Измена. Ты не смог ее забыть

— Ей понадобились услуги моего охранного агентства. Ей нужна моя защита, Маш.

Глава 5

— О-о-о-о, — протянула я сипло.

— Маш, посмотри на меня, — попросил Влад.

Я слышала в его голосе примирительные нотки. Его гнев начинал затихать, и он, видимо, собирался подать мне пример — показать, что готов идти на мировую, даже если всё между нами пока до конца и не выяснено.

Да уж, сложновато с наскока утихомириться и принять максимально разумное и взвешенное решение, когда застаёшь своего мужа в разгар романтической встречи с другой.

А Королёв нисколько не убедил меня в том, что эта встреча носила какой-то иной характер. Пусть и его последние слова немало меня ошарашили.

— Она к тебе по работе… обратилась?

Я выполнила его просьбу и подняла на него взгляд.

Муж медленно кивнул, не спеша ничего к своему кивку присовокуплять.

Я пыталась осознать этот новый поворот в разговоре. Эту новую информацию. Не знаю, что принципиально она тут меняла. Я ждала, что Королёв прольёт чуть больше света на ситуацию.

— А ты думаешь, как бы мы встретились? — почти ласково проговорил он наконец, будто пытался успокоить раскапризничавшегося ребёнка. — Маш, это была деловая встреча. Де-ло-ва-я.

— То есть вы не виделась чёрт знает сколько лет, а потом она объявляется вдруг и сообщает, что ей нужна твоя помощь?

— А ты усматриваешь в этом что-то криминальное? — приподнял бровь супруг. — Ну а что тут такого удивительного или невероятного? Да, Кира мне позвонила и попросила о встрече. Я эту встречу назначил.

— Почему она в офис к тебе не приехала.

Он выдохнул, как человек, пытающийся сохранить спокойствие перед лицом чужого упрямства.

— Потому что она не хотела лишних глаз и ушей.

И вдогонку пробормотал:

— С этим, правда, ни черта как раз и не вышло.

— Это ты обо мне?

Он уткнулся в меня взглядом, словно вызов бросал:

— Ну а сама-то как думаешь? В твои обязанности не входит планирование охранных мероприятий. Ты за работу в офисе отвечаешь. По факту, Маш, ты лишние глаза и уши.

Я скрипнула зубами. Да я, выходит, вдвойне лишние глаза и уши — и как сугубо офисный сотрудник без доступа к оперативной информации, и как жена, которой…

Тут мне пришлось мысленно запнуться. Влад категорически отрицал «состав преступления». Какими аргументами в пользу своей точки зрения располагала я? Впечатлениями позвонившей мне Ольги и собственными наблюдениями.

Не то чтобы мало, но ведь и не лобызающимися я их застала, так?

Я закусила губу, отказываясь так просто сдаваться. Но что если Влад говорил мне чистую правду? Что если я раздула из мухи слона, а он просто…

— Маш, ну не обижайся на мою прямоту, — муж попытался заглянуть мне глаза, видя, что я немного не здесь, потонула в собственных мыслях. – Ну, у Киры реально сложная жизненная ситуация. Я пытался как-то её приободрить. Как-то её успокоить. Каюсь, я понятия на имел, как мои утешения могли выглядеть со стороны.

— Она не выглядела особо расстроенной, — парировала я, вовремя вспомнив, что его давняя приятельница выглядела скорее так, словно сделала большое одолжение окружающим, осчастливив их своим присутствием. — Она ещё и хамить себе позволяла.

Королёв кивнул. Что, даже не будет мне возражать? Даже со мной согласится?

— Признаю, Маш. И от её имени прошу у тебя прощения. Водится за ней такое. А замужество на пользу в этом плане ей не пошло. Я так понимаю, муженёк её бывший — тот ещё мудачина.

— Как мило, — шепнула я, до сих пор чувствуя острый шип в сердце. — Вы и об этом успели поговорить.

— Вообще-то, мы с этого и начали, — тон Королёва сразу стал каким-то непроницаемым, деревянным.

Ну понятно, включаем начальника.

— Очень любопытно.

— Я вообще не должен тебе этого говорить, но раз уж у нас сложилась такая ситуация. Раз уж ты меня чёрт знает в чём собираешься обвинять, лучше нам прояснить этот вопрос на берегу.

