Между Любовью и Страстью! Я выбираю...

Мы особо никогда не были дружны с Игорем. Общались только из-за Виктории. Он собственно, даже немного ревновал меня к ней, хотя дальше флирта наши отношения с ней не заходили. Но дело было не только в Виктории. Петров никогда не вызывал у меня доверия. Очень ушлый, надменный и чересчур хитрый парень, который никогда своего не упустит. Вот уж кто точно женился ради выгоды.

– Хорошо. Пригласи его в мой кабинет. И принеси нам, пожалуйста, чай.

– Хорошо. Поняла.

Ксения стремительно покинула кабинет. Я же озадаченно провёл пальцами по подбородку, мысленно маясь от лихорадочных размышлений. Игорь неспроста приехал, вряд ли это похоже на визит вежливости. Ему что-то от меня нужно? Ну что?

Медленно присел на кресло, приняв непринуждённую позу.

Через несколько минут в кабинете появился Игорь Петров, собственной персоной. За те пять лет, что мы не виделись, он значительно возмужал, он более не был похож на худощавого паренька. Благодаря семейству Вавиловым стал вполне солидным мужчиной. Только вот доверия, как и прежде этот паренёк не вызывал. Его подлые глазки заблестели, выдавив из себя дружелюбную улыбку, он молниеносно метнулся ко мне и, протянув руку, с фальшивым дружелюбием, пробормотал, – Игнат, сколько лет сколько зим? Как же я рад тебя видеть.

Вынужденно приподнялся, следуя проклятым правилам приличия, и без особого желания, пожал его слегка вспотевшую ладонь.

– Пять лет прошло, – кратко констатировал. – Присаживайся, Игорь. Рассказывай, как у тебя дела? – Задал банальный вопрос, хотя мне было совершенно наплевать на его ответ.

Всем сердцем желал лишь одного, спокойно поужинать и отправиться в кровать. Вести светские беседы со скучным, нудным Игорем, который, согласно слухам, не отличался финансовой чистоплотностью и за спиной Вавилова прокручивал грязные делишки, не было ни сил, ни желания. Но и выгнать его не мог…Пришлось терпеть и уделить ему хотя бы пятнадцать минут.

– Мне то что рассказывать? У меня всё, как всегда. Это ты мне расскажи, что происходит? – Он лукаво хихикнул, нервно проведя пальцами по длинному, чрезвычайно любопытному носу. – Ты уж прости меня. Не смог присутствовать на званом ужине. Работа сам понимаешь. В командировке был. В Питер гонял по служебной необходимости.

Непринуждённо и тактично кивнул, осознавая, что хитро сделанный Петров далеко не из-за любопытства явился в столь поздний час в мой дом. По его лукавому взгляду стало понятно, что перспектива того, что я стану зятем семьи Вавиловых, его мало устраивала.

– Ничего страшного, – лаконично проговорил. – Всё понимаю. И знаешь, ничего особенного на ужине не произошло. Банальный визит вежливости.

Петров недоверчиво и криво усмехнулся.

– Да ладно тебе, Игнат. Чего передо мной «комедию ломать»? – С лёгким налётом обиды неодобрительно пробубнил он. – Знаю же, что ты задумал жениться на Александре.

Холодно обвёл наглеца непроницаемым взором.

– Возможно. Только вот этот вопрос тебя совершенно не касается.

Петров гневно взмахнул бровями.

– Игнат, как это? Александра – сестра моей супруги.

– Верно, – ехидно подтвердил очевидные факты, которые никто оспаривать не собирался. – Она сестра твоей жены. А вовсе не жена.

Игорь напряжённо приподнял и опустил плечи. В кабине повисла звенящая тишина, которая была нарушена очередным стуком в дверь.

Стремительно перевёл взор на дверь.

– Заходи, Ксения.

Игорь медленно повернул голову и слишком откровенно, плотоядно обвёл липким, отвратительно похотливым взглядом несчастную девушку, которая робко поставил поднос с чаем и какими-то сладостями на стол.

– Спасибо, Ксения. Можете быть свободны, – строго и официально отдал распоряжение, чувствуя, что девушка чувствует себя крайне неловко.

– Хорошо, Игнат Сергеевич. Если что, ужин готов. Как только отдадите распоряжение. Накрою на стол.

С благодарностью кивнул, наблюдая за тем, как Петров провожает Ксению похотливым взглядом.

