Между Любовью и Страстью! Я выбираю...

Испуганно распахнула глаза и судорожно осмотрелась по сторонам…

Безмятежно лежала в тёплой, одинокой кровати, а рядом со мной стояла переполошённая сестра.

– Сашка, ты всё спишь? – недовольно буркнула бесцеремонная нарушительница моего покоя и стремительно упала на мою кровать.

Возмущённо выдохнула.

– Вика, ты с ума сошла, – рыкнула я и, схватив подушку, игриво и аккуратно ударила сестру по тёмным кудрям. – Разве можно так врываться в комнату?

Девушка звонко и весело рассмеялась, игнорируя мой гнев.

– Можно, Сашка. Ещё как можно. У меня для тебя умопомрачительная новость, – не теряя позитива, проговорила она, лихо выхватывая из моих рук подушку. – Завтра такое событие. А ты как ни в чём не бывало, в кровати валяешься.

Шокировано округлила глаза.

– Какое событие? Что произошло?

Виктория моментально изменила лицо, стала более серьёзной и сосредоточенно.

Лихорадочно заводила глазами.

– Саша, так ты ничего не знаешь?

– Нет. Не знаю. Потрудись объяснить, что произошло? Ты, почему ворвалась в мою комнату, как ураган, – недоброжелательно простонала я, злясь на сестру, которая вырвала меня из опьяняющего сна, лишая возможности насладиться любимым мужчиной, который в реальности находиться очень далеко от меня и никогда не будет моим.

Сколько себя помнила всегда любила и мечтала о Ворошилове Игнате. Он был хорошим другом Виктории, они учились вместе, постоянно проводили время. Мне даже казалось, что они любили друг друга. Но на деле оказалось всё банально проще, они лишь дружили. По крайней мере Виктории испытывала к нему лишь дружеские чувства. А вот я не могла смотреть на него как на друга старшей сестры.

При его появлении робела, не могла вымолвить даже слова…Грубость этого альфа-самца не отталкивала меня, а завораживала. Игнат обладал яркими признаками мужественности: развитая мускулатура, низкий голос, резкие, аристократические черты.

– Сашка, танцуй. Он вернулся в город.

Разгневанно фыркнула, безумно устала от недосказанности сестры.

– Кто приехал? Ты можешь прямо сказать?

Виктория кокетливо захлопала длинными ресничками, лукаво подмигивая мне.

– Игнат Ворошилов.

Застыла. Всё тело словно окутали невидимые, металлические нити, по мере того как постепенно стала осознавать сказанное.

– Игнат. Ворошилов, – ошарашенно повторила, чувствуя, как внутри что-то начинает давить. – Вика, твой бывший одноклассник?

Виктория задорно и интенсивно замотала своими тёмными кудряшками.

Моя сестра — единственный человек, которому смогла раскрыть свой секрет. Игнату признаться в любви так и не смогла. Да и зачем? Он неоднократно говорил Виктории, что я лишь маленькая, миленькая девочка, который он испытывает лишь братские чувства.

– И что? Зачем ты мне это говоришь?

Теперь Виктории шокировано округлила глаза, мой вопрос застал её врасплох. Гневно отвела от неё взор. А какой реакции ожидала моя сестра? Что должна была сделать? Прыгать от счастья до потолка? А чему радоваться?

Ворошилов всегда относился ко мне безразлично. Несколько лет уехал в Швейцарию и временами, приезжая в страну, встречался с сестрой, но даже не спрашивал обо мне…А если и интересовался, то лишь из-за уважения к Виктории, так между словом.

– Саша, ты меня удивляешь? Ты же его любишь?

Закатила глаза.

– Глупостей не говори. «Любовь» слишком громкое слово. Признаю, что, когда была подростком испытывала к нему симпатию, но сейчас выросла, и многое изменилось.

Из последних сил стремилась заглушить свои чувства, даже пыталась построить отношения с другими парнями, но вырвать его из сердца так и не смогла. Но сестре об этом знать необязательно.

– Саша, ты кого хочешь обмануть? – Дерзко провозгласила она.

Медленно опустила, а затем стремительно подняла глаза и, пристально посмотрев на сестру, жёстко провозгласила, – Вика, хватит. Прекрати дразнить меня. Тебе хорошо известно, что Игнату на меня плевать.

