Вынужденный брак. Игра в любовь

Машина заезжает на парковку дворца бракосочетания. Владислав галантно помогает выбраться наружу, подаёт руку и не отпускает, пока мы идём внутрь. В отличие от меня, Владислав не смотрит на указатели и таблички на дверях — он знает, куда нужно идти.

— Часто жён приобретаешь? — Наверное, это нервное, раз озвучиваю эту плоскую и при этом совершенно несмешную шутку.

Будущий муж кривит губы в лёгкой усмешке.

— Только когда двенадцатое число выпадает на среду.

— О, да я счастливица.

— Определённо. Я ещё ужас как люблю двенадцатое число, так что можно считать, наш брак будет удачным.

Владислав останавливается перед дверью с надписью «Заведующий отделом ЗАГС». Коротко стучит, открывает её и отводит руку в приглашающем жесте.

— Прошу.

Я захожу, Влад сразу за мной, закрывая за нами дверь.

— Владислав Янович, добрый день, — женщина за массивным деревянным столом расплывается в льстивой улыбке. — Рада вас видеть…

Она хотела ещё что-то сказать, но Влад обрывает её.

— Всё готово?

Женщина кивает, пододвигает два листа к нам. Я сажусь в кресло для посетителя и беру лист. Заявление. Боже, и здесь без меня подсуетились. И такая злость берёт.

— Как мило, всё уже готово, — не удерживаюсь от сарказма. — А что, не сразу штамп в паспорт?

Смотрю на Влада, только ему мой выпад как слону дробина.

— Можем и штамп поставить, — говорит спокойно, не отрываясь от заявления. Так же ровно обращается к заведующей ЗАГСа: — Алла Андреевна, выдайте моей невесте пустой бланк. Она предпочитает лично, от руки, заполнять заявления.

Женщина растерянно хлопает взглядом. Переводит озадаченный взгляд от меня к Владу и обратно.

— Эм, да, конечно.

Алла Андреевна начинает искать на заваленном документами столе чистый бланк, но он ей никак не попадается. А я снова злюсь.

— Не нужно ничего искать.

Беру ручку и не глядя ставлю подпись в заявлении. Влад кивает. Тоже подписывает своё. Мы прощаемся с заведующей и выходим из кабинета.

Влад не говорит мне ни слова, а я продолжаю внутри кипеть. И только на улице он снова решает со мной заговорить.

— В следующий раз так не делай.

Снова этот холодный, ровный тон, который уже начинает меня раздражать. Он вообще хоть что-то чувствует?!

— Как? — голос срывается в резкие ноты.

— Не подписывай документы не глядя. Никакие.

Кажется, это было последней каплей. Потому что его спокойствие. Его нравоучения. Они заставляют меня взорваться.

— Разве у тебя не всё под контролем? Готовый дом к нашему с сестрой приезду. Одежда, которая явно куплена не случайно. Твоё появление вчера в ресторане. Ты всё продумал. Каждую мелочь. Только для чего, Влад? Зачем всё это?

Мой голос так или иначе срывался. Истеричные нотки проскальзывали наружу. Но этот… человек-скала. Ни один мускул на лице не дрогнул. Во взгляде всё тот же холодный, тяжёлый свинец. Он словно лишён любых эмоций, и это снова раздражает.

— Да, Ясмина, я привык все ходы просчитывать наперёд.

— И как давно ты запланировал, что я буду пешкой в твоей игре? Для чего, Влад? Ответь.

Будущий муж делает шаг ближе. Сокращает между нами расстояние. Он не нарушает личную границу, останавливается на расстоянии вытянутой руки, но его всё равно становится слишком много. Я чувствую аромат его парфюма, такого необычного. Сильного, уверенного. Чувствую тепло его тела, а ещё силу — опасную и в то же время безопасную.

