Похищенная истинная ректора-дракона

Проснулась от тяжелых ударов и звона битого стекла. В узком коридоре блока слышались крики, возня и глухие шлепки. Я спросонок подскочила в кровати, не понимая, что происходит. В следующее мгновение дверь сорвало с петель.

— Встать! — рявкнул Калеб, врываясь к нам в одних подштанниках, но зато с коротким клинком в руке.

Я вжалась в стенку, с ужасом глядя на потасовку, в которой участвовало не меньше пятнадцати человек. Судя по цвету униформы, к нам заявились друзья того рыжего парня, которому Дакс вчера сломал руку.

— Защищать объект! — скомандовала Мика, метнув с кровати стилет в первого нападавшего, ворвавшегося к нам. Тот взвыл, хватаясь за пробитое плечо.

Началась настоящая мясорубка. В тесном пространстве блока сложно было разобраться, где свои, а где чужие. Я видела только удары, слышала хрипы и чувствовала запах крови. Моя охрана дралась отчаянно. Дакс ломал кости с пугающим хладнокровием, Роэн работал кастетами, превращая лица нападавших в кровавое месиво. Но адепты брали количеством и перли напролом, не взирая на потери.

Какой-то здоровяк с бычьей шеей прорвался через заслон и прижал меня к стене.

— Ты! — прорычал он, замахиваясь обрезком трубы. — Из-за тебя, сука!

Я инстинктивно вскинула руки, пытаясь защититься. Внутри меня бесновался хаос, но он не мог прорваться через блокировку проклятого камня. Наоборот, кулон вспыхнул черным светом, наказывая меня жесткой отдачей. Боль пронзила грудную клетку так, словно в сердце вогнали раскаленный гвоздь.

— Агрх! — я согнулась пополам, хватая ртом воздух.

Здоровяк ухмыльнулся, обрушивая на меня удар. Я инстинктивно сжалась, ожидая, что мне размозжит голову. Но в последний момент Калеб бросился ко мне, закрывая собой. В лицо брызнула горячая кровь.

— Назад! — Калеб покачнулся, сплевывая красную пену. — Прячься, живо!

Я забилась в дальний угол и сползла по стене, дрожащими пальцами стирая чужую кровь со щеки. Меня трясло от ужаса и собственной беспомощности. Без магии я была всего лишь испуганной девчонкой в мире монстров.

Мои защитники истекали кровью, а я даже не могла поставить простейший щит. Ненависть к Эдриану затопила сознание горячей волной. Мало того, что этот древний кусок дерьма меня похитил, так еще и лишил возможности сопротивляться, бросив в клетку со львами.

Бой стих так же внезапно, как и начался. Раздался свисток дежурного, послышался грохот сапог охраны. Нападавшие, которые еще держались на ногах, сбежали, чтобы не подпасть под разборки. Нам же деваться из собственных комнат было некуда.

Коридор напоминал поле битвы. Трое нападавших лежали без движения. Дакс держался за сломанные ребра, Роэн потерял сознание. Калеб сидел у стены, зажимая жуткую рану на голове, из которой сочилась кровь. Только Мика и Сэми отделались царапинами.

— Всех к ректору! — рявкнул офицер, перешагивая через стонущего парня. — Живо! Раненых в лазарет!

И, разумеется, отдуваться за ночной погром пришлось нам. Я еле доползла до центрального корпуса, не в силах отделаться от предательской дрожи в коленях.

Кабинет начальства воплощал в себе всю имперскую мощь. Сразу от входа в глаза бросался огромный стол из черного дерева. Затем внимание переключалось на масштабные карты на стенах, на которых сверкали магические линии, фигурки передвигались сами собой.

Генерал Кросс стоял у окна, заложив руки за спину. Здоровяк под два метра ростом, он казался пугающе огромным. Лысую, как бильярдный шар, голову покрывали старые шрамы. Когда он повернулся, я увидела глаза убийцы, лишенные жалости.

Нас, побитых и окровавленных, выстроили перед столом. Я едва держалась, чувствуя, как кулон высасывает силы.

— Потасовка в первый же день, — пророкотал Кросс, прохаживаясь вдоль нашей шеренги и осматривая каждого с головы до ног. — В результате которой трое оказались в лазарете, а еще двое — в карцере.