Я сглотнула, отпихиваясь от накрывавшего меня чувства вины.

Ещё немного, и я реально почувствую себя поехавшей истеричкой, у которой случился приступ паранойи едва ли не на пустом месте.

— Киру преследует бывший муж. Она обратилась ко мне, чтобы я ей помог от него защититься.

— Именно ты, — я отчаянно отказывалась признавать свою неправоту в разыгравшейся драме.

— Маш, а ты бы как поступила? Шарилась по совершено незнакомым тебе конторам или в первую очередь обратилась бы к тому, кого знаешь?

Из столовый мы разошлись в разные стороны. Муж, решивший, что его объяснения всё прояснили, заявил, что ему нужно в офис ещё заскочить, потому что устроенная мной сцена заставила его мчаться домой, а у него ещё дела. Это офис отдыхал в выходные, но не те, кто трудился, что называется, в поле.

Я не стала ничему возражать. Даже порадовалась, что он уехал. Мне надо было побыть одной и отойти от всего, что случилось.

Мой план с грохотом провалился.

Спустя полчаса после отъезда супруга мне снова позвонила Оля.

Несколько секунд я искренне колебалась, гадая, стоит ли снимать трубку и снова общаться с подругой, звонок которой внёс столько сумятицы в мою жизнь.

— Машунь, извини, что снова тебя беспокою, — в голосе подруги звучала горечь. — Я просто хотела узнать, как ты.

— Не знаю, — честно ответила я, не желая вдаваться в какие подробности. — Я, если честно, пока до конца не понимаю, что происходит…

И Ольга меня пожалела — не стала выпытывать ничего.

— Могу представить… Кгм… Слушай, Маш, а он же тебе рассказал об этой мадам? Рассказал тебе, что их связывает?

Глава 6

— Слушай, а как ты это жене объяснишь?

Влад смотрел в окно, но ни черта за этим окном не видел. В башке поселилась зияющая пустота.

Вообще-то он никогда особо не жаловался на то, что его легко выбить из равновесия и рассредоточить его внимание настолько, что он какое-то время даже работать нормально не мог. Мысли постоянно текли не в том направлении.

Но сегодня, кажется, был тот самый день.

— Влад?..

— Слышу, — отозвался он наконец и оторвался от созерцания великого ничто за окном.

Перевёл взгляд на своего заместителя, сидевшего через стол от него на самом краешке кожаного кресла.

— Ну так… как это всё будет выглядеть?

— Да никак, — поморщился Влад. — Это не твоя забота, Кирилл. Этот вопрос я улажу.

Егоров пожал плечами, мол, хозяин-барин. Не моя так не моя.

Королёв хмуро смотрел на подчинённого, не чувствуя той уверенности, которую излучал. Интересно, что его беспокоило больше: вероятные риски такой затеи или стоявшая на стороже его решений совесть?

Да только при чём тут совесть? Кира Лопатина — просто клиентка. Клиентка, которая сама обратилась к нему. Не он же в конце концов таскался за ней! Почему его совесть должна заедать?

— То есть мы за это дело берёмся?

— А ты хочешь упустить такой жирный заказ, притом без особых причин для отказа?

— Кроме того, что у вас с Лопатиной…

Вот в этом, к слову, заключалось большое неудобство работы с друзьями — некоторые из них могли знать больше, чем нужно. Но тут ничего не поделать — с этими неудобствами придётся как-то мириться, работать и жить.

— Слушай, Кирилл. Это было сто лет назад и давно быльём поросло. Мы уже совершенно другие, совершенно разные люди. Наше прошлое никак не влияет на настоящее. Никак. Я предоставляю Лопатиной услуги нашего охранного агентства. Ничего больше. Плюс будет очень глупо отказываться, когда «Аргус» так и ждёт, как бы переманить к себе хоть кого-нибудь из нашей клиентуры. Ту же помнишь, мы их уже за руку ловили.

Недобросовестная конкуренция — ещё один весомый аргумент. Не было у них такой роскоши — состоятельными клиентами разбрасываться. Фирма росла, и чем больше у них заказов, тем лучше. Такими темпами в этом году смогут новый офис открыть где-нибудь в области.

