Леди против дознавателя

— Ну да, и на улице, ты бы нашла грязную лужу и плеснула ему в лицо? — издевается брат.

Несколько минут назад я и сама чувствовала себя беспомощной на улице, а сейчас вспоминаю, что тело человека вообще-то на восемьдесят процентов состоит из воды, и кровь тоже жидкость. Но не буду шокировать брата своими мыслями.

— Вот стоило пойти самой, чем слушать твои высказывания! — начинаю я злиться.

— Ладно, прости… — Кухарка с мальчиком возвращается на кухню, и Гарри прекращает дискутировать. — Ну что же, раз всё готово. Миссис Гвендолин, накройте нам в столовой. Люси, пригласи Эмму. А мы с Калебом подождем вас.

Вижу, как мальчишка кидает на меня умоляющий взгляд, боится оставаться наедине с братом.

— Здесь ты в безопасности, Калеб. Да и миссис Гвендолин рядом.

Поднимаюсь наверх, вхожу в комнату Эммы. Она читает книгу, сидя в кресле.

— Пойдем ужинать, Эмма. Там у нас паренек, Калеб, я встретила его на улице недавно. Хочет рассказать, кто ударил меня по голове. Хочешь послушать?

— И когда ты успеваешь? Вечно в неприятности попадаешь! — Эмма закрывает книгу, быстро идет мыть руки, я тоже, и мы спускаемся в столовую. — Надеюсь, хоть какие-то новости будут, что продвинет нас в расследовании, — все-таки говорит Эмма. Ругается, что могла попасть в неприятности, но благодарна.

В столовой уже все накрыто, и Гарри с Калебом ждут нас.

— Приятного аппетита, — желаю я всем.

Сначала мальчик смущается и лишь водит вилкой по тарелке, делая вид, что ест. Затем он решается попробовать кусочек запечённого мяса, потом кусочек запечённого овоща — и вот он уже не обращает на нас внимания, с аппетитом поглощая еду.

После нам подают чай с лимонными булочками.

— Итак, Калеб. Кто и зачем ударил мою сестру по голове, — начинает Гарри.

Мальчишка не успевает проглотить, давится, закашливается.

— Гарри, дай ребенку спокойно допить чай!

Калеб начинает рассказывать. Оказывается, что мальчишка живет через два дома от того человека, что ударил меня. Мистер Джеймс — уважаемый в городе человек, хоть и из простых, не маг. Он делает благородное дело: забирает маленьких мальчиков из приютов и растит их.

На этом моменте мы все напрягаемся как один:

— И?

— Я как-то не обращал раньше внимания, что мальчики меняются. Пять мальчишек, больше не видел. Издалека они похожи. Я так думал, пока случайно не познакомился с одним ближе, — Калеб нервничает, рвёт лимонную булочку на маленькие кусочки и совершенно не замечает этого. — А потом он исчез. И появился другой, похожий.

Я ощущаю, как по коже пробирается стайка мурашек. Вот ничего себе! Интересные дела творятся в этом городке!

Мы переглядываемся с Гарри и Эммой.

— Ты хочешь сказать, что этот уважаемый житель взял из приюта пятерых мальчиков. И вроде как все они живут тут, но это уже совершенно другие мальчики. Издалека этого не отличить, — медленно говори Гарри. — А вблизи ты понял, что мальчик другой?

Калеб смущенно теребит булочку и рассказывает подробности: пару месяцев назад он случайно познакомился с одним из пятерых воспитанников мистера Джеймса, мелким рыжим Твиллом. Потом Твилл пропал на несколько недель. А потом Калеб снова увидел, как Твилл гуляет в парке с мистером Джеймсом и другими мальчиками. Вот только стоило Калебу подойти поближе, как оказалось, что это не Твилл, а просто похожий мальчишка: рыжий, примерно того же возраста и комплекции.

С тех пор Калеб начал присматриваться к мистеру Джеймсу и его мальчикам. Если раньше ему казалось, что мальчики одни и те же, то потом он стал понимать, что раз в пару месяцев дети меняются на похожих. Но никто, разумеется, не обращает на это внимания.

— То есть тогда, когда я бежала по улице и кричала Берта, это, скорее всего был не он. А просто схожий по типажу мальчик, — делаю я вывод.