Впервые, не считая вчерашнего вечера в ресторане, когда он был вынужден изображать пару, или вечера, когда нёс меня до спальни, Влад касается меня. Протягивает руку и ловит за подбородок. Аккуратно, будто боится навредить, приподнимает мою голову, так чтобы наши взгляды встретились.

— Никогда, Ясмина, я никогда к тебе не относился как к пешке.

Сглатываю вдруг появившийся в горле ком, только голос всё равно звучит хрипло и тихо.

— Ты же знал, что Лёня задумал. И тебе не нужна моя помощь, — неопределённо взмахиваю рукой. — Ему далеко до тебя.

— Считай, что я просто не хотел, чтобы задело тебя.

Влад отпускает руку, делает шаг назад.

— В браке со мной ты и твоя сестра будете в безопасности. Как только всё закончится, мы разведёмся.

Влад разворачивается, давая понять, что разговор закончен. Даёт знак Константину, что его помощь не требуется. Влад сам открывает мне дверь.

— Поехали, Ясмина, Леонид уже дома.

Я послушно иду к машине. Удивительно, но того внутреннего раздрая больше нет. Если Леонид думает, что после вчерашнего увидит меня сломанной, его ждёт неприятный сюрприз.

Глава 9

Стою напротив дома, где прожила последние восемь лет. Я принимала активное участие в разработке дизайн-проекта дома. Лично контролировала ремонт и выбирала каждую мелочь в интерьере. А сейчас смотрю и ничего не чувствую.

Нет злости или тоски.

Ничего.

Пустое выжженное поле.

Словно меня ничего не связывает с этим местом.

Делаю шаг.

Ещё.

Захожу в дом.

Владислав остался в машине за воротами, потому что иначе разговор с Леонидом может не состояться. Лишь попросил добавить его номер на быстрый набор, чтобы экстренно могла вызвать.

Бывшего мужа нахожу в гостиной. Он сидит в кресле перед камином в вальяжной позе и пьёт то ли коньяк, то ли виски.

Морщусь.

Ненавижу с ним общаться после того, как выпьет. Хотя сейчас это может мне и на руку. В таком состоянии он бывает излишне болтлив.

Пользуюсь моментом, пока Лёня меня не заметил. Рассматриваю его. В Леонида было легко влюбиться. Высокий, подтянутый, с миловидным лицом. На него всегда засматривались другие женщины, но я никогда не ревновала, наоборот, чувствовала какую-то гордость, что этот мужчина мой.

Невольно начинаю сравнивать с Владиславом.

У Владислава черты лица грубее, но при этом в его внешности есть что-то такое, что заставляет возвращать взгляд к нему снова и снова. Украдкой рассматривать жёсткую линию челюсти, которую подчёркивает аккуратная, но густая тёмная щетина. Широкие брови и волевой нос. Его уверенный, чуть исподлобья взгляд пугает, но в то же время завораживает. В отличие от мягкой улыбчивости Леонида, во Владиславе чувствуется скрытая сила и непоколебимость. Всем своим видом Влад скорее напоминает хищного зверя. Ягуара. Умного, терпеливого, расчётливого и оттого опаснее всех остальных.

Лёня поворачивает голову в мою сторону.

Наши взгляды встречаются, но ни он, ни я не спешим что-либо говорить. Мы просто смотрим друг на друга бесконечно долгих несколько секунд.

— Отлично выглядишь, — невесело усмехается, — как и обычно.

Лёня делает новый глоток, и я невольно кривлюсь. Он снова усмехается.

— Знаю, ты никогда не одобряла, но что мне делать? У меня ситуация дрянь.

Приподнимаю бровь и всё-таки прохожу вперёд.

— У тебя дрянь? А я думала, ты в выигрыше, получил нужный клочок земли.

Лёня отставляет стакан. Встаёт и в два размашистых шага сокращает расстояние между нами.

— Ясь, что мне нужно было делать? Он бы уничтожил меня. Ты даже не представляешь себе, кто такой Сатановский!

Бывший муж хочет схватить меня за плечи, но я уворачиваюсь от его рук.