Хотите потерять женщину? Стараний много не надо. Равнодушия будет вполне достаточно.

– Вика, меня не интересует Ворошилов. И я больше не хочу о нём говорить.

Сестра помотала головой.

– Ты действительно ничего не знаешь, – констатировала она.

– Да что я должна знать? – Нервно замотала руками, откровенно выражая свою злость, страшно устала от загадок.

Виктория пару секунд безмолвно молчала, а затем встав с кровати, поправ одежду, торжественно провозгласила, – Саша, завтра состоится ужин. Семья Ворошиловых придёт. И знаешь зачем?

– Зачем? – Уже более сдержанно уточнила, параллельно ощущая, как табун мурашек раздирает мою кожу, предвкушение скрой встречи с Игнатом, волновало меня и вызывало ужасный трепет.

– Сашка, родители хотят вас поженить.

Активно захлопала глазами.

– Не смешно, Виктория. Совершенно несмешно, – разгневанно прорычала, поражаясь жестокости сестры, которая откровенно издевалась надо мной.

Сестра сурово сузила глаза.

– Это не шутка. А чистая правда. Ты же знаешь, что Сергей Платонович – смертельно болен. Он хочет передать бизнес Игнату. Но ещё молод. Ему нужна поддержка.

Отвращение отразилось на моём лице. Брезгливо поморщилась.

– Вика, ты что? Договорной брак? Брак, ради денег?

Сестра усмехнулась.

– Милая, одно другому не мешает. Ты же любишь Игната. Вы просто совместите приятное с полезным, – цинично и прагматично парировала она.

Возмущённо ухмыльнулась и, молниеносно покинув кровать, схватила халат и, накинув его на плечи, ответила, – нет, Виктория. Я никогда не выйду за Ворошилова. Он меня не любит. Тем более, ты сама мне говорила, что у него есть девушка.

– Боже, Сашка. Не будь такой занудой. Какая девушка? Так. Временное увлечение. Ничего серьёзного.

– Правда? Кто так сказал?

Виктория нахмурилась.

– Ты его любишь?

– Люблю. И что?

– А то, сестрёнка, – язвительно проворчала Виктория. – За свою любовь бороться надо. Тем более, что тебе выпал такой шанс. Нужно быть полной глупышкой, чтобы его упустить.

Сердце болезненно сжалось.

– Вика, как я могу бороться за его любовь, если Игнат ничего ко мне не испытывает. «Насильно, мил не будешь».

Сестра грозно помотала пальцем.

– А вот тут ты не права. Ты его долго не видела. Как и он тебя. Ты за эти год изменилась. Очень преобразилась. У тебя от поклонников отбоя нет. Ты его покоришь. Обязательно покоришь.

Виктория всегда могла потешить моё самолюбие, только сейчас её фокусы не пройдут. На меня многие парни обращали внимание, проявляли неподдельный интерес, ухаживали, только вот такие мужчины, как Ворошилов обращают внимание на более ярких, опытных, шикарных женщин. Для него была и буду лишь милой, маленькой девочкой.

Глава № 3. Игнат

Тихая, безмятежная ночь медленно опускалась на шумный, огромный город, который никогда не спал…

У меня дурацкая память. Я помню преимущественно ночи. Дни, свет — это быстро забывается, а вот ночи я помню прекрасно. Поэтому жизнь кажется мне полной огней. Ночь всегда празднична. Ночью люди говорят то, что никогда не скажут днём. Вы заметили, что ночью голоса у людей, особенно у женщин, меняются? Утром, после ночных разговоров люди стыдятся смотреть друг другу в глаза. Люди вообще стыдятся хороших вещей, например, человечности, любви, своих слез, тоски, всего, что не носит серого цвета.

И я надеялся, что ночь сможет принести немного спокойствия, спрятать от тревог. Но ошибался. Как всегда, ошибался.

Отрешённо блуждал в своих угнетающих мыслях. Признание отца никак не выходило из головы.

Проклятие! И как такое может исчезнуть бесследно, нервно схватил бокал с вином и торопливо осушил его до самого конца, не оставив ни грамма.

Хотелось убежать. Хотя бы на время скрыться. Но убежать от реальности невозможно. Бродил в своих мыслях, как в дремучем лесу. Постоянно спотыкался, ощущая лишь пустоту.