По сути, в воспитанниках у Джеймса ходят мальчики нескольких типажей. Раз в несколько месяцев предыдущие куда-то деваются, а новые занимают их место. И никто не обращает на это внимания — видимо, потому, что мистер Джеймс не пускает ребят свободно гулять на улице, как это делает Калеб, а сам не заводит в городе тесных знакомств.

— Калеб, а чем занимаются эти мальчики в доме мистера Джеймса? — задает вопрос брат.

— Помогают ему ухаживать за грядками в огороде, — пожимает плечами Калеб.

И рассказывает, что познакомился с Твиллом, когда пробрался на огород Джеймса, чтобы поживиться с его грядок. Тот за ним погнался, свалился в канаву, Калеб пожалел его, помог выбраться, и так они подружились.

— Калеб, ты говоришь, что видел, как меня ударили по голове? — спрашиваю я.

— Да, леди Люси. Я заметил мистера Джеймса вдвоем с новым, незнакомым мальчиком…

Калеб начинает рассказывать: он увидел, как Джеймс с мальчиком заходили в лавку и решил подкараулить их. Ему все не давало покоя исчезновение приятеля, но мальчик понимал, что идти со своими подозрениями элементарно не к кому. Ни тетка, с которой он живет, ни констебли в участке не пожелают его выслушивать. По крайней мере, без улик! Ведь, именно про улики писали в тех газетах, которые читала его тетушка. Без них, якобы, никого не арестовать. Поэтому он следил, но осторожно, издалека. Боялся, что с ним тоже что-то случится.

— Молодец, Калеб, — говорит Гарри. — Не то, что некоторые.

Он замолкает, с намеком взглянув на меня, и я вспыхиваю. Но ничего не говорю, потому что Калеб как раз приступает к самому интересному.

— Мальчик вышел из лавки, а мистер Джеймс задержался, его кто-то окликнул. Потом из соседней лавки вышли вы, леди Люси, позвали мальчика, он испугался и побежал.

Понятно. Мальчик побежал, я рванула за ним, думая, что это Берт, а за мной уже помчался заметивший это Джеймс. Калеб увязался за ним.

Он предусмотрительно держал дистанцию, но все равно успел заметить, как я забежала в подворотню, за мной залетел Джеймс. Но когда Калеб осмелился заглянуть в подворотню, там была только я.

— Вы лежали неподвижно, леди Люси, и я подумал, что случилось что-то ужасное! Я хотел найти констебля, но прибежала леди Эмма, а потом появился лорд дознаватель. Я услышал, что вас везут в больницу. Потом я увидел вас в лавках и подумал, что вы должны знать, кто на вас напал. Но побоялся подойти, вы были не одни.

— Молодец, Калеб, ты очень храбрый мальчик, — хвалит Гарри, а я гляжу Калеба по голове. — Ты сможешь рассказать это нашему другу? Герцогу Уэйнрайту? Он разберется с этим Джеймсом. Обещаю, никто тебя не тронет. Мы с герцогом защитим тебя.

Калеб осторожно кивает.

— Подожди, а ты, получается, не видел, как Джеймс выходил из подворотни? — осеняет меня. — А ты, Эмма?

— Тоже не видела, — говорит подруга.

Очень странно! Подворотня маленькая и узкая, второго выхода там нет. Дома смыкаются очень плотно. Может, он зашел в какую-то дверь?

Тем временем Калеб отвечает еще на несколько вопросов, и, наконец, мы с Гарри переглядываемся.

— Так, Калеб, сейчас Люси тебе покажет свободную комнату. Отдохни, можешь искупаться, поспать… Хотя тебя наверное потеряют родные?

— Тетке все равно, она и не заметит, что меня нет, — мальчик смущается, видно, что он с удовольствием бы переночевал у нас.

— Вот и хорошо. Отдохни, поспи. В купальне есть халат, можешь пока в нем походить. Люси, горничным скажи, чтобы одежду Калеба постирали и погладили. А утром ты нам покажешь, где живет этот добропорядочный мистер Джеймс.

Гарри собирается уходить, я иду за ним.

— Эмма, помоги Калебу, пожалуйста, — кидаю на ходу. — Гарри, подожди!

Брат останавливается у входной двери.

— Почему ты тянешь? Надо сейчас идти к мистеру Джеймсу!