Он остановился возле меня, нависая огромной скалой. Я внутренне содрогнулась от скрытой мощи, исходящей от этого человека того, но заставила себя поднять голову и посмотреть ему в глаза.

— А ты, значит, та самая «особая» курсантка, — ректор скривился, словно прожевал лимон. — Из-за тебя, Ар'Дейн, мои лучшие бойцы превратились в фарш.

— Они напали первыми, — хрипло ответила я.

— Мне плевать, кто начал! — рявкнул Кросс, ударив кулаком по столу так, что чернильница подпрыгнула. — Важен результат! А он таков, что ты стояла и смотрела, пока твоих друзей убивали. Ты маг или кукла для битья? Почему не использовала дар? Испугалась? Забыла формулы?

— Я не могла, — слова комом застряли в горле.

Взгляд генерала зацепился за золотую лозу с черным обсидианом, которая пульсировала мертвым холодом.

— Что это? — он протянул руку к ожерелью, но не коснулся, отдернув в последний момент. — Блокиратор? Вы издеваетесь надо мной?! — заорал на куратора так, что лицо побагровело, а вены на шее вздулись. — Присылаете курсанта на обучение боевой магии и вешаете на него глушилку, способную остановить сердце дракона? Чему, скажите на милость, я должен ее учить? Теории? Вышиванию крестиком?

— Это мера предосторожности, мой генерал, — вмешалась Мика. — Жених леди Ар'Дейн беспокоится о ее безопасности. Ее дар нестабилен.

— Жених? — Кросс фыркнул. — Здесь не пансион для благородных девиц! Академия боевой магии — кузница кадров для фронта! Если она не может магичить, ей место на кухне, а не на полигоне! Снять эту дрянь! Немедленно!

— Невозможно, — куратор выступил вперед, кланяясь. — Артефакт завязан на ауру Его Высочества. Мы не имеем права...

— Плевать я хотел на права! — ревел ректор, брызжа слюной. — У меня есть план подготовки! Если эта девица завтра не выдаст хотя бы один огненный шар, отчислю за профнепригодность. И напишу рапорт императору о саботаже! Вон отсюда!

Глава 8

Мы поспешно вымелись из кабинета, и я только в коридоре поняла, что наказания нам не назначили. Можно сказать, отделались легким испугом. Я уже хотела направиться в комнату, чтобы привести себя в порядок, когда «карась» схватил меня за локоть, больно впиваясь костлявыми пальцами.

— Ты создаешь проблемы, — прошипел он.

— Меня не спрашивали, когда запихнули сюда! И уж тем более, не планировала таскать на себе блокиратор, — огрызнулась, вырывая руку. — Жалуйтесь своему хозяину.

— Уже, — буркнул он. — Жди в комнате и молись, чтобы он был в хорошем настроении.

Первую половину дня мы провели в комнате, прогуливая пары. Мика сходила в столовую и притащила бутерброды, которые мы умяли в сухомятку. Обсуждать происшествие никто не спешил. Мика и Сэми вели себя так, будто ничего не случилось, а их друзья не валялись в лазарете вместе с нападавшими.

Я занялась учебой, чтобы не свихнуться от скуки и удручающих мыслей. Не знаю, сколько времени мне предстояло провести в этой академии, но я хотя бы должна знать, что из себя представляют наши враги.

Эдриан появился к обеду, шагнув из сгустившейся тени в углу комнаты.

— Скучала? — криво усмехнулся он, окидывая меня цепким взглядом.

Я даже не пошевелилась, продолжая сидеть на кровати, обхватив руками колени и уставившись в учебник.

— Кросс требует снять блокировку, иначе меня отчислят, — произнесла безучастно.

Принц подошел ко мне, обдавая запахом гари и свежей крови. Где он был? Кого убил перед тем, как прийти сюда?

— Кросс — старый солдафон, — лениво протянул Эдриан, плюхаясь рядом. — Но он прав, что без магии ты ничему не научишься. — Протянул руку и коснулся кулона. Я дернулась, не понимая, чего он хочет. — Не бойся, — наклонился ко мне и принялся вычерчивать сложные узоры прямо по золоту оправы, изредка касаясь кожи. — Я не сниму его, но немного ослаблю воздействие.

Кулон нагрелся так сильно, что начал жечь кожу. Я закусила губу, чтобы не закричать. Однако уже через мгновение внутри меня что-то изменилось. Плотина не рухнула в одночасье, поток магии хлынул наружу жалкой струйкой.