– Какой у тебя прекрасный обслуживающий персонал, – прохрипел он, вожделенно поправляя галстук.

– Нормальный у меня персонал, – грозно рыкнул. – Игорь, впредь требую, чтобы ты проявлял уважение.

Петров шокировано округлил глаза.

– Игнат, ты чего?

– Ничего, – налил чай и пододвинул чашку незваному, наглому гостью.

Игорь поморщился.

– Не хочу чай. Мне бы сейчас коньячку.

Разгневанно нахмурился.

– Игорь, у меня был чертовски сложный день. Уж прости, но мне совершенно не хочется сидеть с тобой и распивать коньяк.

– Спасибо за честность, Игнат.

– Пожалуйста, – холодно ответил. – И если у тебя всё. То более тебя не задерживаю.

Петров явно не ожидал такого жёсткого ответа, неторопливо он покинул кресло, но уходить не собирался.

– Знаешь, Игнат, а мне здесь «птичка на хвосте принесла» одну прелюбопытную новость.

Петров слегка подался вперёд, словно обладая огромным, провокационным компроматом против меня, чему был несказанно рад.

– Игорь, ты бы лучше с людьми общался, а не с птицами. И уж тем более им под хвост не заглядывал. Это же отвратительно.

– Я сам решу, с кем мне общаться, Ворошилов, – Игорёк сбросил маску дружелюбия, которая явно его обременяла. – Ты даже не понимаешь, что делаешь? Вавилов – человек серьёзный. Он никому не позволит обижать его любимую дочурку. Он же за Сашку тебе башку оторвёт и даже не поморщиться.

Хищно оскалился.

– Я в отличие от тебя, женщин не обижаю.

Петров насупился.

– Правда? А как же Алиса?

Суетливо дёрнулся, словно получил не вопрос, а удар от Петрова.

Этот придурок физически никогда бы не смог нанести мне, какой-то вред, а вот морально умудрился.

– Кто?

Мерзавец самодовольно растянул уголки губ.

– Алиса Воробьёва. Рыжеволосая, жгучая красавица с очень аппетитными формами и весьма интересным, увлекательным послужным списком. Что, Игнатик, проститутки надоели, решил переключиться на приличных девушек?

Всегда мог контролировать свои эмоции, но теперь сдержаться не смог, руки буквально горели. Стремительно сорвался с места и без лишних слов, что было сил врезал по наглой, надменной морде проклятого Петрова, который не имел никакого права своим грязным ртом оскорблять Алису.

Подонок грохнулся на пол и заскулил, как побитая собака.

– Ублюдок, ты же мне нос сломал. Скотина.

– Благодари бога, что только нос, сука. В следующий раз на своих ногах не уйдёшь. Только на носилках. И не гарантирую, что ногами не вперёд.

Глава № 10. Игнат

Игорёк, бесспорно, конченая мразь. Этот ублюдок заслужил хорошей взбучки. Алиса далеко не ангел, но он не имел никакого права отрывать свою пасть и оскорблять мою бывшую девушку.

– Игнат, ты не имел права поднимать руку на Игоря, – разгневанно прокричал Дмитрий Геннадьевич, который с самого утра, явился в мой дом, с разборками.

Гневно сузил глаза, уменьшая свой обзор, фиксируя взгляд на самодовольном, напыщенном мужчине, который, по всей видимости, «берега попутал» и по неведомым мне причинам вознамерился нотации читать и жизни учить.

– Дмитрий Геннадьевич, предлагаю спокойно поговорить. Как взрослые мужчины. Без криков и истерик, – довольно дружелюбно, но со стальными, непоколебимыми нотками в голосе предложил, тактично указывая рукой на мягкое, удобное кресло.

Отец Александры криво усмехнулся, но мою просьбу выполнил. Неспешно подойдя к креслу, он вальяжно одёрнул пиджак и присев, пробормотал, – вижу я, как ты разговоры ведёшь. Сначала морду бьёшь своему гостю, а потом из дома выкидываешь, как шелудивую шавку.

– Дмитрий Геннадьевич, ваш зять заслужил, – не хотел оправдываться и даже не собирался, но пояснить ситуацию обязан, особо не вдаваясь в подробности. – Игорь перешёл границы.