— И что мы скажем? Во-первых, если дело обстоит так, как я подозреваю, то надо все делать осторожно, чтобы ни Калеб, ни другие дети не пострадали. А во-вторых, пусть этим занимается наш общий знакомый, герцог Уэйнрайт. Пойми, Люси, этот мистер Джеймс лишь пешка в чужой игре. Сейчас главное сделать все правильно и потянуть за нужную ниточку. А не оборвать ее.

Я киваю, понимая свою ошибку. Брат прав: если я влезу, то могу не просто еще раз получить по голове, но и поставить под удар ни в чем не повинных детей. Может, Джеймс удерживает их с помощью магии?

— Ладно. Я обещаю, что никуда не сунусь, не смотри на меня так.

23.

Люси.

Ночью я не могу уснуть, верчусь в постели, мысли крутятся в голове. У меня никогда не хватает терпения просто ждать. Мне надо действовать.

Дверь в мою комнату открывается, и я напрягаюсь. Неужели это Калеб посмел воспользоваться нашим гостеприимством?

— Люси, — слышу шепот Эммы, — ты спишь?

— Эмма, — зажигаю светлячок, чтобы разогнать ночную мглу, — ты напугала меня!

— Прости, не хотела тебя будить, просто.

Эмма снимает тапочки и забирается ко мне на кровать с ногами. Запускает еще несколько светлячков.

— Как думаешь? Мой брат …

— Да, я думаю, в подобной схеме. А может даже, конкретно в этой. Зачем-то же герцог Уэйнрайт приехал в этот городок?

Сажусь поудобнее, подушку под спину подкладываю себе и Эмме местечко рядом готовлю.

— Но почему он тогда до сих пор не выбил информацию из этого «многоуважаемого» мистера Джеймса? — Эмма перебирается к изголовью и устало облокачивается.

Я понятия не имею, почему. Скорее всего, герцогу или неизвестно, кто именно в городе причастен к похищению мальчиков, или, что более вероятно, он подозревает Джеймса, но не знает, с какой стороны к нему подступиться. Сама понимаешь Джеймс просто пешка, его нельзя спугнуть, за ним стоит кто-то знатный, однозначно! Еще некоторое время мы болтаем и, наконец, под утро уже засыпаем.

А утром меня будит Гарри.

— Люси, — стучит он в дверь громко и заходит в мои покои. — Эмма пропа…

Мой брат видит Эмму, зло хмурится и уходит громко хлопая дверью.

— И что это было? — интересуюсь я у Эммы. — Зачем мой брат с утра навещал тебя. И как часто это происходит?

Эмма смотрит на меня круглыми глазами, пожимает плечами. Дверь снова открывается и мы слышим голос Гарри.

— На сегодня я всю прислугу отпустил, поэтому завтрак готовите вы. Поторапливайтесь, скоро герцог придет!

— Хотел попросить меня приготовить завтрак? — говорит очевидную причину Эмма.

— Нас… Но заглянул к тебе, сначала.

Эмма соскальзывает с кровати и идет к себе.

— Не придумывай того, чего нет, — язвит она, прежде чем покинуть меня.

Открываю двери гардероба, рука тянется к простому платью, которое я надеваю дома по утрам. Но сегодня у нас же гость? Выбираю платье насыщенного зеленого цвета, оно хорошо сочетается с моими волосами, никаких супер глубоких вырезов, но грудь подчеркивает. Чуть-чуть подкрашиваю ресницы, блеск для губ. Ах да еще кулон на тонкой цепочке, который красиво ложится в ложбинку.

Не знаю почему, но я злюсь на герцога. Сначала он заигрывал со мной на том балу, а потом появилась эта Виктория — и всё, вместо «вы будете танцевать все танцы со мной» он избегает моего общества уже несколько дней.

Спускаюсь по лестнице. Гарри сидит в гостиной. При виде меня у него брови ползут вверх, но он молча продолжает читать газету. Калеб, тоже с газетой в руках, сидит на диване. При виде меня мальчишка громко вздыхает, его глаза загораются весельем.

Эмма этого не видит, она уже хозяйничает на кухне.

— Так, командуй, — говорю ей с порога.

— Мммм, да ты сегодня как для званого обеда оделась, — улыбается подруга.

— Так у нас и будет почти званый завтрак. Сам герцог его посетит, — смеюсь я в ответ.