— Вот так, — Эдриан убрал руку, любуясь результатом. — Теперь ты сможешь создавать простейшие чары. Этого довольно, чтобы старый дурак отстал, но недостаточно, чтобы навредить мне или сбежать.

Я глубоко вдохнула, пытаясь нащупать границы новых возможностей. Больше, чем на издевку, это послабление не тянуло. Он дал мне ложку воды в пустыне.

— Спасибо, — хмыкнула раздраженно. — Теперь я смогу зажечь свечку.

— Не стоит благодарности, Тайлис, — Эдриан рассмеялся. — И запомни: если попытаешься ударить в полную силу, кулон сожжет магические каналы. Ты станешь пустой. Поняла?

— Поняла, — процедила сквозь зубы.

— Вот и умница, — погладил по щеке. — Учись прилежно, пока я решаю государственные вопросы. И будь уверена, скоро я вплотную займусь тобой. — Коснулся невесомым поцелуем моего лба, вызывая волну отвращения. — Ты будешь принадлежать мне, Тайлис, хочешь того или нет, — шепнул на прощание, опаляя жарким дыханием ухо.

Эдриан исчез так же внезапно, как и появился, оставив после себя ощущение липкой гадливости. Я выдохнула с облегчением, испытывая невероятное желание смыть с себя липкие прикосновения.

Он думает, что контролирует меня? Как бы не так! Я должна выяснить, как работает этот кулон, и найти способ связаться с внешним миром.

В столовую мы отправились урезанным составом. Косились на нас не меньше прежнего, но хотя бы не трогали. Поначалу есть не хотелось, но один вид дымящейся похлебки и сочного стейка вызвал у меня голодную слюну. Сама не заметила, как опустошила тарелки. К слову, ни один из адептов не жаловался на отсутствие аппетита. Я еще на острове поняла, что еда помогает быстрее восстановить силы и потраченные резерв.

На паре по «Боевым плетениям» мои потуги создать хоть что-нибудь похожее на пульсар, вызвали у курсантов глумливые смешки. Преподаватель же смотрел на меня с брезгливым выражением лица, на котором читалось: «Я так и знал, что девушкам здесь не место. Они ни на что не способны». И это при том, что Мика и Сэми вполне справились с поставленными задачами. Мне же, как особо отличившейся на дом задали реферат по теме простых пульсаров, схем плетений и их особенностей.

Тащиться со мной в библиотеку явно никто не хотел, но и пренебречь своими обязанностями охранник не могли. Втроем проводили меня до читального зала, в котором царили тишина и запустение, и оставили Дакса за мной присматривать.

— Надеюсь, ты не будешь делать глупостей? — поинтересовался он, скидывая на дальний от выхода стол стопку учебников по нужной теме. Я мотнула головой, подтверждая, что неприятности мне не нужны. — Вот и отлично! Сиди здесь, а я пока найду себе удобное местечко и буду за тобой присматривать вполглаза.

Ага, заметила я, как Дакс морщился, изредка касаясь сломанных ребер. Кроме тугой повязки и зелья, ускоряющего регенерацию, ему вряд ли что-то поможет. Но, насколько я знала, более быстрому восстановлению способствовал постельный режим, который парень соблюдать не собирался. Зато воспользовался моментом, чтобы подремать, устроившись в оконной нише за тяжелыми портьерами.

Мне же лучше, когда никто не пялится и не маячит за спиной. К тому же, оказавшись в библиотеке, я сообразила, что могу поискать здесь информацию об ошейнике и способах его снять.

Старый библиотекарь, глухой как пень, как раз поковылял в свою каморку пить чай. Я еле дождалась, когда осталась одна, и тут же бросилась на поиски походящей литературы.

«История Империи», «Основы механики», «Паровые големы», — ничего подходящего на полках не находилось. И только в разделе артефакторики наткнулась на секцию «Древние магические патологии и артефакты подчинения».

Наугад вытащила тяжелый фолиант в переплете из натуральной кожи, открыла его и углубилась в изучение. Просматривала страницы по диагонали, выискивая знакомые слова, когда зацепилась взглядом за рисунок черной капли, оплетенной золотом.

«Слеза Зодчего» — нашла описание древнего артефакта подавления воли.

«...создан для контроля над сущностями хаоса. Питается жизненной силой носителя. Полная блокировка снимается только кровью создателя или...»

