Повелительница моей Луны

В его словах была такая бездонная уверенность, что мое сердце успокоилось. Он говорил не как влюбленный, дающий пустые обещания. Он говорил как существо, которое знает законы мироздания и готово бросить им вызов ради меня.

— Я… мне нужно побыть одной, — прошептала я.

Он кивнул.

— Я буду рядом. Всегда. Если тебе что-то понадобится, просто позови. Я услышу.

Он наклонился и, не касаясь меня губами, поцеловал мой лоб. Это было самое нежное прикосновение, которое я когда-либо чувствовала. Оно обещало защиту, преданность и вечность.

Затем он ушел, растворившись в ночи.

Я заперла дверь и прислонилась к ней, чувствуя, как дрожу. Страх. Волнение. Ошеломление. И под всем этим — непоколебимая, растущая уверенность. Он был моим. А я — его. И никакой Фенрир и никакие традиции не могли этого изменить.

Но где-то в глубине леса, бледный волк с серыми глазами уже нес семена сомнения в уши других членов стаи. И над всем этим витало невысказанное знание, которое я чувствовала кожей — тайна моего собственного происхождения, которая, как я начала подозревать, была ключом ко всему.

Глава 4.

ЭЛАРА

Следующее утро пришло с ощущением хрупкого затишья после бури. Я вновь проснулась с памятью об его прикосновениях — и нежных пальцев на моей щеке, и шелковистой шерсти под ладонью. Но вместе с теплом пришла и холодная тень воспоминания о Фенрире. Его серые, полные презрения глаза были напоминанием: этот волшебный мир имел свои острые грани.

Мне отчаянно нужно было поговорить с кем-то нормальным. Вернее, с Кларой. Ее безудержная энергия и прагматизм были тем якорем, который связывал меня с реальностью. Если, конечно, понятие «нормальности» еще имело какой-то смысл после того, как ты обняла оборотня.

Я нашла ее у бассейна, где она, загорая, яростно строчила сообщения в телефон, вероятно, решая рабочие вопросы даже здесь.

— Наконец-то! — она опустила телефон, увидев меня. — Я уже думала, тебя медведи утащили. Где ты пропадала вчера вечером? Я заходила, тебя не было.

Я тяжело опустилась в шезлонг рядом. С чего начать? «Знаешь, я встречаюсь с Альфой стаи оборотней, он мой суженый, а вчера один из его подчиненных посмотрел на меня как на обед»?

— Я… гуляла, — неуверенно начала я. — Встретила владельца отеля. Кая.

Брови Клары поползли вверх. Ее взгляд, всегда проницательный, стал пристальным.

— Владельца? Того самого кракена с глазами, в которых можно утонуть? И? Не тяни, Элара! Детали!

Я глубоко вздохнула.

— Он… не совсем обычный. И все здесь не совсем обычное.

— Я уже заметила, — Клара фыркнула. — Место как будто из сказки. И люди здесь… какие-то слишком уж собранные. И мускулистые. Кстати, о мускулах, — она понизила голос, — ты видела того, кто здесь всем заведует? Не Кая, а его правую руку? Маркуса, кажется? Вот это экземпляр! Настоящий медведь, но с обаянием кинозвезды. Пытался вчера помочь мне донести сумки, так я чуть язык не проглотила.

В ее глазах блеснул знакомый огонек охотницы. Я с облегчением ухватилась за смену темы.

— И что, он тебе понравился?

— Понравился? — Клара усмехнулась. — Дорогая, на таких мужчинах нужно вешать табличку «Опасно для женского сердца». Но он, кажется, из тех, кто предпочитает простоту и честность. А я, как ты знаешь, мастер по части простоты и честности, — она подмигнула.

В этот момент, как будто по зову ее мыслей, к бассейну подошел Маркус. Он был в простой темной футболке, обрисовывавшей его мощный торс, и его внимательный взгляд скользнул по территории, прежде чем остановился на нас. На Кларе он задержался на секунду дольше, и уголок его губ дрогнул в почти незаметной улыбке.

— Элара, — кивнул он мне, его голос был спокойным и глубоким. — Альфа просил убедиться, что у тебя все в порядке.

— Альфа? — прошептала Клара, глядя на меня с немым вопросом.

— Все хорошо, Маркус, спасибо, — поспешно сказала я.