Подруга демонстративно окидывает меня взглядом:

— В таком случае, присаживайтесь где-нибудь в сторонке, леди Люси, — кривляясь, делает реверанс Эмма, — и не мешайте. А то платье запачкаете!

— Да ладно, давай хоть чай заварю, хлеб нарежу.

— Ага, и на стол начинай накрывать.

Пока подруга готовит завтрак, я накрываю на стол. Как раз к тому времени, как у нас все готово, раздается звонок в дверь. Мы подходим к двери, Гарри впереди, мы с Эммой чуть позади.

— Уэйнрайт, — протягивает Гарри руку.

Герцог нетерпеливо пожимает ее и спрашивает:

— Что за срочность, Уоррен?

— Есть интересная информация по поводу мальчиков. Позавтракай с нами, а потом Калеб все расскажет тебе лично.

Мальчишка уже соскочил с дивана, переминается с ноги на ногу.

— Леди, приветствую. Калеб, я так полагаю, — герцог просто протягивает парню руку, — меня можно называть просто «мистер Уэйнрайт».

Мальчик гордо кивает, и Гарри идет к нему, чтобы отвести в столовую. Герцог окидывает взглядом холл, его глаза останавливаются на мне. Суровое лицо почти не меняется, но в глазах появляется блеск.

— Мистер Кэмерон, — улыбаюсь я ему, довольная произведенным эффектом. — Прошу к столу.

Эмма, Гарри и Калеб проходят вперед, мы с Кэмероном направляемся за ними.

— Вы сегодня просто неотразимы, — шепчет мне герцог на ухо, отчего мурашки бегут по рукам.

1.

Люси.

— Люси, Люси, а где моя сестленка? — ноет маленький пятилетний Берт. — Где Эмма?

Мы с лучшей подругой и ее братом договорились погулять в парке. Но этот негодник только что облил водой ее новое платье, и Эмма ушла сушить одежду с помощью магии. И вот, пожалуйста, не прошло и пять минут, как шкодный братишка соскучился! Наверно, потому что тут не очень интересно: скамейки, кусты и клумбы, не поиграешь. Парк совсем маленький, зато рядом с моим домом.

— Люси, смотри, там щенок!

Берт показывает куда-то в кусты. Никакого щенка я не вижу, кусты как кусты. Зато замечаю на скамейке рядом благородного господина в шляпе с низкими полями, и почему-то в шарфе.

Мальчик припускает к кустам. Я подхватываю юбки и устремляюсь за ним:

— Берт! Стой, ты куда!

Хватаю его в охапку, встряхиваю, и мальчик заливисто смеется.

— Не пугай меня так, малыш! — отчитываю его, скрывая улыбку.

Но я не могу злиться на Берта. Сама была и не таким сорванцом! Но бегать по кустам это не дело — Эмма нас потеряет.

— Люси, щенок!

Мальчишка снова лезет в кусты. Кажется, я тоже вижу белый бочок. Решаю все-таки посмотреть, что там, и, взяв Берта за руку, схожу с дорожки. Краем глаза замечаю сзади какую-то тень… а потом резкая боль в затылке!

В глазах темнеет, колени подгибаются, и я падаю в траву.

Последнее, что я чувствую — как маленькая ладошка выскальзывает из моих рук.

***

— Леди Уоррен, прошу вас успокоиться и еще раз, только со всеми подробностями, рассказать уже мне, кого похитили и как! — спрашивает меня дознаватель, герцог Кэмерон Уэйнрайт.

Я полулежу на диване в гостиной, с подушкой под спиной и компрессом на голове. Удар был сильным, и я потеряла сознание на несколько часов. А когда очнулась, уже дома, в гостиной, то не поверила своим глазам.

Герцог Кэмерон Уэйнрайт!

Открыв глаза и увидев его лицо, я решила, что это сон. Откуда он мог тут взяться? Да еще и сразу после того, как Берта похитили?

Когда-то они дружили с моим старшим братом, потом что-то произошло, и они перестали общаться! А я… Я была совсем юной девчонкой, и мне тогда казалось, что я влюблена в него.

А теперь я смотрю на его равнодушное лицо и понимаю, как изменилось мое восприятие. Тогда он казался мне всем! А сейчас — просто прохладный, отстраненный мужчина. Подумать только, увидел меня впервые за пять лет и даже не улыбнулся! Сделал вид, будто и знать меня не знает! Сказал, что работает дознавателем и приехал расследовать!