Или чем? — моему разочарованию не было предела. — Самую важную страницу из книги безжалостно вырвали.

— Черт! — в ярости ударила кулаком по шкафу.

Но я не сдалась, продолжала искать. Если артефакт невозможно снять, может, его можно обмануть?

В другом томе, посвященном теории эфирных волн, наткнулась на сноску мелким шрифтом: «При резонансе связи истинной пары возможен пробой блокирующих полей через эмоциональный всплеск высокой интенсивности».

Эмоциональный всплеск. Я вспомнила тот день на корабле, когда Эдриан пытался поцеловать меня, и метка вспыхнула, реагируя на вторжение. Значит, мне не требовалась сложная магия. Я должна чувствовать так сильно, чтобы прожечь дыру в блокираторе.

Шорох за спиной заставил меня подпрыгнуть. Я резко захлопнула книгу и сунула ее обратно на полку. Из-за стеллажа бесшумно вышел Дакс.

— Ищешь способ сбежать, Ар'Дейн? — поинтересовался он, прислонившись плечом к книжному стеллажу.

Глава 9

— Ищу способ выжить, — скрипнула зубами. — Доложишь Эдриану, что я читаю книжки?

— Я здесь лишь затем, чтобы тебя никто не тронул, — усмехнулся Дакс, направляясь обратно к оконной нише. — Эдриану нет дела до того, что ты читаешь. Займись лучше рефератом. Библиотекарь проснется через десять минут.

Он не сдаст меня? — с удивлением посмотрела парню вслед. — Почему? Выходит, даже у верных псов Эдриана есть свои секреты?

Следующие несколько дней слились в единую серую массу, пропитанную усиленной зубрежкой и потом тяжелых тренировок. Мне казалось, что преподаватели так не издевались надо мной, как мои же охранники, заставляя до изнеможения отжиматься, приседать или бегать.

Кадеты даже на время забыли о моем существовании, с жадностью вгрызаясь в науки и не вылезая с боевых полигонов. А все потому, что в Ферриан пришла война. Об этом не говорили вслух, но тягостное ощущение висело в воздухе и слышалось в каждом слове перешептывающихся курсантов.

Империя вступила в открытое противостояние с Рейнаром Драксом. Один единственный дракон против могущественной империи, которую раздирали междоусобные войны и грызня наследников за власть.

Новости и печальные сводки с границ разлетались, как горячие пирожки. Впервые я услышала об этом в столовой.

— Говорят, Дракс сжег три эсминца у побережья, — прошептал прыщавый первокурсник, брызгая слюной от возбуждения. — Просто расплавил обшивку, как воск. Там никто не выжил. Парни сварились заживо в собственных каютах.

— Тварь, — сплюнул его сосед, сжимая ложку так, что она согнулась. — Мой брат на «Железном ястребе» служит. Если этот ящер доберется до него... Я лично вырву ему сердце.

Сердце пропустило удар. Они говорили о моем Рейнаре, как о чудовище и безумном убийце, жаждущим крови. Но я знала, почему дракон сжигает корабли. Он ищет меня. Просто хочет вернуть то, что у него украли.

«Я здесь, — мысленно кричала, касаясь холодного обсидиана на груди. — Найти меня, пожалуйста».

Но Эдриан знал, что делал, когда бросил меня в котел, где ненависть к драконам возвели в абсолют. С каждым сообщением о потерях на фронте взгляды, бросаемые в мою сторону, становились все тяжелее.

Кадеты, озлобленные муштрой и новостями с фронта, искали, на ком сорвать злость. Они больше не лезли на рожон и не пытались драться с Калебом или Даксом в открытую, усвоив прошлый урок.

Мы шли по коридору к аудиториям, чувствуя, как вокруг сгущаются тучи. Мика и Дакс держались по бокам и вертели головами по сторонам, Сэми двигалась замыкающей и постоянно оглядывалась. Роэн и Калеб все еще валялись в лазарете после той драки.

Внезапно дорогу нам преградил патруль дежурных, состоящий из старшекурсников.

— Стоять, — скомандовал высокий брюнет с шрамом на подбородке. — Плановая проверка на запрещенные предметы.

— Мы опаздываем на лекцию генерала Кросса, — ледяным тоном отозвалась Мика. — У нас особый статус.