— Мне тебя пожалеть?

— Нет, просто попробуй понять. Я не мог поступить по-другому, но мы ему отомстим.

Леонид осматривается по сторонам, облизывает пересохшие губы и снова чуть подаётся ко мне. В этот раз я не отстраняюсь. Терплю его близость, потому что по алчным злым глазам вижу: бывший муж решился на откровения.

— Владислав — выродок. Сын торгашки. Слышала когда-нибудь о Родионе Куприне?

Неуверенно киваю.

Я о нём действительно слышала, хоть и мало. Из заголовков газет и по новостным репортажам, когда ещё была маленькая. Помню, что на него было совершено несколько покушений, о которых писали. Причём одно из них было совсем недалеко от дома, где мы жили с родителями.

Папа всегда называл его бандитом, который прибрал к своим рукам все крупные заводы и рудники. Потом Родион Куприн будто исчез. То ли его посадили, то ли всё-таки убрали, но говорить о нём перестали.

— Влад — внук Куприна. Незаконнорожденный. Сын Куприна как-то на свою голову снюхался с торгашкой, матерью Влада. Куприн на старости лет поехал крышей. Забрал Влада к себе и оставил всё наследство ему, а не настоящим наследникам. Сыну и законнорожденному внуку Куприна.

Хмурюсь, пытаясь вспомнить, что я ещё слышала о Куприне, но в голове ничего не всплывает. Зато теперь становится ясно, откуда у Влада такой домище и деньги.

— Ты даже не представляешь, какие там деньги и связи. Сколько у него власти, — голос Леонида буквально сочится завистью и злостью, словно у него лично отобрали эти деньги, хотя он сам никогда не бедствовал, — только это всё не его. Он всего лишь выродок.

Последнее он буквально выплёвывает.

Лёня отходит в сторону, растирает лицо.

— Сатановский со своим предложением пришёл ко мне месяц назад. Но я отказал, — бывший муж снова срывается, хватает меня за плечи и притягивает к себе: — я тебя люблю, Яська, слышишь!

Глаза Лёни бегают как ненормальные. Он жадно скользит по моему лицу. Останавливается на моих губах.

— У тебя уже было что-то с ним? Неважно, всё равно моя. Будешь моей.

Быстрее, чем я успеваю что-то понять, Леонид впивается в мои губы поцелуем. Грубым, болючим. Словно наказывает за что-то. От его слов, от его прикосновения, да ещё и этого мерзкого привкуса алкоголя меня начинает мутить.

Отталкиваю Леонида от себя.

— Не смей прикасаться ко мне.

— Злишься, — усмехается с раздражением. — Имеешь право. Только, Ясь, я для нас двоих стараюсь. Для наших с тобой детей. Ты же всегда мечтала о большой семье. Как только всё закончится, родишь мне наследника. Потом за девчонкой сходим.

— Что закончится, Лёнь? Ты о чём? Причём здесь Куприн, Сатановский и наш брак? Как я в этом всём оказалась втянута?

— А это надо у тебя спросить, Яся, где ты внимание Влада привлекла, что он захотел тебя себе.

И снова злость в голосе бывшего мужа, а ещё слепая вера в собственную правоту. Будто действительно я виновата в случившемся.

— Ты говоришь, что отказал Владиславу, но при этом всё-таки развёл нас и отдал меня ему.

Лёня одним глотком допивает остатки напитка в бокале, чуть морщится.

— После Влада ко мне пришли другие. Настоящий наследник Куприна и предложил сделку.

— Какую?

— Я помогаю уничтожить Влада. Восстановить справедливость, вернуть бизнес Куприна законному владельцу. За это получаю «ИнтерГрупп». Ясь, ты только представь, как мы заживём, когда «ИнтерГрупп» перейдёт ко мне.

— Да мы вроде и сейчас не бедствуем, — усмехаюсь, смотрю на мужа, — а ты неплохо устроился. Жена в расход, а ты получаешь золотые горы.