– Игнат, но ты чего? – Пропищала Алиса, недовольно хмуря брови, а затем она опустила глаза на мою полную тарелку, к которой даже не прикоснулся. – Разве можно пить на голодный желудок. Совсем с ума сошёл.

Любимая недовольно нахмурила брови.

– Ты совершенно не думаешь о своём здоровье.

Непроизвольно помотал головой. Только вот последнее о чём сейчас мне стоит беспокоиться, так это состояние моего здоровья.

Мрачная пустота накрывала меня. Но Алиса – это маленький лучик солнца в тёмном царстве.

– Милый, тебя так сильно расстроил разговор с отцом? Расскажи мне, что произошло? Что случилось? Умоляю, не молчи, – милая моментально уловила моё угнетение, перестав меня третировать. – Любимый, ты же знаешь, что можешь мне всё рассказать. Я рядом с тобой.

И вновь безвольно кивнул. Утром мы не успели поговорить с Алисой, стремительно уехал с отцом на работу, после того как Сергей Платонович сообщил страшную новость, он потребовал, чтобы я незамедлительно явился в офис. Отец всё предусмотрел, пока он будет проходит курс лечения, я стану его преемником.

Давно чувствовал, что уже довольно набрался опыта и готов возглавить бизнес, только вот обстоятельства совершенно не радовали.

У нас с отцом было множество разногласий и случались серьёзные конфликты, но я всегда его любил и безгранично уважал.

– Игнат, если хочешь, мы можем поговорить, – нежно пролепетала моя прекрасная фея по имени «Алиса» и, не дожидаясь ответа, вспарила и неспешно уселась на мои колени. – А можем помолчать. Всё будет, так как ты захочешь.

Любимая игриво подмигнула, вновь пленительная улыбка заиграла на её лице.

Есть категория людей, не познавших любовь, утверждающих, что никакой любви нигде нет. Они называют это чувство — влечением, страстью, инстинктом, привычкой. Глупо их переубеждать. С верой в то, что любви не существует, легче им будет и жить, и умирать.

Бережно и трепетно пробежался пальцами по её тонкому стану. Такая хрупкая, почти невесомая…Любимая. Родная. Самая дорогая и желанная!

– А если не хочешь, то можем просто посидеть и помолчать, – деликатно повторила моя девочка. – Ты лишь кивни. Я всё приму.

Иногда молчание и тишина дарят душе поле цветов поэзии. Цветёт и душа. Стоит только перебить это молчание разговорами, нарушив тишину, чахнут эти цветы. Так же, как и в жизни, чем больше мы говорим о своих радостях, рассказывая об этом другим, вянут и цветы радости. Разве не так? Молчание и тишина — это дар, когда ты понимаешь, в чём их суть.

Это, как тьма разрушает свет, когда говорят только о свете, то и тьма начинает отвечать, когда о ней не говорят.

Но также знал, что всё познаётся в сравнении, нельзя оставлять ничего недоговорённым и недосказанным! Своим молчанием можно перевернуть жизнь другого человека в ад… Это страшно… Вовремя сказанное слово может поставить точку, а может и запятую, может остановить страдание и заставить изменить жизнь к лучшему, может убрать не нужную надежду, а может и наоборот стать ею, может очень круто изменить жизнь другого к хорошему, может внести ту самую главную ясность в жизнь другого человека, которому так ее не хватало. Молчание — золото. Это так. Но иногда вовремя сказанные правильные слова — бесценны…

Лишний раз убеждался в том, что моя любимая девочка непогодам умная и мудрая женщина. С огромной нежностью и лаской смотрел в её голубые, пленительные глаза и судорожно осознавал, что болезненного разговора не избежать.

Кроме своего диагноза, который морально уничтожил меня, отец сообщил ещё одну неприятную, глупую новость…

Он решил, что может распоряжаться моей жизнью. Даже невесту мне подыскал. Гневно поморщился. Уму непостижимо! Александру Вавилову мне сватает.

– Отец очень болен, – выдохнул.

Алиса напряглась и интенсивно заморгала.

– Болен. Серьёзно.

Алиса замерла. Весёлый нрав мгновенно угас.

– Да. Очень серьёзно болен, – удручённо подтвердил. – У него рак печени третьей стадии. Он проходит лечение. Но прогнозы не утешительные. Сама понимаешь.