— В задницу ваш статус, — ухмыльнулся дежурный. — Выворачивайте карманы.

Я понимала, что местные что-то задумали. Зря что ли они переглядывались с группой парней, стоящих поодаль? Среди них я заметила Гаррена. Того самого сына герцога, получившего от ворот поворот. Он лениво наблюдал за нами, покручивая на пальце родовой перстень и будто чего-то ждал.

Сэми фыркнула и демонстративно вывернула карманы куртки. Мика последовала ее примеру. Ожидаемо там ничего не было.

— А теперь сумки, — дежурный вырвал сумку из рук Сэми и вытряхнул содержимое. На пол посыпались тетради, перья, упало яблоко и… Маленький флакон с мутной жидкостью. — Оп-па! — парень ловко подхватил находку. — Боевой стимулятор класса «Б». Запрещен к хранению на территории жилых блоков. Откуда это у тебя, крошка?

— Это не мое! — Сэми дернулась, сверкая глазами от ярости. — Вы подбросили!

— Расскажешь дисциплинарной комиссии, — дежурный махнул рукой парням. — Взять ее! И вторую тоже вяжите. За соучастие.

— Только попробуйте, — процедила Мика, перетекая в боевую стойку. В руке девушки, словно по волшебству, возник стилет.

— Вооруженное сопротивление патрулю! — радостно взревел брюнет. — Парни, вяжи их!

На Мику и Сэми навалились вдесятером. Дакс не остался в стороне и вступил в драку. Но ребят быстро скрутили, применив парализующее плетение, вывернув руки за спину и разоружив. Я хотела броситься им на помощь, но чья-то рука железной хваткой вцепилась в мой локоть и дернула назад.

— Тише, Тайлис, — горячий шепот Гаррена обжег ухо. — Не стоит портить представление.

Я попыталась вырваться, но он рывком оттащил меня в сторону и прижал к стене своим телом. От него пахло дорогим одеколоном и возбуждением. Он наслаждался происходящим.

— Отпусти! — прошипела я, глядя, как дежурные уводят моих защитников.

— Зачем мне тебя отпускать? — Гаррен хищно оскалился и погладил меня по плечу. —Твои цепные сучки проведут пару дней в карцере, а мы с тобой наконец-то сможем пообщаться без лишних ушей.

— Эдриан убьет тебя, — выдохнула я, чувствуя, как паника ледяной волной поднимается в груди. Кулон на шее пульсировал, высасывая силы, не давая ответить магией.

— Эдриан? — Гаррен рассмеялся. — Принц пытается захватить трон, пока дракон разносит имперский флот. Ему не до тебя, милая. Приходи вечером в старую оранжерею. Если не придешь или пожалуешься кому-то, мы найдем твоих подружек в карцере. Там, знаешь ли, иногда происходят несчастные случаи. Темно, скользко...

Он резко отпустил меня и отступил, поправляя идеально выглаженный мундир.

— До вечера, Ар'Дейн.

Глава 10

Я обмякла и едва не сползла по стене, когда он ушел. Меня трясло от омерзения и бессильной ярости. Они загнали меня в угол. Думали, что смогут сломать, лишив защиты? Не дождутся!

Заходить в столовую без охраны я поостереглась и направилась прямиком к куратору. Его для этого и поставили над нами, чтобы решать подобные проблемы. Однако комната в конце коридора оказалась закрытой. «Карась» не предупредил, что исчезнет.

Замечательно, а мне, что теперь делать?

Остаток дня я провела как в тумане. В комнате, которая не запиралась, прятаться было бесполезно. Наоборот, сюда мог сунуться любой, и никто его не увидел бы, что происходит за закрытыми дверями.

Предпочла находиться на виду. В присутствии преподавателей кадеты не осмелятся открыто приставать или как-то вредить. Но я чувствовала внимания спиной и каждым нервным окончанием.

Время утекало сквозь пальцы, пока я сидела на лекциях или в библиотеке, обложившись книгами. Гаррен вряд ли блефовал. Если уж устроил показательный досмотр, то и несчастный случай в карцере запросто организует.

Мстительный гаденыш!

Я весь день ломала голову, как поступить. Бросить Мику и Сэми на произвол судьбы? Кто они мне? Приставленные Эдрианом надзиратели и охранники в одном лице? Иной раз они так на меня смотрели, будто хотели придушить и избавиться от назойливой проблемы.