— А у меня не все в порядке! — весело встряла Клара, сияя ему самой обаятельной улыбкой. — Я тут заблудиться могу в трех соснах. Может, проведете для меня небольшую экскурсию? Для безопасности, конечно.

Маркус посмотрел на нее, и в его карих глазах мелькнула искорка смекалки. Он явно был не из тех, кого легко смутить.

— Боюсь, мои обязанности сейчас не позволяют, мисс…

— Клара. Просто Клара. Ну, как освободитесь…, я обычно нахожусь где-то там, где самое интересное, — она помахала ему рукой.

Маркус кивнул, все с той же полуулыбкой.

— Я учту. Элара, если что — ты знаешь, где найти меня. — Он еще раз кивнул нам обеим и ушел, его походка была такой же уверенной и бесшумной, как у Кая.

— Вот видишь! — прошептала Клара, хватая меня за руку. — Он просто Аполлон! И явно мной заинтересовался. Ой, Элара, да тут просто рай!

Я смотрела на ее сияющее лицо и чувствовала приступ тревоги. Рай? Возможно. Но с охраняемыми воротами и змеями в траве. Как я могла впустить ее в этот мир, не подвергая опасности? Но и отдалять от себя было нельзя. Клара была моим самым верным другом.

---

КАЙ

Я наблюдал за их разговором издалека, стоя у окна своего кабинета.

Вид Элары, сияющей и живой под утренним солнцем, успокаивал жгучую ярость, что кипела во мне с прошлой ночи. Фенрир. Его выпад был предсказуем, но от этого не менее опасен.

Дверь открылась, и вошел Маркус. На его лице блуждала нехарактерная ухмылка.

— Что? — спросил я, отходя от окна.

— Твоя Единственная не одна, — сказал он, пожимая плечами. — Ее подруга… это что-то. Называет меня «Аполлоном» и предлагает экскурсии.

Несмотря на мрачное настроение, я едва сдержал улыбку. Я видел Клару мельком — сгусток энергии в ярком купальнике.

— Она человек. И она не знает о нас. Элара беспокоится о ней.

— Это разумно, — Маркус стал серьезным. — Фенрир уже шепчется со старейшинами. Он говорит, что ты ослеплен человеческими чарами и пренебрегаешь безопасностью стаи. Что твоя Единственная — это слабость, которую могут использовать наши враги.

Глухой рык вырвался из моей груди.

— Моя связь с ней — это моя сила, а не слабость! Она делает меня… цельным.

— Я знаю, Кай. Я чувствую это. Твоя сила стала… стабильнее. Глубже. Но они не чувствуют. Они видят только человека. И им нужны доказательства.

— Какие еще доказательства? — я с силой уперся руками в стол. — Слов Луны им недостаточно?

— Луна молчала сто лет, — мягко напомнил Маркус. — Для некоторых ее голос стал легендой. Им нужно что-то осязаемое. Сила в ней, Кай. Я тоже чувствую ее. Словно спящую молнию. Может быть, если она проявит ее…

— Нет! — я резко выпрямился. — Я не позволю им давить на нее. Она только узнала о нашем мире. Она не готова.

— Тогда готовься к тому, что Фенрир будет набирать сторонников. Он умен и хитер, похоже, выжидает момент.

Проклятие. Он был прав. Мне нужно было действовать. Но как? Защитить Элару, не заперев ее в золотой клетке? Укрепить свою власть, не разжигая гражданской войны в стае? И все это, пытаясь завоевать сердце женщины, которая все еще смотрела на мой мир широко раскрытыми от ужаса и изумления глазами.

— Держи ухо востро, Маркус, — сказал я. — И за Эларой, и за ее подругой. Фенрир может решить, что через них проще ударить по мне.

— Считай, что это уже делается, — кивнул Маркус. — Кстати, о подруге… она действительно считает меня настолько привлекательным?..

В его голосе прозвучало неподдельное любопытство, и я впервые за сегодня внимательно посмотрел на него. Заинтересованность? Со стороны моего старого, преданного Беты, который всегда держал дистанцию с людьми?

— Осторожнее, друг, — предупредил я. — Люди… они хрупкие.

— Эта? — Маркус фыркнул. — Сомневаюсь. Похоже, она может сама за себя постоять. Но точка взята на заметку, Альфа.

