летит на кухню, прячется за Василису.

– Мамоська! Спаси! Он меня укласть хочет!

– Поля, что случилось?

– Да нормально всё! – успокаиваю девушку. – Знакомимся! Поля решила, что мне душа мало было. Добавила, – отряхиваю я воду с волос, Василиса озадаченно смотрит на мокрые разводы на халате.

– Поля, ты что сделала?

– А чего он длыхнет! Сколо Новый год. Дед Молоз так мимо плойдет!

– А Мила где?

– А Мила тозе спит. Я её тозе хотела с пуливальника полить.

– Так! Прекратить всех поливать! Сейчас в угол пойдёшь!

– Не хотю-ю-ю! – начинает реветь хулиганка.

– Прости её. Она у меня шкода, – вздыхает Василиса.

– Это я уже понял.

– У меня всё готово. Осталось стол накрыть.

– Отлично! – смотрю на часы, до полуночи остаётся двадцать минут. – Надо торопиться!

Я помогаю Василисе разложить стол в гостиной, она накрывает его ажурной красивой скатертью.

А потом мы в спешке носим тарелки, салаты с кухни, какие-то неведомые мне, но бесподобно пахнущие закуски. Под ногами путается Полинка, но тоже пытается помогать.

Я себя ощущаю почти ребёнком. Когда я был мальчишкой, также путался под ногами у родителей, помогал с тарелками и с замиранием сердца ждал подарков от Деда Мороза.

Когда уже почти всё готово, из комнаты выходит заспанная Мила.

– Мам! – трёт она глазки. – Я не проспала Новый год?

Я рассматриваю девочку внимательнее. Лет семь ей. Волосы длинные, русые, как у матери, только глаза не голубые, а карие.

– Нет! – успокаивает её Вася. – Не проспала. Иди, надевай красивое платье, как раз успеешь!

– А мне платя! – прыгает у ног Поля.

– И тебе сейчас наденем, пойдём! – ведёт девочку в спальню. – Ты присаживайся пока, Миш. Мы сейчас!

Пока девчонки убегают, я иду на кухню, там на батарее развешены мои вещи. Пробую. Футболка почти высохла, штаны ещё сыроваты, но уже не так критично. Толстовка ещё совсем мокрая. Ну и ладно. Срываю с себя розовое убожество, надеваю свои родные вещи. Вот! Так я себя значительно увереннее чувствую.

Возвращаюсь в гостиную, делаю громче телевизор. Президент начинает толкать стандартную новогоднюю речь. Я готовлю бокалы, и в момент, когда начинают бить куранты, девчонки возвращаются шумной толпой, я хлопком открываю шампанское, малышки визжат, Василиса смеётся. На ней такое красивое небесно-голубое платье, волосы она распустила и теперь похожа на нежную сказочную принцессу. Я любуюсь её очаровательной улыбкой,

подаю ей наполненный искрящимся напитком бокал.

– С Новым годом, красавица!

– С Новым годом, Миша!

Мы зависаем глаза в глаза. И пусть потом все скажут, что я сумасшедший, но я чувствую между нами магию. Не могу удержаться, делаю ещё полшага вперёд, она тоже подаётся навстречу. Мне безумно хочется её поцеловать, но рядом дети, которые с интересом разглядывают нас. И Василиса опускает глаза.

– Загадала желание? – шепчу я ей.

– Да! А ты?

Снова взгляд в самую душу. Как будто пытается угадать мои мысли. А они все о тебе, красавица. И желания тоже.

– Загадал. И очень хочу, чтобы оно сбылось!

– Главное верить и очень хотеть этого. Даже если желание кажется нереальным, – шепчет Василиса.

– Я верю. И очень хочу.

– Мам! Мам! Пойдём смотлеть фейелвелки! – дёргает Василису за руку младшая.

– Да, Поля, пойдём одеваться!

На улице уже слышны крики отмечающих праздник соседей, и первые взрывы петард.