Боже…

Бред…

Какой же это бред!

— Лёнь, ты вроде никогда идиотом не был, а тут поверил в какие-то сказки. Тебя поманили морковкой, и ты уже готов на всё. Да кто в здравом уме отпишет «ИнтерГрупп» просто так? Это крупнейший девелопмент не только региона, но и страны, и его просто так тебе отдадут?

Бывший муж отмахивается.

— Из того, что было у Куприна, «ИнтерГрупп» — капля в море. Я же о тебе, дура, думаю. О нашем будущем, чтобы наши дети ни в чём не нуждались.

— Так, может, нужно было поехать искать Эльдорадо? Это звучит и то реалистичнее.

Сажусь на диван.

Смотрю на бывшего мужа и понимаю: он реально верит, что ему достанется «ИнтерГрупп».

— Допустим, всё как ты говоришь, — говорю спокойным голосом. — Как ты собираешься уничтожить Владислава?

— У него дома должны быть доказательства его левых схем.

Леонид подходит к мини-бару, достаёт новую бутылку и возвращается в кресло у камина.

— Службы давно охотятся за ним, только прижать пока не получалось. Да и убрать… — бывший муж кривится, — падаль живучая оказалась.

Проглатываю комментарий, что тут вопрос спорный, кто из них ещё является падалью.

Леонид смотрит на меня.

— Не знаю чем, но ты его зацепила. Воспользуйся этим, Ясь. Для нас. Для наших будущих детей. Тебе всего лишь надо втереться к нему в доверие, а потом, как вы это умеете, бабы, узнать, где он хранит подтверждение своих муток.

Мне становится противно от каждого слова мужа.

От того, как он легко пытается манипулировать мною, моими чувствами к нему и моей мечтой иметь детей. Увы, но за десять лет у нас так и не получилось. В этом году мы должны были попробовать ЭКО. Я уже нашла врача, было три консультации, где нам подробно расписали, как всё будет происходить.

Потом случилось несчастье с Каролиной, и мне было уже не до беременности.

— Лёнь, — смотрю в глаза мужу, — а что с Каролиной? Ты обещал помочь.

— Как только Сатановского закроют, губернатор лично распорядится закрыть дело твоей сестры, — теперь бывший муж машет передо мной морковкой, зная, что ради сестры я не глядя побегу, куда он скажет, — иначе от неё так и не отстанут. Даже Сатановский тебе не поможет, пока ты на его стороне, у Каролины одна судьба: гнить в тюрьме.

Ничего не говорю.

Смотрю на мужа и пытаюсь сложить воедино пазл.

Я понимаю, почему Леонид повёлся на это.

Кто бы ни был родственником Влада, я понимаю, почему он затеял игру против него.

Чёрт побери, да я даже понимаю мотивы губернатора.

Но мне не хватает последнего куска в этой головоломке: зачем я понадобилась Владу? Увидел и с первого взгляда влюбился?

Нет.

Я не настолько глупа, чтобы поверить в этот расклад.

Только почему-то кажется, сколько бы я ни спрашивала Влада, он так и не даст ответ мне на этот вопрос.

Медленно поднимаюсь со своего места и, не сказав ни слова бывшему мужу, иду наверх, в нашу комнату.

Вещи собираю на автомате, сама пытаюсь анализировать происходящее. И чем дольше обо всём думаю, тем меньше мне всё это нравится.

Швыряю в чемодан на кровати свитер, джинсы, нижнее бельё. Да, можно купить новое, но я привыкла к своим вещам. Одна из блузок не долетает до цели и падает на пол.

Опускаюсь на колени, чтобы её поднять, замечаю, как что-то блестит в щели между кроватью и прикроватной тумбой. Наощупь достаю.

Открываю ладонь и рассматриваю серёжку из белого золота с крупным рубином.

— Представляешь, я где-то потеряла серёжку, которую мне Игорь подарил, — всплывает разговор с подругой недельной давности, — Он же мне их в Париже на аукционе за бешеные бабки купил. Игорь меня прибьёт.