Он вышел, оставив меня наедине с моими мыслями. Ситуация напоминала шахматную доску. Фенрир делал свой ход. Теперь была моя очередь. И моим ходом была она. Элара. Мне нужно было показать стае ее истинную ценность. Но сначала ей нужно было показать это самой себе.

---

ЭЛАРА

После завтрака я, наконец, нашла в себе силы проверить телефон. Десятки уведомлений от клиентов и коллег. Один из ключевых заказчиков, мистер Бронсон, был в ярости из-за задержки по проекту. Мой отпуск внезапно прервался звонком от моего партнера.

— Элара, где ты?! Бронсон грозится разорвать контракт! Ему нужны правки, и он хочет именно тебя! Ты должна быть здесь вчера!

Голос его был паническим. Старая жизнь, серая и удушающая, но такая знакомая, звала меня обратно. Это был побег. Возможность вернуться в нормальность, где нет оборотней, интриг и взглядов, полных ненависти.

Я смотрела на экран, потом на дверь, за которой был мир Кая. Мир, где я была не просто дизайнером, а кем-то бесконечно более значимым. Но также миром опасности.

— Элара? Ты меня слышишь?

— Да, — тихо сказала я. — Слышу. Я… я подумаю.

Я положила трубку. Сердце бешено колотилось. Выбор. Всегда этот выбор. Бежать или сражаться.

В этот момент в дверь постучали. Три твердых, но спокойных удара. Я знала, кто это.

Открыв, я увидела Кая. Он стоял с двумя дорожными кружками в руках, и от него пахло кофе и лесом.

— Думал, тебе нужно это, — он протянул мне одну из кружек. — И… мы должны поговорить. О Фенрире. О стае. О нас.

Я взяла кружку, чувствуя тепло через керамику.

— Да, — согласилась я, голос был тверже, чем я ожидала. — Мы должны. Заходи.

Он переступил порог, и его присутствие заполнило собой все пространство маленького домика. Этот невозможный человек был реальностью. Сложной, опасной, но единственной реальностью, которая имела для меня значение.

Я сделала глоток кофе и посмотрела ему прямо в глаза.

— Расскажи мне все, Кай. Все, что мне нужно знать. Я готова.

Глава 5.

КАЙ

Она слушала. Сидя на диване, поджав ноги, с кружкой кофе в руках, она впитывала каждое мое слово. Я говорил ей о стае, о ее структуре, о старейшинах, чье мнение весило не меньше моего. О традициях, которые запрещали Альфе связываться с человеком, если только это не было мимолетной прихотью. О том, что Судьба, Единственная — это высший дар, но для многих она оставалась лишь красивой сказкой.

— Фенрир не просто амбициозен, — объяснял я, расхаживая по комнате. — Он консерватор до мозга костей. Он верит, что сила стаи — в нашей изоляции, в чистоте крови. Твое появление… для него это угроза всему, во что он верит.

Элара смотрела на меня своими огромными зелеными глазами, и в них читалась не паника, а сосредоточенность. Она анализировала. Искала слабые места.

— Значит, ему нужно доказательство, — тихо сказала она. — Доказательство того, что я не слабость, а сила. Что наша связь укрепляет стаю, а не ставит ее под удар.

Ее проницательность снова поразила меня. Она схватывала суть быстрее, чем иные воины, прожившие десятилетия в интригах.

— Именно так. Но я не позволю им использовать тебя, как подопытного кролика. Ты не должна ничего доказывать.

— Но я хочу, Кай, — она поставила кружку и поднялась с дивана. — Я не хочу, чтобы ты вечно стоял между мной и твоим народом, быть яблоком раздора. Если я твоя Судьба, то должна быть частью этого мира. Со всеми его правилами и опасностями.

Она подошла ко мне так близко, что я почувствовал исходящее от нее тепло. Ее запах — ваниль и мед — ударил в голову, затуманивая разум. Мой зверь заурчал внутри, требуя прикоснуться, обнять, заявить о своих правах.

— Ты не понимаешь, что предлагаешь, — голос мой сорвался на хриплый шепот. — Они могут быть жестоки.

— А я - нет? — в ее глазах вспыхнул тот самый огонек, что я видел в ней впервые — дикий, несломленный. — Ты забываешь, с кем говоришь. Я пробивала себе дорогу в мире, где тебя готовы съесть за твои же идеи. Я не хрупкая фарфоровая кукла. Покажи меня им, Кай. Представь своей стае. Как свою Единственную.