Пока Василиса одевает малышек, я накидываю свой тулуп и спешу во двор первым. У меня есть идея, чем порадовать маленьких проказниц.

Иду к разделяющему наши участки заборчику, перепрыгиваю через него легко, и бегу в гараж. Там у меня в багажнике лежит целый ящик фейрверков. Вспоминаю, что ключи в доме. Залетаю в дом, меня тормозит мама.

– Явился, кот блудливый, и опять убегать! – упирает она руки в бока. – Уже Василиску поди охмурил?

– А чего это ты так? Сама ж мне её сватала.

– Ну так я ж шутила, а ты и правда! Сейчас запудришь мозги девочке и уедешь в свою Москву к своей тощей швабре! А мне её утешать потом?

– Я её с собой заберу! Не ругайся!

– Знаю я вас! Мужиков! Смотри мне, Мишка! Обидишь Василису, я тебе уши как в детстве надеру!

– Надерёшь, надерёшь, только подыграй мне пока. Василиса думает, что я обычный мужик, сантехник. Надо мне так. Я потом объясню.

– И чего мне говорить теперь? – удивлённо застывает мама.

– А ничего. Скажешь, что я тебе не сын, а племянник. Работаю в ЖЭКе, сантехником, живу у тебя временно. Хорошо?

– Ты совсем дурной или как?

– Ты Василису в невестки хочешь?

– Хочу!

– Вот! Значит, помогай мне, а не мешай.

– Ладно! Иди! Кот-потаскун! Чего прискакал-то?

– Надо! – хватаю ключи, иду в гараж, забираю всё, что нужно и бегу назад.

Девчонки смеются, валяются опять в сугробах с собакой. Василиса стоит задумчивая, грустная.

Потеряла меня, красавица? Зря. Ставлю ящик на снег, подкрадываюсь к ней тихонько сзади. И только хочу поймать, как слышу грозный рык и агрессивный собачий лай. Только успеваю сгруппироваться, как на меня прыгает пёс, чуть не заваливая в снег, жутко клацая зубами.

– Амур! Фу! – кричит Василиса. – Уйди! Свои! Фу! – оттаскивает от меня собаку.

– Да! – выдыхаю я. – Опасная ты женщина!

– Укусил? Нет? – обеспокоенно заглядывает мне в глаза Василиса.

– Нет! За рукав цапнул. Но мне срочно требуется успокоительное.

– Какое? – хмурится Вася. А я пользуюсь её растерянностью и тем, что дети снова носятся с собакой и на нас не смотрят. Ловлю её алые, нежно подрагивающие губы, и мы улетаем в волшебный поцелуй под взрывы новогодних фейерверков.

Секунды летят, нам безумно хорошо, но красавица моя, похоже, приходит в себя. Губы её застывают, как и сама она в моих руках.

– Что такое? – шепчу ей в ушко.

– Странно это…

– Что странно?

– То, как мы встретились.

– Это судьба, – обнимаю её, она утыкается холодным носом мне в шею.

– Вот я и говорю, странная эта судьба.

– Нормальная! Влюбиться в Новый год, это же круто!

– И часто ты так … влюбляешься?

Понятно. Вопрос с подвохом.

– Так, первый раз, – отвечаю как на духу. – И поскольку праздник продолжается, давайте праздновать! Ну что, бандитки, – зову я девочек. – Настоящий фейерверк запускать будем?

– Да! – скачет Поля рядом, Мила же настороженно поглядывает, но тоже подходит. Интересно и ей.

– Пойдёмте! Будем поджигать!

Ставлю коробку с фейерверком посередине двора, поджигаю фитиль, и когда в воздух вырываются первые яркие взрывы, все замирают в восхищении.

– Ура!

– Круто! – прыгают проказницы, и даже Амур начинает грозно гавкать на летящие заряды.

Когда всё стихает, Василиса внимательно разглядывает меня.

– И откуда такие сюрпризы? Тоже на работе подарок выдали?

– Эм… почти!

– Что-то ты недоговариваешь, – прищуривается.