Подкидываю серёжку, а потом ловлю и сжимаю в кулаке.

— Прибьёт, Лора. Даже не сомневайся.

Дальше сборы проходят быстрее.

Я не отвлекаюсь на собственные мысли. Просто сгребаю всё с полок и скидываю в чемоданы. Не забываю забрать свой ноут и все имеющиеся документы.

Слышу шаги в коридоре, закрываю молнию на одном из чемоданов. Серёжку вовремя прячу в сумочку. И уже с безмятежным видом оборачиваюсь к бывшему мужу.

— Подумала?

Лёня задерживается взглядом на моём лице. Ему явно приходится по душе то, что видит. Он подходит ближе, обнимает за плечи и заглядывает в глаза.

— Я люблю тебя, Ясь, — шепчет доверительно, — и это всё я делаю только для нас. Для нашего будущего. Помоги, милая.

Леонид тянется, чтобы поцеловать меня, но я уворачиваюсь.

— Лёнь, тебе самому не противно? — интересуюсь спокойно. — Как ты будешь ложиться со мной в одну постель, зная, что ещё недавно я была под другим мужиком? Что ты сам меня подложил под него.

Бывший муж чуть кривится.

— У всех есть прошлое. Мы его забудем, Ясь. Начнём сначала, только будь умницей и сделай всё как надо.

Лёня снова тянется, а я уворачиваюсь.

— Мне пора. Поможешь донести чемоданы?

Бывший муж недовольно поджимает губы, но кивает. Подхватывает два чемодана, я забираю третий, маленький, и мы молча выходим на крыльцо, где меня уже ждёт Константин.

Хочу спуститься, но Лёня ловит меня за руку. Задерживает.

Поворачиваю голову так, чтобы наши взгляды встретились.

— Не дури, любимая. Подумай о нас. О Каролине. Ей не выбраться. Какого бы адвоката Сатановский ни нанял, суд встанет на сторону губернатора.

Киваю.

— Я поняла.

Вырываю руку и всё-таки спускаюсь по лестнице с крыльца. Не оглядываясь, быстрым шагом преодолеваю расстояние до калитки, а там сразу юркаю в салон машины.

Влад опять с кем-то говорит по телефону. Обсуждает дела. Я даже не пытаюсь вслушаться. Лишь когда мы выезжаем из коттеджного посёлка, он сообщает собеседнику, что перезвонит.

Я не вижу его, так как опять таращусь в окно, но отчётливо начинаю чувствовать его взгляд на себе.

— Ты готова ехать домой?

Киваю.

Лезу в сумочку за телефоном, чтобы позвонить малявочке, узнать, как у неё дела. Но из сумочки мне на колени выпадает серёжка. Снова кручу её между пальцев. То, что это серёжка Ларисы, у меня нет сомнений, но я всё равно поворачиваюсь к Владу.

— Твои люди ведь следили за нами?

Не нужно быть гением, чтобы это понять. В доме Влада сделано всё для нашего с Каролиной комфортного пребывания. Да и предпочтения в одежде, еде учтены.

— Да. По моей просьбе собирали кое-какую информацию, — не отрицает Влад, — что ты хочешь знать?

Показываю серёжку.

— Леонид изменял мне с Ларисой?

— Мне жаль, — говорит вполне искренне.

Киваю.

Сжимаю серёжку в кулаке.

Откидываю голову на подголовник, даю себе время смириться с ещё одним предательством.

Когда боль отступает.

Когда ком из слёз исчезает, а дышать снова получается ровно, я всё-таки достаю телефон. Только набираю не сестру.

— Привет, — щебечу милым голосом, — Лорочка, мне нужно пригласительное на две персоны на твой благотворительный вечер.

— Т-ты придёшь? — удивлённо спрашивает бывшая подруга. — Думаешь, это будет уместно? На вечере будет Леонид.