Гордость и страх схлестнулись во мне. Гордость за ее смелость. Страх потерять ее, едва обретя.

— Хорошо, — я сдался, положив руки ей на плечи. Их хрупкость обманчива. Под тонкой кожей чувствовалась стальная воля. — Сегодня вечером. Совет старейшин собирается на ежемесячное собрание. Ты придешь со мной.

Она кивнула, не моргнув глазом.

— Я буду готова.

В этот момент ее телефон снова завибрировал. Она взглянула на экран и поморщилась.

— Мне нужно… решить один вопрос. Мой старый мир напоминает о себе.

— Работа? — угадал я.

— И возможность сбежать, — честно призналась она, глядя на меня. — Если бы я захотела.

Я почувствовал, как по мне пробежал холодок.

— А ты хочешь?

Она медленно покачала головой, и в ее глазах не было и тени сомнения.

— Нет. Но мне нужно закрыть эту главу. Правильно. Для себя.

Я понимал. Ей нужно было совершить осознанный выбор. Не просто увлечься магией и страстью, а сознательно отказаться от прежней жизни.

— Иди, — я отпустил ее плечи. — Делай то, что нужно. Я буду ждать.

Она поднялась на цыпочки и быстро, почти по-девичьи, поцеловала меня в щеку.

— Спасибо. За доверие.

И она вышла, оставив меня в комнате, полной ее запаха и щемящего чувства надежды. Она была сильнее, чем я предполагал. Готов ли я был позволить ей сражаться наравне со мной?

---

ЭЛАРА

Звонок партнеру дался мне тяжело. Я слушала его панические тирады, глядя в окно на древний, молчаливый лес. Все эти проблемы с текстурами обоев и оттенками краски вдруг показались такими мелкими, такими незначительными.

— Саймон, слушай меня внимательно, — я перебила его, и в моем голосе прозвучала непривычная для него твердость. — Я продлеваю отпуск. На неопределенный срок. Передай Бронсону, что он может найти другого дизайнера. Я вышлю все материалы и эскизы.

В трубке повисло ошеломленное молчание.

— Ты… ты в порядке, Элара? Ты же годами строила эту фирму!

— Я в порядке. Лучше, чем когда-либо, — и это была правда.

— Просто я нашла нечто более важное. Нечто настоящее.

Я положила трубку, не слушая его возражений. Руки дрожали, но на душе было непривычно спокойно. Я сожгла мосты. Теперь путь был только один — вперед. С ним.

Следующие несколько часов я провела, готовясь к вечеру. Надела простое, но элегантное темно-синее платье, которое подчеркивало глаза. Мне определенно хотелось выглядеть достойно. Не как испуганная человеческая девушка, а как женщина, стоящая рядом с их Альфой.

Когда Кай пришел за мной, его взгляд, полный восхищения и жгучей гордости, был лучшей наградой.

— Ты великолепна, — прошептал он, беря мою руку.

— Готова ли твоя стая к тому, насколько я великолепна? — я позволила себе слабую улыбку.

Его глаза сверкнули.

— Им придется смириться с этим.

Он повел меня не в главное здание, а вглубь леса, по тропе, которую я не знала. Мы вышли к огромной пещере, вход в которую был скрыт свисающими лианами и могучими корнями деревьев. Изнутри доносились приглушенные голоса и чувствовалась концентрация мощи.

— Сердце Стаи, — тихо сказал Кай. — Здесь собирается Совет. Запомни, что бы ни случилось, я с тобой. Всегда.

Он отодвинул лианы, и мы вошли внутрь.

Пещера была огромной. В центре горел костер, дым от которого уходил в невидимое отверстие в потолке. Вокруг, на каменных сиденьях, располагались человек двадцать оборотней. В основном мужчины, но были и несколько женщин. Все — сильные, с властными позами и пронзительными взглядами. Воздух был густым от запаха магии, силы и… враждебности.

Все разговоры смолкли, когда мы появились. Десятки пар глаз уставились на меня. Я почувствовала их тяжесть на своей коже, как физическое давление, но не опустила взгляд. Я шла рядом с Каем, держа голову высоко.

Фенрир сидел чуть в стороне, и на его губах играла холодная усмешка.