– На самом деле, мы с тобой соседи, – решаю я выдать часть информации.

– Да ну? Каким это образом? У меня тут рядом никого похожего отродясь не было.

– А я племянник тёть Тони Игнатовой. Она меня пригласила пожить, пока я жильё не найду.

– Да ладно. Я в гостях у тёти Тони была и никаких там племянников не видела.

– Так я же целый день на работе. Вызовов полно. То порыв, то кран поменять. Часто задерживаться приходиться. К тёте Тоне только ночевать приходил, – вижу, враньё моё заходит туго. Василиса смотрит с недоверием.

Вдруг в калитку заходит моя мама с бутылкой шампанского и какой-то тарелкой в руках. Вот она-то сейчас, чувствую, или спасёт меня, или вконец потопит.

– С Новым годом, соседушка! Я вот обормота этого, племянничка своего, жду-жду домой, а он вон где оказывается!

– С Новый годом, тёть Тоня. Я Василисе трубу чинил, задержался, вот и пришлось праздник здесь встречать.

– Да это я уж поняла. Вот, принесла вам мантов для угощения. Для Миши специально готовила, а он всё прогулять удумал!

– Так вы в дом проходите, тёть Тонь! – зовёт гостеприимная моя Василиса. – Я как раз только стол накрыла. Миша мне и правда трубу починил, а я его даже ещё не угостила ничем.

– Ну пойдём, соседушка, пойдём.

Идём все вместе в дом. Чувствую напряжение и от мамы, и от Василисы. Дебильная ситуация. И мама мне тут вообще не в тему! Надо будет её сейчас быстренько домой отправить.

Но она и не думает уходить! Сидит, нахваливает закуски на столе, подкладывает мне в тарелку разной еды. Всё вкусное очень, но я уже готов лопнуть от количества съеденного.

Девчушки уже распотрошили подарки от Деда Мороза, и счастливые играют у ёлки. Минут через десять Поля засыпает на руках у Василисы, да и Мила уже явно хочет спать. Василиса уходит укладывать детей.

– Мама, тебе пора! – шиплю я.

– А что? Мешаю?

– Мама! Я сам разберусь!

– Разберёшься ты, как же! Так и помрёшь холостым. Всё, молчи!

К нас возвращается Василиса.

– И как давно ты у тёти живёшь? – начинает задавать вопросы.

И только я хочу ответить, как меня перебивает мама:

– Да недавно совсем. Недели две как. Я Мишеньку в ЖЭК наш устроила. У меня там бригадир знакомый, Пал Палыч. А Миша парень рукастый, все умеет.

– Тёть, хватит, – перебиваю мать, играя ей бровями, пытаясь урезонить. Но с мамой такой номер не проходит.

– Ну ладно тебе, племянничек! Что я, не могу правду соседке рассказать! Ты же у меня скромный, сам себя не похвалишь!

– Тёть! – уже почти рычу.

– Так, понятно, мешаю вам тут, молодёжь! – недовольно поджимает губы. – Ладно! Вы дальше гуляйте, а я домой пойду. Я встала рано, уже спать хочу.

Поднимается из-за стола, идёт к выходу. И уже у самых дверей выдаёт:

– А ты присмотрись, Василиса! Миша у меня холостой, и я вас как рядом увидела, так сразу поняла, вы – идеально подходите друг другу!

Убиваю мать взглядом, но это не помогает.

Мама уходит, а я смотрю на Василису – она вдруг стала как снежинка. Губы поджаты, взгляд холодный. Да уж, спасибо тебе, мама! Помогла.

– Михаил, – вздыхает решительно Василиса. – Мне кажется, вам тоже пора!

– Вась, ты чего, – протягиваю руку, хочу заправить прядь волос ей за ушко, но она отходит на шаг, отдаляясь от меня ещё больше.