Они ведь с Машкой давно хотели в пригород перебраться. Вот и будет на что перебираться. Самое время присматривать дом. Рано или поздно это всё равно станет необходимостью — они ведь не собираются вдвоём до старости куковать.

Но если раньше эти уютные планы неизменно отзывались радостью в сердце, то сегодня… сегодня всё шло как-то наперекосяк. Визит из бурного прошлого пустил такую сильную рябь по воде, что он до сих пор не мог как следует удержаться на разбушевавшихся волнах.

Кира Лопатина… Та, которую он когда-то считал единственной. Та, кто не отпускала его сердце долгих пять лет. И которая его растоптала, сделав свой выбор — не в его, конечно же, пользу. Тогда он не мог предложить ей ни денег, ни статуса. А у Киры всегда были непомерные аппетиты.

И вот сейчас... сейчас она сама вернулась к нему. Давно осевшему, сколотившему капитал, счастливо женатому. Ведь счастливо же, верно?..

Пытаясь обсуждать со своим замом ближайшие перспективы по неожиданно свалившемуся на них заказу, всё, о чём он мог думать, это их встреча. Встреча, на которую он собирался отправиться через час. В отеле-ресторане на Кузнецкой.

Удивительно, но на встречу Кира явилась без опозданий.

Вспомнить только, как она заставляла его по несколько часов ждать её у здания корпуса. У кинотеатра или на входе в парк. И он ждал, надеясь непонятно на что.

А теперь вот явилась вовремя. Минута в минуту.

Потому что сейчас он был ей нужен. Не об этом ли он когда-то мечтал?..

— Боже мой, как ты изменился… — пробормотала она, когда он поднялся из-за стола, чтобы её поприветствовать.

— Извини, — она опустила ресницы и качнула головой. — Я вообще-то сначала собиралась с тобой поздороваться.

Он усмехнулся её растерянности и взял её руку в свою, легонько пожал. Её ресницы волнительно вздрогнули.

В это самый момент телефон в его кармане завибрировал.

— Извини.

Она кивнула. И он, переживая давно позабытую неловкость, взглянул на экран.

Маша.

Твою-то мать, как не вовремя…

— Что-то важное? — Кира вежливо улыбнулась.

— Нет, ничего, — он погасил экран и указал ей на место у своего стола. — Присаживайся.

— Спасибо, — Лопатина кивнула и, грациозно придержав ткань юбки своего элегантного тёмно-серого костюма, опустилась на предложенный стул.

К ним подскочил предупредительный официант и подал меню.

Это как-то само собой разрушило тот настрой, с которым он сюда добирался — оставить прошлое позади и говорить с Кирой только о деле. Но она с готовностью подхватила меню, и он не стал наседать на неё со своим официозом.

Жена больше не перезванивала. Значит, ничего важного или срочного. Он обязательно ей перезвонит, как только их с Лопатиной встреча закончится. Вряд ли она затянется так уж надолго.

В конце концов, невзирая на неформальность встречи, обсуждать они собирались исключительно дело.

По крайней мере такой был его план.

Таков был его план ровно до того момента, когда она, пристроив сумочку на спинку своего стула, повернулась к нему и заглянула в глаза:

— Господи, Влад, ты не представляешь, как я скучала. И как я рада наконец тебя видеть.

Глава 7

— Я тоже рад тебя видеть, Кира, — Влад кашлянул, стараясь без особого повода на неё не глазеть. — Но вместе с тем удивился, когда ты позвонила.

И это ещё мягко говоря. Он давно вычеркнул Лопатину из своей жизни, как призрак прошлого, с которым ему наверняка больше никогда не придётся столкнуться. Разве что в редких воспоминаниях, да и то — на краткий миг.

А тут — не просто внезапный звонок, но и встреча. Да ещё и с признанием, что она по нему, представьте себе, скучала.

— Могу себе представить, — бледно улыбнулась она. — Не обидишься, если скажу, что я бы и не позвонила, если бы не срочная необходимость?

Он слышал за её словами намёк и решил сразу всё расставить по местам. Этого требовала давно вопившая о приличиях совесть.