Девушка с сожалением опустила голову. Ей сложно было что-либо сказать. Она хотела поддержать меня. Но как?

Любимая с сожалением осмотрела меня, а затем подавшись вперёд, молниеносно обхватила меня своими руками, даря тепло и поддержку.

Ласково прижимаясь ко мне, моя малышка прошептала, – я хочу тебя касаться. Руками, губами, взглядом, сердцем. Целовать вблизи и на расстоянии, даря нежность слов, запечатанных в милых конвертах.

Я хочу тебя всеми органами чувств - видеть, слышать, вдыхать и шептать на выдохе твоём имя жаркой звёздной ночью, – любимая сладко шептала, придавая мне сил и уверенности. – Ссориться и мириться, дерзить и перечить, обижаться и каяться после, искупая все грехи — твои и мои. Молиться за тебя в храме и готовить тебе самый вкусный завтрак на свете, слушать и слушаться, путешествовать по самым разным уголкам нашего мира и сидеть дома, обнявшись, перед камином, в котором уютно потрескивают дрова.

А за окном пусть летят листья, дует холодный ветер, идёт дождь или падает крупными хлопьями снег. Я хочу тебя касаться — кожей, мыслями и душой… Только тебя.

Алиса медленно отстранилась от меня и проведя пальчиками по моим губам, добавила, – Игнат, я всегда буду рядом с тобой. Ты можешь во всём на меня положиться. Скажи, что ты хочешь. И я всё сделаю.

Улыбнулся.

– Поцелуй меня, любимая.

Моя малышка без лишних слов прижалась своими вишнёвыми губами к моим устам.

– А теперь, милый, иди в душ. А я буду ждать тебя в спальне.

Удовлетворённо растянул уголки губ.

– Обнажённая?

– Абсолютно обнажённая.

Моя шаловливая проказница вскочила с моих ног и, оставив лишь после себя сладкий, дурманящий аромат, растворилась в коридоре.

С лёгкой грустью смотрел ей вслед…

До встречи с любимой весьма цинично относился к любви. Считал, что чистая и искренняя любовь существует лишь в глупых книжках для стареющих женщин, но, теперь знал, что в мой случай — исключение. Алиса красива, с нежными пухлыми щёчками, красивой и милой улыбкой, голубыми, как и у меня, глазами.

Тяжело вздохнул, с негодованием обводя помещение глазами. Отец сошёл с ума, если решил, что сможет надавить на меня и вынудить жениться на нелюбимой женщине. Чёрт! И какая, вообще, Александра Вавилова – женщина? Несуразная, угловатая девчонка. Нет, определённый огонёк в ней присутствовал, но он меня совершенно не заряжал…

По молодости испытывал симпатию к её сестре, вот Виктория – это самый настоящий пожар, огонь, который способен уничтожить и покорить любого мужика. Саша же, маленькая, трепетная лань, рядом с которой должен быть спокойный, сдержанный парень.

Резко встал на ноги, прогоняя свои угнетающие мысли…Быстро принял душ и направился в спальню.

Моя любимая покорно уже ждала меня, немного поёживаясь от прохлады, воцарившейся сейчас в комнате.

Лукаво усмехнулся. Конечно, ведь из одежды на ней был только нательный крестик. Она лежала на кровати, призывно разведя свои чудные ножки в стороны. Я присел на пол на одно колено, притянул поближе к краю. Встал на оба колена и посмотрел на неё.

– Любимая. Желанная, – искренне признался, чувствуя, как возбуждение становится неконтролируемым, с ума сходил от своей девочки, которая олицетворяла собой настоящую женщину.

Мой порочный ангел. О какой свадьбе с другой девушкой может быть речь, когда я не представляю жизни без Алисы. Глядя на неё, осознавал, что только Алиса может пробудить во мне безумное желание, подарить безграничное удовольствие, заставить позабыть обо всех невзгодах, тревогах.

– Игнат, как же я тебя хочу, – требовательно провозгласила моя куколка, слегка трепетно подрагивая, желание прожигало её изнутри.

Красивые глаза смотрят с просьбой, а возбуждённые крупные груди уже округлились. Идеальная женщина. Само совершенство. Именно она должна стать моей супругой и матерью моих детей.