– Миш, спасибо, что с трубой помог, но как-то всё это так неприятно и неудобно получилось. Я просто … может, повела себя немного … не знаю… ты подумал не то… короче…

– Стоп! Василиса, послушай, – перебиваю её сбивчивую речь. – Ты себя прекрасно повела. Ты вообще самая прекрасная девушка! Не надо сомневаться и …

– Нет, Миш! Ты красиво говоришь, но … – оглядывается нерешительно, на глазах уже дрожат слёзы. – Уходи!

И сама бросается бежать. Я за ней. Догоняю её на кухне. Ловлю со спины за подрагивающие плечи.

– Ты из-за тёти расстроилась? Она глупостей наговорила, но она к тебе хорошо относится.

– Нет! Не надо! Просто уходи! Ты поиграешься сейчас, а меня потом опять все будут полоскать. Мне одной лучше!

– Вась!

– Всё! Уходи я сказала!!! – срывается она на крик, из глаз её катятся слёзы, а я понимаю, если уйду сейчас, то всё! Не видать мне больше Василису.

Но сдаваться так просто я не собираюсь. Мы сверлим друг друга гневными взглядами, а потом я просто сгребаю её в объятия, впиваюсь злым поцелуем в неласковые губы, Василиса сопротивляется, бьёт меня по груди кулачками, царапается, но мне всё равно. Постепенно она сдаётся, начинает отвечать на поцелуй, и вот мы уже забываем о гневе, разногласиях, мгновенно вспыхивая страстью, я толкаю её вперёд, усаживаю на стол, прижимая её жарче, ближе смелее.

И в тот момент, когда накал между нами становится совсем нешуточным, я вдруг слышу странное шипение, не сразу понимаю, что это может быть, а когда до меня начинает доходить, и я отрываюсь от Василисы, наклоняюсь над раковиной и … получаю очередную порцию холодного душа!

Чёртова труба! Ну не могла ты потерпеть ещё хотя бы часик!

Глава 5.

– Р-р-р! Зараза! – ругаюсь я, пока Василиса бежит опять перекрывать воду.

Когда фонтан успокаивается, осматриваю злосчастную трубу и понимаю, что больше примотать соплями ничего не получится. Теперь только менять трубу целиком. А для этого у меня ни инструментов, ни материала.

– Ну что там? – спрашивает Василиса из-за спины.

– Плохо дело. Нужен капитальный ремонт.

– Прямо капитальный?

– Да. Но ты не переживай. Я этим завтра займусь.

– Но у тебя же выходной, тебе же отдохнуть надо…

– Так, женщина! Я сам знаю, что мне надо, а что не надо! Вы завтра с девочками дома? Никуда уходить не планируете?

– Нет.

– Вот! Просто жди готового!

И как бы мне ни хотелось остаться, но я выпинываю себя из дома Василисы. Потому что понимаю, нельзя с ней на таких скоростях. Если передавлю, потом ничего не получу.

Утром, как только просыпаюсь, срываюсь в город. Но практически все магазины закрыты. Работают еще кое-какие продуктовые, но не строительные.

Немудрено. Какому идиоту приспичит первого января ремонт устраивать?

Правильно, только влюбленному идиоту.

Вот и ношусь я по городу, в поисках того, что мне нужно. На одном из закрытых магазинов нахожу указанный телефон хозяина. Отлично!

Набираю. Ответивший мужик явно первые минуты три не может врубиться, что мне от него надо, но потом начинает потихоньку въезжать.

– Так закрыт магазин! До третьего числа! Там же написано! – начинает злиться.

– Это я видел! Но мне нужно все сегодня!

– Да иди ты…

– Сто тысяч, – перебиваю его.

– Чего?

– Заплачу тебе сто тысяч, если ты сейчас приедешь и продашь мне все, что нужно.

– Как это?

– Вот так! Просто! Причем это сверх суммы за покупки!

– Да ты гонишь!

– Окей!

Отключаюсь, перевожу ему по номеру телефона сотку. Он тут же перезванивает сам.

– Это развод какой-то?