— О, поверь, ничего страшного. Мы с Лёней расстались друзьями. Ну так что? Пригласишь нас с Владом?

На пару секунд повисает тишина, я слышу, как Лариса сглатывает, а потом нарочито бодрым голосом добавляет:

— Конечно. Мы с Игорем только рады будем вас видеть.

Хмыкаю.

О да, особенно Игорь будет рад меня увидеть и пообщаться.

Глава 10

Остаток недели я занимаюсь сестрой. Общаюсь с адвокатом, с её врачами. И просто провожу с ней всё своё свободное время.

Почти каждую ночь малявочка остаётся ночевать у меня. За ночь она два-три раза просыпается с тихими всхлипами. Испуганно озирается, прижимается ко мне и снова засыпает.

Лишь в пятницу я решаю оставить Каролину одну, а сама еду к своей знакомой. Она начинающий, но очень талантливый дизайнер, и часто выручает меня роскошными нарядами. Когда я захожу в её студию, сразу замечаю Ксюшу. Она кружит вокруг одной модели в светлом брючном костюме.

— Не то, — в итоге задумчиво выносит вердикт, — иди переодевайся, Арина.

Девушка кивает, спускается с подиума и уходит в соседнюю комнату, а я подхожу к Ксюше.

— А мне понравилось, — говорю вполне искренне, — привет.

Ксюша оборачивается, улыбается.

— Неплохо, но не то… Слишком скучно.

Обнимает, приветствуя.

— Пойдём, Яся, у меня для тебя есть нечто особенное.

Мы проходим через узкий коридор в другую часть студии. Здесь расположен офис, где работает небольшая команда Ксюши. И её кабинет, в который мы и заходим.

Ксюша проходит к платяному шкафу и достаёт оттуда плотный чехол. Расстёгивает молнию, демонстрируя мне бархатное платье глубоко-синего цвета. На первый взгляд простое, если не считать лиф.

— Это что? Бриллианты?

Тяну руку, чтобы прикоснуться, но тут же одёргиваю её.

Ксюша лукаво улыбается.

— Надеюсь, твой будущий муж не против немного разориться?

Такой простой вопрос, но я вдруг теряюсь. Удивительно: мы с Владом каждое утро завтракаем вместе. Не просто молча сидим в одном помещении, но даже общаемся. Правда, на отстранённые темы. Погода, новый ресторан, книги, на которые удалось выкроить время. А вот с кино получилось сложнее: Влад не смог вспомнить, когда последний раз смотрел фильмы.

Иногда Влад успевал вернуться к ужину, но чаще мы ели с малявочкой вдвоём.

И самое удивительное, что за всю неделю мы ни разу не обсудили наш поход на благотворительный ужин к Ларисе. Только сегодня, уже после отъезда Влада, я подумала, что мне нужен новый наряд.

Нашу пару наверняка обсуждают и ждут нашего появления, поэтому явиться в прошлогоднем платье не получится. Тогда я и позвонила Ксюше, а она, как всегда, не разочаровала меня. Сказала, что у неё есть нечто особенное для меня. Только вот о том, как расплачиваться, я не подумала.

У меня есть кое-какие свои средства, только их не хватит на это платье. А позвонить Владу и попросить денег — я не смогу.

Ксюша быстро считывает моё замешательство.

— У тебя будет минутка на кофе? — вдруг предлагает она.

— Не откажусь.

Ксюша сама варит нам кофе, у неё даже находятся эклеры в мини-холодильнике. Чашки и пирожные она расставляет на маленьком журнальном столике, а мы располагаемся на удобном диване.

— Ясмина, если решишь рассказать, то это не выйдет за пределы моего кабинета.

Киваю в знак благодарности.

На самом деле мне действительно нужно выговориться. Потому что держать в себе становится невыносимо.

Раньше я обо всём делилась с Лорой. Могла что-то рассказать Каролине. Сейчас у меня больше нет подруги, а сестру не хочется грузить своими проблемами, ей бы своё пережить.