Одинокая луна светила за окном, яркие звёзды мерцали…

Комната наполнилась романтикой, даже в самом воздухе повисла настоящая, истинная любовь, которая разительно отличалась от похоти и разврата.

– Игнат, возьми меня. Я так тебя хочу, – малышка кокетливо провела кончиком языка по пухлым, манящим губам.

Из женской плоти уже просочились наружу первые капельки сладострастного возбуждения, и я трепетно и ласково прикоснулся к медовой влаге губами, вызвав у Лены лёгкий стон. Медленно и провокационно обвёл все изгибы и потом проникнуть внутрь…

Алиса – мой сказочный нектар. Такая чувственная. Трепетная…Желанная…

– Моя соблазнительная девочка, – аккуратно и медленно ввёл внутрь указательный палец, что вызвало новые постанывания. С наслаждением ощущал, как внутри неё скользко, влажно и горячо.

Алиса грациозно извивалась, утопая в приятный, фантастических ощущениях.

– Боже, Игнат, как же хорошо.

– Правда?

Алиса крепче сжала зубами нижнюю губу и интенсивно замахала головой.

В первую нашу встречу осознал, что именно Алиса – женщина моей жизни. Никогда не верил в любовь с первого взгляда, но жизнь доказала обратное, подарив мне идеальную женщину.

Чувствовал себя архитектором, который сам для себя возводит дом своей мечты. Я был терпелив, строил планы, выполнял их, дарил подарки, сочинял стихи — что только не шло в ход! И вот, наконец, моё долгое старание и терпение вознаграждено.

Алиса долго отвергала мои ухаживания, пережив болезненный развод, не могла довериться мужчине.

Видел, что моя малышка не пике…

– Нет, детка, я не дам тебе так быстро кончить. Слишком уж быстро.

Молниеносно скинул полотенце со своих бёдер и…

Двигался глубоко, проникая почти до конца. В порыве чувств хватаюсь за её упругие подпрыгивающую грудь. Она почувствовала, как мои мозолистые от постоянных тренировок ладони грубовато сжимают нежную плоть, и это ввело девушку в полный экстаз.

– Тебе хорошо, сладенькая?

– Безумно хорошо, – простонала она. – Очень хорошо.

Нежно обхватил её за талию, сильнее врываясь в женскую плоть, любимая изливалась сладкими криками, чувствуя приближения сладострастного финала.

Тело любимой начинает безумно пульсировать, от невероятных, сказочных ощущений, испытываю неконтролируемое наслаждение. Около минуты мы лежали, тяжело дыша и ничего не говоря, а затем я обнял её голое, вспотевшее тело и прижал к себе. Мне нравится её тепло, нравятся её волосы. Я обнимаю Алису, и она слабым движением накрывает мою руку своей. Я знаю, что сейчас она счастливо улыбается.

А я? Мне всего хватает. Я доволен тем, что происходит сейчас, даже очень. Я люблю её.

– Всё будет хорошо.

– Обязательно, – придал голосу уверенности, хотя осознавал, что будущее очень туманное и непредсказуемой.

Приподнял её рыжий локон и невольно залюбовался пленительными волосами, которые заиграли новыми красками в лучах лунного света.

– Игнат, мне наверно пока не стоит появляться перед твоими родителями. Твоя семья переживает не лучшие времена.

Огорчённо усмехнулся, медленно опуская локон волос на белоснежное плечо.

– Ты права. Нам придётся подождать.

Алиса с пониманием кивнула. А я в этот момент испытывал угнетение. Чувствовал себя последним подлецом, который безжалостно и бессердечно обманывает любимую женщину.

– Дорогая моя, даже не знаю, как выразить всю ту благодарность, которая переполняет меня сейчас. Ты – мой свет в самые тёмные дни, моя поддержка в моменты сомнений и мой источник вдохновения каждый день, – сикренне прошептал, ласково водя губами по её щеке. – Каждое мгновение, проведённое с тобой, наполнено радостью и теплом. Ты умеешь делать обычные дни особенными, просто находясь рядом. Твоя доброта, забота и любовь делают мою жизнь полной и значимой.

Алиса слегка смутилась, но продолжала восторженно слушать меня.