— Не обижусь, — покачал он головой и поднял вверх руку в блеснувшем на безымянном пальце обручальным кольцом. — Кир, я не ждал от тебя никаких личных инициатив.

Она впилась взглядом в скромный золотой ободок, надёжно опоясывавший его палец.

— О… надо же. А я и не знала. И… давно?

— Достаточно.

Она кивнула.

— Рада за тебя. Нет, правда. Хм, даже смешно…

— Что? — он вдруг поймал себя на том, что ему до жути хотелось узнать, что же такого забавного она увидела в этой нетривиальной, мягко говоря, ситуации.

— Не знаю, почему я так решила, — она упёрлась локтем в столешницу и потёрла пальцами лоб. — Но почему-то была свято уверена, что ты останешься холостяком.

Влад хмыкнул, а на душе что-то подозрительно заскребло. Раненая гордость, что ли, напомнила о себе спустя столько-то лет? Даже странно. И немного тревожно.

Кира Лопатина была его самым большим в жизни уроком. Нельзя удержать в своей жизни того, кто не хочет в ней оставаться. Это пустая трата времени, нервов и чувств. Которая никогда не окупится и ничего хорошего с собой не принесёт.

— Как видишь, этого не случилось, — криво усмехнулся он, не зная, что ещё к этому можно добавить.

— Вижу, — тихо сказала она. — Ты счастлив?

Даже странно было от неё подобное слышать. От той самой Лопатиной, которая когда-то заявила ему, что его чувства её не касаются.

Надо же, какие интересные повороты порой выписывает жизнь…

— Тебе действительно интересно? — приподнял он бровь. — Я думал, у нас с тобой всё-таки деловая встреча, а не личные посиделки.

— Королёв, не занудствуй, — усмехнулась она. — Я ведь не могу сделать вид, будто мы с тобой незнакомы. Будто я по тебе не скучала.

— Что же тогда за все эти годы не позвонила? Не навела справки? Была бы хоть немного в курсе того, как я жил.

И он не стал ожидать, пока она соберётся с ответом.

— Я счастлив, Кира. Я женат и счастлив в браке.

Он ничего с собой поделать не мог, он чувствовал злорадное удовлетворение от того, что сейчас всё это ей говорил. Как запоздалый ответ на её жестокие слова при расставании.

— Кто она?

— Её зовут Мария. Она работает вместе со мной. Не в самой охранке, конечно. В офисе.

— Уже хорошо, — пробормотала Кира. — Я уж подумала, ты мне предложишь свою жену в телохранители.

Влад смотрел на неё. Даже не смотрел, а рассматривал. Пытался понять, чего она своими сухими шутками добивается.

А потом всё происходило как-то само собой.

Кира больше не стала ничего у него выпытывать. Словно его упоминание о жене сбило ей весь настрой. Вместо этого вкратце обрисовала свою ситуацию, будто запоздало решила прислушаться к их негласному уговору и перейти-таки к делу.

Влад, ясное дело, не стал возражать.

Но когда она перешла к сути, к тому, почему решила обратиться именно к нему, контроль как-то плавно и незаметно ускользнул от него.

— Влад, он пообещал, что разделается со мной, — Кира всхлипнула, и этот звук шипом впился в его сердце.

Он никогда не видел Лопатину в таком уязвимом, таком ранимом, близком к слезам состоянии. И его ладонь сама собой накрыла её дрогнувшую руку, легонько сжала её в жесте поддержки.

— Кир, не расстраивайся. Всё будет хорошо. Я не позволю ему причинить тебе вред.

Она подняла на него доверчивый взгляд.

— Правда?

Она никогда на него так не смотрела. Годы назад он бы ради этого взгляда горы свернул. Это как минимум.

— Правда. Я тебе обещаю.

И его слова помогли ей вернуть свою привычную маску отстранённости, в которой многие усматривали даже высокомерие. Но не он. Особенно сейчас, когда видел, чего ей стоило сохранять этот фасад.

— И как ты только умудрилась так вляпаться, — пробормотал он, по-прежнему не отпуская её руки.

Ничего непоправимого. Они обязательно найдут выход из положения. В конце концов её бывший супруг не такая уж крупная шишка, чтобы не найти на него управу и не заставить держаться подальше от бывшей жены. Но всё-таки такая ситуация — и врагу не пожелаешь. Самый, казалось бы, близкий тебе человек вдруг становится самым далёким.