— Ты уже знаешь, что я развелась с Леонидом.

Ксюша делает глоток кофе.

— Об этом все судачат. И о том, что ты о новых отношениях заявила прямо на празднике, — Ксюша снова отпивает кофе, смотрит лукаво, — думаю, не надо говорить, кем тебя считают, а Леонида жалеют.

Хмыкаю.

Нашли кого жалеть.

Тоже делаю глоток кофе, думаю, насколько я могу доверять Ксюше. У меня уже была подруга, которой я доверяла, в итоге она, как оказалось, спала с моим мужем.

— Леонид сам нас развёл, — прикрыв глаза, решаюсь на безумие: и всё-таки поделиться с Ксюшей происходящим, — на нашем празднике он меня поставил перед фактом, так же как и то, что я должна выйти замуж за Сатановского.

Ксюша давится кофе.

Смотрит на меня во все глаза.

Кривлю губы в грустной усмешке. Да, звучит нереалистично.

— Вкусный кофе, — отмечаю, прочищаю горло и начинаю рассказывать Ксюше обо всём.

О том, как Каролина неудачно сходила на вечеринку, как я помогала Лёне выйти на нужных ему людей, о случайной встрече с Владом месяц назад.

— С ума сойти, — выдаёт ошарашенная Ксюша.

— О нет, — улыбаюсь, немного нервно, — самое интересное впереди.

Рассказываю Ксюше, как Каролина оказалась дома, о мужских играх, а потом про найденное кольцо под нашей с Леонидом кроватью.

— И ты просто ушла?! Не расцарапала бывшему мужу наглую рожу?!

Медленно мотаю головой.

— Это было бы минутное удовлетворение своей злости, не больше. А мне хочется отомстить. По-настоящему. Чтобы им было так же больно, как и мне.

Ксюша присвистывает.

— Я всегда восхищалась тобой, Ясмина, но теперь у меня и вовсе нет слов. Мне бы твоё терпение.

Она делает глоток кофе.

— Если тебе понадобится моя помощь. Любая. Всегда можешь позвонить.

Смотрит в сторону платья.

— Бери. Считай это моим маленьким вкладом в твою месть.

— Ксюша, я не могу…

Та смеётся, не давая договорить.

— Ну хочешь, рассрочку оформим, раз просто так совесть не позволяет его забрать.

— Хорошо, давай рассрочку.

Мы ещё с ней немного болтаем. Ксюша, как настоящая фея-крёстная, находит мне ещё туфли.

— Моя провальная проба заняться обувью, — забавно морщит носик, — но эта пара неплохая и к платью подходит.

— Ксюш, ты даже не представляешь, как я тебе благодарна.

Девушка отмахивается.

— Я верю в карму: может, и мне кто-нибудь придёт на помощь в трудную минуту.

Мы выходим в общий зал, где оказывается, нас ждёт мистер Сатана. Как всегда холодный и собранный, ни единой эмоции.

— Что-то случилось?

Чувствую, как напряжение начинает сковывать тело, я даже лезу за телефоном в сумочку, чтобы позвонить малявочке и узнать, всё ли у неё в порядке.

— Был рядом, решил сам тебя забрать.

Он смотрит на чехол и бумажный пакет с обувной коробкой в руках Ксюши.

— Выбрала? — он без слов подходит к ресепшену.

Ксюша мне подмигивает, мол, и без рассрочки обошлось, а я, признаться, не знаю, как реагировать. Мне вроде бы и не хочется быть обязанной ему, но с другой стороны, сколько я буду расплачиваться с Ксюшей за такую красоту?

Владислав даже бровью не ведёт, когда ему называют астрономическую сумму за платье и туфли. Невольно думаю, как бы отреагировал Леонид. Бывший муж и на платья с меньшей ценой иногда возмущался, что это бред — тратить такие деньги на какую-то тряпку. Здесь уверена, без сцены бы не обошлось.