Вавилов нахмурился. Чувствовал, что моё поведение он совершенно не одобряет, неплохо знал отца Александры, он всегда слыл как человек жёсткий, конкретный, принципиальный, но всё-таки конфликты предпочитал урегулировать с помощью дипломатии.

– Что между вами произошло? – Задал запоздалый вопрос он.

– Он вам не рассказал?

Вавилов разгневанно блеснул огромными чёрными глазами, которые так и кричали, что если бы он знал, то вопрос такой не задавал.

– Нет. Не рассказал. Вчера вечером позвонила Виктории и сообщила, что по твоей вине Игорь оказался в больнице. Ты ему нос сломал.

Утвердительно и гордо замотал головой, хотя особо гордиться нечем. Всё-таки границы перешёл я, не стоило прибегать к силе. Надо было выдохнуть и выкинуть поганца из дома. Но что теперь «посыпать голову пеплом». Дело сделано, и ничего не исправить. Моя репутация подпорчена. Наверняка Вавилов сделал выводы и вряд ли теперь позволит своей любимой дочери, которую растил, как самую настоящую принцессу, бережно оберегая её, как садовник «аленький цветочек».

Медленно присел на край широкого дивана, размышляя над повисшим в воздухе вопросе.

– Дмитрий Геннадьевич, есть вещи, о которых мужчины не говорят. Ваш зять посмел оскорбить дорого для меня человека. И этого я ему простить не смог, – звонко и уверенно проговорил. – Прошу прощения за свою несдержанность и вспыльчивость. Но прощения прошу лишь у вашей семьи, которую уважаю. Но Петров – мерзавец. И получил по заслугам.

Замолчал, ожидая реакции Дмитрия Геннадьевича. Пристально вглядывался в его помрачневшее лицо, понимая, что мой завуалированный ответ его вряд ли устроит, и извинения приняты не будут.

Мужчина нервно забарабанил по креслу.

– Знаю, – огорчённо и обречённо прошептал мужчина, вызывая моё удивление. – Игорь далеко не прагматичный человек, который достоин возглавить мой бизнес. Слишком хитрый.

Дмитрий Геннадьевич непринуждённо откинулся на спинку кресла, принимая более расслабленную просьбу, явно давая понять, что не испытывает ко мне враждебности.

– Так понимаю, что он оскорбил твою бывшую девушку.

Устало усмехнулся. Вот же б…во! А я, реально, чего-то не понимаю. О том, что у меня была девушка и мы расстались, уже в интернете выложили…Нет! Понимал, что информацию ему слил отец.

Мерзкое чувство прожгло моё сердце, стало безумно неприятно и обидно, что мой отец, как последняя сплетница рассказал всему миру о моей личной жизни. Проклятие! Как же всё это мерзко и отвратительно. Стараясь не подавать вида, довольно спокойно лицезрел Вавилова, ожидая, что он продолжит. Но мужчина упорно молчал, проникновенно изучая мою реакцию.

Нашу безмолвную дуэль прервала Ксения, она нежно улыбнулась Дмитрию Геннадьевичу и приблизившись к чайному столику, поставил поднос с наполненными чашками кофе.

Приятный аромат терпкого, бодрящего напитка заполнила гостиную. Появление девушки немного снизило градус напряжения. Дмитрий Геннадьевич дружелюбно улыбнулся и, взяв в руки чашку с кофе, пробормотал, – благодарю. Кофе именно то, что мне сейчас нужно.

Ксения шире улыбнулась.

– Может вам ещё что-то принести? Я только что пирожков напекла.

Дмитрий Геннадьевич, с проворством мальчишки, утвердительно, с откровенным энтузиазмом, замотал головой.

– Пирожки. Это же отлично. А у вас есть с яблоками?

Ксения поникла. Девушка робко пожала плечами.

– К сожалению, нет. Но есть с вишней. Хотите?

Мужчина радостно махнул рукой.

– Несите.

Ксения перевела на меня глаза, ожидая распоряжений.

– Иди, Ксюша. Принеси свои фирменные пирожки.

Девушка молниеносно сорвалась с места, подхватив поднос.