Хорошо, что они поссорились с Гарри, и я быстро забыла его! Он же словно айсберг — холодный и недоступный.

— Говорю же, похитили младшего брата моей подруги! — повышаю голос, чувствуя, как эмоции переполняют меня. Вместо того, чтобы идти искать, он по второму разу спрашивает одно и тоже. — Она приехала ко мне в гости, а мои родные еще в гостях вместе с моим младшим братом. Видимо, Берта приняли за Тео и их перепутали.

— А Тео — это?

— А Тео — это граф Теодор Уоррен. Украли маленького мистера Берта Мэннинга. Теперь вы понимаете?

Голос у меня на пределе, нервы на грани, а этот дознаватель задает кучу вопросов! И все не по делу! Главное — начать искать мальчика! Его не могли увести далеко! Они еще явно где–то здесь, в парке!

— Теперь понятно, леди Люси, — даже не взглянув на меня, отвечает герцог. — Леди Люси, поймите, вы были без сознания несколько часов. За это время Берта могли увести куда угодно. Парк уже прочесали, не нашли никаких следов. Поэтому сейчас важно собрать информацию. Еще раз спрашиваю. Кто такой Тео? Какие у вас отношения с Эммой? Расскажите обо всем по-порядку.

Выдыхаю, пытаясь успокоиться. Наверно, герцог прав. Рассказываю сначала про Тео. Ему почти пять, как Берту, и он родился уже после того, как Кэмерон Уайнрайнт поссорился с моим братом. Добившись холодного, сухого кивка, продолжаю уже про Эмму.

Моя подруга Эмма училась со мной в академии. Ее семья была из купеческого сословия, очень обеспеченной. Родители надеялись, что прикосновение к аристократии поможет ей в будущем выйти замуж. Но Эмма и я не мечтали о роли украшения мужчины: нам было важнее искать свою дорогу в жизни, быть независимыми и сильными.

Не спрашивайте, как мы подружились, это не важно. Хотя нет! Важно очень! Однажды она спасла меня от унижения! Меня тогда подставила так называемая подруга в академии! Если бы не Эмма, я бы в одной нижней рубашке предстала на всеобщее обозрение всех встречных студентов! Нет, даже вспоминать не хочу!

— Сегодня мы договорились встретиться, но Эмме не с кем было оставить своего младшего брата, и она взяла его с собой. Мои родители и мой младший брат сегодня до вечера отсутствуют. Мы решили прогуляться с Бертом. Я вышла первая, держа Берта за руку. Меня ударили по голове, мальчика похитили.

— Доктора вызывали? Он вас осмотрел? — герцог снова скользит по мне взглядом, будто впервые увидел.

— Со мной все в порядке!

— Сколько лет пропавшему мальчику? И почему задержалась мисс Эмма?

На этом вопросе в гостиную входит заплаканная Эмма:

— Ему пять лет, совсем маленький! Он облил мое платье водой, а я сушила его с помощью магии. Люси сказала, что будет меня ждать в парке. И вот, — всхлипывает подруга.

— Вы что, Эмму подозреваете в похищении собственного брата?! — возмущаюсь я.

— Спокойно, леди Уоррен. Я никого не подозреваю, просто пока собираю информацию, — продолжает он невозмутимо. — Почему вы решили, что похитить хотели вашего брата, а не брата мисс Эммы? Насколько я знаю, ее отец — крупный торговец, — вздергивает красивую бровь дознаватель.

Красивую? Нет, это я от стресса! И почему он здесь, он не может быть простым дознавателем. Это же герцог!

— А почему тогда похитили около нашего особняка? — задаю я встречный вопрос, быстро беря себя в руки.

— Кто-то еще из взрослых был в особняке? Ваш старший брат? — продолжает он задавать вопросы.

Последний вопрос мгновенно отбрасывает меня в детство, напоминая о том, что когда-то этот сдержанный и холодный человек был моей первой любовью.

Но эти чувства никогда не были взаимными — он считал меня слишком маленькой! Воспринимал не девушкой, а младшей сестренкой своего лучшего друга!

— Гарри не живет с нами. И я, по-вашему, не достаточно взрослая? — сжимаю кулаки в складках платья. Рр-р-р, бесит!

— Я имею в виду слуг. Слуги может что-то видели? — игнорирует он меня.

