Мужчина моей мечты, или Овны мимо!

Был за Стелл такой грешок, на который я закрывал глаза, потому что в постели этой богине не было равных.

Она люто хейтила девчонок, которых считала недостаточно красивыми.

Злая на язычок Стелла с особым удовольствием проходилась по их внешности. Хлестко, даже где-то с излишней издевкой.

Она, как самый настоящий Нарцисс, с помощью этих «кривых зеркал» самоутверждалась в собственной неотразимости.

Качаю головой.

Надо же. «Ржавая»… Придумала ведь такое сравнение.

Мне показалось, что сегодня моя незадачливая соседка была даже милее, чем вчера.

Чистое лицо без грамма косметики и накаченного свистка, который косметологи шлепают каждой второй вместо нормальных губ. Вздернутый носик. Тонкий аромат духов, напоминающий о весне.

Буйные кудри, снова усмиренные в строгую прическу. Тонкие пальцы, которые она заламывала в волнении, пока Стелла разорялась на критику.

«Возможно, потому, что Марина не была напугана до смерти и на ней была одежда?..» - подсказывает внутренний голос, а у меня перед глазами так и стоит вчерашнее видение.

Жаркий румянец на щеках. Светлая кожа, усыпанная крошечными веснушками, будто крупинками коричневого сахара. Аккуратная грудь, прикрытая ладошками… Медные волосы, водопадом спускающиеся по спине. И глаза-смородины. Огромные, испуганные… а после умоляющие… и ни капли флирта или интереса.

Нет, Марина точно не была замарашкой. Просто… она не была Стеллой.

- Может, поговорим о чем-то другом? - перевожу тему, пока любовницу окончательно не закусило на теме красоты.

- Если ты опять заведешь речь про ваш этот семейный ужин, я выйду из машины прямо здесь. – В голосе Стелл ни капли угрозы, лишь скука. Выйти посреди проспекта ей помешает здравый смысл.

Перевожу взгляд на нее.

Идеальная кукла, умело скрывающая свою бессердечность за шикарным фарфоровым личиком.

Сколько я ни пытался, ни разу не удалось представить ее в роли послушной жены или домохозяйки. Стелла из другого мира.

Она бриллиант с острыми сверкающими гранями. Ей надо любоваться, восхищаться… владеть, как произведением искусства.

И так и было.

Но в какой момент мне захотелось, чтобы она сыграла другую роль?

- Стелл, для меня это важно…

- А для меня важна та фотосессия на Мальдивах! – перебив, она рассерженно забирает у меня собаку. – Но ты же решил, что поесть канапе и упиться шампанским важнее!

- Не забывайся, - осекаю, чувствуя подкатывающее раздражение. – Ты говоришь о моей семье и моей матери…

- Боже, Дан, не превращайся в скуфа! – Стелла рассерженно хлопает по подлокотнику, от чего Челси вздрагивает всем телом. – Меня уже достало это! «Семья то», «семья сё», обед этот дурацкий… Если ты думаешь, что у меня нет других интересных предложений, то ты просто дурак! Мне стоит только позвонить…

Стелла вдруг замолкает, испуганно глядя на меня своими бирюзовыми озерами.

- Ну что же ты замолчала? Продолжай, - с жесткой усмешкой киваю ей. – Расскажи мне, кто у тебя там в запасных вариантах сидит…

- С чего ты решил? – Стелла удивительно быстро берет себя в руки. – Я это просто к слову сказала…

Припарковавшись у ее дома, всем корпусом разворачиваюсь к любовнице. Стелла снова занята своими губами.

Не дожидаясь окончания марафета, прихватываю ее за подбородок и заставляю оторваться от отражения и посмотреть на меня.

- Я жду.

- О чем ты? – Непонимающе хлопает густыми ресницами.

Снова играет дуру, но на этот раз меня это только злит.

Сильнее стискиваю пальцы на ее щеках.

- Пусти… - пищит, но я придвигаюсь ближе.

- Запомни, дорогая. Я б/у вещами не пользуюсь. – Всматриваюсь в бирюзовые глаза, в которых застыла паника. Наконец-то, хоть одна настоящая эмоция. - И если ты решила, что легко усидишь на двух членах, водя за нос меня и кого-то еще, то ты ничем не лучше других… боз*. А со шлюхами я мараться не хочу.