Дмитрий Геннадьевич проводил её восторженным взглядом, в котором не было даже намёка на похоть. Знал, что Вавилов чрезвычайно приличный человек, истинный семьянин. Он любил свою жену и никогда не был пойман на измене, а в нашем обществе это огромная редкость. Даже мой отец нередко ходил налево, хотя ничего серьёзного из его интрижек не выходило, но матери причиняло боль. Постепенно она смирилась, только вот взгляд потускнел, и Анна Аркадьевна стала более холодной и надменной, так она скрывала свою уязвимость, не хотела показывать, что женская гордость подавлена. Глядя на своих родителей, поклялся себе, что никогда не буду изменять своей супруге, если уж женился, то обязан уважать супругу. Но вместе с тем никогда не был глупым, неразумным романтиком, который верил в настоящую любовь до гроба. Жизнь слишком непредсказуемая, её пути витиеваты. Для себя определил, что если женюсь, а затем встречу другую, то никого обманывать не стану и честно признаюсь супруге, что разлюбил.

Долгое время не мог встретит ту самую единственную и неповторимую…А когда встретил, то жизнь сыграла со мной злую шутку.

– Дмитрий Геннадьевич, – серьёзным тоном обратился к своему собеседнику, возвращая его к нашему сложному, трудному разговору, – я вас уважаю, но обсуждать свою личную жизнь с вами не буду.

Вавилов кивнул.

– Понимаю, Игнат. Но и ты меня пойми. Мы серьёзно рассматриваем вопрос о вашей предстоящей свадьбе с моей Александрой. Думаю, что ты прекрасный кандидат.

Вяло усмехнулся.

– А я думал, что вы изменили своё мнение. Особенно после того, как я сломал длинный нос вашему зятю.

Вавилов иронично ухмыльнулся.

– Игнат, я слишком хорошо знаю Петрова. Он «мёртвого достанет». Я совершил ошибку. Подался на его сладкие речи. Не разглядел его гнилое нутро. Но вот ты другое дело. В тебе есть характер. Ты обладаешь прагматичным взглядом, но при этом вовсе не меркантильный человек, у тебя есть принципы.

С искренней благодарностью помотал головой.

– Спасибо, Дмитрий Геннадьевич, но вы меня слишком мало знаете. Вернее, – мгновенно внёс ремарку, – мы с вами не виделись почти пять лет. Кто знает, каким человеком я стал за это время.

Мужчина лукаво прищурился.

– Игнат, ты что меня за идиота принимаешь? Реально, думаешь, что я не навёл о тебе справки.

Чёрт! Навёл. Ещё как навёл…

– Так вы шпионили?

– Отнюдь, – парировал он. – Просто я отец. И должен знать, каким будет мой будущий зять. Я не могу отдать свою дочь кому попало. Сам же понимаешь? – Крякнул он, а затем, беспечно махнув рукой, поставил чашку на стол. – Хотя, пока ты меня не понимаешь. Сложно объяснить, какие чувства испытываешь к детям человеку, у которого своих детей нет. Это необъяснимое чувство. Но очень сильное.

А вот здесь Дмитрий Геннадьевич попал в самую точку…Задел струнки моей мрачной души. Дети – это ответственный шаг, к которому был готов, только вот моя любимая оказалась грязной обманщицей, а более никого не представлял в роли матери моего ребёнка.

– Но ты сможешь меня порадовать. Надеюсь, что с детьми вы с Сашей затягивать не станете. От Виктории и Игорька я такого подарка точно не дождусь.

Ошарашенно вздрогнул. Утвердительный тон Вавилова значительно напрягал меня. Мы ещё даже с Сашей не дали своего согласия, а он уже о внуках мечтает.

– Дмитрий Геннадьевич, ваша дочь – прекрасная девушка. Добрая. Нежная. Отзывчивая, – с лёгкой улыбкой прошептал, мысленно добавляя, что характером она пошла в отца и оказалось очень предприимчивой и хваткой, до сих пор поражался её смелости и решительности. – Но этого мало для брака. Между нами нет никакой искры. Огня. Я воспринимаю её, как младшую сестрёнку.

Вавилов снисходительно вздёрнул волевым подбородком.

– Но она тебе не сестра. А очень выгодная кандидатура, – цинично констатировал он, доказывая, что отцовские чувства не мешают его бизнес подходу и совершенно не отодвигают амбиции, которые временами зашкаливают. – Этот брак взаимовыгодный для вас обоих. Ты получишь не только, красавицу жену, с которой не стыдно выйти в общество, но и очень влиятельных родственников.

Изумлённо ухмыльнулся.