— Совершила ошибку, — она послала ему взгляд из-под ресниц. — Вышла замуж. Влад, теперь я понимаю, что тогда… сделала неправильный выбор. Я должна была выбрать тебя.

Ему вдруг стал тесно дышать. Признание было очень уж неожиданным.

— Поздно ты к этому выводу пришла, — кашлянул он, чтобы сгладить неловкость. — Знаешь, может, продолжим разговор на свежем воздухе? Прогуляемся.

И они прогулялись. И многое обговорили. Потом встретились снова. И ещё. И ещё.

И он сам не заметил, как общение с Кирой стало для него необходимостью.

Он и не понял, к чему всё привело, пока в одну из их встреч реальность грубо не вторглась в его иллюзию, которой он себя бессознательно окружил. Они с Кирой обедали, обсуждали кое-какие вопросы по организации её безопасности.

Он собрался уже расплатиться.

— Можем идти?

Она кивнула, и Влад поискал взглядом официанта.

Отвернулся всего на мгновение, чтобы выговорить:

— Нам чек…

Его взгляд зацепился за что-то знакомое… и упёрся прямо во взгляд шокированных серых глаз.

— Маша…

— Уже уходите? — хрипло спросила его жена. — Наелись, напились и теперь куда? В номера?

Влад дёрнулся, убирая ладонь с пригревшейся под нею руки Киры.

И земля ушла из-под ног.

И его прежняя размеренная, в целом понятная жизнь начала рушиться у него перед глазами…

Глава 8

— Откуда ты об этом узнала? — прошелестела я изумлённо.

Меня всегда поражала способность Ольги добывать информацию. Она одинаково эффективно умудрялась нарыть её из сети и через каких-нибудь своих многочисленных знакомых. Вот и сейчас не подвела. Да ещё так оперативно…

Вероятно, это вышло исключительно потому что информация не была сколько-нибудь секретной. Но оттого это и ранило сильнее всего. Секретной она не была, но я этой информацией почему-то не располагала!

— Маш, да случайно, вообще-то. Миронова помнишь? Белобрысый такой. Ты нас на свадьбе вашей знакомила.

Миронова помнила. Хороший знакомый Влада. Ещё по универу.

— Помню, — шепнула я, не понимая, к чему подруга ведёт.

— Ну вот. Они на одном потоке с Королёвым учились. Он мне и рассказал. Говорит… ты извини, но говорит, это всем было известно.

Я прикрыла припухшие от пролитых слёз веки. Очень медленно выдохнула, но это не слишком-то помогло.

— Но вообще-то ты бы сама у Влада спросила. Неправильно это как-то… что я тебе сейчас всё рассказываю.

— Оль, не вздумай, — я стиснула телефон до онемения в пальцах. — Начала, так рассказывай всё до конца. Влад непонятно когда домой вернётся, и я сдурею, пока дождусь его объяснений. Терять уж нечего. Говори!

— Блин… ладно. Но имей в виду, тебе всё-таки стоит попросить у него прояснить ситуацию. Миронов знает только то, что знает Миронов. Мало ли как там всё было на самом деле.

— Я слушаю, Оля.

— Да, да… Короче, Королёв твой в универе за этой Лопатиной… убивался. Другого слова не подберу. Любовь там была, говорят, неземная. На что угодно ради неё был готов. А она им крутила-вертела, а потом и вовсе хвостом махнула, какого-то богача отыскала, замуж за него выскочила и чуть позже совсем уехала из страны. И… короче, Миронов говорит, Королёв именно потому так быстро и взлетел. Типа мотивация у него была разбогатеть… Маш, но я думаю, что вот последнее — это неправда. Если бы ты ему не помогала. Если бы вы не познакомились…

— Я поняла, — собрав остатки воли в кулак, я не позволила своего голосу окончательно надломиться. — Спасибо. Оль, что рассказала. Я теперь чуточку лучше ситуацию понимаю.

— Маша, помни, пожалуйста, что я тебе говорила, — строго напутствовала подруга. — Прежде чем делать какие-то выводы, попроси Королёва всё объяснить.