С другой стороны, я считала низостью предавать тех, кто дрался за меня, защищал и получал увечья. Если брошу их, то чем буду лучше Эдриана? Так поступить я не могла.

К вечеру созрел плохенький план, который держался на том, что метка истинности не позволит Гаррену мне навредить. Микаэла и Саманта работали на Эдриана, значит, он должен знать, что происходит. Плохо, что я не могла с ним связаться напрямую. Просить о помощи, чтобы после быть обязанной принцу, тоже не собиралась, поэтому написала ему записку:

«Твои псы в клетке. Меня шантажирует Гаррен. Иду в старую оранжерею. Если я пострадаю — ты не получишь ничего, кроме моего трупа. Т.»

Перечитав записку, я удовлетворенно кивнула: никаких стенаний и просьб о помощи, только факты. Эдриан одержим контролем. Следовательно, его приведет в бешенство информация о том, что кто-то посмел тронуть его «игрушку».

Выглянув в коридор, я убедилась, что он пуст, после чего проскользнула к комнате куратора. Быстро присела на корточки и протолкнула записку в щель между полом и дверью. Все — выбор сделан! Дальше оставалось самое трудное: отправиться в пасть льву, рассчитывая, что другой лев перегрызет ему глотку.

Время близилось к отбою, после которого действовал запрет на выход из собственных комнат. Но я об этом не думала, пробираясь к оранжерее через задний двор академии, мимо угольных складов и дымящих труб котельной.

Очертания зданий тонули в вечернем тумане, смешанном с заводским смогом. Фонари горели тускло, их свет едва пробивал мутную взвесь, отбрасывая на брусчатку причудливые тени.

Сама оранжерея походила на скелет огромного доисторического зверя: ржавый металлический каркас, мутные треснутые стекла, сквозь которые пробивались скрюченные ветви растений. Место явно запустело без должного ухода, и только близость труб, подающих тепло из котельных, не давали флоре погибнуть, превращая оранжерею в запустевший сад.

Толкнув тяжелую дверь, которая отозвалась противным скрипом, я вошла. В нос ударил спертый запах гниющих листьев и влажной земли.

— Я знал, что ты придешь, — раздался насмешливый голос Гаррена из глубины сада.

Вздрогнув, я заставила себя успокоиться. Но предательское сердце трепыхалось, как испуганная птица в силках. Кулон на груди заледенел, блокируя малейшие попытки призвать магию, чтобы защититься.

Из-за разросшихся кустов папоротника вышел Гаррен, сияя самодовольной улыбкой хозяина положения. Он снял форменный китель, оставшись в белоснежной рубашке с закатанными рукавами.

— Где Мика, Сэми и Дакс? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Ты обещал, что их выпустят.

— Обещал? — Гаррен картинно повел бровью. — Разве? Я сказал, что мы можем договориться. А условия сделки, дорогая Тайлис, обсуждаются в процессе. — Он направился ко мне, вынуждая пятиться и отступать до тех пор, пока не уперлась спиной в холодный металл колонны, поддерживающей стеклянный купол.

— Не подходи, — предупредила я, выставив руку вперед. — Эдриану не понравится…

— Эдриан... — парень скривился он, как от зубной боли. — Вокруг только и говорят, что о принце. Но знаешь, в чем дело, крошка? Принца здесь нет. Он погряз в дворцовых играх: режет глотки конкурентам, лижет задницы генералам. Здесь и сейчас есть только я. И мой род, между прочим, древнее, чем эта проклятая империя. Поэтому считай, что тебе повезло, — ухмыльнувшись, погладил меня тыльной стороной ладони по щеке.

— Ты совершаешь ошибку, — я попыталась увернуться от липких прикосновений, но Гаррен, перекрыл собой все пути отхода, уперевшись левой рукой в железную стойку. — Если тронешь меня, станешь трупом. И это не угроза, Гаррен, а факт.

— Думаешь из-за какой-то юбки принц пойдет на конфликт с моим родом? — хмыкнул он, вдавливая меня своим телом в стену. — Люблю дерзких! — правая ладонь резко переместила мне на шею, фиксируя голову. — И получаю особенное удовольствие, когда вы ломаетесь, — прошептал разгоряченно, второй рукой оглаживая бедро. — Кричи сколько хочешь. Здесь отличная звукоизоляция. Никто не услышит.