– Удивлён. Столь откровенному признанию.

– А что именно тебя удивляет? – Теперь изумление заиграло в его голосе. – Такова жизнь. Ты не можешь со мной не согласиться.

Глубоко вздохнул. Сложно было ему парировать.

– Думаете, что брак по договорённости может стать счастливым?

Дмитрий Геннадьевич немного погрустнел.

– Страсть – это хорошо, – секунду спустя, нарочито проговорил он. – Но она вовсе не главенствующая в браке. Главное — уважение, взаимопонимание, общие интересы.

– А как же любовь?

Вавилов немного оторопел, явно не ожидая от меня такого детского вопроса.

– Любовь, Игнат, – сухо пробормотал мужчина, – слишком непонятное чувство и очень противоречивое. И если честно, недолговечное.

Глава № 11. Игнат

Память - странная и необъяснимая игра разума, когда сердце настойчиво требует перемен, она не позволяет избавиться от мучительного, болезненного прошлого…

Тяжёлым шагом покидал массивное, серое здания, в котором было огромное количество людей, весь рабочий персонал знал, что в скором времени наступят глобальные перемены и отец назначит меня руководителем. Все лебезили, пытались вести себя уважительно, тактично, но всё это наигранно. Фальшиво. Всё фальшиво в нашем мире. До встречи с Алисой считал, что и любовь – это лишь пустой звук…

Но после того, как рыжеволосая красавица стремительно ворвалась в мою жизнь, всё кардинально поменялось…

Спустился по лестнице, мрачно наблюдая за тем, как серые тучи затягивают небо, маленький, неприятный дождь падал на землю, вызывая холодную дрожь.

Ускорив шаг, приблизился к автомобилю, как внезапно услышал за спиной до боли знакомый женский голос, который раньше дарил столько тепла и нежности, а теперь причиняет лишь острую боль.

– Игнат, здравствуй, – дрожащим голосом проговорила девушка.

Замер. Но только лишь на секунду, от неожиданности, Алиса смогла застать меня врасплох. Догадывался, что она наглая, бесстыжая девушка, которая совершенно лишена совести и нравственности, но явиться ко мне после предательства, осмелиться прийти, это уже выше всех граней.

Внутри всё забурлило, но я вида не подал. Медленно повернулся к предательнице и холодно, с фальшивым равнодушием и искренним пренебрежением, промолвил, – ты что здесь делаешь?

Алиса поёжилась, по её промокшему, продрогшему виду стало понятно, что она давно стоит на улице и даже успела промокнуть. На секунду проклятая жалость кольнула моё сердце, но это была лишь мимолётная слабость, которую молниеносно подавил в самом зародыше. Эта продажная, падшая женщина не заслуживает никакого сочувствия. По её вине оказался на самом дне. Она ожесточила моё сердце, оборвала крылья.

– Игнат, прошу тебя…

Гневно поморщился и, резко распахнув автомобильную дверь, запрыгнул в автомобиль, лишая её возможности вновь отравлять мою душу лживыми речами. Дмитрий Геннадьевич и отец, совершенны правы. Нет в этом мире никакой любви. Обязан руководствовать здоровыми амбициями. Александра Вавилова – достойная кандидатура, она станет прекрасной женой и хорошей матерью моих детей.

Стремительно завёл автомобиль, но, слава богу, не успел нажать на газ, в противном случае, наехал бы на Алису. Девушка словно из-под земли выросла, она положила ладони на капот и, яростно замотав головой, прокричала, – я никуда не уйду, пока мы не поговорим.

– Б…ь, – разъярённо выругался, выскакивая из салона навстречу обезумевшей девице, которая окончательно тронулась головой. – Ты что творишь, безумная, – грубо хватая её за плечи, свирепо прорычал, мысленно ловя себя на мысли, что никогда бы не смог себя простить если бы причинил ей вред.

Маленькая слезинка скатилась по её щеке. А может это вовсе не слеза, а лишь дождь?

– Игнат, выслушай меня. Просто выслушай, – взмолилась она, против моей воли, вынуждая сердце вздрогнуть. – Мне нужно тебе всё рассказать.

Медленно отпустил Алису.

– И что же тебе мешало раньше рассказать мне правду?

Девушка удручённо усмехнулась.

– Я боялась. Очень боялась, что ты меня бросишь. Я надеялась, что ты никогда не узнаешь правду.