– Спасибо тебе за всё, – взаимно ответила она. – За твою нежность и понимание, за твою верность и искренность. Ты – тот человек, на которого я всегда могу положиться, с кем могу быть собой и чувствовать себя защищённой. Я бесконечно благодарна судьбе за то, что она подарила мне тебя. Ты – самое ценное, что есть в моей жизни, и я обещаю делать все возможное, чтобы быть достойной такой любви.

Улыбнулся и приглушённо проговорил, – люблю тебя всем сердцем и благодарю за каждый момент счастья, который ты мне даришь.

Глава № 4. Александра

Пять лет назад…

Летняя, тёплая ночь опускалась на землю, яркая луна ярко светила на небе. В доме царила тишина, а совсем недавно в гостиной было шумно и весело. Сегодня моя старшая сестра с присущим ей шиком и пафосом праздновала свой день рождения. Сначала она отпраздновала в кругу родственников, а затем отправилась веселиться в клуб со своими друзьями. Меня, конечно, никто на ночную вечеринку не взял.

Тоскливо усмехнулась. Куда мне? Для Виктории и её друзей я лишь малолетка. Как ни крути, но разница в семь лет давала о себе знать. Да и сама я не особо стремилась к такому образу жизни, как Виктории. Всегда была более робкой, скромной, сдержанной…

Но вот в одинокую, звёздную ночь, осознавая, что я мирно лежу в кровати, а в это время моя сестра и её прекрасный, умопомрачительный друг, празднуют, становилось невыносимо завистливо…

Ворочалась с одного бока на другой. Ревность пожирала юное, девичье сердце. Игнат никак не выходил из моей головы, крепко поселился в мечтах. Медленно прикрыла глаза и вновь перед глазами появился брутальный, мужественный образ мужчины. Такой страстный, властный, прекрасный, невероятно желанный и глобально недоступной. Мгновенно взмахнула ресницами и огорчённо усмехнулась. Для Ворошилова я совершенно ничего не значу, он меня воспринимает только лишь в качестве младшей сестрёнки своей шикарной подруги. Игнат даже по имени меня не называет, говорит, что я маленький, беззащитный, смешной воробушек.

«Первая любовь — это последнее, что умирает в памяти человека».

Внезапно территорию особняка осветили яркие фонари автомобильных фар, за окном послышался гул автомобиля. Инстинктивно вскочила с кровати и подбежав к окну, увидела автомобиль Ворошилова. Мой любимый и желанный, — Игнат лихо выскочил из автомобиля и, подав руку Виктории, помог ей выйти.

Ревностно поморщилась, страстно желая оказаться на месте моей сестры, которая выглядела как самая настоящая королева.

Виктория кокетливо усмехнулась и неожиданно обхватив Ворошилова за шею, прижалась к нему губами.

Замерла. Застыла. А вокруг всё поплыло, чёрная-чёрная пелена окутала мой взор. Едва сдержала громогласный крик души, стремительно прижала ладонь к груди, чувствуя, как прямо сейчас на моих глазах рушится мои мечты.

Невольно вспомнила басню: «– Ах, — сказала мышь, — мир становится всё теснее и теснее с каждым днём. Сначала он был таким широким, что мне делалось страшно, я бежала дальше и была счастлива, что, наконец, видела вдали справа и слева стены, но эти длинные стены с такой быстротой надвигаются друг на друга, что вот я уже добежала до последней комнаты, а там в углу стоит мышеловка, в которую я могу заскочить. – Тебе надо только изменить направление бега, — сказала кошка и сожрала мышь».

С обречённым выражением лица отскочила от окна и медленно сползла на пол. Слёзы душили изнутри. Как же больно. Противно. Глупая. Несчастная. Недалёкая девчонка.

Спустя минуту вновь послышался автомобильный гул, по всей видимости, Игнат уехал.

Хотела спуститься и посмотреть в предательские глаза сестры…Но я сдержалась. Робко и обессиленно сидела на полу. Воробушек слишком высоко взлетел, опалил крылышки и в результате разбился. Не хватало воздуха, казалось, что всё помещение наполнилось спёртым, ядовитым воздухом.

И пока я пребывала в угнетённом состоянии, дверь приоткрылась и на пороге появилась Виктория. Вмиг с её лица сползла счастливая улыбка, ошарашенно осмотрев меня, она моментально сорвалась с места и, оказавшись возле меня, медленно опустилась, бережно придерживая длинное платье, которое идеально подчёркивало её шикарную, женственную фигуру.