Во главе собрания стояло три старейших оборотня — двое седовласых мужчин и женщина с лицом, испещренным морщинами, но с пронзительными, молодыми глазами.

— Кай, — голос одного из старейшин, Орсона, был глухим, как скрежет камня. — Ты привел сюда человека. В наше святилище. Объясни это нарушение.

Кай не отпускал мою руку. Его голос прозвучал громко и четко, разносясь под сводами пещеры.

— Я представляю вам Элару. Не человека. Мою Единственную. Подаренную мне Луной. Она моя Судьба и будущая Луна этой стаи.

В пещере поднялся гул. Кто-то вскрикнул от изумления, кто-то зарычал от гнева.

— Доказательства! — крикнул Фенрир, поднимаясь со своего места. — Где доказательства этой «Судьбы»? Мы должны принять на слово, что Альфа поддался человеческим чарам? Она слаба! От нее пахнет страхом!

Я почувствовала, как Кай напрягся, готовый броситься на него. Но я опередила его.

Я сделала шаг вперед, отрываясь от его руки. Мое сердце колотилось как бешеное, но голос, к моему удивлению, звучал ровно и громко.

— Я не просила вас принимать меня, — сказала я, обращаясь ко всему Совету. — И я не просила этой судьбы. Но она пришла. И я принимаю ее. Принимаю Кая. Его народ. И все, что с этим связано. А что до слабости… — я повернулась к Фенриру, встречая его ледяной взгляд. — Слабость — это бояться того, чего не понимаешь. И бросать вызов своему Альфе из-за собственных страхов.

В пещере воцарилась мертвая тишина. Никто не ожидал, что человек, да еще и женщина, осмелится говорить таким тоном.

Фенрир побледнел от ярости.

— Ты смеешь…!

— Довольно! — властно прозвучал голос старейшины-женщины, Лайры. Ее пронзительный взгляд изучал меня. — Девочка… подойди.

Кай сжал мою руку, но я высвободилась и подошла к Лайре. Старейшина была невысокого роста, но ее аура была могущественной.

— Дай руку, — приказала она.

Я протянула ей дрожащую, но послушную руку. Лайра взяла ее своими холодными, узловатыми пальцами и закрыла глаза. Внезапно почувствовала странное покалывание, словно кто-то запустил пальцы в самые потаенные уголки моей души.

Через мгновение она открыла глаза. И в них было не враждебность, а глубокое, бездонное изумление.

— Она говорит правду, — объявила Лайра, и ее голос, обычно безразличный, дрожал. — Печать Луны на ней. Ее душа… старая. И спящая сила в ней есть. Я чувствую ее.

Как тихую песню, которую я не слышала много зим.

Гул в пещере возобновился, но теперь в нем было больше изумления, чем гнева.

Фенрир был в ярости.

— Какие-то старые песни! Нам нужны дела! Враги у наших границ не будут слушать ее душу!

— А что, если ее пробуждение — это и есть дело? — спокойно сказала Лайра, все еще глядя на меня. — Кай привел к нам не слабость. Он привел к нам загадку. И стая «Ночной Клинок» всегда уважала загадки.

Она отпустила мою руку.

— Совет признает связь. Но… — ее взгляд стал жестким. — Пробуждение ее силы — это ее испытание. И твое, Кай. Если она не раскроет свой потенциал до следующего полнолуния… Совет будет вынужден пересмотреть свое решение.

Это был ультиматум. Не отказ, но и не полное принятие. У нас был месяц.

Кай кивнул, его лицо было каменным.

— Принято.

Он взял мою руку, и мы вышли из пещеры под пристальными взглядами стаи. Мы выиграли битву, но не войну. Теперь нам предстояло самое сложное — раскрыть тайну, которую я носила в себе, даже не подозревая о ней.

Глава 6.

ЭЛАРА

Возвращение из пещеры Совета было похоже на выход из подводного царства на воздух. Давление десятков взглядов исчезло, но его сменила тяжесть нового осознания. «Спящая сила». «Печать Луны». «Испытание до полнолуния». Слова старейшины Лайры звенели в ушах, перемешиваясь с ядовитым взглядом Фенрира.