Лицемерка. Безумная лицемерка.

– Я тебя обманывала. Безбожно врала, – сбросив маску, проговорила Алиса. – Но о том, что люблю тебя, сказала чистую правду. Рядом с тобой моя жизнь изменилась. Ты мне не веришь, – обессиленно констатировала она, пристально наблюдая за моей спокойной, хладнокровной реакцией. – Но эта правда.

Устало ухмыльнулся. И что мне теперь от её запоздалой правды?

Ложь – это трещина, в которую утекает любовь. А нашем случаи, Алиса попросту спустила любовь в унитаз, смешала мои чувства с грязью.

Обидно понимать, то тебя обманывают… Обиднее втройне понимать, что тебя обманывает именно тот, кому хочется верить больше всех…

Для Алисы ложь — способ поддержать тот образ, которые она создала для окружающих. Невинный, чистый образ…

– Игнат, что бы ты сделал, если бы узнал правду от меня?

Немного опешил. С такой стороны на ситуацию не смотрел. Невольно отвёл глаза, осознавая, чтобы вряд ли смог бы связать свою жизнь с падшей женщиной. Или всё же бы смог, потому что моя любовь оказалась бы сильнее? Сложные вопросы лихорадочно посыпались, ответы на которые не находил. Растерянно заводил глазами, обессилено прижимая пальцами переносицу.

– К чему этот вопрос? Мой ответ ничего не изменит, – вышел из положения.

Алиса рванула вперёд и, встав прямо передо мной, с укором прошептала, – для меня очень важен твой ответ. Потому что ты меня во всё обвиняешь. И я признаю свою ошибку. Но и ты далеко не такой хороший. Ты говорил мне, что любишь меня, но как только я оступилась, ты незамедлительно вышвырнул меня из жизни.

Девушка разъярённо ударила меня по груди, её удары были сродни укусу комара, не приносили никакой физической боли, но вот морально уничтожали, заставляя чувствовать себя мерзавцем.

Нет. Нельзя поддаваться на манипуляции хитрой, коварной женщины.

Резко схватил её за запястья и гневно потребовал остановиться, подавляя её волю и желания.

– Разве я не права, Игнат? – Громко повторила она. – Ты расстался со мной вовсе не потому, что я тебя обманула, потому что не соответствую твоему идеальному образу, который существовал лишь в твоей голове.

Возможно, Алиса права. Я нарисовал Алису в своей голове, наделил её качествами, которыми она никогда не обладала.

– Игнат, мне прошлого не изменить. Я никогда не была целомудренной девушкой. Совершила огромное количество ошибок. Но после встречи с тобой всё изменилось. Поверь мне. Я по-настоящему полюбила тебя.

Ослабил хватку, и Алиса незамедлительно воспользовалась появившейся у неё возможностью, она прижала прохладные пальцы к моим щекам и слегка приподнявшись, прошептала мне прямо в губы, – Игнат, я всё та же Алиса, девушка, которую ты полюбил. Твоя рыжеволосая красавица.

– Нет, Алиса. Ты совершенно другая девушка, которую я совершенно не знаю. И если честно, и знать не хочу, – отступил, не позволяя более прикасаться ко мне, избавляясь от лживых оков. – Это наша последняя встреча. Очень надеюсь, что ты имеешь хоть немного совести и больше передо мной не появишься.

Выражения лица Алисы мгновенно изменилось, глаза наполнились ненавистью, губы искривились в брезгливой, пренебрежительной ухмылке.

– Только не говори мне, что ты решил жениться на этой маленькой, серой мышке.

Не стоило было реагировать на глупый, бабский выпад, но Алиса задела меня за живое.

– Саша, возможно, и серая мышка. Но рядом со мной значительно преобразиться.

Алиса шокировано замахала ресницами, широко раскинув ладони, ловя маленькие капли дождя.

– Ты же несерьёзно? Ты не можешь жениться на этой девушке.

Надменно усмехнулся.

– Алиса, моя личная жизнь тебя совершенно не касается. Смирись.

Приоткрыл автомобильную дверку, но девушка лихо среагировала и, громко захлопнув дверь, прорычала, – одумайся, Игнат. Ты же женишься на ней, чтобы отомстить мне. Это глупо. Ты лишь самого себя накажешь. Ты даже не представляешь, что такое жить с нелюбимыми.