Отпустив Стеллу, отворачиваюсь. Разговор закончен, ей осталось только сделать правильные выводы.

Либо со мной, либо без меня.

- Дан… - тихо зовет, в голосе мольба. Стелла никогда не была идиоткой. – Ты приедешь сегодня?

- Извини, но нет. Я устал.

Обычно, так я говорил, когда зашивался на работе.

Но на этот раз я действительно устал. Устал от этих отношений.

______________________________________________________________________________________

* - женщина с низкой социальной ответственностью (армян.)

Глава 14

Гороскоп Рыбы:

Побалуйте себя чем-то вкусным, поднимите настроение. И помните, что страхам в вашей жизни не место.

POV. Марина

Первый кусочек торта тает во рту умеренной сладостью с кислинкой, оставляя послевкусие ванильного бисквита, крема «пломбир» и смородинового курда… а еще небольшую горчинку разочарования.

Увы, последнее в рецепт не входило.

Сестра за мое хобби с усмешкой называла меня тортопечкой, а мама ворчала, что лучше бы я обучилась не на кондитера, а на нормального повара.

Сегодняшняя стычка с ручной овчаркой Алиханова выбила меня из колеи.

Отработав положенные часы и получив расчет, я сбежала, трусливо поджав прищемленный хвост, так и не дождавшись Томы для разговора.

Мне очень не хотелось подвести подругу.

После громких возгласов Барби набежал персонал во главе с менеджером.

И, конечно, они всем скопом утешали стервозную блондинку, бросая на меня говорящие взгляды, в которых без слов читалось: «Поглядите на нее! Только вышла сегодня и уже нашла неприятности!»

И от стыда, жегшего щеки жгучим перцем, хотелось провалиться сквозь землю.

Единственным существом, которое меня понимало, была несчастная собачонка, перекочевавшая из когтистых ручек Барби в руки «котика» Богдана. Она точно так же, как и я, стала жертвой плохого настроения своей хозяйки.

Нельзя сказать, что в тот момент Алиханов наслаждался спектаклем, устроенным его пассией. Скорее, выжидал, чем дело кончится.

Он не вмешивался, заняв удобную наблюдательную позицию, и не сводил с меня своего пронизывающего тигриного взгляда.

Мне постоянно хотелось поежиться от такого пристального внимания.

Почему-то его присутствие было обиднее всего.

Чувствовала тогда – еще немного, и я позорно разрыдаюсь на потеху всем причастным.

А белая стерва будто этого и добивалась, обращаясь ко мне с мерзкой снисходительной интонацией и награждая обидными эпитетами, самый лайтовый из которых был «косорукая».

В итоге блонде сделали ее многострадальный коготь, и она, расплачиваясь на ресепшен, не сводила с меня победного взгляда. А потом, прихватив сумочку, Котика и маленькую собачонку, злобненькая стерва, которую даже звали вычурно и помпезно Стеллой, упорхнула в свою сказочную жизнь.

И чем я не угодила этой красотке?

Отодвинув тарелку с недоеденным кусочком торта, с тоской огляделась в своем временном пристанище.

Алиханов к вечеру так и не явился.

«Наверняка обихаживает свою злобную болонку», - мстительно думаю, убирая за собой на кухне. – «Вот уж кому не помешало бы для цвета лица пару ложек бабкиного убойного бальзама! Ну или слабительного, вдруг полегчает».

Торжественно водрузив торт на полку в холодильнике, с чувством выполненного долга возвращаюсь к себе в комнату.

Тома в переписке заверила, что никаких проблем не будет, и что завтра она меня ждет на работе. А еще она написала: «Не позволяй всяким сучкам доставать тебя». И эта смска подняла мне настроение на пару пунктов.

В «моей» комнате долго смотрю на себя в зеркало старинного трюмо.

Отражается там рыжая худая девица. Не уродина, но и не писаная красавица.

Я привыкла к своей внешности. К веснушкам этим вездесущим, к копне вьющихся волос, которые невозможно приструнить без стайлинга и кучи уходовых средств. К вздернутому носу-кнопке и темным глазам, цвет которых сильно расстраивал меня в детстве.