— Нет, не знаю. Можете опросить, я всех позову, — уже спокойнее говорю и мне становится неудобно перед Эммой. Пока я тут эмоционально реагирую на герцога, она переживает за своего братика. — Вы же найдете его?

— Если он жив, то найдем! — холодно говорит герцог, Эмма хватается за сердце и испуганно смотрит на мужчину, а мне теперь хочется стукнуть его по голове, чем-нибудь тяжелым. — Позаботьтесь о подруге, леди Уоррен. Мои люди пока опросят слуг, а после родителей мисс Эммы Мэннинг. И, предупреждая ваше очередное возмущение. Как я уже говорил, мои люди прочесали парк и сейчас прочесывают ближайшие улицы и опрашивают прохожих.

С этого и надо было начинать! Бесит!

— И последний вопрос. Вы обратили внимание на количество людей, которые были рядом? Предположительно, это были похитители. Скажите, пожалуйста, сколько их было и во что они были одеты?

Я и моя нежная Муза, очень надеемся на вашу поддержку, мои дорогие!

Очень ждем ваши комментарии и звездочку в поддержку книги!

Всех обнимаю, с любовью ваша

Оксана Рассветная!

2.

Кэмерон.

То, что я оказался на месте похищения ребенка — случайность.

Я ехал на мобиле во дворец, на обед к Его Величеству, для «важного» разговора. Какого именно, я не знаю, но уверен, мне этот разговор не очень понравится.

Как вдруг увидел суету у особняка своего бывшего друга, притормозил, решив узнать, что случилось.

Там были какие-то люди, слуги, штатный дознаватель.

На зеленой траве мелькнуло что-то яркое. Огненное. Неподвижное тело девушки с рыжими волосами.

Перед глазами вспыхнуло давнее, почти забытое имя — Люси. Младшая сестренка моего друга Гарри. Что с ней случилось?

Увидел, как ее подняли на руки и понесли в дом, вышел из мобиля и пошел разбираться. Штатный дознаватель рассказал, что похитили то ли младшего графского сына, то ли еще кого-то из детей. В доме никого, только две девушки, и обе девушки плохо себя чувствуют. Одну по голове ударили и она без сознания, вторая в истерике!

Я не мог это так оставить. У меня были полномочия вмешаться, и я вмешался. Занялся делом, забрав его у штатного дознавателя и вызвав своих людей.

Его Величеству сообщаю, что задерживаюсь по чрезвычайным личным причинам.

Опрашиваю всех, включая очнувшуюся девушку, Люси. Я не видел ее с тех пор, как мы поссорились с Гарри, и сейчас решаю тоже не напоминать о себе. Люси была ребенком, уверен, она меня даже не вспомнит. К тому же я не намерен вечно заниматься работой простого дознавателя. Мне нужно только убедиться, что с девушками всё в порядке, и попытаться найти этого несчастного пропавшего ребенка по горячим следам.

К концу осмотра в особняке графа Уоррена появляется их старший сын и мой бывший лучший друг Гарри. Одновременно делаю пометку в голове узнать, где были родители с малышом Теодором, и смотрю, как Гарри отдает свой платок все еще плачущей Эмме, а потом обнимает сестру.

Люси ураганно красива. Рыжая, с белой кожей, правильными чертами лица и чуть вздернутым носиком. Она уже не ребенок. Как она вспыхнула, когда я спросил, есть ли дома взрослые!

И Люси не плачет, в отличие от подруги. Только доверчиво жмется к брату.

С трудом отвожу глаза, бросаю взгляд на часы. Уже давно пора было появиться доктору, который должен был осмотреть юную графиню и дать мисс успокоительное.

Оставив девушек одних, граф Гарри Уоррен уверенной походкой направляется в мою сторону. Поэтому я убираю бумаги и внутренне готовлюсь к разговору.

— Здравствуйте, Ваша Светлость, — здоровается со мной Гарри без грамма иронии.

— Здравствуй, Гарри. Давно не виделись, жаль, что встретились при таких обстоятельствах.

— Как поживает молодая жена? Наследника уже родила?

— Молодая жена? Я не женат, Гарри, — за усмешкой прячу свою боль и унижение.

Я не хочу это вспоминать. И тем более рассказывать бывшему другу. Он, несомненно, имеет право все знать, но для меня это слишком больно и слишком лично.