Кай молча вел меня по ночному лесу, его рука была твердой и надежной опорой. Он не говорил ни слова, но я чувствовала его ярость — холодную, сконцентрированную, как лезвие ножа. Он был зол на Совет, на Фенрира, на ситуацию. Но не на меня. Никогда на меня.

Когда мы вышли на опушку, откуда был виден мой домик, он наконец остановился и повернулся ко мне. Лунный свет серебрил его строгие черты, а в глазах бушевала буря.

— Прости, — его голос был хриплым от сдерживаемых эмоций. — Я не должен был подвергать тебя этому. Этому… судилищу.

Я положила ладонь ему на грудь, чувствуя под тканью рубашки бешеный стук его сердца. Оно билось в такт моему.

— Ты не подвергал. Я сама пошла. И мы выиграли время. Целый месяц.

— Месяц, чтобы раскрыть в тебе силу, о которой мы ничего не знаем, — он сжал кулаки. — Это несправедливо по отношению к тебе.

— А что во всем этом справедливо? — я слабо улыбнулась. — Ты, я, оборотни, Судьба… Кай, я только что добровольно сожгла свой бизнес, чтобы остаться здесь. Со мной можно не церемониться. Говори прямо. Что теперь?

Его взгляд смягчился. Он накрыл своей большой, теплой ладонью мою руку, прижимая ее к своей груди.

— Теперь… теперь мне нужно касаться тебя, Элара. Мой зверь… он вне себя. После той конфронтации, после того как ты стояла там, такая гордая и сильная, а они смели сомневаться в тебе… Он требует подтвердить нашу связь. Он требует… тебя.

Его слова не были просьбой. Они были исповедью. Признанием в самой глубинной, животной потребности. И в них не было ничего постыдного. Только истинная, первозданная правда.

От его слов по моей коже пробежали мурашки, и тот самый тлеющий уголек в низу живота вспыхнул с новой силой. Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

Он издал тихий, похожий на стон звук и притянул меня к себе. Это не был поцелуй. Это было заявление. Его губы захватили мои с такой жаждой и властностью, что у меня подкосились ноги. Но он держал меня, одной рукой опоясав талию, другой вцепившись в волосы на затылке, слегка откинув мою голову.

Это был поцелуй-поглощение. Поцелуй-утверждение. В нем была вся ярость защитника, вся страсть мужчины и все облегчение существа, нашедшего, наконец, свое пристанище. Я отвечала ему с той же стремительностью, впиваясь пальцами в его плечи, чувствуя, как плавится разум и тело превращается в сплошной нерв, отзывчивый на каждое его прикосновение.

Когда мы наконец оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание, он прижал мой лоб к своей груди. Его дыхание было сбившимся, горячим.

— Ты… ты не представляешь, что ты со мной делаешь, — прошептал он в мои волосы. — Сто лет я был скалой. Несокрушимой. А ты одним взглядом превращаешь меня в пыль.

— Хорошая пыль, — выдохнула я, прижимаясь к нему, слушая бешеный ритм его сердца.

Он тихо рассмеялся, и звук этот был таким же редким и драгоценным, как его улыбка.

— Пойдем. Я провожу тебя.

На пороге домика он снова поцеловал меня, на этот раз медленнее, глубже, с обещанием того, что ждет нас впереди. Потом отпустил, словно с огромным трудом.

— Отдыхай. Завтра… завтра мы начнем. Я отведу тебя к Лайре. Она знает о древних кровях больше, чем кто-либо.

---

КАЙ

Остаться с ней на ночь было бы раем. И самым большим испытанием. Мой зверь рвался наружу, требуя завершить ритуал, сделать ее своей в полном смысле этого слова. Запечатлеть нашу связь не только на душе, но и на теле. Но она была потрясена, переполнена событиями. И, черт возьми, я был джентльменом, каким бы диким я ни был.

Вернувшись в свою резиденцию, я с силой закрыл за собой дверь, прислонившись к ней. Воздух в комнате все еще был пропитан ее запахом. Я провел рукой по лицу, пытаясь унять дрожь в пальцах.

Ее смелость перед лицом Совета… Боги. Она была рождена, чтобы быть моей Луной. Чтобы править рядом со мной.

Но тень Фенрира и ультиматум Совета висели над нами дамокловым мечом. «Спящая сила». Лайра почувствовала то же, что и я скрытый потенциал, дремавший в крови Элары. Но что это было? И как мы могли разбудить это за месяц?