— Я помню.

Положив трубку, я ещё какое-то время сидела на краешке дивана в нашей тихой гостиной. Сидела и пялилась в пустоту.

Как же так вышло, что муж решил не посвящать меня в такой важный момент из своего прошлого? Да и верное ли слово я подобрала? Разве момент? И сколько же он её любил? И сколько страдал, после того как она его отвергла? И любил ли он её, когда со мной познакомился? Когда меня замуж позвал? Когда мы поженились? Что он чувствовал к ней тогда? И что чувствует сейчас, когда она в его жизнь вернулась?

Эти вопросы плодились в моей голове со скоростью света и кислотой разъедали мои суматошные мысли.

Сейчас, когда Ольга мне всё рассказала, картинка значительно прояснилась. И взгляды, которые мой супруг бросал на эту Киру… теперь они мне более чем понятны. Теперь мне ясно, откуда в его глазах светилась такая нежность и такая тоска.

Меня замутило.

Внутренности скрутило болезненной судорогой и стало трудно дышать.

Какие бы вопросы я ему ни задала, ответы-то лежали на самой поверхности. В нашем браке Влад искал утешения. Успокоения. Он пытался забыться.

Вот поэтому между нами никогда не пылала настоящая страсть. Мы сошлись с ним спокойно и тихо, без шквала эмоций, без головокружительных переживаний.

Да, конечно, не все люди одинаковы по темпераменту, не все живут на вулкане страстей. Но… но иногда мне хотелось. Мне хотелось почувствовать что-то такое… жгучее, обжигающее. Я хотела бы, чтобы он смотрел на меня так, как смотрел в том чёртовом ресторане на эту свою Киру из прошлого!

Слёзы потекли ручьями по щекам, а я даже не сразу это заметила. Только когда тяжёлые солёные капли закапали мне на колени, я вздрогнула.

А мгновенье спустя дверь в прихожей тихонько щёлкнула. Открылась. Закрылась.

Я только и успела, что отереть залитое слезами лицо.

Ключи громко звякнули о донышко чаши в прихожей, и Влад заглянул в гостиную.

Наши взгляды встретились, и ничего не пришлось объяснять. Муж, конечно, сообразил, что до окончания наших с ним объяснений ещё далеко. А может, и сумел уловить, что закончатся эти объяснения, скорее всего, не примирением, а… разводом.

Сейчас мне никакой другой вариант на ум и не приходил.

— Маш?.. — позвал он тихо.

Брови нахмурены, челюсти напряжены. Он всё понимал, но, возможно, надеялся, что мы сможем как-то проскочить через этот момент. А как проскочить, если он не просто со своей первой любовью встретился, а ещё и берётся её защищать!

— Влад, я всё знаю. Я знаю, кто такая эта твоя… Кира.

Его карий взгляд тут же потяжелел. Метнулся на лежавший у моей руки телефон.

— Что, справки навести успела?

Голос его огрубел и проехался по моим оголившимся нервам наждачной бумагой.

— Не пришлось. Информация сама меня отыскала.

— Ну, конечно, — пробормотал он вполголоса.

— Где ты был?

— Что значит, где? — моргнул он. — Работал.

— Ты был у неё?

Пауза.

— Влад, ты был у неё?

— Да, у неё, — раздражённо. — Маш, она сейчас и есть моя работа.

— Нет, — покачала я головой. — Нет, Влад. Она для тебя не работа. И никогда ею не будет. Поэтому нам прямо сейчас нужно закрыть этот вопрос.

Глава 9

— И что ты собралась решать прямо сейчас?

Я видела, что Влад раздражён. Его будто задела моя решительность. Он думал, я распущу сопли и буду предлагать ему компромиссы? Надеюсь, что нет. Надеюсь, он так не думал. Иначе, по всему выходило, он и не знал меня толком. Совершенно не знал.

— Наши будущие отношения, — я сделала ставку на прямоту. — Очень надеюсь, что ты меня в этом поддержишь.

Муж наконец сообразил, что я решила переть напролом и не собираюсь под него прогибаться. Ему даже говорить ничего не пришлось — стоило только увидеть, как заледенели и без того суровые черты лица, как выдвинулась чуть вперёд массивная челюсть.