– Нет! Просто мне срочно нужны материалы. Или ты сейчас приедешь, или я найду тебя и спрошу с процентами! Еще вопросы есть?

– Нет. Сейчас буду.

Через десять минут на такси приезжает помятый хозяин с явным перегаром. Посматривает на меня с опаской. Но открывает магазин.

– Выбирай!

– А вот здесь ты мне тоже должен помочь. Хочешь еще сотку?

Вот так я себе нашел “напарника”. Зовут его Николай, по легенде он мой коллега, тоже сантехник. Согласился поработать на меня. Мужик грамотный, помог мне выбрать все необходимое, ну и в водопроводах точно шарит лучше меня. Поэтому едет со мной.

По дороге назад я покупаю торт, детям разные сладости, и два плюшевых зайца. Розового и голубого. Еще букет цветов бы найти, но с цветочными проблема похлеще сантехники.

Ладно, цветы оставим на следующий раз.

Василиса удивлена развернувшейся бурной деятельностью. Но пока молчит, только недовольно поджимает губы. Скорее всего переживает, что ей счет предъявим. Глупая. Знала бы она, что для меня этот водопровод – копейки. Но главное сейчас правильно все обыграть, чтобы мои инициативы не обернулись против меня.

Мы с Николаем меняем трубы во всем доме на современные пластиковые, а заодно кран на кухне и в ванной.

– Миша! – ловит меня за рукав Василиса. – Откуда все это. Я же не просила…

– Тихо! Не надо переживать.

– Ты мне скажи, сколько это все будет стоить…

– Один поцелуй, – шепчу ей на ушко.

– Нет, Михаил! – возмущенно.

– Да, Василиса! Можно даже в щечку, но лучше в губы. И желательно так, как вчера перед тем, как нам все испортила эта злосчастная труба! Я именно поэтому решил не рисковать больше и поменять все наверняка! Чтобы такие мелочи больше нас не прерывали!

– Миш… – начинают алеть ее щеки.

– Все! С тебя ужин! Я вчера так и не попробовал твой пирог.

До вечера у нас уже все готово. Николай – отличный мужик, много чего я узнал о тонкостях работы сантехника, теперь, думаю, полегче будет Василисе лапшу на уши вешать. Хотя, что-то меня начинает напрягать все это вранье. Но сделанного не вернешь, теперь уже нужно идти до конца.

Николай уезжает на такси, я ухожу домой переодеться, Василиса наводит порядок, готовит ужин. И точно меня ждет! Это так приятно, что сложно передать.

Поднимаюсь в свою комнату, телефон вздрагивает вибро-звонком. Опять Инга! Я уже сбросил несколько вызовов от нее, но она очень настойчива. Решаю ответить и поставить точку в наших отношениях.

– Привет!

– Котя, привет! Ты занят? Почему не отвечаешь? – начинает она игриво.

– Да, Инга! Я занят, – обрываю сразу. – И еще. Мне нужно сказать тебе важную вещь. Мы расстаемся. Услышала меня? – говорю жестко, чтобы сразу дошло.

– Ч-что? Миш, ты что? Ты… – начинает бормотать.

– Я спросил, ты услышала, или мне повторить?

– Услышала, но…

– Никаких “но”. Я так решил! Отдых твой оплачен, все мои подарки, включая машину – все твое! Аренда квартиры оплачена на полгода вперед. За это время, я думаю, найдешь себе другого мужчину. Всего хорошего! Пока!

Отключаюсь, потому что знаю, дальше последуют слезы, уговоры, истерики. Они мне совершенно не нужны.

Куда интереснее, как меня встретит Василиса. Она явно не согласна на мое предложение насчет оплаты работы поцелуем, и продолжает париться о стоимости водопровода.

Вот сразу видно разницу. Инге бы даже в голову не пришло предлагать мне вернуть деньги. У нее образ жизни устроен так, что за нее всегда и везде платят мужики.

Нет, это нормально для того мира, в котором я привык вращаться, но продается там чаще тело, наигранные чувства, фальшь.